повторись ситуация снова,
9 сентября 2022 г., 09:00
— Ты уверен, что это именно то место? — Эггси слегка выглянул из окна машины, всматриваясь вдаль поля.
Из-за кромешной темноты, вызванной отсутствием какого-либо освещения, поле, возле которого они остановились, казалось бесконечным. На некотором расстоянии были разбросаны одиночные деревья, которые слегка двигались из стороны в сторону под напором холодного ветра.
Рокси первая вышла из машины и сильнее закуталась в пальто. Девушка отчасти пожалела, что оставила дома тёплый шарф и перчатки, которые сейчас пришлись бы кстати.
— А чего ты ожидал? Что меня заберут в аэропорту с табличкой «Statesman»? — ухмыльнулся Джон, хлопнув дверью автомобиля.
Эггси согласно кивнул головой и медленно обошёл машину. Он понимал, что ему следовало сказать что-нибудь, но в голове была абсолютная пустота. Парень всё ещё не мог принять тот факт, что Джон покидает их. Эггси неуверенно посмотрел на Рокси, передав эстафету ведения разговора ей. Она на мгновение неловко замялась, но всё же нашла в себе смелость продолжить разговор.
— Сколько времени у нас ещё есть?
Джон взволнованно посмотрел на наручные часы и тяжело выдохнул.
— Они будут с минуты на минуту.
— Значит, это всё… — медленно покачала головой Рокси и посмотрела на мужчину, — как бы там ни было, мне понравилось работать с тобой.
— Аналогично, — сухо бросил Эггси, продолжая высматривать что-то вдалеке.
Джон удивлённо посмотрел на них поочерёдно и недовольно сморщился.
— Вы что, действительно думаете, что так просто отделаетесь от меня?
— Прости? — Эггси резко повернулся.
— Ребята, есть такая вещь, как телефон, — Джон ободряюще развёл руками, — советую вам пользоваться им почаще.
По небу разнёсся гул самолётных двигателей, и все понимали, что это означало. Рокси нервно усмехнулась и похлопала его по спине. Даже в такие моменты он остаётся верным себе.
— Если тебе понадобится какая-нибудь помощь с… тем, что происходит в Statesman, дай нам знать, — Рокси широко улыбнулась и услужливо кивнула головой.
Эггси поспешно достал из багажа спортивную сумку и поравнялся с Джоном. На ум всё ещё никак не могли прийти правильные слова. С другой стороны, нужны ли эти слова прямо сейчас?
— Раз уж мы даём советы, мой таков: берегите друг друга, — Джон положил ладонь на плечо парня, — ну и, конечно, приезжайте в гости: обещаю, будет весело.
— С тобой разве бывает скучно? — довольно ухмыльнулся Эггси и передал сумку.
Мужчина широко улыбнулся. Через несколько секунд на поле аккуратно приземлился небольшой самолёт, и все окончательно поняли, что это означало. Джон, поочерёдно обняв каждого, быстрым шагом направился к транспортному средству. Подойдя к траппу, он не спеша развернулся и помахал рукой на прощание. Эггси и Рокси, улыбнувшись, сделали то же самое.
Как говорится, было и прошло.
***
Эмберли перевернулась на левый бок и тяжело вздохнула. По распорядку она должна была спать уже как три часа, но бесконечный поток мыслей в её голове никак не давал покоя. Как ей следует поступить? Стоит ли рассказать? В этом случае её, наверняка, выгонят из Kingsman. Промолчать? Но это лишь дело времени, когда раскроется правда, и тогда на будущем в агентстве тоже можно ставить крест. Получается, тупик. Эмберли резко перевернулась на спину и открыла глаза. Уставившись в потолок, девушка в очередной раз задумалась. А что она вообще может сделать в сложившейся ситуации? По сути, кроме прошлого, её ничего и не связывает с ним. К тому же ещё неизвестно сделал ли он что-нибудь. Пока все сведения — косвенные доказательства. Но стоит ли молчание такого риска? Нет, серьёзно, она сойдёт с ума! Эмберли нервно провела руками по лицу и поднялась на кровати. На удивление бессоница была не только у неё: кровать напротив пустовала. Быстро надев кроссовки, девушка схватила кофту и тихим шагом направилась на улицу. Вдохнув прохладный воздух, Эмберли посмотрела на небо. Чётко очерченный яркий полумесяц медленно плыл по небосводу, иногда прячась за тёмные облака. И как ему только не одиноко… Впрочем, весь его жизненный цикл заключается во вращении вокруг планеты: никаких проблем и переживаний. Звучит, как мечта. — И как, чёрт возьми, я должен это сделать? — послышался из-за угла голос Рейнарда, и Эмберли резко обернулась, — ладно, я понял. Постараюсь придумать что-нибудь. — Надоедливые партнёры? — она тихо подошла к нему и слегка улыбнулась. Парень не ожидал чьего-либо появления, но не подал виду, только поспешил убрать телефон в карман. — Скорее, требовательные, — он небрежно пожал плечами, — в последнее время их запросы стали переходить границы дозволенного. — Так в чём проблема? Перестань работать с ними. — Боюсь, в бизнесе это так не работает, — Рейнард сдержанно покачал головой, — но я уверен, это не то, о чём ты хотела поговорить. Эмберли удивлённо посмотрела на него. — С чего ты взял, что я вообще хотела с тобой разговаривать? — она нервно скрестила руки. — Эм… — Рейнард на мгновение замялся, — ты начала этот разговор, собственно, поэтому… Эмберли виновато отвела взгляд и сжала губы в полоску. Она привыкла держать всё в себе, вопреки сложившему мнению о её излишней болтливости — это всего лишь защитный механизм, не более. И по какой-то непонятной ей причине только один человек смог это понять. — Просто хотела сказать, что мы сегодня хорошо сработали, — бросила она первое, что пришло на ум. Рейнард вопросительно вскинул брови и кивнул. — Так даже лучше, — едва слышно пробормотал он, — в таком случае я лучше пойду. Спокойной ночи, Эмберли. Она раздражённо прикрыла глаза и схватила его за предплечье. Девушка растеряно посмотрела на него, не до конца понимая, зачем так сделала. За прошедший день они разговаривали больше, чем за последние несколько месяцев, вместе взятые. Но делает ли это их друзьями? Негласные правила предписывают, что до окончания испытаний не может быть никаких дружеских отношений. С другой стороны, это «окончание испытаний» для Эмберли может наступить намного раньше, чем она того хотела бы. — Ты не должна мне ничего объяснять, я знаю, — твёрдо произнёс Рейнард, прервав молчание, — но я заметил твой взгляд, когда ты увидела то видео. Чтобы там не было, тебе следует рассказать об этом своему наставнику. Эмберли медленно убрала руку и, опустив взгляд, прижалась к стене здания. Конечно, отчасти он прав, но, знай парень всю историю, не был бы так уверен в своём совете. — Тебе легко говорить. — Что это значит? — настойчиво произнёс Рейнард, положив руки на бока. — О, да ладно! Я видела, какие у вас взаимоотношения с Галахадом, — Эмберли выразительно посмотрела на него, — он буквально сделает всё для тебя… как старший брат! — Хочешь сказать, что у тебя не так? — Конечно не так! Не пойми меня неправильно, — Эмберли оправдательно подняла ладони вверх, — я уважаю Ланселота и очень признательна за всё, что она сделала для меня, но… у неё настолько высокие требования, которым я должна соответствовать… я не могу подвести её. Рейнард замолчал, поскольку не знал, что ему стоило сказать в подобной ситуации, и стоило ли вообще говорить. Пожалуй, самый правильный вариант был не вмешиваться, ведь, в первую очередь, они соперники. Цель его пребывания здесь не подружиться с Эмберли. Но, справедливости ради, он понимал, каково это принимать тяжёлые решения. — Не совсем уместно говорить о чьих-то ожиданиях, когда на кону стоят человеческие жизни, — пересилив себя, произнёс он. Эмберли молча кивнула и перевела взгляд на небо. Существовал ещё один вариант развития событий, который Саттон не учитывала до этого: допустим, вся эта история пройдёт мимо неё (маловероятно), она может проиграть и не стать агентом Персивалем (вполне вероятно). Учитывая, что её главный конкурент, который стоял прямо перед ней, всегда был первым, да и к тому же имеет козырь в рукаве против неё, девушке следовало начинать подсчёты своих рисков именно с последнего варианта развития событий. Следуя ему, девушке придётся вернуться к своей прошлой жизни, вернее, к режиму выживания, который уже стал отчасти обыденностью за последние несколько лет. Ну уж нет, обратно она не вернётся. Настало время, чтобы наконец-таки взять свою жизнь под контроль. — Ты прав, — всё так же смотря на небо, задумчиво произнесла Эмберли, — я сделаю это завтра. — Технически, уже сегодня, — посмотрев на наручные часы, усмехнулся Рейнард. — Обязательно портить момент, да? — Эмберли недовольно посмотрела на него, хотя это быстро переменилось на улыбку. Рейнард услужливо кивнул и тоже не удержался от улыбки. — Нам следует вернуться, — он указал рукой на главный вход, — уверен, на утренней тренировке Мерлин нам не предоставит никаких поблажек, даже несмотря на то, что мы победили сегодня. — Технически, уже вчера, — передразнила его Эмберли и оттолкнулась от стены. Не такие уж они и соперники, в конце концов.***
Впервые за долгое время Рокси проснулась не по раннему будильнику. Организм, привыкший спать не больше шести часов, не смог принять неожиданное удовольствие, длинной в девять. Быстро управившись с утренними процедурами, девушка поспешила приготовить себе завтрак, а заодно и составить план действий на день. Итак, что же мы имеем после вчерашних новостей? Рокси, осторожно приподнявшись на носочки, достала из верхнего кухонного шкафчика хлеб и положила его в тостер. Человек, который предположительно причастен к убийству Коди Шарпа (что пока не имеет абсолютно никаких подтверждений), также предположительно причастен к покушению на убийство Эггси и Джона (что, опять-таки, связано очень косвенно). Она умело разбила на сковородку несколько яиц и положила рядом бекон. Получается слишком много совпадений и ни одного подтверждения. Как там говорится? Минус на минус даёт плюс? Когда тосты оказались готовы, Рокси оперативно достала их кончиками пальцев, не желая обжечься, и положила на тарелку. Значит, первым делом она проверит жильцов того дома: если там не будет числиться призрак — как его называет Эггси — тогда стоит изучить его возможную связь с самой жертвой и другим эпизодом — убийством Грега Астонфилда. Посреди потока мыслей Рокси услышала, как открылась входная дверь, а следом и частые шаги. Она инстинктивно достала с подноса с посудой ещё одну кружку. — Доброе утро, — девушка аккуратно выключила плиту и повернулась к нему, — хотя по тебе этого не скажешь. Эггси нежно приобнял её за талию и поцеловал в щёку. Вид у него и в правду был уставший. — Теперь утро действительно доброе, — он облегчённо улыбнулся и заправил пряди её волос за ухо. — Будешь завтракать? — О, да! — радостно произнёс Эггси, — я буквально умираю с голода. Рокси поспешно отправила его мыть руки, пока сама начала раскладывать содержимое сковородки по тарелкам. Когда всё было готово, они вместе накрыли на стол и приступили к завтраку. — Так значит, ты всю ночь провёл у Мерлина? — удивлённо спросила Рокси. — Что-то вроде того, — Эггси лениво пожал плечами, — ты же знаешь, Гарри позволил мне работать над этим заданием только в сотрудничестве с Мерлином. Позволил, справедливости ради, большое преувеличение. Эггси был на грани отправки в неоплачиваемый принудительный отпуск, однако после долгих уговоров и обещания, что он больше не будет поступать так безрассудно, Гарри согласился вернуть его к делу при одном условии — все свои действия Эггси должен согласовывать с Мерлином. Парень по-прежнему не доверял ему полностью, но он знал по собственному опыту, насколько хорошо Гарри разбирался в людях. — Удалось что-то найти? — Рокси сделала глоток кофе. — Не особо, — он, задумавшись, опустил взгляд на тарелку, — Мерлин запустил распознавание по всем видеокамерам города. Посмотрим, может, получится обнаружить его местонахождение… как у тебя обстоят дела? Есть мысли, почему призрак убил того учёного? — Ещё неизвестно был ли это он, — категорически произнесла Рокси, — я согласна, что существует много совпадений, но здесь дело не в том, сделал ли это он. — А в чём тогда? — Зачем он убил Шарпа и Астонфилда, — Рокси решительно указала вилкой на него, — единственное, что объединяет этих троих на данный момент — все они, так или иначе, были в офисе «Narigel». За теми дверьми в их здании что-то находится, я уверена. — Допустим, — Эггси кивнул в знак согласия, — что ты планируешь делать? — После нашей последней вылазки они усилили охрану. Единственно возможный способ пробраться на нижние этажи — только будучи внутри компании. — Ты же рассказывала, что завербовала каких-то учёных оттуда, — Эггси откинулся на спинку стула, закончив приём пищи. Это был единственный возможный шаг в той ситуации: в тот вечер её видело достаточное количество работников «Narigel», поэтому сама она не могла внедриться туда. Однако несколько часов поиска необходимого компромата на наиболее перспективных учёных компании плюс удостоверение «МИ-6» смогли добавить в копилку информаторов агентства достаточно полезные ресурсы. — Верно. Но пока их не привлекали ни к чему подозрительному, — Рокси сложила руки в замок. Разработка наиболее эффективных материалов для снижения стоимости производства, усовершенствование уже имеющихся технологий, проведение тестовых испытаний — всё это было секретом компании, однако не являлось ничем стоящим убийства двух учёных, которые даже не специализировались в научной сфере «Narigel». Всё выглядело слишком чисто, что на практике означало два варианта: либо информаторы не являются перспективными учёными, либо компания ведёт подпольный бизнес только с определённым кругом доверенных лиц. На телефон Рокси пришло сообщение. Открыв содержимое, девушка нахмурилась. — Всё в порядке? — обеспокоенно спросил Эггси. — Это моя мама, — медленно произнесла Рокси, — на этих выходных у папы будет закрытие сезона в гольф-клубе, и она хочет, чтобы я была там. — Это плохо? Рокси настороженно задумалась и прикусила губу. Последний раз она была в гольф-клубе, наверное, лет десять назад, родители никогда не заставляли её появляться там, да и у неё самой не было ни интереса, ни желания быть там. К тому же если мама хотела увидеться, то всегда писала прямо об этом. С другой стороны, они давно не проводили время вместе всей семьёй, и возможно, это был намёк с определённым подтекстом. — Скорее, неожиданно, — Рокси оторвала взгляд от телефона, — мы можем пойти вместе. Если ты, конечно, захочешь. Эггси удивлённо посмотрел на неё. Они никогда до этого не обсуждали, насколько серьёзны их отношения, отчасти потому что все ещё находились в стадии, так называемого, «конфетно-букетного периода», и к тому же их отношения приходилось совмещать с работой. Для Рокси её родители значили очень многое, и тот факт, что она готова представить его им в очередной раз показывало, насколько Эггси важен для неё. Сердце Эггси пропустило несколько ударов, и он не удержался от широкой улыбки. — А почему бы и нет? Будет интересно наконец-то познакомиться с мистером и миссис Мортон. — Вот и славно, — Рокси быстро набрала ответ и восхищённо посмотрела на него. Эггси протянул руку через стол и положил свою ладонь на её. Тёплая, мягкая и нежная, прямо как его Рокси. Через несколько секунд им одновременно пришли сообщения на телефон. Увидев содержимое, Рокси и Эггси изумлённо посмотрели друг на друга. — Буду готова через десять минут, — девушка резко поднялась из-за стола. — Встречаемся на улице у машины.***
Эмберли в очередной раз перезарядила пистолет и медленно опустилась на живот. Как учил её наставник: прежде чем принять сложное решение, необходимо тщательно продумать стратегию. Для этого необходима ясность ума, а в данной кондиции девушка пребывает лишь в моменты стрельбы. Конечно, привычное для неё оружие — это винтовка, но Мерлин установил чёткое правило: вне учебных стрельб разрешено использовать только малокалиберные пистолеты. Хоть где-то ей необходимо следовать правилам. Эмберли сделала глубокий выдох и нажала на спусковой крючок. С чего ей стоит начать свой рассказ? Предисловие к сложившейся в настоящее время ситуации особой информации не несёт, однако без этого вся суть истории будет неправильно понята. А Эмберли очень надо, чтобы её поняли. Попав дважды в десятку и один в девятку, девушка недовольно покачала головой и поднялась на ноги. И почему она не подумала об этом, когда приняла предложение Ланселота? Насколько нужно быть недальновидной, чтобы не предугадать, что её прошлое рано или поздно всплывёт? — Так и знал, что найду тебя здесь, — послышался голос за спиной девушки, от чего она резко дёрнулась. — Твою мать, Рей! — Эмберли поспешно поставила пистолет на предохранитель, — в руках ведь заряженное оружие. Могла ведь и убить! — Мерлин вызывает нас к себе, — без прелюдий прочеканил Рейнард. Девушка замерла на месте. Не нужно быть гением, чтобы понять содержимое сказанного: её время подошло к концу. — Ты думаешь, он уже знает обо всём? — Эмберли быстрыми движениями убрала пистолет в сейф и поравнялась с парнем. — Он не проинформировал меня о своих намерениях, — так же холодно произнёс он. Девушка молча кивнула и последовала за ним. Стратегия — это, конечно, хорошо, но жизнь научила Саттон тому, что все планы обязательно будут разрушены. Оставался последний вариант, который не раз спасал её жизнь — импровизация. А, ну ещё и надежда на лучшее, но она практически никогда не работала. Оказавшись у дверей совещательного кабинета, Эмберли нервно поправила свой высокий хвост: будто от того, насколько аккуратно он сделан, зависело её будущее. Рейнард последовательными движениями открыл дверь и пропустил девушку вперёд. Как и следовало ожидать, в помещении уже находились Мерлин, Ланселот и Галахад. Все выглядели серьёзнее обычного, однако, судя по приветственному кивку Ланселота, к самому собранию они ещё не перешли. — Прошу всех садиться, — Мерлин указал рукой на стулья, расставленные в полукруг. Галахад и Ланселот сели по центру, а их кандидаты рядом с ними по краям. Эмберли не смогла найти в себе силы посмотреть в глаза своему наставнику и уткнулась взглядом в пол. Момент упущен, и винить Саттон может только себя. — Как вы знаете, вчера мы получили видео с изображением предполагаемого убийцы Астонфилда и Шарпа. Качество видеоматериала не позволяло сразу определить его личность, однако, проведя определённые манипуляции, удалось вычислить следующее. Мерлин вывел на большой экран фотографию русого мужчины с большими голубыми глазами и небольшой щетиной на подбородке. На нём был привычный чёрный костюм с белой рубашкой. От одного взгляда на экран у Эмберли перехватило дыхание, а в голове закрутился вихрь воспоминаний. — Донован Пирс, тридцать четыре года, родился и вырос в Челси, в недавнем прошлом судебный следователь в Коронерской службе Англии, после увольнения официальных данных о занятости нет. Связей с криминальными группировками не наблюдается. К сожалению, больше никакой информации найти не удалось: коллеги из МИ-6 тоже никаких качественно новых данных не смогли предоставить. Эмберли почувствовала, что она в состоянии снова дышать. Пока ничего неизвестно, у неё есть шанс рассказать свою версию истории. — Однако среди нас есть человек, который может рассказать намного больше о Пирсе, не так ли Эмберли? Или правильнее будет называть Вас Эмбер Златон? Мерлин вывел на экран фотографию трёхлетней давности. На ней был изображён Донован у входа в главный офис «Zlaton Unlimited», яростно разговаривавший с молодой девушкой с короткими кудрявыми чёрными волосами. — Донован, пожалуйста! Полчаса — это всё, о чём я прошу! — Все эти игры в прятки — лишь ухудшают твоё положение. Он обязательно найдёт тебя, и ты это знаешь, — его суровый взгляд пронзал сквозь душу, — отдай то, о чём он просит, и возможно, ты будешь жить. Сердце Эмберли остановилось, а тело напряглось до такого предела, будто ещё немного и она бы взорвалась. Девушка чувствовала на себе четыре тяжёлых взгляда, которые была не в состоянии выдержать. Хотелось провалиться сквозь землю, убежать в самую далёкую комнату и спрятаться, или, в конце концов, просто испариться, лишь бы не находиться в этих четырёх стенах, которые давили на неё сильнее взглядов. Но отступать было некуда: вчера она пообещала себе, что не вернётся к своему прежнему состоянию, и это первый шаг. — Я понимаю, как плохо это выглядит, — осторожно подбирая слова, произнесла Эмберли, — но, пожалуйста, дайте мне шанс, чтобы всё объяснить. Она медленно повернула голову и посмотрела на Ланселота. Её лицо не выражало никаких эмоций, однако по глазам девушка поняла, насколько больно ей было в настоящий момент. Настолько преданной агент не ощущала себя, наверное, никогда. Она подозревала, что её кандидат скрывала информацию о себе. Но чтобы скрывать целую личность, такого даже не было в рамках предположений. — К твоему счастью, тебе будет предоставлена такая возможность, — не скрывая презрения в своём голосе, сказал Мерлин, положив планшет на стол, — но прежде необходимо прояснить ещё одну вещь. Мужчина быстро перевёл взгляд на Рейнарда. — Семь лет назад твой отец проходил свидетелем по одному делу, которое вёл Пирс. Он что-нибудь рассказывал тебе об этом? — В то время я учился в военной школе, и мы практически не общались, — он покачал головой, будучи явно удивлён, — но я могу попросить дворецкого просмотреть дневники отца, если что-то и было, то он, наверняка, написал бы об этом. — Хорошая идея, — довольно кивнул Мерлин, — займись этим прямо сейчас. Рейнард кивнул в ответ и быстрыми шагами направился к выходу, по пути набирая номер в телефоне. — Итак, мисс Златон, Вам слово, — Мерлин сел в рабочее кресло и сложил руки в замок. — На самом деле это очень длинная история, и следует её начать с самого начала, — девушка сделала глубокий вдох и поднялась с места, — да, действительно, моё настоящее имя — Эмбер Златон. Мои родители были основателями «Zlaton Unlimited». Как и во всех семьях высшего общества, семейное дело переходит от отца к сыну, и поэтому с самого рождения мой брат, Майкл, был центром Вселенной для родителей. Всё внимание, деньги и время было направлено на то, чтобы Майкл стал достойным представителем фамилии Златон и членом высшего — элитного — общества, в то время главной целью моей жизни, по мнению родителей, было, цитирую, «не попасть на обложки таблоидов за непристойное поведение». Собственно, поэтому я и оказалась в военной академии Сандхерст… — Прости, а как это связано с Пирсом? — резко прервал её Галахад. — Донован Пирс — лучший друг моего брата со времён университета, а после ухода с Коронерской службы — его правая рука в управлении бизнесом, — Эмберли выразительно посмотрела на агента, а затем вернулась обратно к своему повествованию, — родители всегда были достаточно прагматичными и дальновидными людьми, однако чего они не смогли предугадать, так это то, что их главное творение станет их же погибелью. Она опустила взгляд на пол, пытаясь собраться с мыслями. За те прошедшие четыре года Эмберли ещё никому не рассказывала историю той ночи. — Как я и говорила, Майкла готовили к посту генерального директора «Zlaton» буквально со дня его рождения. Однако для того, чтобы занять причитающееся ему по наследству кресло, отец должен был уйти на пенсию, а он не спешил этого делать: однажды, когда мне было лет десять, он даже пошутил, что будет гендиректором до своего последнего вздоха. Вот Майкл и решил приблизить его последний вздох. На последних словах голос Эмберли дрогнул, и она сложила губы в одну полоску. В горле образовался ком, но ей нужно было продолжать рассказ. Девушка прикрыла глаза, чтобы полностью воссоздать, пожалуй, самое больное воспоминание в её жизни. — Мисс Эмбер, какой приятный сюрприз! — пожилая женщина широко улыбнулась и раскинула руки, — мы ожидали твоего прибытия не ранее четверга. — Бабушка, ну как же я могла не приехать раньше, — она открыла дверь водительского сидения, и быстро подбежала к ней, заключив в объятия, — ведь Вы у нас бываете всего лишь несколько недель в году! — Эмбер Златон, маленькая угодница! — женщина посмеялась и мягко похлопала её по спине, — пойдём же быстрее внутрь, через несколько часов ужин, приедет брат твоего отца. Она взмахом руки подозвала управляющего поместьем и распорядилась о багаже внучки. — Дядя Дэниел закончил свою работу под прикрытием? — удивлённо спросила Эмберли, следуя за бабушкой. — Таких деталей я не знаю, дорогая. Да и не женское это дело, что мне в этом понимать? Спроси лучше об этом своего отца. — Как будто он расскажет что-то мне, — ухмыльнулась Эмберли, пропуская женщину вперёд перед входом в гостиную, — я уверена, они с мамой даже не заметят моего раннего приезда. Спасибо, что хотя бы пришли на мой выпускной из Сандхерста месяц назад… — Следи за своими словами, Эмбер Лилиан! — бабушка резко остановилась и сурово посмотрела на неё, — они твои родители, и ты обязана их уважать. — Мои извинения, бабушка, — девушка слегка кивнула головой, — в таком случае пойду поздороваюсь с родителями и покажу им своё самое искреннее уважение. Эмберли шутливо сделала реверанс и быстрым шагом направилась в другое крыло поместья, где находился рабочий кабинет родителей. Конечно, она на девяносто девять процентов была уверена, что их разговор ограничится несколькими предложениями, но, с другой стороны, процедура обязывала её отчитаться перед родителями. Оказавшись у кабинета отца, Эмберли заметила приоткрытую дверь и насторожилась. Отец никогда не оставлял дверь кабинета открытой. Осторожно открыв дверь, девушка медленно зашла в помещение и замерла от ужаса. На полу в луже крови лежал на спине отец, не подававший признаков жизни, а рядом с ним мама, у которой шло сильное кровотечение из области живота. — Мама! — Эмберли упала перед ней на колени и надавила ладонью на рану, — мама, что случилось? Кто сделал это? — Майкл… — еле слышимо произнесла женщина, — доказательства…перед глазами… — Что? Какие доказательства? — слёзы застлали глаза Эмберли, — нет-нет-нет! Мама, держись, всё будет в порядке! Помогите! Пожалуйста, кто-нибудь, помогите! Постепенно глаза женщины закрылись, а девушка продолжала кричать. В какой-то момент в коридоре послышались шаги и мужские голоса. Эмберли медленно поднялась на ноги и посмотрела на свои ладони, которые были полностью покрыты кровью матери. Дверь открылась, и перед ней предстал брат и его лучший друг, которые явно не ожидали увидеть её здесь. В руках брата она заметила пистолет, а на бежевой рубашке — свежие пятна крови. Майкл. Момент осознания произошёл моментально, в кровь ударил адреналин, и в следующее мгновение она уже выпрыгивала с окна второго этажа и со всей возможной скоростью бежала в гараж, где стояла её машина. — С помощью Донована он списал смерть родителей на заказное убийство, организованное их главным конкурентом по бизнесу, — Эмберли бухнулась на стул, почувствовав, как ноги стали ватными, — Майкл также нанял людей, чтобы они нашли меня, ведь я — единственное доказательство его вины, поэтому с тех пор я в бегах. Эмберли задержала дыхание и сжала трясущиеся руки в кулаки. Отчасти ей стало легче, что спустя столько времени она наконец-то рассказала об этом, но воспроизвести все события той ночи оказалось тяжелее, чем она думала: внутри всё сжалось настолько сильно, что казалось будто болит каждая клетка её тела. Парадоксально, но помимо этой боли, девушка не чувствовала ничего. — Судя по фотографии, Пирс нашёл Вас, — вопрос, прозвучавший как утверждение, от Мерлина. Эмберли виновато посмотрела на него. Как она вообще могла даже на секунду думать о том, что сможет скрыть что-то от агентства? Всё, что они для неё делали с самого начала — дали безопасную крышу над головой, доверяли ей, обучали, помогали ей становиться лучше, и что получили в ответ? Ложь и предательство. Повторись ситуация снова, Эмберли рассказала бы обо всем в первый же день. Но она не рассказала. И уже ничего не изменишь. — Не совсем, — девушка отрицательно покачала головой, — после произошедшего слова мамы не давали мне покоя: «доказательства перед глазами». Я не знаю, что она конкретно имела ввиду, но что бы там ни было, это наверняка находилось в главном офисе «Zlaton». Вот я и решила через несколько месяцев после произошедшего пробраться в её кабинет. Оказалось, это не стоило того: ни у неё, ни у отца в кабинете ничего не было, а когда я уже собиралась уходить, встретила на своём пути Донована. Собственно, так и получилась эта фотография. — Ты хочешь сказать, что он просто тебя отпустил? — Галахад недоверчиво посмотрел на неё. — Скажем так, он был должен мне, — одна совместная ночь вряд ли считалась долгом в прямом понимании этого слова, но на тот момент его будущий брак с дочкой главы Коронерской службы мог вполне разрушиться из-за подобного слуха. — Персиваль знал об этом? — впервые подключилась к разговору Ланселот, которую, казалось, только это и интересовало во всей истории. — Конечно, знал, — девушка горько усмехнулась, — он был моим дядей.***
Рокси не запомнила, в какой момент она оказалась на улице за территорией базы. Она ходила из одной стороны в другую, с силой приложив ладони к вискам. Голова буквально разрывалась от мыслей. В их первую встречу Эмберли знала, кто Рокси. Эмберли знала, откуда она. Персиваль ни за что не раскрыл бы, чем он занимается, своим друзьям, пусть и близким. Если только эти близкие друзья не являются по совместительству его семьёй. Эмберли проговорилась про старшего брата, когда они вместе завтракали. Даже добавила, как иронично обернулась ситуация с родителями. Более того, она поменялась в лице, когда услышала упоминание о «Zlaton Unlimited». Эмберли сказала вчера во время испытания, что в последнее время не может позволить себе кому-либо доверять. Она не имела постоянного места жительства, часто меняла отели, не выходила ни с кем на связь. Это и логично: Эмберли скрывается от собственного брата, который знает всё о её жизни, контактах и местах, где бы она могла спрятаться. «Кто же знал, что в единственном месте, где я ощущаю себя в безопасности, в меня будут стрелять свои же!» Рокси, тяжело выдохнув, запустила руки в волосы и отчаянно покачала головой. — Это не твоя вина. Она резко повернула голову и увидела перед собой обеспокоенного Эггси. Парень медленно поравнялся с ней и положил ладони на её щёки. — Теперь всё стало обретать смысл, — спокойно произнесла Рокси, — это всё было прямо перед моими глазами, но я решила не замечать этого. Я- — Остановись, — Эггси покачал головой, — это не твоя вина. Он посмотрел на неё с сочувствием, понимая, что его слова не смогут изменить ситуацию. Репутация для агента Kingsman такая же важная составляющая, как и его способность следовать приказам и выполнять миссии. И прямо сейчас на репутацию агента Ланселот брошена тень. Эггси прижал её к себе, крепко обняв за плечи. Единственное, что он мог сделать в сложившейся с ситуации, быть рядом и поддержать её. Рокси положила голову ему на грудь и осторожно обвила руками вокруг талии. Ей было это необходимо: оказаться в тишине, вдали от собственных мыслей и жизненных проблем, рядом с любимым человеком. Это не её вина. Но это её непредусмотрительность. — Что Мерлин будет делать дальше? — тихо спросила девушка, опустив взгляд вниз. — Для начала доложит всё Гарри, — парень слегка погладил её по спине, — а затем мы оба, почти наверняка, знаем, что произойдёт. Сердце Рокси пропустило удар, и она быстрыми движениями вынырнула из объятий. — Ты думаешь, Эмберли исключат? — слишком удивлённо спросила Рокси. — Конечно, исключат! — Эггси был не менее поражён её вопросу, — она обманула всех, представившись другим человеком, скрыла правду о «Zlaton Unlimited», когда мы были на их вечере, промолчала вчера, когда узнала лучшего друга своего брата на том видео. И ещё неизвестно, является ли то, что Эмберли рассказала про своих родителей, правдой. — Ты хочешь сказать, что она причастна к их смерти? — снова слишком удивлённо спросила Рокси. — Я не знаю. Может быть, — Эггси неуверенно пожал плечами, — то есть, как мы после этого можем доверять её словам? Рокси задумалась. Да, она позволила обмануть себя, и, естественно, не одобряет поступок Эмберли. Но, окажись Мортон на её месте, смогла ли она довериться кому-либо, когда на протяжении всей жизни твоя собственная семья не обращала на тебя никакого внимания, а затем и отправила людей, чтобы убить тебя? Смогла ли она быть уверенной, что это не очередная ловушка её брата? И что более важно: смогла ли она быть уверенной, что, когда правда раскроется, ей поверят и помогут? Нет. Нет. И однозначно нет. — Мне нужно поговорить с ней наедине, — решительно заявила Рокси. — Зачем? — Эггси нахмурил брови, — чтобы Эмберли снова обманула тебя? — Я знаю, что она поступила неправильно, и больше не позволю провести себя, — Рокси сделала паузу, быстро окинув взглядом здание, — но я понимаю, почему Эмберли сделала это, и правда хочу ей помочь. Рокси и Эггси одновременно посмотрели друг на друга, будто продолжая разговор мысленно. Парень привёл бы в контраргумент, что именно на это Эмберли и рассчитывает, давя на её человечность и доброту. Девушка парировала бы тем, что за несколько месяцев их знакомства она успела узнать её, и Эмберли не способна умышленно навредить кому-либо. В ответ, естественно, был бы высказан аргумент, что не всё такое, каким оно кажется. Однако этот и любой другой довод опровергался простым вопросом, который затем настойчиво озвучила Рокси. — Ты мне доверяешь? Обезоружила и убила.***
После «разоблачения» Эмберли, её отправили в, так называемую, комнату для допросов, находившуюся в конце верхнего этажа здания. Эта комната иногда использовалась для обучения тактическим приёмам проведения допроса как со стороны допрашиваемого, так и со стороны допрашивающего, а также для практических занятий по типу «Что делать, если Вы попали в плен». Пожалуй, эта комната впервые использовалась для того, чтобы временно содержать там кандидата до момента принятия решения, касаемого его дальнейшей судьбы. Никто не собирался никого убивать, но ситуация была неординарной, даже для такой секретной шпионской организации, как Kingsman. Эмберли прислонилась к стене и медленно сползла на пол. Наверняка, здесь давно не убирались, но всё лучше, чем сидеть на этом жутко не удобном деревянном стуле. Уж она-то помнит, как сильно затекала её спина и нижняя часть тела, когда ей приходилось сидеть на этом стуле несколько часов подряд. Свои последние часы в агентстве Эмберли не хотела проводить в таком дискомфорте. Она вообще не хотела, чтобы это были её последние часы в агентстве, но для этого уже было поздно. Повторись ситуация снова… Время, как и ожидалось, тянулось медленно, и что казалось, будто минуты длятся как часы, пока наконец-таки дверь не открылась, и Эмберли быстро подскочила на ноги. Перед ней предстала Ланселот с нечитаемым выражением лица, на что девушка нервно сглотнула. Перед кем она больше всех провинилась, так это перед своим наставником. — Я знаю, что ничего уже не изменить, и как плохо я поступила по отношению к тебе, и если ты больше никогда не захочешь даже смотреть на меня, я всё понимаю, просто знай, что мне очень-очень-очень жаль, что так всё сложилось, я не хотела тебя обидеть, и если будет нужно, я скажу об этом Артуру… нет! Я точно скажу об этом Артуру, я- — Хватит, — от быстрого и бесконечного потока слов у Ланселота начала кружиться голова, и она резко подняла руку, — садись. От холодного и командного тона агента у Эмберли побежали мурашки по спине, но она сделала, что ей было сказано. В ушах звенело от повисшей тишины, однако Эмберли понимала, что сейчас не её очередь говорить. — Я задам тебе несколько вопросов, на которые ты можешь отвечать только «да» или «нет». Это понятно? — прочеканила Ланселот, встав напротив неё. Такую холодную и отрешённую версию наставника Эмберли видела впервые, отчего ей было вдвойне не по себе. Но с другой стороны, на какое отношение к себе она рассчитывала, после случившегося? Кто поверит человеку, который обманывал тебя на протяжении нескольких месяцев и скрывал правду о себе? Эмберли никогда не была достойна чьего-либо доверия, так почему же она думала, что сейчас всё будет иначе? Она не стоила того. — Да, — сквозь зубы произнесла Эмберли. — Твоё настоящее имя — Эмбер Златон? — Да. — Ты окончила военную школу Сандхерст? — Да. — Твой настоящий цвет волос — чёрный? — Да. — Твой дядя — агент Персиваль? — Да. — Ты знала, что я — агент Ланселот до нашей первой встречи? — Да. — Ты подделала свои документы в личном деле, которое собирал агент Персиваль? — Да. — Ты хотела, чтобы тебя выбрали в качестве кандидата на место агента Персиваля? — Да. — Ты убила своих родителей? — Что?! — Эмберли бросило в дрожь, и она недоумённо посмотрела на агента. Конечно, Ланселот не поверила её словам, здесь не было ничего нового, — НЕТ! Саттон могла поклясться, что видела, как в голове агента крутились шестерёнки. Она смотрела на неё, но казалось будто взгляд проходил сквозь неё, и от этого на лбу у девушки проступили капли пота. — Хорошо, — голос агента всё так же не выражал никаких эмоций, — я верю тебе. Эмберли застыла на месте. Это, должно быть, шутка. Нет, не шутка, галлюцинация: как иначе назвать произошедшее? С момента появления в кабинете Ланселот вела себя настолько отрешённо, будто её подменили. Она обращалась с ней не как со своим кандидатом, а с преступником. А теперь…я верю тебе? — Но этого недостаточно, — Ланселот убрала руки за спину, — ты перешла черту, нарушив самое главное правило агентства, и поэтому тебя с вероятностью девяносто девять процентов отчислят. Суровая правда реальности — в большинстве случаев никто не даёт второй шанс. Одна ошибка, одно неправильное решение, и ты потерян для людей. Дело не в сострадании или всепрощении, а в том, что будучи преданными однажды, мало кто находит в себе силы снова довериться этому же человеку. Кредит доверия не резиновый, и им нужно распоряжаться очень осторожно. — Единственное, что мы можем сделать в этой ситуации, найти те доказательства, о которых говорила твоя мама, — не изменяя своего пассивного тона, продолжила свою речь Ланселот, — это не вернёт тебя в программу, но это поможет моему делу и, возможно, решит твою проблему с братом. — Я понимаю, — Эмберли кивнула и сложила руки в замок, — но проще сказать, чем сделать. Я проверила все возможные места, и ничего не нашла. Возможно, никаких доказательств вообще не существует! — Думай, Эмберли! — Рокси нетерпеливо развела руками, — может быть, у твоих родителей были ячейки в банке, тайные квартиры или офисы в других странах. Должно быть место, которое ты ещё не проверила! — Да не было у них ничего такого, — Эмберли пожала плечами, — они постоянно находились в двух местах: главный офис и дом. Никаких ресторанов, путешествий, клубов, баров и вообще каких-либо развлечений! Они даже оборудовали целое крыло дома под офис и проводили многие деловые встречи там. Их жизнь была полностью захвачена компанией! Девушка не заметила, как на последних словах повысила голос. Сердце отбивало быстрый ритм, отчего сбивалось её дыхание, а в голове начал складываться пазл. Доказательства перед глазами. Два места: главный офис и дом. Место, которое ещё не проверила. Перед глазами. Дома. Эмберли посмотрела на Рокси, потрясённая своим же открытием. Впервые она смогла прочитать её взгляд. След того бездушного агента Ланселота давно исчез, и теперь перед ней стояла… не подруга, нет. Они никогда не были близки в этом плане, да и не должны были. Сейчас перед ней стоял человек, который впервые за долгое время поверил ей и действительно готов был помочь. И это значило для Эмберли намного больше, чем дружба. — Идти туда — это самоубийство, — Саттон осторожно поднялась со стула, до конца не веря происходящему, — Майкл, наверняка, поставил двойную охрану на каждый угол. И Мерлин, не говоря уже и о Галлахаде, не позволят тебе пойти туда одной, и, что более важно, они не доверяют мне сейчас. — В таком случае хорошо, что они не могут указывать мне, что делать. Кроме того, я не буду одна, — Рокси довольно ухмыльнулась, — готова к своей первой и последней миссии?
