Господин Учитель

Разумеется, Арсений ждал, что Антон будет заигрывать с ним и на следующий день (он даже надел ремень, хотя обычно не носит его). Он нервничал, волновался и думал о юноше. Просто не мог не думать. Прижать худое тело к стене и целовать, целовать, целовать. Мысль о том, что это аморально, отходила на второй план, когда Арсений пытался представить, как стонет мальчишка. Как на зло, у класса, где учился Антон, сегодня был только один урок – последний. А чувство ожидания – ужасное чувство. Арсений изо всех сил старается сосредоточиться на работе, подробно объясняет ученикам материал и совсем не думает о том, как Антон прижимается к нему, умоляя оттрахать. Он порядочный учитель. Но в этом случае самовнушение не работает. Совсем. Арсений с горем пополам проводит предпоследний урок и устало потирает виски, сидя за своим столом – он действительно очень устал. Вести уроки и думать об Антоне одновременно очень сложно. А сейчас будет ещё сложнее. Он подготавливается к следующему уроку и выходит из кабинета, но среди учеников около дверей Антона не находит. До начала урока ещё 10 минут и он успеет покурить. Хотя не стоило бы. Но кого волнует? Выйдя из школы, Арсений идёт в курилку, и, разумеется, видит там Антона. — Здравствуйте, Арсений Сергеевич, — говорит парень. Мужчина отмечает, что Шастун здоровается с ним также, как со всеми учителями. Нет этого огонька в глазах и заигрывающих ноток в голосе. — Здравствуй. Я, кажется, говорил тебе про курение? — И сами по-прежнему курите перед уроками, — Антон делает последнюю затяжку, тушит сигарету о подошву, выбрасывает бычок и молча идёт в школу. Арсений стоит, облокотившись на стену и думает. Антон даже не посмотрел на него. Даже не улыбнулся. Попова не должно это волновать, но волнует. В конце концов, он был уверен, что сегодня сделает что-нибудь с дерзким мальчишкой. Но, вроде как, не за что. Докурив, он возвращается в школу. Уроки ещё никто не отменял. Во время урока Антон также ведёт себя, как обычный ученик. Он послушно отвечает на вопросы Арсения, которые тот нарочно задаёт слишком часто, записывает то, что диктует учитель и в принципе никак не отсвечивает. Неужели вчерашнее поведение Арсения спугнуло его? Нет. Но Антон подумал, что помучить своего учителя будет забавно. Парень еле сдерживался, чтобы не отвесить какой-нибудь комплимент или слегка пошлую шутку. Строгий голос заставлял таять и вызывал желание полностью подчиняться. Но убедившись, что Арс действительно хочет его, Шастун решает поиграть. И чем дольше он будет играть, тем веселее будет потом. Когда звенит звонок, Антон прощается с Арсением, как это делают другие ученики - просто из вежливости. Он не задевает пальцами руку Арса, проходя мимо его стола, не оборачивается, когда подходит к дверям. Он просто уходит. И это бесит, чёрт возьми, это просто дико злит! Спокойствие. Только спокойствие. Придя домой, Арсений проверяет тетради учеников, которые не проверил в школе, выходит покурить только один раз, а вечером пьёт виски и смотрит фильмы. Он не может понять, что именно чувствует. Но то, что Антон относится к нему так равнодушно после того, как вёл себя до этого, явно не радует. В голове всё ещё мысли о развратных стонах Антона. И это всё ещё плохо.

***

На следующий день Антон ведёт себя точно так же. Здоровается, спокойно сидит на его уроках и решает примеры. Бесит, бесит, бесит! Арсений ничего не может с собой поделать. И это тоже бесит. — Антон, — обращается Арс к ученику после звонка, когда тот собирает свои вещи. — Да, Арсений Сергеевич? — Шастун оборачивается и смотрит прямо в глаза. Смотрит так, как Арсений хочет, чтобы на него смотрел этот мальчишка. — Зайди после уроков, пожалуйста. — Конечно, Арсений Сергеевич, — юноша слегка улыбается и выходит из класса. Антон сдерживался как мог, но глаза выдавали его с головой, давая Арсению понять, что парень всё ещё «в игре». Только после того, как Шастун вышел, Арс понял, что не придумал повод, по которому он попросил Антона остаться. Что этот мальчишка с ним творит? До конца уроков ещё два с половиной часа. И он снова ждёт и не может больше ни о чём думать. Арсений проводит уроки на автомате, профессионально объясняя ученикам материал. Ожидание слишком мучительно. Ещё мучительнее мысли, которые лавиной атакуют Арса. Он ощущает себя чёртовым извращенцем. Он думает о том, как трахает парня. Несовершеннолетнего мальчишку. О, боже. Такого Арсений точно от себя ну никак не ожидал. Однако жизнь полна сюрпризов. Спустя мучительно огромное количество времени учебный день у десятых классов подошёл к концу, и Арсений, услышав звонок, даже облегчённо выдохнул. Ученики вышли из кабинета, и спустя пару минут в дверях показался Антон. Ну, понеслась. — Ну вот я пришёл, Арсений Сергеевич. — Да... Эм, я... — Арсений задумчиво почесал затылок, смотря на Шастуна. Он так и не придумал повод. — Вы, вероятно, что-то от меня хотели? — юноша изо всех сил старается не хихикать. Он знает причину, по которой его позвали в этот кабинет – Попов переживает насчёт того, что Антон с ним не заигрывает. — Да, хотел. Ты не планируешь профильную математику сдавать в 11-ом классе? — Допустим, планирую. А что? — Антон усмехается и подходит к учительскому столу. — Я предположил, что тебе будут интересны дополнительные занятия. Я вижу в тебе большой потенциал, — на ходу придумывал Арсений. — А остальным? Думаю, в физ-мат классе многие планируют сдавать профиль. Почему не устроить дополнительные для всех? — наступал Антон, загоняя учителя в тупик. — Ну... Я планировал тебя на олимпиаду отправить... — Арсений пытается выкрутиться. — Не люблю олимпиады. У вас всё, Арсений Сергеевич? — Эм... Да, конечно, — растерянно говорит мужчина, понимая, что ничего не добьётся от мальчишки. Антону надоедает, что Арсений мешкается и ничего не делает, и поэтому он решает немного его подразнить. — Тогда до свидания, господин учитель, — Шастун снова смотрит на него так, будто Арс и правда его господин. И Арсений не выдерживает. Резко поднимаясь со своего кресла, он хватает Антона за ворот рубашки и притягивает к себе, впиваясь в губы. Он сразу врывается языком в горячий ротик, посасывает язык Шастуна. Он кусает его губы, оттягивает, буквально трахает его в рот длинным языком. Юноша тихо стонет и тает, тает, тает. Становится невыносимо жарко и нечем дышать, и Антон, отрываясь от губ учителя и пытаясь отдышаться, почти стонет: — Арс... Арсений Сергеевич... Дверь... Арсений выходит из-за своего стола и закрывает дверь на ключ. — Подойди, — хриплым голосом просит мужчина. Антон послушно подходит к учителю и смотрит в его глаза. В эти голубые омуты, которые затягивают, затягивают как само море. Он смотрит в них и понимает, что готов делать всё, что угодно, если Арсений попросит или прикажет. Зрачки обоих стремятся к бесконечности от возбуждения. — На колени, — шёпотом приказывает Арс. — Да, господин учитель, — также шёпотом отвечает Антон и садится на колени около ног Арсения, не разрывая при этом зрительного контакта. Он смотрит на мужчину снизу вверх, отчего его взгляд становится ещё более покорным. — От тебя пахнет сигаретами. Сколько раз нужно сказать, чтобы ты понял, что мне это не нравится? — Арсений гладит его по волосам. — А я слов не понимаю, — нагло усмехается Шастун. — Не дерзи мне, солнышко, — с этими словами юношу хватают за волосы и слегка тянут. Это очень возбуждает. — А не то что? — улыбается Антон. — Видишь этот ремень? — Арс свободной рукой проводит по кожаному изделию. — Знаешь, зачем я его надел? — Хм... — наигранно задумывается парень. — Нет, не знаю. После этих слов Антон усмехается, и, глядя в глаза учителю, начинает покусывать ремень прямо над ширинкой. Он облизывает его, чувствуя во рту привкус дорогой кожи. Арсений внимательно следит за действиями юноши, его нездорово расширенные зрачки подрагивают. Всё также ртом, не помогая себе руками, Антон расстёгивает ремень учителя, и тот вытаскивает его из петель на своих штанах, кладя на парту, стоящую рядом. — Поднимись и подойди к парте, — голос Арсения всё ещё хриплый, и это нереально заводит. Шастун встаёт и подходит к парте. Арс встаёт за его спиной, прижимаясь, и начинает гладить тело младшего сквозь ткань рубашки и штанов. — Чего ты хочешь, Антон? — шепчет на ухо мальчику мужчина. — Арсений... Сергеевич... — шепчет Шаст и прижимается задницей к ширинке Арсения, слегка нагибаясь. Арс тихо рычит, и, схватив парня за волосы, прижимает его грудью к парте. Наклонившись к его уху и проведя по нему горячим языком, он шепчет: — Видимо, стоит показать тебе, зачем я надел ремень. Я думал об этом два дня, солнышко. Зачем ты издевался надо мной? — Было забавно видеть, как вы беситесь и возбуждаетесь, думая о том, как трахаете меня, господин учитель. — А получить за это ремнём по заднице будет забавно, м, Тош? — Думаю, это будет возбуждающе, а не забавно, Арсений Сергеевич. Арсений стягивает до колен штаны Антона, которые обтягивают его ягодицы, когда тот наклоняется, а затем берёт в руки ремень. — Снимай боксеры. Мальчик послушно отправляет бельё к штанам, слегка прогнувшись в спине. Арсений нежно оглаживает упругие ягодицы и слегка мнёт их. Первый удар он совершает ладонью, и Антон лишь вздрагивает. Но Арс хватает его за волосы и заносит руку с ремнём для удара. Изделие с характерным звуком разрезает воздух, а затем приземляется на нежную кожу ягодиц. Антон довольно стонет. — Будешь громко стонать – не дам тебе кончить, — говорит Арсений и бьёт второй раз. Антону очень хочется стонать и кричать, но он и сам понимает, что нельзя. Тем более, кончить всё-таки хочется. Очень хочется. Третий удар обрушился на худые бёдра. Арсения очень возбуждают эти худые длинные ножки, которые хочется скорее раздвинуть, чтобы... Ох. Боже. Антон вздрагивал и тихо скулил, с каждым ударом возбуждаясь всё больше. — Арс... Арсений Сергеевич... Ах, боже, — парнишку продолжают шлёпать, когда он пытается что-то сказать. — Господин учитель... Я хочу вас, пожалуйста... — Я трахну тебя в другой раз, — шепчет Арс, откладывая ремень. — Иди ко мне. Антон поднимается с парты, тихо постанывая, и поворачивается к Арсению. — Сделайте же что-нибудь... Умоляю... — Шастун слегка прижимается к животу учителя твёрдым членом. Арсений берёт его в руку, и ему хочется кричать, когда он чувствует, какой член юноши горячий и твёрдый. По стволу стекает капелька смазки, и Арс ловит её пальцами, растирая. Свободной рукой он расстёгивает рубашку парня, чтобы тот не испачкал её, когда будет кончать, и начинает медленно двигать рукой. Антон одной рукой держится за парту, а другой обнимает Арсения. С его влажных губ то и дело срываются тихие стоны. — Поцелуйте меня, Арсений Сергеевич... Ах... — стонет парень, приближаясь к губам учителя. — Быстрее, умоляю... Быстрее... Арс грубо целует его, снова хватая за волосы – он понял, что мальчику это нравится, и начинает ласкать быстрее. Антон стонет в рот Арсения, слегка толкаясь бёдрами в руку. Оторвавшись от губ своего ученика, Арс опускается и прикусывает маленький розовый сосок, начиная облизывать его. — Боже... Да... Да-а... Арсений... Сергеевич, господи, да... Я сейчас... А-арс! — вскрикивает Антон. Оргазм накрывает его такой дикой волной, что сперма попадает ему на грудь. В глазах темно, в висках пульсирует, а сердце грозится выскочить из часто вздымающейся груди. Учитель решает закрыть глаза на то, что мальчишка слишком громко стонет, надеясь, что никто не слышал. Арсений уходит к своему столу и достаёт оттуда влажные салфетки. — Вот, держи, — он протягивает их Антону, и тот берёт их, доставая из пачки одну и вытирая тело. Арс вытирает руки и облокачивается на парту напротив. Закончив с салфетками, Антон застёгивает ширинку и решает отблагодарить учителя, притягивая его к себе и целуя. — Что я могу сделать для вас, господин учитель? — спрашивает Антон, всё также покорно смотря на Арсения. — Вставай на колени. Парень снова встаёт на колени перед ним, в то время как Арс расстёгивает ширинку. — Сейчас я трахну тебя в твой горячий ротик, солнышко, — наклоняясь к лицу Антона, возбуждённо шепчет Арсений. — Затем кончу в него, а ты только попробуй не проглотить, понял? — Да, господин учитель, — Антон приспускает штаны и боксеры Арсения. Он проводит языком по всей длине, кончиком дразня уздечку, затем начинает посасывать головку, при всём при этом не разрывая зрительного контакта с Арсением, который смотрит на него, будто маньяк. Парень медленно заглатывает член учителя, двигая головой. Когда головка упирается в горло, Шастун выдыхает носом и резко насаживается на твёрдый член. — Ох, бля-я-ять, — от неожиданности стонет Арсений. — Арсе-е-ний Сергеевич, — тянет Антон с улыбкой, резко выпуская член изо рта с характерным звуком. — Вы же учитель. — Не отвлекайся, солнышко, — стонет Арс, запуская руку в мягкие волосы Шастуна и слегка притягивая к себе, намекая на то, что хочет продолжения. Антон снова медленно заглатывает, а когда головка прижимается к горлу, резко двигает головой вперёд. Горло сжимается вокруг члена, снося старшему крышу. Он чуть сильнее сжимает волосы в руке и начинает медленно двигать бёдрами, трахая мальчишку в рот. Антона это возбуждает, он даже постанывает, отправляя по органу вибрации, от которых у Арсения темнеет в глазах и ещё сильнее подкашиваются ноги. — Тв... Твою мать... Тебе 16 лет, ах, чёрт... Где ты научился... О-ох, бля-я-ять... — стонал Арс. Антон взглянул на учителя, и, положив руки на его бёдра, намекнул, что тот может двигаться быстрее. — Го-осподи, ты просто... Пиздец... И он начал двигаться быстрее. Шаст сжимал горло и часто сглатывал. Это сводит с ума. Это ни с чем не сравнимо, эти ощущения нельзя никак описать. Ему так хорошо, что кружится голова. Он беспорядочно двигает бёдрами, сбиваясь с чёткого темпа, чувствуя, что вот-вот кончит. — Да... Солнышко, ты просто... Просто чудо... Да-а... Я сейчас... Твою ма-ать... — Арсений сильно сжимает его волосы, толкаясь так глубоко, как только может. Антон морщится, чувствуя, как горячая сперма брызгает в горло, но глотает, не отстраняясь. Арсений отпускает волосы парня, пытаясь отдышаться. Парень поднимается и просто наблюдает за тем, как Арс приводит себя в порядок. Его руки (слишком сексуальные) застёгивают ширинку и заправляют рубашку в штаны. Затем он берёт с парты свой ремень и вставляет в петли, застёгивая. Арс поднимает голову, всё ещё пытаясь отдышаться, и его кадык дёргается (а вместе с ним и Антон от такого зрелища), когда он сглатывает. — Так где ты научился так хорошо сосать? — спрашивает Арсений, притягивая к себе Антона за руку. — Это у меня талант, — усмехается Шастун. — А вы очень сексуально выглядите с ремнём в руках. — Спасибо. Ты слишком развратный для милого школьника, — улыбается Попов, и юноша готов отдать за эту улыбку всё, что угодно. — Вам не понравилось, господин учитель? — Понравилось, — усмехается Арсений. — Так мне приходить завтра на дополнительные? Если они будут такими, то я согласен. — Приходи. А какими они будут, мы ещё посмотрим, — смеётся Арс, обнимая мальчишку. — Я обещаю подготовиться к нашим занятиям. До свидания, Арсений Сергеевич, — Антон чмокает его в щёчку, и, застегнув рубашку, уходит. Арсений понимает сейчас только одну вещь: он очень сильно влюбился в своего ученика. Но над этим он обещает себе подумать позже. Пора домой.