Лучшая любовница

      Ичиго закуривает и садится на подоконник.       Киске, пришедший в гости, смотрит в альбом, который ученик положил перед ним.       - Чад и Орихиме поженились. У них двойняшки, в пятом классе.       Фото из роддома, где растерянно-счастливое лицо здоровяка-полукровки освещено заходящим солнцем. Бывшая Иноуэ, а ныне Садо нежно улыбается свертку на руках, и Ичиго стоит рядом, за плечом. Крестный двойняшек, их второй отец.       Малыши Юки и Хаку искреннее считали, что у них два папы, и не понимали, что с другими семьями не так, когда пошли в детский сад. Пока Куросаки не объяснил им, что и как. Но и тогда они не перестали считать его отцом, просто звали его не как Садо – ото-сан, а проще – то-чан.       Орихиме была беременна вновь, и семью ждало пополнение – девочка, имя которой выбирал Исида, как крестный еще не рожденной.       - Юки и Хаку пошли в мать. Бледнокожие, хотя и темноволосые, но изящного сложения и мягкого характера. С ними нет проблем, в отличие от сыновей Исиды, - Ичиго усмехается.       Да, Хаку и Юки, мальчик и девочка, были мирными, спокойными и послушными детьми. И их родители вполне справлялись с воспитанием отпрысков, с поддержкой крестного.       - Исиды-сана? – уточнил Урахара?       - Он женился на Тацуки. Дети унаследовали кровь отца. Он, оказалось, был в детстве той еще заразой, больше, чем в школе.       Боевитостью дети Урюу и Арисавы пошли в мать, а шкодливостью – в отца.       Старший сын, Мамору, недавно перешедший во второй класс, дядю Ичиго любил пылко и от всего детского сердца. И так же пылко ревновал его к собственному брату. Что нередко выливалось в наказание от того же дяди Ичиго.       - Ренджи взял в жены рукогайку, сейчас возглавляет пятый отряд. Детей у них пока нет, но он доволен своей жизнью.       Рыжий пускает струю дыма в воздух.       Абараи действительно очнулся от своих безответных чувств к Рукии и нашел утешение в младшей дочери купца из двадцать восьмого круга. Свадьбу сыграли через несколько лет после знакомства, но на ней тогда еще лейтенант сиял. Он весь светился от чего-то нежного, глядя на супругу, прятавшую лицо за вуалью, и Куросаки был искренне рад за друга.       - А Рукия нашла себе младшего Шихоин.       Кто бы знал, что Юширо, без царя в голове и с шилом с неудобосказуемом месте поострее, чем у самого Куросаки, сумеет так очаровать юную Кучики, что та сама придет к брату с предложением подкрепить союз кланов браком между ней и Юширо.       Через несколько лет, после соблюдения всех необходимых традиций, они все же станут парой.       Ичиго улыбался, вспоминая о них.       Тоширо все же сумел добиться у него разрешения встречаться с Карин. Та долгое время не отвечала на его чувства, но ледяной капитан был на зависть всем упорен и сумел даже договориться о помолвке.       - Он был даже немного смешон, когда так твердо смотрел, прося руки Карин, - хмыкнул Ичиго, вспоминая.       Что примечательно, с предложением руки и сердца девушке Хицугая пошел не к ее отцу, а брату.       Бьякуя так и был одинок, не сумев забыть почившую Хисану. Но – оживал. Медленно, еще медленнее, чем растет кристалл алмаза, он все же верно и неотвратимо становился ближе к окружающим его людям. И уже не так жестко отклонял все знаки внимания девушек. А еще все чаще наведывался в девятый отряд, где помогал Хисаги с отчетами и подготовкой солдат по приказу Главнокомандующего.       К шоку всего Готей-13, Мацумото Рангику и Кира Изуру на днях играли свадьбу. Сразу после его излечения от состояния зомби, решительная женщина, давно с интересом смотревшая на лейтенанта, поставила его перед фактом. Впрочем, тот не возражал. И всячески помогал в организации празднества, которое должно было произойти со дня на день.       - Ты тоже приглашен, - передал приглашение пары Урахаре Ичиго.       Кенпачи с головой хватало приемной дочери и Рицу. Они заменяли мужчине всех разом. Его офицерам, Юмичике и Иккаку, тоже вполне было достаточно друг друга.       - Хотя, если честно, я не могу никого другого рядом с Кенпачи представить, - со скепсисом в голосе произнес Ичиго, стряхивая пепел с сигареты.       И даже на неукротимую Сой Фонг нашлась управа. Точнее, она была давно, но никто и не думал об этом: Сой Фонг по уши была влюблена в Йороичи. И та даже не подозревала об этом, видя лишь болезненную привязанность ученицы к ней, принимая все, как веру в неопытность отношений с людьми. Но порывистость нынешней главы второго отряда привела к тому, что Шихоин обо всем узнала. И сейчас они пытались понять друг друга, попутно разнося полигоны.       Ичиго вздыхал, но молчал и не комментировал.       Вокруг Момо Хинамори кругами, не зная, как подступиться, ходил Хирако. Ходил, и все же примелькался: девушка уже несмело улыбалась на его ухаживания. Однако же она была под стать своему зампакто: буйной огненной стихии, и Шинджи уже заранее можно было сочувствовать – с такой женой не соскучишься.       Укитаке все же выжил после оживления Мимихаги. Ценой долгой комы и еще более долгого восстановления, он сумел побороть болезнь и встать на ноги.       И не нужно было даже упоминать, что при первом его шаге после этой болезни его поддерживал Кьораку.       Юзу, домашняя и уютная, уже давно вышла замуж за владельца небольшого суши-ресторанчика в Каракуре, единственная не связав судьбу с миром Мертвых. Племянники Ичиго, Кисе и Тецуя, как и все дети, любили беззаветно и безоглядно, и их отец даже немного ревновал к шурину.       Урахара поднял взгляд на ученика.       Ичиго докуривал третью сигарету.       Пустая квартира Куросаки принадлежала холостяку, хотя седина уже побила его виски.       Рыжий разгладил складки на дорогом костюме и вновь затянулся у открытого окна. Морщинка на лбу, которую Киске помнил еще с юности своего визави, стала глубже с годами, а поседевшие рано виски Куросаки не прятал и не закрашивал, хотя ему и предлагали. Лучики вокруг глаз разбегались, словно и вправду от солнца: общение с малышней не прошло даром, и Ичиго улыбался гораздо чаще. По-прежнему сильные руки непривычно скрыты перчатками и длинным рукавами костюмов: должность обязала, да и стиль Куросаки неожиданно понравился.       Он сменил прическу, чуть отпустив волосы, как во время сражения с Айзеном.В сочетании с общим впечатлением выглядело сногшибательно, учитывая, что Ичиго нередко позволял себе вольность – расстегнуть пару верхних пуговиц, расслабив галстук. И отбоя от поклонников у Куросаки не было, как на работе, так и на разнообразных мероприятиях его компании.       Но дом мужчины был пуст. Минималистистический дизайн, и ничего лишнего – нет и тетради, папки, брошенной в углу, памятных вещиц из прошлого – раз-два и обчелся: все в дальних коробках. Так, чтобы никто чужой не увидел, не понял.        И всего в доме только – на одного человека. Одна щетка и мочалка в душе, из трех стульев на кухне истерт лишь один, и даже кресло в гостиной – одно.       Видно, что дома Куросаки только ночует.       Ичиго был один, хотя ему было уже за сорок.       - Просто смерть – прекрасная любовница, да, Куросаки-сан?       - Прекраснее этой женщины нет и не будет, - тот поднимает сигарету, изображая тост, и прикуривает.       Он видел эту женщину лицом к лицу столько раз, что знает каждую ее черточку наизусть. И никого, прекраснее нее, он и вправду не знает.       Бычок прежней сигареты сначала сияет огоньком, а после затухает. Но новая загорается, как яркая звезда.