Injustice (fixed)

Хэл выполз из спальни только к концу завтрака, когда Билли уже убирал свои тарелки в раковину, а Барри допивал чай, лениво листая новости на телефоне. — Могли бы и разбудить, — недовольно пробурчал Хэл, устраиваясь на своем месте. Его завтрак был накрыт тарелкой и еще не остыл. — И тебе доброе утро, — ласково улыбнулся Барри. — У тебя выходной, так почему бы и не выспаться? — Я тоже хочу выходной, — проворчал Билли, вставая мыть посуду. — Можно я заболею? — Нет, — хором ответили Хэл и Барри. — Отстой, — цыкнул языком парень, впрочем совершенно не обидившись. Хэл сонно улыбнулся Барри и взялся за стакан со свежевыжатым соком — не так давно они перебрали все вещи на кухне и обнаружили несколько кухонных приборов, типа вафельницы и соковыжималки, которые после покупки он даже не удосужился достать из коробок. Вафельницей они побаловались пару раз и бросили, а соковыжималка как ни странно пригодилась — Барри постоянно экспериментировал с разными фруктами, а Билли обожал делать из сока фруктовый лед. — Итак, ты сегодня до обеда? — Обратился Хэл к Барри. — Я приеду за тобой. Билли, ты к Титанам после школы? — Ага. Вернусь завтра, у нас ночь видео-игр. Хэл закатил глаза: — Вы вроде как должны патрулем заниматься. — Как будто вы там в Лиге серьезно сидите перед мониторами и ждете, когда же злодеи начнут крушить города, — парировал Билли. Хэл хотел было ответить на эту шпильку, но почувствовал неприятный комок в горле и твердеющую нижнюю губу. Посмотрел на свой стакан с остатками сока и задумчиво спросил: — А из чего сок? — М? — Барри оторвался от телефона и улыбнулся ему. — Яблоко с вишней, как ты любишь. Хэл нахмурился: — Я не люблю вишню, у меня на нее аллергия. Билли, дай аптечку, пожалуйста. Билли оторвался от мытья посуды и передал коробку Хэлу, с интересом наблюдая за ним и Барри. Сам Барри застыл, удивленно смотря на Хэла. — Как аллергия? — Наконец хрипло спросил он. — Ну вот так, несильно, но неприятно. Я разве не говорил? — Хэл откопал в коробке таблетки и, проверив дозировку, закинул в рот. — Ком в горле встает и губы чешутся. Не смотри на меня так, сейчас пройдёт, скорая не нужна, — отмахнулся он. А потом тоже застыл и снова посмотрел на Барри. — С чего ты вообще взял, что я люблю вишню? — А… Я… Прости… — Барри смутился. — Прости, — повторил он и выскочил из кухни. Хэл почувствовал полное смятение и вину по связи. Он хотел было пойти за Барри, но голос Билли остановил его: — Тот Хэл, видимо, любил вишню. Точно. Тема Хэла из мира Барри не поднималась уже практически месяц, но это была их больная мозоль еще до начала отношений. Как бы Хэл ни старался игнорировать этот факт, но бывшим парнем его мужа был другой Хэл. Который был очень похож на него самого и в то же время был совершенно другим человеком. Было сложно игнорировать тот факт, что Барри был знаком с тем Хэлом более десяти лет и очень долго встречался с ним. На подсознательном уровне он знал его привычки и неосознанно накладывал их на него. Это было обидно, но Хэл терпел. Он знал, что они с Барри родственные души, что они предназначены друг другу и их связь нельзя так просто разорвать воспоминаниями о другом человеке, с которым Барри не очень-то и хорошо было вместе. Периодически Барри видел сны о том Хэле, думал о нем и вспоминал разные моменты, обрывки которых Хэл видел по связи. — Эй, Хэл, — Билли похлопал его по руке, вырывая из невеселых мыслей. — Вам надо серьезно поговорить об этом. — Да уж, — Хэл пальцем потер нижнюю губу, которая продолжала неприятно зудеть. — И да, Барри только что сбежал, — продолжил тот. Хэл удивленно прислушался к связи, потому что даже не услышав хлопка двери. Барри действительно был уже на достаточном расстоянии от них. Он тихо выругался и закрыл глаза. — Я не знаю, как вызвать его на разговор. Он теряется, пугается и убегает от меня, — наверное, жаловаться Билли было не совсем верно, но Хэлу было все равно. — У тебя есть кольцо Зеленого Фонаря, — фыркнул Билли. — Ты всегда можешь его выследить, поймать и привязать к стулу. Решай эту проблему, Хэл. Я хочу расти в здоровой семье, — последнюю фразу Билли произнес с доброй насмешкой. — Мне тоже пора, так что потрать свое время наедине с пользой. — Засранец, — буркнул Хэл, когда Билли вышел с кухни. Впрочем, он был прав — эту проблему надо было как-то решать. *** Хэл сидел в машине и нервно барабанил пальцами по рулю в ожидании, когда Барри выйдет из школы. Он старался закрыть связь со своей стороны, потому что чувствовал вину Барри и не хотел усугублять ситуацию. Он уже уяснил, что если его муж чувствует себя виноватым или уязвимым, то он скорее убежит подальше, чем откроет рот и выскажет все вслух. Хэл давно признался себе, что ревнует к тому Хэлу. Он хотел бы быть первым и единственным, но учитывая его собственные любовные похождения, требовать от своей родственной души он ничего не мог. Просто… Хэл был самым волевым и упрямым человеком в своей Вселенной, и он действительно считал себя уникальной снежинкой. Но наличие другого Хэла, который имеет очень похожие привычки, злило. Злило то, что Барри даже не замечает, что переносит свои знания на него. Дверь со стороны пассажирского сидения открылась, и притихший Барри сел рядом с ним. — Привет… — Неуверенно поздоровался он. Видимо, недовольство Хэла все же просочилось сквозь блок. — Как твое горло? —Привет. Давно прошло, — Хэл слабо улыбнулся, чувствуя, что с каждой секундой Барри нервничает все больше. — Перестань паниковать. Я не злюсь, — он словил скептичный взгляд и вздохнул. — Злюсь. Но не на это. Нам надо поговорить. — Ни один разговор, начинающийся с фразы «нам надо поговорить», никогда не заканчивается ничем хорошим… — пробормотал Барри. Хэл тяжело вздохнул, но все же ответил: — Нам нужно поговорить. Иначе даже с нашей связью… Или тем более с нашей связью наши отношения работать не будут, — он уловил волнение Барри по связи и внезапно жестко сказал. — Нет, я не дам тебе со всем согласиться, если на самом деле ты не согласен. Я уже понял, что ты предпочитаешь быть удобным окружающим и засовываешь свои желания куда подальше. Но это не работает с нашей связью. Тебе придется говорить со мной. И мне тоже придется. — Хорошо, начинай, — вздохнул Барри, откинувшись на спинку кресла и закрыв глаза. — Меня бесит, что твой бывший — Хэл Джордан, — честно начал тот. — Это не претензия конкретно к тебе, но какого хрена? Почему он так похож на меня? Меня расстраивает то, что ты опираешься на свои знания о нем, когда делаешь что-то для меня. Я понимаю, что ты не виноват, что так происходит. Но он висит между нами, как хренов призрак. Ты постоянно его вспоминаешь и думаешь о нем, даже когда не хочешь этого. И из-за связи я это вижу, и расстраиваюсь. Ты замечаешь, что я заметил, и начинаешь винить себя. — Ты говорил, что тебе плевать на то, кто мой бывший, — тихо ответил Барри, смотря невидящим взглядом на улицу. — Да, я тогда думал, что мне плевать, и это все пройдет в какой-то момент. Но мне неприятно и больно, и это повторяется раз за разом. Еще раз — я не виню тебя. Но я хочу что-то сделать с этим. — Хэл, я, правда, стараюсь… — Барри тихо вздохнул и обернулся на него. — Мне очень жаль, что я перепутал все и чуть не отправил тебя в больницу с отеком… — Да не отправил бы, — тут же парировал Хэл. — Это было опасно. Но мне нужно время. Много времени, чтобы перестать постоянно вспоминать его и сравнивать вас. Это сложно, потому что вы похожи в мелочах. — И все же я никогда не стал бы встречаться с тобой только потому, что Кэрол мне не дает, — начал распаляться Хэл. — Я бы никогда не стал говорить тебе тех слов, что он тебе сказал в вашу последнюю встречу. Я бы никогда не стал заниматься с тобой сексом, когда ты не хочешь этого. Я бы никогда… — Хэл, хватит, я знаю, — прервал его Барри. — Ты хороший, а он плохой, я тебя услышал. Если это не разговор о том, какие у тебя еще есть пищевые аллергии, о которых мне стоило бы знать, то я не хочу его продолжать. Я не готов. — Ты все еще любишь его, да? Барри резко обернулся на него и растерянно посмотрел прямо в глаза, впервые за весь разговор. А затем схватился за ручку двери и вспышкой вылетел из машины. Хэл бессильно стукнулся лбом об руль. — Я идиот… *** Барри учился контролировать связь со своей стороны, но у него никак не получалось совладать с собственными эмоциями. Что он знал точно — расстояние делает связь тоньше. Так что он покинул Коаст и бежал до тех пор, пока эмоции Хэла не стали чувствоваться где-то на грани сознания. Это было просто нечестно. Хэл обещал ему дать время, чтобы разобраться в себе и отпустить воспоминания. В конце концов он действительно не специально вспоминал своего бывшего. И он чувствовал себя виноватым за утренний инцидент. Но говорить с Хэлом о Хэле… Было выше его сил. Тем более в контексте «лично ты меня не бесишь, но…». Он стоял посреди парка какого-то незнакомого города. Никто не обратил внимания на то, что еще один пешеход появился просто из ниоткуда, так что Барри подошел к ближайшей скамейке и сел на нее. А потом почувствовал, что к глазам подступают слезы. Он плакал и плакал, сидя в одиночестве в незнакомом городе, и никто не подошел к нему. Впрочем, оно было и к лучшему. Объясниться Барри бы все равно не смог. Когда наконец он успокоился, то еще какое-то время сидел, глядя на свои кроссовки и не думая ни о чем. Затем достал телефон и проверил время. С момента выхода из школы прошло около полутора часов. Нужно было возвращаться домой, но он не хотел. Кроме дома Хэла своего места у него в этом мире не осталось — его квартиру они освободили несколько недель назад. Можно было бы пойти и снять номер в отеле, но Барри не хотел оставаться один в незнакомом городе. И домой он тоже не хотел возвращаться прямо сейчас. Нужно было что-то говорить или слушать, чувствовать чужие эмоции по связи и не иметь возможности перекрыть свои. Хэл не писал ему сообщений, а связь со своей стороны закрыл, так что если бы Барри и хотел чего-то услышать, то не смог бы. Это было немного обидно, потому что у него не получалось управляться со связью. То, что Хэл делал интуитивно, для Барри было слишком сложно. Он просидел в парке до тех пор, пока не стало смеркаться. Затем все же открыл карты на телефоне и, посмотрев, где находится, встал и побежал обратно в Коаст. Хэл обнаружился на кухне, сидящим за столом в красной толстовке Барри. Он вертел в руках свою кружку с давно остывшим кофе и невидяще смотрел на нее. Барри осторожно отодвинул стул и сел рядом. Хэл, словно очнувшись, удивленно посмотрел на него и подскочил со своего места: — Прости! Барри, прости-прости-прости, я перегнул, я был не прав, я… — Барри остановил его словесный поток взмахом руки и указал на его стул. Хэл медленно сел обратно, судорожно пытаясь уловить эмоции Барри по связи. — Барри?.. Тот тяжело вздохнул, не зная с чего начать. — Ты прав, я привык быть удобным окружающим. И раз тебе это не нравится, — медленно начал он. — Тогда вот тебе неудобный вопрос: ты любишь Кэрол? — Что? — Хэл явно не ожидал такого поворота. — Ну… То есть… Кэрол? Почему мы говорим про Кэрол? — Да или нет? — Не поддался Барри, глядя прямо на него. — Не в романтическом плане… — Это явно был не тот ответ, так что Хэл вздохнул. — Да?.. — Несмотря на то, что она знала о твоих намерениях и промолчала о том, что нашла свою родственную душу? — Хэл стушевался. — Кажется, ты говорил, что собирался делать ей предложение, когда она вывалила на тебя новости об открывшейся связи. А значит, несколько месяцев тебе изменяли, а ты не знал. Тем не менее ты все равно продолжаешь на нее работать и общаться с ней, как со старым другом. — Ну когда ты так ставишь вопрос… Но это же Кэрол?.. Ты ведь не ревнуешь к ней? К чему вообще мы начали про нее? — Хэл явно был сбит с толку и глупо смотрел на Барри, пытаясь уловить суть. — К тому, что я люблю того Хэла, — вздохнул Барри. — «Не в романтическом плане», — передразнил он. — Послушай, я был знаком с ним практически с тех пор, как стал Флэшем. Сначала появился Флэш, а где-то через месяц Абин Сур разбился у Хэла под носом. Айрис и Кэрол оказались подругами — познакомились, когда Айрис брала у Кэрол интервью. И нас познакомили. И мы довольно глупо друг перед другом спалились, потому что оказались закрыты в пещере на пляже недалеко от Коаст и отбежать друг от друга, чтобы переодеться, у нас не вышло. И мы всегда были с ним вместе — Флэш и Зеленый Фонарь, лучшие друзья во всей Лиге Справедливости. Я жаловался ему на Айрис, он мне на Кэрол. Собирались все вместе с его друзьями и были… Ну, обычными молодыми людьми? — Он пожал плечами с печальной улыбкой. — Это было неплохо, потому что он был моим первым другом не с работы или академии. Он защищал меня от постоянных нападок Айрис. Он с пониманием относился к моим способностям. К необходимости много есть, к тому, что я могу выпасть из реальности. Да много чего. Я влюбился в него и испугался. Потому что он гребанный Хэл Джордан — самая яркая звезда на небосклоне. Хэл смотрел на него с затаенной тоской и пониманием, так что Барри продолжил: — И я начал избегать его. Мне казалось, что я все испорчу. Слишком долгий взгляд, слишком двусмысленная шутка, и он поймет, что я воспринимаю его не как друга. Ты представить себе не можешь, как я боялся испортить все. Как я боялся… Что он не поймет меня. Я начал избегать его, — повторил он с грустной улыбкой. — Завалил себя работой, отказывался от посиделок на выходных, игнорировал его просьбы помочь ему с преступниками в Коаст. Хэл не дурак, в один из дней закрыл меня в лаборатории и начал допытываться, что происходит. И я рассказал, потому что к тому моменту я загнал себя настолько, что казалось, что легче вообще потерять его, чем молчать и издалека смотреть. Барри замолчал, а Хэл осторожно положил свою руку поверх его и мягко сжал. Ободряюще улыбнулся, когда тот поднял на него взгляд. — И он ушел, — тихо продолжил Барри. — Он не кричал и не обвинял меня ни в чем. Он растерялся и просто молча ушел, — он немного помолчал, а потом мягко улыбнулся. — А через неделю стоял на пороге моей квартиры. Долго сумбурно пытался объясниться, извиниться, рассказать… Но все сводилось к «давай попробуем». Пока я от него прятался со своими чувствами, Кэрол приперла его к стенке и сказала, что никакого любовного интереса между ними быть не может, только работа. И если он не готов с ней работать, то она напишет ему рекомендацию в любую другую компанию. — Типичная Кэрол, — фыркнул Хэл, впервые прервав Барри. — Прости, продолжай… — В общем, уходить он никуда не собирался, конечно. Зато он стал моим парнем. Мы никогда не съезжались с ним, встречались то у него, то у меня. Это было… Ну, это было неплохо, понимаешь? Он притаскивал мне на работу фастфуд, я отмазывал его от Кэрол, вместе мы патрулировали наши города, смотрели научную фантастику на моем стареньком телевизоре и трахались. На тот момент это было даже больше, чем я мог мечтать. Да, он не раз, и не два вслух сожалел о своей неудаче с Кэрол, но я не обращал на это внимания. До Хэла моя жизнь была сплошной чередой неудач, я не рассказывал тебе? — Нет… — немного удивленно ответил Хэл. — Ты рассказывал только о том, как стал Флэшем и о Режиме… Барри шумно выдохнул, поджал губы и, помолчав, сказал: — Мою маму убили у меня на глазах, когда мне было одиннадцать. Желтая вспышка. Никто мне не поверил, и моего отца посадили на пожизненное. Меня забрал друг семьи, по совместительству полицейский, который арестовал моего отца. И он не верил мне, потому что думал, что я пытаюсь прикрыть отца. Он не позволял мне видеться с ним. Ни на день рождения, ни на Рождество, никогда. Я сбегал из дома, ехал на автобусе через весь город к Айрон Хайтс, молясь, чтобы там была нормальная смена, которая пропустила бы меня, а не позвонила бы моему опекуну. А когда пришло время выпускаться из школы и выбирать профессию, я уперся, что стану криминалистом. Потому что я не хочу, чтобы другие невинные люди садились в тюрьму из-за ошибки следствия. Мой опекун был, конечно, против. Так что я зарылся в учебники, нашел стипендию, по которой могу поступить, и поступил, черт возьми. Окончил с отличием. Поступил на работу в тот же участок, где работал мой опекун. И ко мне все относились скептично, так что я постоянно доказывал окружающим, что я могу быть достойным криминалистом и профессионалом своего дела. Искал доказательства того, что это не мой отец убил маму. Добивался пересмотра его дела. А потом эта дурацкая гроза и меня бьет молнией. Месяц комы, и внезапные способности. Понимаешь? И на фоне всего этого, — он образно взмахнул руками. — Хэл. Солнечный мужчина, который видит во мне меня, а не то, что видели окружающие. Я вполне мог смириться с его страданиями по Кэрол, потому что он был со мной и он заботился обо мне. Они молча смотрели друг на друга, и теперь уже Барри осторожно поглаживал пальцами тыльную сторону ладони Хэла. — Ты говорил, что он начал плохо обращаться с тобой, — прервал тишину Хэл. — Да, — кивнул Барри. — Постепенно все стало меняться. Он стал более востребованным Фонарем и начал часто покидать Землю, чтобы защитить другие места в секторе. Потом все дальше и дальше, и вот уже ни одна крупная межгалактическая заварушка не обходится без Хэла Джордана. Он начал меняться после этих миссий. Сначала он отсутствовал несколько дней, потом неделями, потом месяцами. Я понимаю, что это была большая ответственность. Больший стресс. Наверное, Земля и ее проблемы стали казаться ему маленькими, не знаю. Мои проблемы стали казаться ему смешными. Все пошло по наклонной, а потом случился Джокер и окружающий мир просто обезумел. На некоторое время все как будто стало как раньше между нами, потому что мы по привычке сплотились и были рядом друг с другом. Нам было страшно от всего происходящего. Мы не понимали, что с этим делать и как дальше жить. А потом прилетели Стражи и отобрали у Хэла кольцо, потому что по их мнению он принял неправильное решение, отдав Землю Супермену. Ну… Так-то оно так, но на тот момент это выглядело слишком радикально. Он принял кольцо страха от безысходности. Если бы ему позволили остаться Зеленым Фонарем, он бы… — Барри замолчал, а потом со вздохом махнул рукой. — Ладно, неважно. Я все это начал говорить, потому что хочу, чтобы ты понял. Я знал его десять лет. Почти треть моей жизни. Не все эти десять лет были ужасны, как бы тебе ни хотелось думать так. Это было счастливое время, которое постепенно начало сходить на нет. Сравнивая вас, я вспоминал только плохое о нем, но на самом деле хорошее было. И много. И так или иначе он — огромная часть моей жизни и я скорее всего продолжу путаться в мелочах. Я стараюсь, Хэл. Я начал вести заметки о различиях еще с нашей первой встречи в кафе, когда я спалился с фильмами. — Серьезно? — Фыркнул Хэл, на что Барри включил свой телефон и, открыв приложение, передал Хэлу. На экране была внушительная заметка, скромно озаглавленная «различия» и представляющая из себя таблицу со строчками про увлечения, пищевые привычки, распорядок дня и прочие мелочи. — Ты бы мог быть доктором Хэлологии, если бы такая существовала. — Я просто хочу быть уверен, что не обижу тебя, — устало вздохнул Барри. — Так о чем это я… — Он задумался, собирая все то, что успел рассказать. — Десять лет, Хэл. Огромная часть моей жизни. Чтобы полностью отпустить мне понадобится много времени. Но я действительно работаю над этим. И… Я понимаю, что ты чувствуешь неуверенность из-за этого. Просто знай, что в свои двадцать семь лет ты гораздо добрее и сострадательнее, чем он был. Не могу сравнить ваши подвиги в качестве Зеленых Фонарей, — хмыкнул он. — Но как человек ты нравишься мне гораздо больше. Хэл смутился и попытался перевести тему: — Все еще не могу поверить, что тебе тридцать два… — Почти тридцать три, — хмыкнул Барри. — Но с тобой я чувствую себя даже не на двадцать семь, а на двадцать пять. Я люблю тебя, Хэл. Тебя. Его я тоже люблю, но не так. Как память. Если бы у меня была возможность еще раз встретиться с ним и поговорить, я бы сказал ему спасибо. Но эта история закончилась, когда я оказался в этом мире. У нее не будет продолжения. Я ответил на твой вопрос? — Достаточно развернуто, — неловко улыбнулся Хэл. — Прости, я повел себя как полный идиот. Я обещал дать тебе столько времени, сколько понадобится, и сам же не сдержал свое обещание. Просто я… Я так люблю тебя. И я очень боюсь потерять тебя. И твой бывший умудряется портить нам с тобой жизнь, даже находясь в другом мире. Барри тихо рассмеялся. — Это он умеет. Все хорошо, Хэл. Исполнение обещаний не сильная сторона ни тебя, ни его. Я не в обиде. — Ты просто не мог не кинуть шпильку, — фыркнул Хэл. — Ладно, я заслужил. Барри забрал свой телефон и вернулся к своей заметке. — Итак, что там у тебя с аллергиями? — Вишня, сырая морковь… — начал вспоминать Хэл. — И еще какая-то хрень. — Какая-то хрень? — Барри приподнял бровь. — Ты понимаешь, что это опасно? — Хэл закатил глаза. — Хорошо, я запишу тебя к аллергологу. Он задумчиво продолжил печатать что-то в своей заметке, а Хэл с любовью разглядывал его. — Кстати, — внезапно спросил он. — В твоей заметке нет одной важной информации. — И какой же? — С интересом переспросил Барри. — У кого больше. Хэл совершенно похабно улыбнулся, глядя на растерявшегося Барри. -… Ты это несерьезно. — Более чем серьезно. Барри отложил телефон и закрыл лицо руками, раздумывая, как их серьезный разговор до этого докатился. — Это очень странно обсуждать член одного Хэла с другим. — И все же? — Хэл наивно похлопал глазками, но Барри этого не увидел, все еще закрывая лицо руками. — Давай так, — наконец ответил он, посмотрев на Хэла. — Вы очень похожи физически, но отличаетесь в деталях. А с линейкой я ни за ним, ни за тобой не бегал. — А секс? — Хэл! — Это важно! — Запротестовал тот. Барри долго молча смотрел на него, но Хэл не собирался сдаваться, так что пришлось отвечать: — Вы разные. Он был более закрыт, чем ты, — Барри попытался подобрать слова, но не смог. Он вообще ощущал себя неловко, поднимая эту тему. — Более… Сосредоточен на себе, а не на мне. Ты наоборот всегда ставишь мое удовольствие прежде своего собственного. Это все еще немного сбивает с толку. — То есть здесь я точно выиграл, — Хэл расплылся в довольной улыбке и забрал телефон Барри, чтобы дополнить заметку. — Это не соревнование, Хэл! Отдай мой телефон! — Я люблю тебя, — Хэл поймал его за руку и поцеловал пальцы, с любовью глядя ему в глаза. — Я обещаю быть терпеливым. Но если ты опять ошибешься, не обижайся, что я буду ныть какое-то время. — Я люблю тебя, — вторил ему Барри. — И я обещаю справиться со своим прошлым. Не обижайся на меня, хорошо? Хэл понимал, что впереди предстоял еще долгий путь. Но в конце концов какие отношения без ссор? Они с Барри знакомы гораздо меньше, чем Барри с тем Хэлом. Но Барри был прав, говоря, что та история закончена. Хэл так и не нашел в себе сил сказать, что Земли Барри, а значит, скорее всего, и того Хэла больше не существует. Впереди только их общее будущее, и Хэл постарается сделать все, чтобы оно было светлым и приятным. — Ты ничего не хочешь больше мне сказать? — Спросил Барри, прислушиваясь к связи. — Как будто есть что-то еще? — Нет, — покачал головой Хэл. — Думаю, мне тоже нужно немного времени, чтобы привести голову в порядок. — Тогда что насчет ужина? Я голоден, — Барри встал из-за стола и подошел к холодильнику, открыв его и раздумывая, что можно было бы сделать наскоро. — Закажем пиццу? В конце концов нечестно, что только у Билли ночь видео-игр. — Что насчет ночи примерения? — Барри обернулся, озорно улыбаясь. — Отличная идея, — отозвался Хэл, тепло улыбаясь в ответ.