Нет никакого смысла

20 сентября

POV Юнги Проснулся я поздним утром, услышав закипающий чайник. Девушка, стоявшая ко мне спиной, нагнулась в поиске нужных ингредиентов для вкусного чая в небольшой тумбе. От этого я вмиг покраснел, а глаза мои полезли на лоб, так как Настя была в том же коротеньком халате, который я видел на ней вчера. Я смущенно отвернулся к стене, делая вид, что ничего не произошло, но кровать предательски скрипнула, выдавая мое пробуждение, отчего Настя вмиг подскочила, не ожидая такого развития событий. — Тьфу, ты чего пугаешь так? — а я уж надеялся на то, что мне будут читать лекции, мол, какой я бесстыдник. Благо девушка была в хорошем настроении, и мне не досталось. — Ты чай будешь? Тут фрукты и конфеты остались с завтрака, а еще нетронутый бутерброд. Мне все равно нельзя сладкое, так что угощайся, — улыбнулась Настя, доставая свои припасы и кладя их на стол. Далее она взяла две кружки, мирно лежащие в тумбочке, и заварила черный чай. Кружка, которую она дала мне, была больше похожа на больничную, нежели та, которая была у нее в руках. Похоже, она всегда носит с собой свою кружку, правда, непонятно, зачем, ибо больничные были в хорошем состоянии. Может, она для нее что-то значит? — О чем так сосредоточенно думаешь? — мои мысли прервала златовласка, пытающаяся охладить чай посредством искусственного ветра. Одним словом, она дула на него, как могла, и за этим было достаточно смешно наблюдать. — Да так, ни о чем. А расскажи о себе, — вмиг перевел я тему, не желая раскрывать тайну своих мыслей. Девушка странно посмотрела на меня и, похлопав глазками, все же ответила на мое предложение. — Да что о себе рассказывать? — замялась она, отпив чай из своей кружки, после чего продолжила. — Мои родные живут в России, сама я переехала сюда в 18 лет для обучения в университете. Здесь я подрабатываю переводчиком текстов в интернете, ибо физическая работа мне противопоказана, а еще я иногда пою и играю на гитаре, но только в полном одиночестве, точно зная, что меня никто не слышит, ибо очень стесняюсь, — еле выдавив последние слова, девушка покраснела, а потом резко подскочила, пристально глядя на меня. — Теперь твоя очередь! — Ну, как меня зовут, ты знаешь, а вот мой псевдоним ты знать не должна. Меня часто называют Шугой или вампиренком, потому что у меня очень бледная кожа и сладенькая улыбка, как говорят некоторые, — я подумал о ребятах из группы и после небольшой паузы возобновил рассказ. — Последую твоему примеру и расскажу о музыке. Очень люблю играть на пианино, когда-то даже написал песню о нем, как о своей первой любви. В группе я рэпер, но пою я тоже неплохо, — горделиво подняв носик, я решил подытожить рассказ. — Ну, вот мы и узнали друг друга получше, чему я несомненно рад. Пора мне удалиться, ибо ребята меня уже ждут. Кстати, я узнал, что тебя завтра выписывают. Давай я заеду за тобой, хорошо? — далее послышался громкий хлопок. Настя неожиданно для меня смачно ударила себя ладонью по лбу. — Я живу в общежитии в 100 метрах отсюда, смысл за мной заезжать? — вдруг мне стало стыдно за свои слова, как же я мог так опозориться? Знать почти все о ней, но забыть то, что она иностранная студентка, проживающая в общежитии, — это в моем стиле. — Ну тогда просто заеду, чтобы увидеться и погулять, если ты не против, — о да, я умею выпутываться из сложных ситуаций, которые сам и создаю. — Ладно-ладно, иди уже, а иначе меня твои друзья убьют за то, что задержала тебя! — Не убьют, не бойся, — воскликнул я, собрав вещи и уже направляясь к двери. — Ладно, я побежал, до скорых встреч! — эти слова были сказаны уже после того, как дверь захлопнулась, но в душе я надеялся на то, что она все же услышала их. Все тот же темный коридор, те же врачи и медсестры в белых халатах. Я успел пройти довольно большое расстояние, но тут меня окликнул женский голос, который я узнаю из тысячи. — Юнги! — по всему коридору раздался голос Насти, которая держала в руках мой телефон. Похлопав по своим карманам в куртке, я понял, что действительно забыл свой телефон. Хорошо, что она заметила его на кровати, а иначе мне бы пришлось весь день провести без связи. Я со скоростью света подбежал к девушке и, не рассчитав скорость, приблизился к ней вплотную. Впервые я заметил то, какого маленького она роста, ибо всегда она была то на каблуках, то в кровати. Это было даже мило, ведь она смотрела на меня снизу вверх, как маленький провинившийся ребенок. — Спасибо, мелкая, — аккуратно потрепав девушку по волосам, которая впоследствии схватилась за них, я взял телефон. — По-моему, мой телефон очень хочет узнать твой номер, как и я, — ух, какие тонкие у меня намеки. Настя, сразу поняв, что от нее хотят, схватила мой мобильник, быстро создала контакт со своим номером и вернула обратно. На экране смартфона красовался контакт с названием "Мелкая". — У тебя нет русской раскладки, но так как ты назвал меня мелкой, я решила взять себе такой "псевдоним". Я называю свою сестренку мелкой, но разрешаю тебе называть меня так же, — было достаточно темно, но я все равно увидел ее искреннюю улыбку, которая осчастливила меня настолько, что я ринулся обнимать девушку, отчего та была в небольшом шоке. — Ой, прости, я тебя, наверное, смутил, — чуть отстранившись и извинившись за столь странный для нее поступок, промолвил я, глядя прямо ей в глаза. Она действительно была смущена, хоть и пыталась не подавать виду. — Да нет-нет, все хорошо, это же всего лишь дружеские объятия, верно? — ее нервный смех заставил меня улыбнуться. — Я не уверен в этом, ведь ты мне, по-моему, нравишься, — иногда мне казалось, что я очень спешил с выводами, но здесь я был уверен в том, что чувствую к этой девушке. У меня было ощущение, что я знаю ее с самого детства. В общении с ней я чувствовал себя легко и непринужденно, а ее яркая улыбка и темные глаза с самого начала полюбились мне. Я нашел ту самую девушку, которая заинтересовала меня, с которой я готов был общаться днями и ночами напролет, и мне было неважно, кто и что скажет мне на этот счет, чем она болеет и есть ли у нее молодой человек. Я уже решил для себя, что хочу видеть ее рядом с собой не в роли друга, а в роли девушки. — Ладно, парни уже заждались меня, — после неловкого молчания я решил официально завершить наш разговор. Попрощавшись с ней и помахав рукой напоследок, я вышел из стационара, оставив девушку наедине со своими мыслями. Что она ответит на это, как только все обдумает? Может, не стоило говорить ей об этом? Черт, почему эти мысли лезут только тогда, когда ничего изменить нельзя, когда все уже сказано? Тем не менее, я буду терпеливо ждать ее ответа и взаимности, несмотря ни на что. Я должен завоевать ее сердце. Должен.