Я буду любить тебя вечно

Рейтинг: R; Жанры: Established Relationship, PWP, Романтика, Флафф; Пейринг: Майстрейд.

***

      Это была самая обычная ночь. Небо украшали миллионы звёзд, а небольшая луна светила на небосклоне, освещая довольно большой дом одного «скромного британского чиновника».       Проникая сквозь тоненькую щелочку между шторами, лунный луч светлой дорожкой расположился на заправленной кровати. Однако уже спустя буквально пару мгновений на кровать упали двое мужчин, сцепившихся в страстном поцелуе.       Их тела чудно переплетались. В темноте казалось, что они образуют единое целое друг с другом. И им всё равно этого было мало. Тихие стоны, вперемешку с частым дыханием создавали особенную симфонию любви и страсти. Казалось, что даже воздух в комнате стал тяжелее.       Грег, оседлавший бёдра Майкрофта, будто дразня, прикусил нижнюю губу своего мужа. Услышав в ответ на своё действие судорожный стон, инспектор начал опускаться ниже, поцелуями покрывая каждый дюйм такой знакомой, но от этого не менее желанной, кожи.       На бледной коже политика расцветали красные следы. Однажды Лестрейд поймал себя на мысли, что они похожи на розы, которые чудесным образом распустились на, и без того, прекрасном теле Холмса. И именно поэтому каждой ночью Грег заново и заново оставляет едва алеющие засосы, которые сходят уже к утру. Поскольку он знает, что Майкрофт не может заявиться на свою работу, полностью покрытый ими. Это было одно из первых правил, когда они начали встречаться. И Грег следует ему до сих пор. И единственный раз, когда Лестрейд позволил себе украсить тело мужа следами страстной ночи, был медовой месяц. От этого воспоминания по телу инспектора пробежали мурашки, а губы сами собой расплылись в пошлой улыбке.       Как только с поцелуями было покончено, Грегори наклонился к члену Майкрофта, опаляя его своим разгорячённым дыханием. Ему не надо было смотреть наверх (тем более в темноте сложно что-либо увидеть), чтобы знать, как красиво сейчас выглядит Холмс. Раскрасневшиеся щёки на, обычно, бледном лице. Глаза, внутри которых, казалось, бушевал целый пожар, готовый сжечь тебя в любой момент. Искусанные до крови губы. Всё это инспектор видел не раз. И не раз увидит. И каждый раз он будет желать этого, как первый.       Он знал каждую реакцию своего мужа на любое своё действие. Но это не делало их секс скучным, отнюдь. Это делало его более чувственным, еще более интимным, когда между двумя любящими не осталось абсолютно никаких секретов и преград. Когда ты знаешь свою половинку досконально, до каждой веснушки. Когда вы действительно становитесь целым миром друг для друга.       Посасывая член Майкрофта, Грег пальцами аккуратно кружил вокруг заветной дырочки, иногда входя на одну фалангу. Попеременно, то одним, то двумя, а то и тремя пальцами. Именно в этот момент Холмс обычно (и этот случай не исключение) переставал себя сдерживать, громко выкрикивая имя мужа и нетерпеливо поддаваясь бёдрами.       Через несколько минут такой сладостной пытки, Грег выпустил член Майкрофта изо рта, почти сразу наклоняясь к губам, чувственно целуя любимого, пока сам он погружался в него. Синхронные движения, громкие стоны, вторящие друг другу, пошлый звук бьющейся кожи о кожу, всё это сопровождало эту ночь в их доме.       По прошествии некоторого времени мужчины пришли к яркому финалу. Точно так же, как и все их действия до этого — синхронно. Сцеловав с губ Майкрофта последний, самый громкий, стон наслаждения, Грег улёгся рядом, переплетая их левые руки. Лунный луч, всё это время не покидавший кровать, являясь случайным зрителем этой ночи, красиво заискрился на золотых обручальных кольцах.       — Я люблю тебя, Грег.       — А я люблю тебя, Майкрофт. Сладких снов, любимый, — прошептал Лестрейд, целуя своего мужа в лоб, после чего откинулся на подушку, засыпая с лёгкой счастливой улыбкой на устах.