По краю дождя

Приподняв брови, я недоуменно посмотрела на Романа, появившегося в столовой. Не понимаю, с каких пор мой телохранитель стал для папы "совершенно замечательным", но у родителя на него явно имеются определенные планы -будь иначе, я бы сейчас была несколько более расслабленна, наблюдая, как мой внешний раздражитель, извинившись за опоздание, двигается в моем направлении и устраивается по левую руку от меня, явно получив соответствующие распоряжения. "Меня не спрашивай, я без понятия" -взгляд Ольги Юрьевны был достаточно красноречив для того, чтобы я поняла, что она к появлению Романа за столом отношения не имеет, а значит, я не так уж и не права -папа определенно моему телохранителю благоволит, вот только по какой причине? Тем не менее, прямо сейчас лучше об этом не думать, избрав привычную тактику Романа не замечать, что, учитывая наш недавний диалог в гараже, не так уж и легко было сделать. Марина, ловко управляясь со своими обязанностями, принялась расставлять перед находящимися за столом тарелки с говядиной, запеченной с сыром и овощами, позволяя мне с полным правом сосредоточиться на еде, хотя аппетита не наблюдалось. Не понимаю, зачем мне присутствовать на этой трапезе, которая вертится вокруг ничего не значащих разговоров, в которых участие я принимаю только редкими репликами, не несущими какой -либо смысловой нагрузки, но уйти прямо сейчас я не могу, хотя присутствие в опасной близости Евгения Степановича и Романа начинает меня определенно тяготить. У Ольги Юрьевны, как я заметила, аппетита тоже не наблюдалось, мачеха больше налегала на минеральную воду, но, ловя на себе взгляд мужа, заметно обеспокоенный, пыталась делать вид, что все в порядке. Мне стало ее жаль -вся эта история заметно Романову вымотала, не представляю, как она сумеет взять себя в руки и предпринять хоть что -то. Да и еще Евгений Степанович... Мы обе знаем, что этот человек действует против папы, но не располагаем сколько -нибудь серьезными доказательствами и вынуждены мириться с его присутствием и улыбаться, словно лучшему другу. И раскрыть папе глаза пока без шансов -от всех обвинений в свой адрес дядя Изабеллы отряхнется, словно мокрая собака. А значит, нужно что -то серьезное, липкое, чтобы он точно не мог отмыться... -Можно вопрос? -сама себе удивившись, я отложила вилку и открыто посмотрела на главного прокурора. -Тебе, Таня, можно все, -усмехнулся он, ослабляя темно -синий в белую крапинку галстук. -Это правда, что в прошлом году вы участвовали в выборах? -боги, Таня, ну что ты творишь? Даже Марина, забирающая со стола грязную посуду, заметно растерялась, пусть внешне ничем этого и не выдала, а у Ольги Юрьевны дрогнул в руках стакан с водой. Взгляд, который мачеха на меня бросила, был острым и предупреждающим, дающим мне понять, что такие вопросы неуместны, но слово, как говорится, не воробей, и забрать произнесенное обратно я уже не могу при всем желании. -Да, а что? -искренне удивился Евгений Степанович, делая глоток вина. -Я просто видела вашу статистику... Впечатляет, должна признать, -я откинулась на спинку стула, испытывая желание скрестить на груди руки, но вместо этого обхватив ладонями бокал с вином, -не сильна в этих вещах, но тридцать процентов голосов -уже неплохой результат, и если бы папа и дядя Паша не сумели восстановить свою репутацию, то в кресле мэра, уверена, сейчас бы сидели вы. Не жалеете, что не удалось выиграть? Все же сорок процентов, с которыми вы гонку закончили... -не договорив, я тонко улыбнулась, делая глоток вина и старательно игнорируя напряженно выпрямившую спину Ольгу Юрьевну и папу, глаза которого нехорошо сузились. Моя выходка родителю удовольствия совершенно не доставила, но я, собственно, к этому и не стремилась. -Татьяна! -прогремел папа, ясно давая понять, что тема, мною затронутая, в данный момент совершенно неуместна. -Лео, сбавь обороты -твоя дочь очаровательна, -искренне рассмеялся Евгений Степанович, -ну конечно, Таня, мне жаль, что не удалось выиграть. Но побеждает достойнейший, не так ли? Так что я полностью и абсолютно всем доволен. Я улыбнулась несколько мягче и отсалютовала прокурору бокалом, ответ принимая, но не будучи им в полной мере удовлетворена. С другой стороны, на что я вообще рассчитывала? Евгений Степанович не тот противник, которого мне с первой попытки суждено переиграть, но я должна была попытаться сбить его с лица. Особенного результата, конечно, не добилась, но было бы глупо рассчитывать на обратное. Доволен он, а как же. Было бы глупо, заяви он о собственном разочаровании в присутствии мэра и вице -мэра. Но я уверена, что дядя Изабеллы крайне заинтересован в том, чтобы тихая передача власти не произошла, ему на руку только и исключительно официальные выборы, в которых он может принять участие. А если исключить из данного мероприятия папину кандидатуру, то шансы Евгения Степановича практически стопроцентны... А значит, заставить папу отказаться от кресла мэра и участия в выборах очень даже в его интересах. "Ты ведешь опасную игру, девочка моя", -взгляд Ольги Юрьевны был наполнен неподдельной тревогой, но я успокаивающе ей улыбнулась, давая понять, что все под контролем. -То есть, на следующих выборах вы тоже выставите свою кандидатуру? -уточнила я, накалывая на вилку кусочек мяса и обмакивая его в кисло -сладкий соус. -Не думаю, что это хорошая идея, -если Евгений Степанович остался моим любопытством недоволен, то умело это скрыл за снисходительной усмешкой. -А как поиски Родиона Романовича продвигаются? -мне бы обороты сбавить, но выпитое вино не дало такой возможности и я продолжала задавать вопросы, которые вполне могли в недалеком будущем мне сильно аукнуться. -Лео, твоя дочь подозрительно хорошо осведомлена о происходящих в городе событиях, -отметил дядя Изабеллы, -с чего такой интерес, Татьяна Леопольдовна? Он как -то связан с тем, что у вас и Иваном были отношения? Отлично. Один -один. Ну что, Таня, довольна? Не только ты можешь быть в курсе весьма конфиденциальной информации -Евгений Степанович тоже может задавать неприятные вопросы, на которые в данный момент тебе решительно нечего ответить. -Не было у них никаких отношений, -поморщился папа, -щенок Тайпана просто за ней бегал. Но Тане хватило ума с ним не связываться. -Я рад знать, что у тебя чертовски благоразумная дочь, -улыбнулся Евгений Степанович, -а касаемо твоего вопроса, Таня... Я не могу делиться с тобой служебной информацией. Но уверяю, этот человек от ответственности не уйдет. Я едва слышно фыркнула -зная Тайпана, я бы такими заверениями не бросалась. К тому же, мы оба знаем, что без Родиона Романовича и его поддержки Евгений Степанович в кресло мэра сесть не сможет, а значит, отец Ивана ему крайне нужен, и не за решеткой. Панакота с лесными ягодами на десерт несколько примирила меня с действительностью, но от мрачных мыслей избавить была неспособна. Не понимаю, чего я добилась своими откровенными вопросами, но уверена, что они Евгению Степановичу удовольствия не доставили -он как минимум убедился, что я в курсе некоторых дел, о которых знать вроде как и не должна. Это может вызвать последствия, о которых мне лучше не думать на данном этапе -может, все же следовало держать язык за зубами? Конечно, Родион Романович, по моим представлениям, не позволит причинить мне вред, но если дядя Изабеллы решит действовать за его спиной и меня припугнуть, чтобы не лезла не в свое дело? Он уже использовал нечто подобное в отношении Ольги Юрьевны, хотя я толком не понимаю, чем она ему не угодила... -Мариночка, кофе в кабинете сервируй, пожалуйста, -попросил папа, -мне чай с молоком, -добавил он, заметив наш с Романовой синхронно возмущенный взгляд. -Конечно, -с улыбкой кивнула горничная, собирающая грязную посуду. Я откинулась на спинку стула, испытывая желание поскорее из -за стола выбраться, но делая вид, что поглощена поеданием ягод красной смородины. Взгляд блуждал по лицам сотрапезников -папа и дядя Паша углубились в изучение папки с документами, которую им передала мачеха, Евгений Степанович вертел в пальцах айфон, явно ожидая какого -то звонка и неторопливо потягивая вино, а Ольга Юрьевна пила минеральную воду с лимоном и, кажется, тяготилась этим ужином не меньше меня. На Романа же, сидящего рядом со мной, я смотреть избегала, старательно его присутствие игнорируя, но ощущая ненавязчивое внимание телохранителя к моей персоне. -Извините, мне нужно позвонить, -прокурор поднялся на ноги и, получив от папы разрешающий кивок, отправился на крытую террасу. Я хотела было приказать Марине за ним проследить, но горничная была занята сервировкой кофе, поэтому пришлось от этой идеи отказаться, хотя, уверена, Марина осталась бы незамеченной. -Лео, у меня самолет через несколько часов, -нарушила повисшее молчание Ольга Юрьевна, постукивая ногтями по стенкам стакана, отчего папа вскинулся, словно волк, почуявший кровь. -Какой еще самолет? -недовольно спросил он, вперив в жену напряженный взгляд. -Я тебе сказал эту идею выбросить из головы! Нечего тебе в Москве делать, Оля! И хватит об этом. -Именно что не хватит, -открыто встретила его взгляд Романова, -ты, кажется, плохо себе представляешь последствия! Если я в ближайшее время не решу вопрос с Орловым, то ничем хорошим это не закончится. Москва и без того на ушах стоит -хочешь, чтобы волна на меня пошла? -Твой зам сидит под домашним арестом, а не в следственном изоляторе, а это уже говорит о том, что для полноценного обвинения доказательств маловато, -спокойно -хотя я видела, каких усилий ему это стоит -произнес родитель, на скулах которого заиграли желваки. -Тебе сейчас в Москву соваться резона нет -можешь под раздачу попасть. Поэтому, Оля, никуда ты не дергаешься. -Я сама решу, -возразила мачеха, -не забыл, с кем дело имеешь? Я не твоя бывшая модель, с которой ты мог вот таким тоном разговаривать. И в Москву я лечу, хочешь ты этого или нет, -резко отодвинув стул, Ольга Юрьевна поднялась на ноги и, держа спину идеально прямой, из столовой вышла быстрым нервным шагом. -Оля! -папа раздраженно бросил на стол льняную салфетку и отправился вслед за женой, оставляя меня в состоянии полнейшего удивления. Нет, я понимаю, что сейчас у них возник определенный конфликт интересов, но я и представить не могла, что это выльется, кажется, в полноценный скандал. Романова определенно на взводе из -за всей этой ситуации, вот и сорвалась, отчего папа тоже потерял самоконтроль. Надеюсь, до битья посуды у них не дойдет... -Что -то случилось? -Евгений Степанович вошел в столовую, оценив рекогносценировку. -Нет, все хорошо, -торопливо заверила я, -Роман, машину подготовь, "Мерседес" желательно. Зная Ольгу Юрьевну, у папы шансов нет. Телохранитель, обойдясь без лишних вопросов, отправился выполнять поручение. Я же, попросив прокурора и действующего мэра проследовать в кабинет, отправилась в свою комнату -если я намерена сопроводить мачеху в аэропорт, то платье нужно сменить на нечто более практичное. Около комнаты мачехи я непроизвольно замедлила шаг и прислушалась, слыша из -за плотно прикрытой двери неясные голоса. Судя по интонации, успокаиваться никто из них не собирается, отстаивая собственную точку зрения, а значит, мне лучше не вмешиваться. Попасть папе под горячую руку -не самая радужная для меня перспектива. -Знаешь, Оля, от тебя я ожидал большей благоразумности, -рывком распахнув дверь, отчего я едва не подпрыгнула, папа наградил меня тяжелым взглядом, -отлично. Москва так Москва. Пройдя мимо меня в сторону кабинета, родитель скрылся за углом, я же несмело стукнула в дверь костяшками пальцев и прошла внутрь. Мачеха стояла около окна спиной ко мне, скрестив на груди руки, и явно была не в том состоянии, чтобы я дополнительно ее нервировала. -Таня, ты меня в аэропорт проводишь? -повернув голову, негромко уточнила Романова. -Да, конечно, -я сглотнула слюну, смачивая отчего -то пересохшее горло. -Я уже Роману сказала, чтобы машину подогнал. -Молодец, -одобрительно кивнула мачеха, -твой отец иногда бывает чертовски упрям. Но он не понимает, что в Москве я быть не просто должна, а обязана. -Пойду переоденусь, -пробормотала я, за дверь выскальзывая. Не нравится мне, что они поругались, но взрослые люди и сами разберутся. Если Ольга Юрьевна уверена, что в Москве ей быть надо, то кто я такая, чтобы спорить? Сменив платье на темно -синие джинсы и тонкий черный свитерок с высоким горлом, я торопливо подкрасила губы и направилась вниз, натягивая на руки кожаные перчатки. Ольга Юрьевна, успевшая переодеться в белые джинсы и модную ярко -красную вязаную тунику свободного кроя, как раз застегивала высокие черные сапоги. На скулах мачехи рдели лихорадочные пятна нервного румянца, контрастируя с бледным, не смотря на загар, лицом. Сунув ноги в ботильоны и надев кожаную куртку с меховой опушкой, я дождалась, пока Романова набросит на голову капюшон темно -синего мехового жилета, перекинет через локоть ремешок вместительной сумки, и вышла на крыльцо. С неба неприятно моросило, но мех, в который можно было спрятать лицо, от этой напасти спасал. Учитывая, что папа жену провожать не вышел, на данном этапе их ссора аннулирована не была, что мне удовольствия не доставило. "Мерседес", разгоняя сырую темноту галогенным сиянием фар, уже ждал нас около крыльца, поэтому мы с мачехой поспешили занырнуть в пахнущий кожей салон, спасаясь от стылого ветра. Ольга Юрьевна устроилась на заднем сиденье, вооружилась какими -то бумагами и углубилась в их изучение, всем своим видом давая понять, чтобы ее не трогали. Я же уселась впереди рядом с Романом и сунула в уши наушники, тоже не испытывая какого -либо желания участвовать в разговорах. Телохранитель, поняв, что хозяйки не в духе, молча тронул "Мерседес" с места, выкатываясь сквозь услужливо распахнувшиеся ворота. До аэропорта ехать однозначно больше часа, а значит, я могу подремать и с головой уйти в свои мысли, которые, надо признать, весьма и весьма нерадостные. Вокруг нашей семьи началась определенная мышиная возня, которая пока не привела ни к чему хорошему. Навалилось все практически одновременно, папа и мачеха не знают, за что хвататься, а я им пытаюсь помочь, но понятия не имею, каким образом. В идеале мне надо доказать, что Евгений Степанович связан с Тайпаном, но это бесперспективно -главный прокурор достаточно умен, чтобы подстраховаться и избежать возможных эксцессов. А значит, даже рыть в этом направлении бессмысленно. На что я вообще рассчитываю? У меня кроме собственных подозрений, ничем не подкрепленных, ничего нет -с чем я пойду к папе? Отвернувшись к окну, я увидела только размытую пелену дождя, за которой виднелся лес, и прикрыла глаза, спасаясь от нерадостного пейзажа. Интересно, угрозы, которые папа, по моим представлениям, получает -они связаны с Евгением Степановичем, или на доске появилась третья фигура? Впрочем, весьма сомнительно -сейчас именно Тайпану и дяде Изабеллы выгодно перекрыть папе кислород, поэтому все, что на нас свалилось за последнее время, дело именно их рук. Тихая передача власти им не нужна, папу нужно вынудить от этого развития событий отказаться и подать заявку на официальные выборы -и если к угрозам родитель не прислушается -а зная папу, так и будет -то... Поежившись, я решила подумать о чем -то более позитивном, но никаких сколько -нибудь веселых мыслей у меня не наблюдалось. Все слишком неоднозначно, чтобы я искала в этом что -то хорошее. Юрий уволен и, уверена, наслаждается собственной жизнью подальше от меня и этого города; Иван меня ненавидит; Бейбарсов... Не будем о грустном; мама вообще неизвестно где, но надеюсь, что подальше от Тайпана; Изабелла... Вздохнув, я решила, что хватит с меня невеселых размышлений, и постаралась задремать, но задача оказалась провальной -Роман громко выругался, привлекая мое внимание, потом резко ударил по тормозам. "Мерседес" наехал передними колесами на какое -то препятствие, меня ощутимо тряхнуло, но ремень безопасности уберег от сколько -нибудь серьезных травм. Ольга Юрьевна же, будучи непристегнутой, налетела на спинку водительского сиденья, бумаги выпали из ее рук и разлетелись по полу. Машина, тяжелая и ведомая силой инерции, на несколько секунд сцепление с мокрым асфальтом потеряла и застыла чуть ли не поперек дороги. Двигатель напряженно работал, но Роман жать на газ не торопился. -В чем дело?! -возмущенно поинтересовалась мачеха, пытаясь собрать рассыпавшиеся бумаги и одновременно оглядеться сквозь забрызганные дождем стекла. -Знать бы, -сквозь зубы отозвался телохранитель, -кажется, мы на что -то наехали, не успел рассмотреть. -Мы кого -то сбили? -испуганно уточнила я. -Нет, не думаю, -Роман отрицательно мотнул головой и открыл дверцу, -из машины ни на шаг, -почти приказал он. Я кивнула, испытывая почти паническое состояние -что -то было не так, но я не могла с точностью определить, с чем это связано. Но наедь бы на кабана иди на собаку, то у телохранителя не было бы такого застывшего выражения лица. И охрану мы, идиотки, с собой не взяли, хотя, как я сейчас понимаю, нам бы следовало это сделать в первую очередь. Изломанный свет фар превратил Романа, рассматривающего передние колеса, в несколько размытый из -за дождя силуэт. -Что там? -не выдержав, Ольга Юрьевна открыла свою дверцу и ступила на асфальт, начисто игнорируя слова телохранителя о том, что машину покидать не рекомендуется. -Полный финиш, -констатировал Роман, -колеса пробиты. Причем ждали именно нас. -В смысле? -изумилась я, отстегивая ремень безопасности и тоже выбираясь на улицу. Нет, мне приятно, что мы никого не сбили, но слова Романа вообще не понравились -что значит, ждали именно нас? Кто ждал? Вопросы я задать не успела, а потом в них уже не было какой -либо необходимости -из -за поворота, ослепляя нас дальним светом фар, резко выехала машина, рассмотреть которую возможным не представлялось. -В машину, живо! -рявкнул Роман, и мы с мачехой дернулись было, чтобы его приказ исполнить, закрывшись в безопасном салоне, но не успели -ко мне подскочил какой -то мужчина, обхватывая согнутой в локте рукой за горло и прижимая к своему телу, сдавливая до такой степени, чтобы я понимала -дернусь, и кислород мне перекроют. Ольга Юрьевна успела схватиться за дверную ручку, но с мачехой вообще не церемонились и отбросили ее в сторону, отчего Романова, вскрикнув, упала на асфальт и перекатилась пару раз, затихнув и видимо головой нехило ударившись. Нападавшие, коих было четверо, свое дело знали -один держал меня, двое сцепились с Романом, отвлекая внимание телохранителя, а тот, который расправился с мачехой, уже орудовал внутри "Мерседеса", собирая рассыпавшиеся по салону бумаги, ради которых, очевидно, нападение и было организовано. Я даже пискнуть не могла, наблюдая, как Роман совершенно молча вступает в ближний бой с противниками, которые явно надеялись вдвоем быстро с ним справиться. Мой телохранитель, впрочем, оказался достаточно профессиональнее, чем все противники вместе взятые, и справился довольно быстро и жестко -одного вырубил ударом локтя в переносицу, явно сломав кость, а другого с силой приложил головой о капот его же собственной машины, отчего мужчина мешком сполз на асфальт. А затем в руках Романа появился пистолет -два метких выстрела окончательно расставили все приоритеты и я, дрожа, отпрыгнула в сторону, когда тип, меня держащий, свалился на асфальт. Равнодушное сияние фар осветило его в меру красивое лицо с аккуратной дырочкой посреди лба и застывшим взглядом, устремленным в дождливое небо. Струйка крови, выбежавшая из пулевого отверстия, была дождем безжалостно смыта. Понимая, что меня сейчас не трупы нападающих волновать должны, я на подгибающихся ногах подбежала к Ольге Юрьевне, которая скрючилась на мокром асфальте и сдавленно стонала сквозь судорожно стиснутые зубы. -Валить надо, -Роман аккуратно помог мачехе принять вертикальное положение и заглянул в глаза, явно пытаясь понять, есть ли у нее сотрясение, -Ольга Юрьевна, вы как? -Плохо, -выдохнула Романова, оседая ему на руки. Я испуганно вскрикнула, когда опустила взгляд ниже и увидела на ее белых джинсах смешанные с грязными пятнами кровавые потеки. -Твою мать! -Роман, надо отдать ему должное, в происходящем разобрался куда быстрее меня, и подхватил Ольгу Юрьевну на руки. -Таня, за руль, живо! Да не сюда, у нас колеса пробиты! -я дернулась было в сторону "Мерседеса", но телохранитель направился к машине нападающих, укладывая хозяйку на заднее сиденье и устраиваясь с ней рядом. Я, себя ощущая в каком -то трансе, кивнула, в два прыжка достигла "Мерседеса", вытащила ключи и сумку мачехи, заблокировала иномарку и, стараясь не смотреть на тела, не подающие признаков жизни, устроилась за рулем чужой машины, заводя еще не остывший мотор. -В больницу, живо, -заметив, что я никак не могу справиться с трясущимися руками, повысил голос Роман, что на меня, как ни странно, подействовало, как хорошая анестезия. Развернув тяжелый внедорожник, на руле которого красовался логотип известной немецкой марки, я нажала на газ, стремясь как можно быстрее убраться подальше от этого места и добраться до городской больницы, которая, в отличие от частных клиник, работала круглосуточно. -Дай айфон, я свой в машине оставил, -Роман не давал мне расслабляться, придерживая голову хозяйки, кажется, находящейся в полубессознательном состоянии. Сунув ему свой гаджет, который умудрилась нигде не потерять, я перехватила руль одной рукой и потерла саднящую шею. Мозг работал в каком -то автономном режиме, не давая мне задумываться о нападении, его мотивах и том, что Роман убил как минимум двоих нападающих. Сам же телохранитель соединился с папой и вкратце описал ему ситуацию, успокоив, что со мной все в порядке, но не сказав того в отношении Ольги Юрьевны. -Что с ней? -когда мы въехали в черту города, встревоженно обернулась я. -Ничего хорошего, -не стал обнадеживать меня телохранитель, -она беременна? -Понятия не имею, -растерялась я и вцепилась в руль до костяшек побелевшими пальцами, осознав вопрос. -Ты хочешь сказать, что... -Я не врач, Таня, -сквозь зубы отозвался телохранитель, -но я более чем уверен, что это выкидыш. И я не знаю, как сказать об этом твоему отцу. -Не надо говорить Лео, -простонала мачеха, -Таня, не говори ему... -Все будет хорошо, я ничего не скажу, -успокаивающе пробормотала я, нажимая на газ сильнее и внаглую пролетая перекресток на запрещающий сигнал светофора, -все будет хорошо... Учитывая, какие сомнения меня одолевали в собственных словах, в благополучном исходе я уверена совершенно не была.