Вдохновение из глубин

Акане смотрела вперед, в бесконечность. Не в силах разобраться в собственных чувствах, она простояла, не шелохнувшись продолжительное время. Не в силах осознать, что произошло. «Я ненавижу тебя, Таё-но-хи!» эту фразу она слышала ни один раз, но… когда заключенный прокричал её, оно коснулось самой души. А после добила ещё более бессмысленная фраза: «Я приказываю разыскать человека по имени Таё-но-хи». Девушка покачала головой. Неужели она боялась, что они узнают о её прошлом? Но Укитаке нашел её, он догадывался обо всем. Акане покачала головой, осознавая, что не могла бояться этого. Страх… что означает это слово? Это слово принадлежало Тсуметай Аме и у Акане не было причин сомневаться в его словах, но чего же она боялась? Вновь посмотрела вдаль, но не видела совершенно ничего. У неё не было прошлого, у неё не было будущего… Акане качнула головой, уходя в шунпо. Развивая поступь, что отдалась болью в её теле, в этот момент, и казалась жизненно необходимой. За мгновения она оказалась в его кабинете и смотрела широко раскрытыми глазами. Третий и четвертый офицеры тринадцатого отряда замерли удивленно смотря на офицера, что не произнося ни слова смотрела на капитала отряда. На лице Укитаке расползлась добродушная улыбка. — Акане, — произнес тот в приветствии, — пришла к своему учителю. Офицер третьего отряда смотрела на него, и сердце бешено стучало, никогда прежде она не ощущала этого удушающего чувства. Мило улыбаясь своим офицерам, что выстроились смирно, Укитаке отослал их из своего кабинета. — Чем обязан визиту? — спросил капитан тринадцатого отряда, разворачиваясь к гостье, он сложил руки за спиной и посмотрел в глаза, что отдавали красным блеском на солнце, заполняющим его кабинет. Однако, такой взгляд он увидел у неё впервые. Удовлетворенно кивнув, капитан тринадцатого отряда отправился к своему небольшому стенду и, напевая песенку под нос, начал заваривать чай. — Почему бы тебе не присесть, — проговорил, между прочим, капитан, указывая на диван. Больше однако, к ней не обернулся, не настаивая. Офицер третьего отряда застыла на месте, в висках продолжала стучать кровь. «Таё-но-хи» — она дернула головой, и под сердцем вновь возникло это странное чувство. — Почему? — выдохнула Акане, сжимая свою форму в области груди. Укитаке не обернулся к ней, продолжая обряд заваривания чая. — Я назвала себя так, — прошептала она и замерла чуть наклонилась вперед, изумленно смотря в пол. — Твое имя дал тебе я из-за твоих глаз, — заметил капитан тринадцатого отряда и, словно не замечая состояния девушки, поставил чайный сервиз на стол. Акане покачала головой, и направилась прочь. Сожалеть о поступках бессмысленно, это было тем, во что она верила все это время. С удивлением девушка заметила что перед дверью стоял капитан тринадцатого отряда, он облокотился на дверь спиной и так же мирно улыбался, словно с самого начала стоял именно там. — У меня задание, я пойду, — произнесла Акане не смотря ему в глаза, что вновь не вписывалось в её характер. — Ну-ну, — Укитаке оторвался от двери, — задание может и подождать, а чай остынет. Укитаке похлопал по плечу девушку и развернул к столу. Хмыкнув, Акане использовав шунпо собиралась выпрыгнуть в окно, на котором сидел капитан тринадцатогго отряда. — Я так давно не играл в салочки, — игриво заметил капитан. Акане подняла глаза к нему, недоуменно смотря на него. — Почему бы тебе, моя милая Акане, не рассказать, что тебя тревожит. — Что я не могу выйти, — произнесла офицер Ито, смотря прямо в глаза. В её глазах стоял холод и желание убивать, с таким взглядом опустошенным и единственным желанием он её и нашел. Укитаке развел руками. Он знал, что придет это время, когда она окажется на переломном моменте, однако, не ожидал, что это случится так скоро. — Не откажешь же ты мне в удовольствии своей компании? У старого человека мало радостей в жизни, — говорил он, жалостливо смотря на неё. Акане наклонила голову на бок и… у двери уже находился капитан Укитаке. Издав некий звук… у окна капитан тринадцатого отряда держал занпакто, что достала Ито, рукой. — Почему бы тебе не рассказать чего ты боишься, — мягко произнес Джоуширо, направляя девушку к дивану. Акане дернулась от этого слова, будто её ударило током. — Мне нечего бояться, — напряженно ответила офицер. — Нам всем есть чего бояться, — качнул головой Укитаке. Он отпустил занпакто девушки, заставляя ту подчиниться и опуститься на диван. — Неужели ты по-прежнему не доверяешь мне? — У меня нет причин вам доверять, — качнула головой Акане. — Неужели есть причины мне не верить? — спросил капитан. — Почему бы тебе не рассказать, что произошло, и я помогу тебе разобраться. — Зачем? — Страх одно из главных чувств человека, — он мягко ударил девушку в лоб, — что делает нас людьми. Если примешь его, то очень многое откроется в твоей жизни. — Принять? — Акане удивленно смотрела на капитана, не сопротивляясь, она села на диван. Принять это удушающее чувство? Принять чувство, что заставляло забывать обо всем и сожалеть? Акане прикусила губу, качая головой. — Правила этого мира? — сама спросила себя девушка. Она подняла глаза к капитану, что смотрел в сторону, не мешая её самоанализу, и тем не менее, она четко ощущала, что её изучали. — Тебе нравится в твоем отряде? — спросил капитан тринадцатого отряда, он поднял чашечку чая и отпил, прикрывая глаза на мгновение, наслаждаясь вкусом. — Они все одинаковы, — пожала плечами седьмой офицер Ито. — Ты встретила человека, что тебе нравится? — спросил Укитаке, — в этот момент он смотрел прямо на девушку. И по её лицу расползлась улыбка, она прикрыла глаза, вспоминая нечто особенное и волшебное. — Он с твоего отряда? — Он даже не человек, — не открывая глаз, и не убирая улыбки с лица, ответила Акане, — мне пора идти, — произнесла девушка, неожиданно осознав, что ей нужно было делать. — Акане, тебе нужно задуматься о своем будущем. Ты живешь одним днем, я думаю пришло время, когда ты должна подумать о своем будущем. На лице девушки появилась косая улыбка, она ответила капитану прямым взглядом. — Как ценно, — заговорила Акане, без сарказма или каких либо интонаций голосом что говорили правду, — слышать советы о будущем от кого-то, кто стоит одной ногой в могиле. Или вы, учитель, так печетесь о будущем других по причине что ваше определено? — Ты бы удивилась, — мягко ответил капитан тринадцатого отряда, никак не отреагировав на её слова, — милая Акане. — Меня прозвали Таё-но-хи, — произнесла девушка, поднимаясь в полный рост, её глаза в последний раз посмотрели на капитана. — Выполнять задание направляешься? — мягко спросил Укитаке. Акане лишь качнула головой, наклонила голову набок. — Представившись вам, я его выполнила, — усмехнувшись и прикрыв глаза, девушка улыбнулась. Удушающее чувство ушло. Осталось желание, желание узнать. Это было он — момент, что перевернет жизнь. Её жизнь, пусть и не всего человечества.

***

Распахнув дверь в кабинет капитана третьего отряда, Акане Ито седьмой офицер третьего отряда впорхнула в него и замерла ровно в центре. Лейтенант, что уже второй час заставлял капитана работать, устало взглянул на непрошенную гостью. — Тебя не вызывали, — кисло заметил лейтенант, — мы заняты. — Кажется был приказ не попадаться мне на глаза пока не выполнишь задание, — заметил Ичимару, прикрытые глаза с лисьей улыбкой окинули вошедшую изучающим взглядом. — Или ты согласна на отчисление? Акане пожала плечами. — Отчислите вы меня или нет, разницы для меня не делает, — выдохнула девушка, она плавно прошлась по кабинету капитана третьего отряда, останавливаясь у окна. — Сдаешься? — разочаровано, протянул Ичимару Гин, он приподнял руку, чтобы лейтенант, что был готов начать возмущаться, замолчал. — Отнюдь, — качнула головой седьмой офицер, на пару минут казалось, что она совершенно забыла о существовании капитана с лейтенантом, смотрела на пролетающую муху, что пожужжав, облетев вокруг Ито, улетела, испугано прочь, глаза Акане блеснули под светом солнца, и она резво обернулась к капитану третьего отряда. — Я выполнила ваше задание. Ичимару на мгновение замер, сложил руки подушечками пальцев друг о друга и ударил ими, осмотрелся. Он был уверен, что она как минимум додумается привести неких людей и прозовет их Таё-но-хи. — Кто-то стоит за дверью? — не верующим игривым голосом спросил он. Акане оказалась вновь посреди кабинета и развела руки в стороны, делая изящный поклон. — Меня прозвали Таё-но-хи, когда мой занпакто обернулся огнем и сжег целую деревню. Мне было около шести, — ответила Акане. Ичимару, что совершенно не ожидал таких признаний, поднял брови. Лейтенант замер тоже с удивлением смотря на неё. — Я тогда даже не знала, что это занпакто, или даже что это такое. — О чем ты говоришь? — спросил Изуру, он выпрямился. — Лейтенант, — глаза, что блестели, под солнцем, заполняющим комнату, красным, смотрели прямо на лейтенанта, она наклонила голову на бок и заговорила, — хотите, мы сыграем в игру? Называется жизнь, — Акане сделала шаг к лейтенанту, что невольно отступил. Осознав это он замер и положил руку на катану, нахмурился, — если выиграете вы я разрешу вам взять мою жизнь, — говорила девушка, все это время не отрывая взгляда от глаз лейтенанта, что как завороженный смотрел в её. Словно лейтенант чувствовал, что заведомо проиграл этому взгляду, который жаждал убийства. — Если выиграю я, то возьму вашу, — Акане облизнула верхнюю губу и оскалилась. Лейтенант сделал судорожный вздох и стал вытаскивать катану: — Смеешь угрожать старшему по званию. — Сейчас я, — Акане выпрямила голову, — не ваша подчиненная, сейчас я Таё-но-хи. Сыграем? — Лейтенант, — Ичимару небрежно махнул рукой Кире, — свободен. — Что? — лейтенант дернулся, как ужаленный из-за сковывающего взгляда он совершенно забыл, где находился. — Капитан, этот офицер позволяет себе слишком много. Сжав катану он сделал шаг в шунпо и замер, его катана была прямо перед горлом подчиненной, но она не сдвинулась с места ни на шаг, продолжая смотреть прямо в его глаза. — Убей, — одними губами произнесла Акане, пока смотрела в глаза лейтенанту, — или будь убит. — Лейтенант свободен, — вновь проговорил капитан третьего отряда. Кира отошел от офицера и направился к выходу. — Испугался, — сладко пропела Таё-но-хи, теперь-то она знала значение этого слова. Проигнорировав последние слова сумасшедшей, Изуру удалился. — Сыграем? — спросил Гин. На лице девушки медленно расплылась улыбка, очень плавно она сделала несколько шагов к столу капитана. Девушка вновь двигалась будто была в танце. — Сыграем, — она провела пальцем по столу, — правила очень просты. Начинаются со слова ж… — Я знаком, — остановил ее капитан взмахом руки, — и ты всегда выигрывала в эту игру? Верится с трудом. Таё-но-хи, что была сбита его вопросом, задумалась. — Проигрывала пару раз, — счастливо произнесла она, открыто улыбнувшись. — Почему же ты жива? — спросил Ичимару, рисуя пальцем нас столе некий символ. — Хм, — Акане серьезно задумалась над вопросом, наклонилась к нему и её глаза блеснули кровожадным светом. — А это и есть секрет жизни, смерти и игры, — она прикусила губу, выпрямляясь счастливо улыбнувшись, пожала плечами. — Выиграй ты или нет, — её взгляд остановился на губах капитана, — не означает, что ты сможешь убить. — Она облизнула свои губы и подняла глаза к Ичимару. — Проигрывают лишь те, кто не способен убить. — Ты способна убить? — Что плохого в убийстве? — спросила Ито, седьмой офицер третьего отряда. — Что плохого в убийстве? — изогнул брови Ичимару. — Раньше я убивала, потому что так было нужно, — говорила девушка, заскочив на стол, она села прямо перед ним, поставив ноги в стороны на кончики рукоятей кресла. — В этом не было смысла для меня, был смысл для других, наверное… Я убивала, потому что это было единственное развлечение. Там, где мы выросли удивительно скучно. Ичимару молча смотрел на неё, его глаза проскользнули по её лицу. Она замолчала на мгновение, ожидая, что он заговорит. Их взгляды продолжительное время держали контакт. — Мне жаль тебя, — произнес капитан третьего отряда и Акане удивленно подняла брови. — Жаль, — повторила слово девушка, её глаза блеснули. На лице появилась улыбка, Гин схватив за ноги девушку, потянул на себя заставляя сесть на него. Он провел тыльной стороны руки по её щеке. Убрал прядь волос за ухо. — Жаль, — повторил Гин, на его лице появилась усмешка, — ты пуста, не понимаешь ни жизни, ни людей. — И тем не менее, — прошептала Акане, — ты не можешь перестать обо мне думать. — Поэтому, — хмыкнул капитан, — мне жаль потерянное мной время, ведь выяснилось, что в тебе нет ничего интересного. — Ичимару поднялся, скидывая с себя офицера. — Офицер Ито, ты направишься в тюрьму, в соседнюю камеру своего бывшего коллеги. Я передам твою личность на решение совета сорока шести. И будет вынесен приговор в согласии законов Сейрейтей. К собственному удивлению Таё-но-хи чувствовала себя уязвлённой. — И что же интересного в тебе? Что интересного в жизни шинигами? — Моя жизнь, — произнес Ичимару, на его лице проскользнула жестокая усмешка, — ещё более бессмысленна и скучна, чем твоя. Он помахал рукой, чтобы она шла прочь и сама закрыла себя в тюрьме. На его лице стояла ехидная улыбка. Однако, седьмой офицер не торопилась подниматься с пола. Подобрала ногу, облокачиваясь на колено, тихо заговорила: — Капитан Укитаке говорил, что я потерянный ребенок, которому просто нужно указать путь. — Ты говоришь, что капитан тринадцатого отряда знал твою личность, и какие преступления совершены тобой и привел столь опасную душу в Сейрейтей? - картинно ужаснулся Гин. — Посадят ли его со мной в одну камеру? — задумчиво спросила Акане, — он так много говорит, — печально выдохнула Ито, прикусив губу. — Не попытаешься сбежать? — игриво спросил Ичимару, поднимая брови. Ито пожала плечами, не видя в этом смысла. — Действительно пойдешь и закроешь себя в тюрьме? — Не помню, чтобы я говорила такого, — Акане положила палец, к подбородку, пытаясь вспомнить, когда же сказала такую глупость. — А что конкретно вы предъявляете мне? — спросила девушка, она поднялась на ноги, но только для того, чтобы упасть в кресло капитана. — Ты созналась в убийстве детей. — Самозащита, — выдохнула Таё-но-хи, изумленно положив руку на грудь. — Призналась в том, что сожгла, целую деревню, - невольно Ичимару вновь поддался этой игре. Что-то было завораживающее в её действиях, что-то было интригующее в её голосе. В том, каким тоном она говорила, как смотрела, в её изумлённо раскрытых глазах, в которых не было и следа жажды убийства, казалось, что перед ним сидела самая невинная душа, которую он когда-либо мог встретить. — Не могла контролировать занпакто, меня никто никогда не учил, — все тем же голосом говорила она. Её голос лился тихой музыкой, интригующе, все её действия притягивали его внимание. Каждый ответ Таё-но-хи был для него неожиданностью, когда Ичимару казалось, что он понял её натуру, она вновь говорила нечто непредсказуемое. Как в человеке могли так гармонично переплетаться безумие с тщательно продуманными действиями. — В девятом блоке тюрьмы, — говорил Ичимару, подходя к ней, поднимая её за подбородок, заставляя смотреть на него, её глаза блестели счастьем, — находится подчиненный Казе, за которым Сейрейтей гоняется очень давно, его дело на столе. И этот человек при мне и том, — он и не попытался вспомнить, кто там находился еще, — признал тебя, и подтвердил твою личность. — Я, — заговорила Акане и её глаза загорелись истинным счастьем, а на лице появилась улыбка, — не помню этого. — Будет допрос, — Ичимару наклонился к уху девушки. — Я, — прошептала Акане делая судорожный вдох, — надеюсь, что меня допрашивать будешь ты, — прошептала она на его ухо, прикусывая ямочку уха. С удовольствием замечая, что по коже капитана пошли мурашки. Ичимару положил руку на горло девушки, чуть отстраняя, посмотрел в мутный взгляд. — Почему бы нам не начать допрос прямо сейчас, — она прикрыла глаза, её грудь высоко поднималась, Ичимару легко сжал руку, она опустилась ниже. Улыбка на её лице, глаза наполненные желанием. Вернув руку к шее, он потянул на себя, заставляя ее подняться. Не в силах больше сдерживаться опустился к её губам.