Наша история

Если вам кто-нибудь расскажет, как выглядит улыбка до ушей в реальной жизни, не верьте этому человеку, если она не Люси Хартфилия. Когда они с Нацу сказали, что решились начать встречаться, их друзья не сдержали своей радости. Леви и Лисанна практически весь день не переставали улыбаться, поглядывая на блондинку. Даже вечно спокойный и часто угрюмый Грей одарил парочку такой широкой улыбкой, что они, казалось, могли пересчитать все его зубы. Драгнил вёл себя очень вежливо, дружелюбно и мило с любыми окружающими его людьми. Он буквально светился от радости, каждая встречающаяся на его пути вещь казалась очаровательной. Столько позитива Нацу не излучал никогда. Люси наблюдала за этими переменами, всё ещё чувствуя себя в каком-то сне. Происходящее ей казалось чем-то выдуманным. По-прежнему не верилось в то, что Хартфилию и Драгнила называли парой. Блондинка несколько раз даже хотела поправить кого-то из прохожих или учеников, что они просто друзья, но вовремя замолкала. Самым неловким моментом стал для Люси один из выходных дней, когда родители Нацу и его старший брат прознали об их внезапном романтическом союзе. Хартфилия пришла к ним в гости, почти сразу скрываясь вместе с другом детства (а теперь уже — парнем!) в его комнате. Она быстро поздоровалась с домашними, пугаясь, что те уже в курсе перемен в жизнях Люси и Нацу. Тогда они спокойно играли в приставку, веселясь и шутя, как делали постоянно. Когда дверь отворилась и к ним ввалились Зереф, Игнил и Акеми со слащавыми улыбками на лицах, Хартфилия поняла, что они уже всё знают. Такие улыбки её сопровождали постоянно в коридорах школы, столовой и на уроках. Не успев ещё услышать ничего от семьи Драгнила, Люси успела раскраснеться от смущения. Она перевела глаза на Нацу, представляя в голове, как будет душить его, когда его родители и Зереф выйдут из комнаты. Однако реакция друга её поразила: он сам удивлённо пялился на родственников, покраснев от ушей до пят. — Я с самого начала говорила, какая из них выйдет красивая пара, — громко прошептала Акеми, не сводя глаз с ребят. — Откуда вы знаете? — Нацу едва не подскочил на ноги, очевидно крайне шокированный, что его родители волшебным образом догадались об отношениях с Люси. — Да ты весь светишься от счастья, — произнёс Игнил, поглядев на Хартфилию, которая за секунду стала походить на помидор. — Ага, даже твоя фраза «Я пошёл за Люси» перед школой зазвучала совершенно иначе, — Зереф посмеялся, прикрывая ладонью рот, строя из себя то жуткое смущение, что испытывали сейчас ребята. Блондинка заметила, как Нацу нервно сглотнул. — Точно-точно, — закивал Игнил. — У тебя теперь лицо почти трескается от улыбки, когда ты это говоришь. — Вы ещё не думали о стиле свадьбы? — Зереф мигом оказался перед Хартфилией. — Предлагаю подумать о выездной регистрации с видом на море. Боже! — Он радостно закричал и обернулся на родителей, почти плача. — Да я такую для них речь подготовлю! — Перестань, — усмехнулась Акеми, оттаскивая брюнета от Люси. — Рано им ещё о свадьбе размышлять. Думай, что говоришь-то. — Все рыдать будут! — Завопил Зереф. Он вновь посмотрел на ребят: — Я вам говорю — все будут рыдать! — Я сейчас сама разрыдаюсь, — тихо произнесла Хартфилия, опустив голову в пол и скрыв лицо в ладонях. — Мы просто хотели поздравить и сказать, что очень рады за вас, — Акеми мягко улыбнулась, обернувшись на младшего сына и блондинку, и тащила за собой Зерефа, который цеплялся к Игнилу и уверял того, что в качестве подарка для молодых он готов оплатить как минимум половину свадьбы. Игнил легонько, с утешением похлопал старшего сына по спине, напоминая, что тот ещё студент и точно не потянет даже треть суммы. — Уходим-уходим, хватит, — Акеми свободной рукой подтолкнула мужа на выход. Когда они оказались в коридоре, она вновь заглянула в комнату Нацу: — Простите, что так неловко и чересчур эмоционально вышло. Люси слабо кивнула, выдавливая из себя доброжелательную улыбку. Когда закрылась дверь, Хартфилии хотелось провалиться сквозь землю от ощущения стыда. — Прости, — на неё повернулся Драгнил, шумно вздыхая. — Я не хотел, чтобы они узнали так скоро. Отношения Люси и Нацу не складывались так, как должны были в их понимании. Драгнил часто звал блондинку на выходных днях или после школы, то кино, то просто прогуляться вместе. Она каждый раз радостно принимала приглашения, договаривая, что позвонит и остальным с предложением. Нацу неуверенно кивал её словам, хотя и не разделял такой радости с Хартфилией, когда они оказывались в компании Грея, Лисанны и Леви. Однажды Драгнил остановил её, движением руки опуская ладонь Люси с телефоном. — Вдвоём, — тихо просил её Нацу. — Давай сходим вдвоём. Я приглашаю только тебя. Тогда Хартфилия кивнула, проглатывая неуверенность и испуг. В статусе друзей она бы без проблем согласилась провести время наедине с Драгнилом, однако в качестве его девушки дать положительный ответ было куда труднее. Нацу дождался блондинку у её дома, они сходили в кинотеатр. Он почти не мог сосредоточиться на фильме, набираясь смелости, чтобы взять Люси за руку. Пока её пальцы были заняты газировкой и попкорном, Драгнил продолжал выжидать. Он заметил, что девушка выглядела напряжённой. Нацу понимал, как ей всё ещё тяжело видеть их вместе парой, поэтому не спешил. Они почти не касались друг друга. И Драгнила это сводило с ума. Он боялся даже дотронуться до её плеча или легонько приобнять, что уж тут говорить о «взять за руку». Думая об этом, Нацу чувствовал, как удары его сердца оглушают, а волнение только нарастает. Он вспоминал, насколько оказалось простым для него действием поцеловать когда-то в кинотеатре Лисанну. Тогда всё произошло случайно и тоже волнительно. Но это было куда проще, чем позволить своим пальцам переплестись с пальцами Хартфилии. Осознавая, как это ещё может спугнуть и Люси, то взять её за руку казалось для Драгнила уже чем-то невозможным. После фильма блондинка предложила возвращаться по домам. Нацу не хотел, чтобы сегодняшнее свидание закончилось вот так и их отношения не сдвинутся с мёртвой точки, если он так ничего и не предпримет. Он убедил Хартфилию сходить в кофейню и перекусить чем-нибудь сладким, а потом прогуляться. Не сразу, но всё-таки она согласилась. Вечер в ближайшей кофейне прошёл в дикой неловкости. Люси пыталась избавиться от неё, комментируя чуть ли не каждую сцену и диалоги фильма. Драгнил вяло поддерживал эту одностороннюю беседу, так как банально упустил практически весь сюжет. Выйдя из кофейни, они прошлись через парк, направляясь в сторону дома. Хартфилия вновь взяла миссию разговорчика на себя, обращая внимание Нацу на что-угодно, лишь бы тишина не затягивалась. То указывала на ларьки, говоря, что когда-то и что там покупала, то кивала в сторону людей и рассуждала кто из них чем может заниматься. Драгнил чувствовал себя паршиво. Когда вдали уже виднелись их дома, Нацу выдохнул и решился потянуться к руке Люси. Прохладные пальцы Хартфилии, которых он едва коснулся, заставили всё его тело воспылать. Его глаза опустились на их руки, что слабо соприкасались друг с другом. Драгнил сглотнул, в секунду набравшись смелости, как блондинка спрятала свои ладони в карманы пальто. Нацу поднял глаза на Люси, а она, как будто и вовсе не заметила произошедшего или не придала значения, продолжала вести непонятный монолог, суть которого Драгнил давно потерял. На следующий день, возвращаясь со школы, Нацу снова сделал попытку взять Хартфилию за руку. Ощутив в своей ладони пальцы девушки, Люси быстро вытащила руку и спрятала её в карман. — Я пока не могу, — она смущённо мотнула головой. Ответом Драгнила был только кивок. Ему казалось, что в этот момент он всё испортил. Потому что последующие дни становились хуже. После уроков Хартфилия несколько раз в неделю заходила к Нацу, и они готовились к выпускным экзаменам, которые уже были на носу. Когда оба пришли к верному решению задачи, Люси на радостях бросилась в объятья Драгнила. Она хвалила себя и Нацу за правильный ответ, над которым они бились последний час и попыталась выскользнуть из рук парня, как он сильнее прижал её к себе. Хартфилия уткнулась носом в его грудь. Их объятья затягивались. Она чувствовала резвое биение сердце Драгнила. Её сердце тоже спешно заколотилось и щёки заалели. Люси вновь попыталась высвободиться из рук Нацу, призывая его прекратить эти непривычные касания. Драгнил неохотно выпустил блондинку, отчего она решила сесть подальше от парня. — Чтобы не отвлекались от подготовки, — Хартфилия тогда попыталась пошутить и улыбнулась. Однако она больше не могла сосредоточиться на задачах. Люси ощущала себя в компании Нацу страшно неловко. Ей не удавалось мыслить ясно, особенно когда их взгляды сталкивались. Теперь она отчётливо видела бушующий ураган в глазах Драгнила и прекрасно понимала, что в ответ на него направлен иной взгляд — полный стыда и смущения. Хартфилии казалось, что постепенно её неловкость испарится, но этого не происходило. Она всё ещё боялась прикосновений Нацу, не потому что не хотела их ощутить — для неё это было чем-то неправильным и некомфортным. Словно Люси заставляла себя миловаться с родственником. После той подготовки Драгнил вновь вёл себя крайне осторожно с девушкой. Он видел, как она сразу же напрягалась, когда они оставались наедине. Тогда Нацу пытался расслабить Хартфилию и вернуть атмосферу дружбы. По началу ему это удавалось, они будто снова стали обычными друзьям: хохотали и подкалывали друг друга, избегая любых прикосновений. В один день с утра Драгнил как обычно дожидался Люси из дома. Она вышла, закрывая за собой калитку. Весна уже успела наступить, однако внезапные ночные холода и снег не уступали места для тепла. Дорога была покрыта тонким слоем льда. Сделав шаг к Нацу, Хартфилия поскользнулась. Она выставила руки к парню, пытаясь ухватиться за него. Когда Драгнил постарался подхватить блондинку, его ноги предательски заскользили. Одна нога Люси подлетела наверх, после чего блондинка свалилась на спину, потянув на себя и Нацу. Драгнил почти ударил лбом нос девушки, но успел опереться на руки по обе стороны от Хартфилии, предотвратив возможность сломанного носа. Люси поморщилась от боли, машинально касаясь своего затылка. — Ты в порядке? — Спросил беспокойно Нацу. Глаза Хартфилии тут же встретились с глазами парня, которые были чересчур близко. Его дыхание отдавало теплом её лицо. — Да, всё хорошо, — тихо ответила Люси и слегка заёрзала. — Отлично. Взгляд Драгнила несколько раз быстро опустился на губы блондинки, что не осталось от неё незамеченным. В один момент глаза Нацу задержались на губах Люси. Почувствовав, что может произойти через мгновенье Хартфилия выставила ладони перед собой и чуть надавила ими в грудь парня, пытаясь заставить его встать. Она ощущала лёгкую дрожь в своих пальцах, пока Драгнил продолжал нависать над ней. Его голова чуть двинулась вперёд. Люси тут же завизжала, прося Нацу слезть с неё. Драгнил, словно проснувшись, тут же вскочил и помог блондинке подняться, придерживая её за локоть. Хартфилия видела, как смутился Нацу и старался спрятать взгляд от неё. Вся дорога до школы сопровождалась грузной тишиной. На большой перемене Нацу и Грей спешно перекусили и тут же покинули столовую, так как обещали девочкам из класса помочь перетащить какие-то коробки с вещами для будущего школьного клуба. Леви и Лисанна обсуждали грядущие экзамены. А у Люси всё ещё не выходила из головы пикантная утренняя сцена. Она сама осознала, как странно себя ведёт, мысленно удивляясь, как Драгнил продолжает терпеть её поведение. Хартфилия знала, что для парочек вполне естественно целоваться. Наверное, в её понимании она и Нацу были исключением из правил. Как только Люси представила, что Драгнил поцелует её, то внутри всё сжималось от ужаса. Её первый порыв был оттолкнуть Нацу. Не позволить ему поцеловать себя. Она сделала это, почти не задумываясь. А теперь мысленно рассуждала: по какой причине? Ведь в нормальных парах целоваться — нормальное желание. Волнительное и приятное. Никак не пугающее. — О чём задумалась? — Спросила вдруг Штраус, обратив внимание на молчаливую блондинку. Она вздохнула и пару раз подумала, стоит ли ей вообще озвучивать своё беспокойство. — Нацу, кажется, собирался меня сегодня поцеловать, — произнесла Люси. Подруги тревожно переглянулись, очевидно чувствуя неприятное продолжение. Хартфилия уже готовилась защищать себя школьной сумкой от летящих в неё помидоров. — Я его оттолкнула. — Ты — ЧТО?! — Вскочила с места Лисанна. Люси машинально прикрылась сумкой и слегка пригнулась. — Почему? — Обеспокоенно спросила МакГарден, потянув Штраус за руку, чтобы та села обратно на стул. Лисанна почти свалилась на место и залпом допила чай, со стуком поставив чашку на стол. Хартфилия убрала сумку и выпрямилась, когда поняла, что опасность миновала. — Ты жестока, — пробурчала Штраус, недовольно качая головой. — А я-то думаю, чего Нацу сегодня такой поникший и молчаливый, — тихо сказала Леви подруге, на что Лисанна закивала. Люси вздохнула, услышав слова одноклассницы. — Не знаю, — с сожалением произнесла блондинка. — Мне всё ещё трудно воспринимать нас парой. Для меня это по-прежнему странно и дико… Господи, да я не могу с ним целоваться! — Тебе просто страшно, всё в порядке, — мягко произнесла МакГарден. — Первый поцелуй это всегда волнительно. — Да, я жутко напугана! То пытался за руку взять, то обнять чересчур крепко! Меня постоянно охватывает тревога, когда мы остаёмся наедине! Я не могу вести себя адекватно, когда я всегда чувствую себя напряжённой! Подруги молча хлопали глазами, глядя на Хартфилию. Люси глубоко задышала, ощущая, что избавила себя от небольшой тяжести. Но легче ей всё равно от этого не стало. — Наверное, тебе просто нужно расслабиться, — сказала неуверенно Леви, косясь на Штраус и ожидая от неё какой-либо поддержки. — Тебе просто непривычно быть его девушкой. Это пройдёт. Верно? — Она повернула голову на Лисанну, напряжённо улыбаясь. — Я почти как месяц считаюсь его девушкой! — Тихо завыла Хартфилия, нервно схватив себя за голову. — А как будто всё становится только хуже. Я чувствую себя отвратительно, мне всё это не нравится. Нацу ничего плохого не делает, но любое его движение в мою сторону отталкивает меня. И я понимаю, насколько это ужасно звучит. И это заставляет меня ненавидеть саму себя. Подруги поникли и вновь обменялись взглядами друг с другом. Они одновременно вздохнули, опуская глаза в пол. — Может, просто поговорить с ним по-честному? — Предложила Штраус, не скрывая своей грусти и разочарования. — Он, видимо, сам не понимает, что происходит.

***

Когда в очередную подготовку к выпускным экзаменам Нацу и Люси сделали перерыв на перекус, это оказалось завершающей точкой их отношений. Хартфилия, тихо посмеивалась, жуя бутерброд и глядя в экран телефона парня, где было включено юмористическое шоу. Драгнил уже успел доесть свою порцию и допивал тёплый чай. Он поднялся позже из-за стола и помыл руки. Через пару минут Люси последовала его примеру. После чего они направились в комнату Нацу и продолжили заниматься. Когда они уселись за его низкий журнальный столик, Драгнил взглянул на блондинку и указал пальцем на свой уголок рта. — У тебя тут крошки остались, — сказал он. Хартфилия постаралась вытереть и вопросительно посмотрела на парня. Он покачал головой, и Люси с новой силой стала вытирать рукой рот. Нацу хохотнул, вновь качая головой, и потянулся к девушке, чтобы помочь. Он слегка коснулся пальцем нижней губы Хартфилии, осторожно избавляя её от крошек. Подняв глаза на Люси, Драгнил тут же смутился. Она вся оцепенела и раскраснелась, глядя на парня. Его пальцы волнительно коснулись подбородка блондинки. Хартфилия вздрогнула и резко отстранилась от Нацу, вскакивая на ноги. Драгнил тут же поднялся и виновато глядел на девушку, желая объясниться. Он видел её бушующий и стыдливый взгляд и осознавал, что не сдержался и перешёл черту слишком рано. Нацу не успел раскрыть рот в извинениях, как Люси, судорожно втянув воздух, выпалила: — Я больше так не могу. Драгнил замер, глядя на блондинку. — Мне всё это не нравится, — продолжила она говорить. — Я думала, надо потерпеть немного, привыкнуть, но у меня не выходит. Никудышная из нас получается пара, — грустно усмехнулась Хартфилия. — Давай прекратим это, пока ещё возможно. Останемся друзьями. Нацу молча кивнул, смотря, как девушка убирает свои тетради и учебники в сумку. Она облегчённо улыбнулась ему на прощание. Следующие пару дней Люси ждала друга у его дома утром. Она действительно стала чувствовать себя куда расслабленно рядом с Драгнилом. Даже легко могла себе позволить локтем по-дружески подтолкнуть Нацу, безо всякого волнения и нервозности. Конечно, после решения остаться друзьями делать вид, будто Драгнил никогда не пытался поцеловать её и не взять за руку, для Хартфилии всё ещё было неловко, хоть она и старалась об этом не думать. Однако по Нацу было очевидно, что он не разделял спокойствие с девушкой, что они теперь вновь просто друзья. Он опять глубоко ушёл в себя и казался со временем более раздражительным. Люси обижало, что фраза Драгнила о том, что после неудачной и недлительной пробы быть парой, они смогут вернуться в статус друзей без труда, — оказалась лживой. Блондинка не понимала этой проблемы. Ведь Нацу и Лисанна пробыли в отношениях куда дольше, чем она с Драгнилом. И эти двое так легко поддерживали дружбу, что их «мы теперь встречаемся» казалось каким-то сном. Хартфилии иногда приходилось задумываться: а действительно ли они встречались осенью? Люси вспомнилось, что тогда Лисанне и Нацу потребовалось немного времени, чтобы снова наладить общение. И она решила воспользоваться таким же методом. Когда она озвучила это Драгнилу, он кивнул и поддержал её. Они перестали готовиться вместе к экзаменам, ходить вместе в школу и возвращаться из неё, болтать на переменах и шутить в столовой. Хартфилия поглядывала в сторону Нацу с беспокойством и каждый день надеялась, что он подойдёт к ней и скажет, что теперь всё в порядке и он готов снова общаться. Дни продолжали тянуться. Драгнил всё реже и реже показывался на глаза блондинке, постоянно уходя куда-то вместе с Греем. Даже прекратил проводить время с Лисанной и Леви. Друзья не лезли с вопросами к Нацу и Люси и как могли, так поддерживали их. Хартфилия даже просила подруг избегать Драгнила и дать ему время побыть в одиночестве, думая, что это пойдёт ему на пользу. Когда выпускные экзамены были успешно сданы, Люси на церемонии пыталась в толпе пробиться к Нацу и поздравить его с выпуском средней школы. Найдя его, она с широкой улыбкой заговорила о скором поступлении в «Тейран» и их новой жизни в качестве старшеклассников. Драгнил молча её слушал. По его виду было понятно, что, кажется, он не разделял с Хартфилией такую же радость. Он вообще не выдавал никаких эмоций. Стоявший рядом Грей только вздохнул, глядя на попытки Люси разговорить друга. Нацу слабо закивал девушке, после чего обратился к Фуллбастеру и другим парням с предложением сходить в караоке. Одноклассники его довольно поддержали. Драгнил криво и как-то неуверенно улыбнулся, проходя мимо Хартфилии. Даже не попрощавшись с ней. Она почувствовала лёгкое прикосновение к своему плечу. Подняв глаза, Люси увидела Грея, который выдавил ободряющую и одновременно грустную улыбку. После чего поспешил за Нацу. Хартфилия провожала их взглядом, не веря, что снова их дружба поставлена на затянувшуюся паузу, если вообще не на точку. Вина за собой сменилась на обиду. Ведь Драгнил говорил, что будет рядом, и не хочет терять из своей жизни Хартфилию. Неужели всё это было обманом? Люси ждала и терпела, давая время Нацу прийти в себя после их неудачного эксперимента в отношениях. Она была уверена, что он быстро отойдёт и всё вернётся на свои места. Только всё происходящее говорило об обратном. Чем больше проходило времени, тем большее Драгнилу не хотелось возвращать их дружбу. Обида Хартфилии перерастала в ненависть. Во время каникул Люси виделась пару раз только с Леви. Та уверяла подругу, что в старшей школе всё должно наладиться. Блондинка в это не верила и убеждала себя, что она уже больше не нуждается в обществе Нацу. Пусть внутри продолжала теплиться слабая надежда. Однако весь первый месяц обучения в «Тейране» Люси и Нацу совершенно игнорировали существование друг друга.

Конец III части.