Гиацинт: роковое наваждение

Начало учебного года всегда вселяло определённый трепет и взволнованность в души студентов, даже в тех, для кого учёба не являлось главной целью в двадцать лет. Прогуливаясь по уютным магазинчикам, укутанные в шарфы молодые девушки делились своими летними приключениями, тихонько хихикая и перебирая канцелярию, пообещав после шоппинга зайти на чашечку кофе. Подобная атмосфера в начале осени подпитывала школьников на достижения новых целей и, можно сказать, мотивировала тинейджеров, особенно когда на каждом углу, один за одним открывались уютные магазинчики с канцтоварами, начиная с небольших ларьков с цветастыми стикерами на мелких проспектах, и заканчивая фирменными магазинами в торговых центрах и на главных улицах города. Когда-то подобная атмосфера вселяла в сероглазую студентку заряд положительных эмоций до самого начала семестра, но этот год стал для девушки переломным. Ветер был слишком холодным, чтобы оставлять кожаную косуху распахнутой, поэтому Эвилайна нехотя застегнула ее на себе, еле плетясь по вызубренной дороге к отделению полиции. Каскад пепельных волос скрывал печальное лицо девушки, и лишь изредка она позволяла окружающим взглянуть на заметно подрумянившиеся щеки, но утерявшие блеск глаза. - То-есть ты утверждаешь, что Джастин Бибер никогда не принуждал тебя к половому акту против твоей воли и не подвергал физической расправе, верно? Очередная встреча с шерифом Хьюго в полумрачной темно - зелёной комнате уже приходила к девушке в страшных снах. За прошедший месяц Тревор провожал в это место дочь без результата, которого ожидал, но также понимал, что не может давить на Эвилайну. Хоть она уже и устраивала плачевные посиделки с подругами и навещала университет, где на нее многие косились, столько времени считав мёртвой. Эвилайна искренне радовалась подобным встречам и тому факту, что ее жизнь постепенно возвращалась на круги своя. - Да. Тревор тяжело вздохнул, сунул руки в пальто в углу комнаты. Шериф поднял понимающий взгляд на мужчину и снова опустил на листы. - Ты же знаешь, что дача ложных показаний противозаконна? - Да, я знаю. - Пока он находится в тюрьме, Эвилайна, но скоро состоится суд, а нам нечего ему предъявить. Скажи, - начал шериф, заглядывая в серую пару глаз напротив, - Он угрожал тебе? Ты находишься в абсолютной безопасности, Эвилайна, будь с нами честна и открыта, и мы все добьемся справедливости. 《 На это я и рассчитываю 》 Она горько усмехнулась собственным мыслям. - Нет. - Послушай, ты... - Почему я не могу увидеться с ним? - прозвучало слишком громко для данной обстановки, слова с грохотом врезались в стены, но молчать Вия больше была не в силах, - По какой причине мне ничего не говорят? Хьюго откинулся на стул, потеребил жёлтые бумаги и недвусмысленно взглянул на Тревора. Эвилайна вспыхнула, вихрем обернувшись к отцу. - Я оставлю вас, - и железная дверь помещения плотно захлопнулась. - Он в порядке? - поднялась девушка с места, оттягивая концы фиолетового шарфа, - Папа, ответь мне! - Какая разница, Эвилайна! - вскинул руки мужчина, - Если так, то он должен подохнуть в тюрьме, и я это устрою. - Нет, - Вия закачала головой, невольно отмечая, что за ее отсутствие Тревор стал чересчур импульсивным и быстро утомлялся, и в этом она будет винить себя до конца своих дней, - Не трогай его. - Посмотри, что он сделал с тобой! - голос снизился до душераздирающего шепота, слезы налились в глаза мужчины, и те сделались красными, - Что он сотворил со мной! Почему, Эвилайна? - сделал он шаг к дочери, - Почему ты умолчала? - Он неплохой человек. - Посмотри на свои руки, Эвилайна! Взгляни в свои глаза, он мучил тебя столько времени! - Он пытался помогать людям, таким же беспомощным, как и он в душе. - И что, вышло? Вия развела руками. - Как видишь. Тревор судорожно вздохнул и принялся рваными шагами совать туда - сюда. - Ты ничего не скажешь шерифу, папа, никому. Я доверилась тебе, умоляю, не подведи меня. - Господи, мою дочь подвергали насилию, а я должен радоваться деньгам и улыбаться... - Папа! - мужчина остановился и взглянул на дочь, - Это мой выбор, прошу, прими его. Некоторое время в комнате провисела тишина, нарушить которую мужчина был не в силах, а Вия то и дело проворачивала в голове множество вопросов, крутившихся на уме прошедшие недели. Но получила бы она ответы? Не рисковано ли позволять заботе промелькать в ее голосе? - За что его посадили? Из-за меня? - Не только за незаконное лишение свободы человека. Он лез туда куда не надо: убил человека. - Он боролся за меня, за справедливость! Отстаивая сторону Джастина, Вия готова была защищать его, хоть сотню раз повторяю одно и тоже. - Он не коп, милая! У него нет на это полномочий. Он просто псих, возомнивший себя супергероем. - У него не все в жизни гладко. Не сумев помочь себе, он помогал другим. Если бы не он, я бы сейчас была мертва! Да и ты может быть тоже. В лучшем случае нас бы оставили живыми без гроша в кармане. - Да что с тобой, детка? Ты слышишь себя со стороны? На это у девушки не нашлось что ответить, только сердце продолжало усиленно колотиться внутри вздымающейся грудной клетки. В машине было также морозно, как и снаружи. Продрогшая сероглазая девушка потирала ладони друг о друга, согревая их дыханием, и смотрела, как отец прощается с шерифом, пожимая тому руку двумя руками. Тревор оглянулся по сторонам на пешеходе, пересек дорогу и через секунду уже был на водительском месте. Он распахнул пальто и включил печку. - Я хочу с ним поговорить. Мужчина замедлил свои действия. - С шерифом? - Нет. - Исключено. Эвилайна понимала, что сейчас жестоко играет на нервах отца, но ради своего же спокойствия она должна была навестить Джастина хоть раз. Ворвавшийся в больницу месяц назад Тревор схватил дочку за руку, пока та ждала вердикта врачей, и ещё долго плакала в машине, а затем всю ночь в своей кровати. Мужчина не давал девушке покидать пределы дома в течении двух недель, впуская ее друзей, но не выпуская саму ее. Он знал, что она в любое время суток подорвется к тому ублюдку, окутанная иллюзией, что тот спас её от чего-то страшного, и теперь обязается всю жизнь быть ему благодарна. А следующие две недели Тревор ходил за ней по пятам. - Поедешь со мной. Пожалуйста, отец, десять минут разговора с ним и я снова вернусь к обычной жизни. Без него. Пожалуйста. Мужчина ничего не ответил. Пристегнув ремень безопасности, он вырулил с парковки на главную улицу. Эвилайна до последнего не верила, что Тревор послушал ее и все - таки отвез ее в тюрьму. Кусая губы от волнения, Эвилайна три раза перевязывала шарфик, и в итоге свободно обмотала им шею на один раз. Пальцы било в дрожи, ноги подкашивались, она понятия не имела что чувствует и что скажет Джастину, кроме того, что обязательно вытащит его отсюда, обусловит работой через знакомых и найдёт жилье. Чтобы он вышел, и ему было куда идти. Будто не на своих ногах она шагала в грозное многоэтажное здание, от которого веяло тоской и приговором. Тревор двинулся вперёд, спросив что-то у мужчины в форме, и тот указал на второго его коллегу. - Увидеться с Джастином Бибером. Блондин с высокими скулами сухо кивнул и удалился. Девушка присела на свободный стул у стены и подняла глаза на заключённых по ту сторону комнаты, которые говорили по телефону с навещавших их людьми. Эвилайна трусила. Она не знала сдержит ли слезы при виде него, ведь безумно скучала и была благодарна. Ей так много хотелось ему сказать, но с чего начинать разговор, когда весь летний кошмар закончился на подвешенной ноте? Но больше всего Эвилайна боялась посмотреть в карие глаза и увидеть пустоту отчаяния, ведь она помнила тот их давний разговор на складе, когда Джастин понял, что после поимки Милларио ему будет не к чему стремиться. И она хотела ему объяснить, что это не так. Что если он все ещё жив - значит Богу так было угодно. Что потеряв всё, при этом не имея ничего, у него все ещё остаётся жизнь, с которой он может сделать всё что пожелает. Он должен это понять, ему всего двадцать пять, черт возьми. Появившийся из темноты узкого коридора охранник вселил в девушку дрожь. Она судорожно одернула кашемировый свитер и двинулась к мужчинам. - Он отказался от свидания. Волнение с лица Вии спало, сменившись на тревогу. Она растерянно обернулась на слегка изумленного отца и снова на молодого охранника. - Что? Как это? - Вот так. - Пожалуйста, позовите Джастина Бибера ещё раз. Скажите, что пришла Эвилайна Спрингер. - Девушка, я что, похож на почтовую сову? - Я дам вам пятьдесят фунтов, если Вы позовете его ещё раз. - Вообще-то здесь вокруг люди и...- он начал нервно оглядываться, но Вия судорожно всунула ему пару купюр в карман. - Всем плевать, - одарила она его злым взглядом, - Позови. Немедленно. Что-то пробурчав себе под нос, мотивированный охранник двинулся к заключённым, пока Вия сдавила виски пальцами. Тут, должно быть, какая-то ошибка. - Он по-прежнему отказывается. Извините, я ничем не могу Вам помочь. Эвилайна поникла. Ее плечи тоскливо понурились, а в глазах в доминанты вырвалась растерянность и дрожь в персиковых губах. - Идём, Вия, - она не помнила, как обнял ее за плечи Тревор. За всю дорогу домой никто не осмелился обронить ни слова. Эвилайне напросто было нечего сказать, а Тревор, видимо решил не усугублять ситуацию, да и девушке было откровенно все равно по каким причинам отец, все время яростно запрещавший ей встречи с преступником и добившийся своего, сейчас безмолвно держал путь обратно. - Пообедаешь? - заботливо поинтересовался мужчина, разогревая курицу, но увидев дочку печально стягивающую шарф с шеи, и сам передумал посвящать себя трапезе. - Нет, спасибо. Я пойду в комнату. Она и не завтракала. Таким образом подобия и летели ее дни, недели учёбы. Тревор, взяв отпуск на несколько месяцев, теперь жил со своей дочерью в её квартире, каждый день контролируя ее уход на учёбу и забирая на машине после нее. Он редко одаривал подчиненных своим присутствием в его офисе, но, по крайней мере, ему удавалось все контролировать и улаживать мелкие формальности на расстоянии. Начало ноября встретило жителей города ледяными ветрами и свинцовыми тучами над крышами зданий. В очередной раз забирая дочку из кафе, куда она отправилась с одногруппниками, Тревор натянуто улыбался и обещал заехать через час. Он знал, что она его обманывает и почти каждый день ездит к нему. К преступнику. И каждый раз замечая ее красные глаза и точное время "задержания в библиотеке" или "поездку в торговый центр", что занимала дорога туда - обратно к тюрьме, он предполагал, что Бибер так и не выходил с ней на контакт. - Привет, пап, - радостно залетела в машину сероглазая девушка и чмокнула того в щеку, - Как дела? - Неплохо, солнышко, - мужчина завёл мотор, освобождая место парковки, - Кстати, я хотел тебе кое - что отдать. Эвилайна с улыбкой обернулась к отцу, пока тот смотрел на дорогу, и опустила глаза ниже. В его руках был ее старый телефон. - Откуда ты... - Мы нашли его в мужской кожаной куртке, в которой ты была в тот день, когда тебя нашли. Он был разряжен, но это не помешало отследить его, когда на экране появилась точка зафиксированного сигнала. Боже, Вия... Как же я был счастлив видеть эту зацепку, ты не представляешь... - Это дело рук Джастина. Изначально он забрал телефон у меня, а потом... Видимо, он знал, что в тот день вы точно сумеете отследить сигнал. - Ни на секунду не прекращали, Вия, мы смотрели видеокамеры, опрашивали прохожих, Господи, что я только не делал, чтобы...Ты пропала почти на два месяца, и никаких зацепок, я уже было думал, что... Что ты обрела покой со своей матерью, за что же тебе такое, Боже мой... - Папа, прошу тебя, - глаза налились слезами, и Вия дотронулась до напряженной руки отца на руле, - Всё кончилось, пап, все позади. Теперь меня окружают хорошие, любящие меня люди и газовый баллончик, - уголки губ слабо приподнялись, - Я была недавно в церкви и уверена, что Господь больше не позволит нам страдать, как нас учила и мама, верно? - Верно. - Я люблю тебя. - И я тебя, детка. По прибытию домой пепельноволосая крепко обняла отца, схватила с холодильника тарелку фруктового салата и прошла в свою комнату. Девушка поставила телефон на зарядку, завязала волосы в низкий хвост и уселась на кровати в позе лотоса перед телефоном. Он находился во вполне рабочем состоянии и мог бы прослужить ещё очень долго, но частичкой своей души Вия чувствовала, что в этом телефоне все ее воспоминания о прошлой жизни и ей неожиданно взбредила идея его сжечь. Подцепив вилкой нарезанные ягоды в обрамлении йогурта, сероглазая отправила вилку в рот и лакомство встало поперек горла. С экрана на нее смотрел улыбающийся, светившийся счастьем белокурый Дэвид. Вечное сияние задора исходило с его голубых глаз, и она помнила тот день: его день рождения. Случайная фотография, где у него целый кусок торта оставил свой след на синей футболке, вышла настолько прекрасной, что Вия в нее влюбилась. И любила до сих пор. А ведь она даже понятия не имела где находится тот сгоревший дом, чтобы принести туда цветы, его любимые сигареты или томатный сок, в котором он души не чаял. - Прости пожалуйста, - пухлые губы прижались к экрану, а по щекам скользнули две слезинки. - Эвилайна! Голос отца с глубины апартаментов вывел девушку из пучины боли. Она вытерла мокрые щеки, отложила миску на тумбу и покинула пределы комнаты. - К тебе гости. Эвилайна сделала глубокий вдох, а когда подняла глаза - ошалела. Темноволосый парень стоял в коридоре со скромной улыбкой на губах, а его зелёные глаза блестели от влаги. - Нейтан, - беспомощно сорвалось с ее губ, прежде чем парень оказался в шаге от девушки и заключил ее в крепкие объятия. - Как же так, Эвилайна? - крепко сжимал он ее в своих мускулистых руках, - Я чуть с ума не сошёл за то время, что ты... Дурочка, как же ты всех напугала. - Я знаю, знаю, прости, - и слезы незамысловатым ручьем полились по ее бледным щекам. - Прости, что не приехал раньше, - покусывал парень нижнюю губу, заходя в комнату девушки и присев на край кровати, - Меня не было в стране, мы с Джией навещали ее родственников в Колумбии, у которых накопились некоторые долги, а затем ещё ты, и я даже не был в силах чем-то помочь. Как только ты нашлась, мне сообщил Тревор, и я... Но тут он прервал свою речь из-за громкого всхлипа у прикрытой двери. - Я всех подвела, - рваным голосом говорила девушка, стирая слезы запястьем, - Даже папа попадал в больницу... - Ну тише, маленькая. Тут же поднявшись, Нейтан притянул рыдающую подругу к груди и неторопливо водил ладонью по ее волосам. - Всё хорошо, солнышко, все позади. Несколько длинных минут друзья детства простояли посреди комнаты, где высокий накаченный брюнет едва сдерживал слезы, прижимая к груди сломленную и перепуганную Эвилайну. Раньше он никогда не наблюдал ее слез, и сейчас, видеть сероглазую опечаленной и совершенно разбитой внутри - доставляло ему в сердце периодические импульсы боли. - Красавица, - полулежа на кровати прошептал парень уткнувшейся в его плечо Вии, - Расскажи мне, дорогая, что произошло? Ты кому - нибудь говорила? - Только папе, - судорожно вздохнула она, водя пальцем по чёрной футболке у мужской шеи, - Подругам оставалось только догадываться. Нейтан повернул голову к девушке, встречаясь со светло - серым искренним взором. - Расскажи мне. Она не боялась повествовать о своей боли. На удивление самой себе, в этот раз Эвилайна пронесла свою историю немного легче, чем когда говорила о ней отцу, но не обошлось без моментов, которые она желала опустить. И, казалось, чем чаще она об этом говорила, тем легче ей становилось. Будто с каждым разом она скидывала с плеч по камешку, которые в целом составляли гигантскую гору на ее хрупких плечах. Закончив свой рассказ, Вия крепко сжала ладонь друга и, уткнувшись носом в его плечо, ждала от него хоть каких-то слов, кроме того, что говорил язык его тела: напряженные руки, глубокое дыхание и сжатая челюсть. - Идём на улицу. Натягивая на себя кофейного цвета пальто, Эвилайна изумленно наблюдала за Нейтаном и удовлетворенно улыбнулась: это было лучше слов сожалений. - Как ты думаешь, - начала девушка, ощущая, как ее фразы уносит ледяным порывом ветра, - Почему он не хочет встречи со мной? Нейтан ответил не сразу. Купив пару сникерсов, парень не спеша шагал около девушки и хмуро глядел вдаль. - Если судить по твоим словам, что он любит тебя, то... Видимо, это будет лучше для тебя. Ему уже нечего терять от встречи с тобой, и поэтому он ограждает тебя от себя. - Я ведь просто хочу поговорить. - Ты живёшь в будущем, Вия, и он понимает, что он единственная прошлая вещь, которая способна снова затянуть тебя на дно, - зелёные глаза посмотрели на девушку, - Ты же понимаешь это, просто горишь желанием навестить засранца. Но ты уверена, что поговорив с ним - тебе станет легче? Ты ведь собираешься не просто поболтать, а вытащить его оттуда, трудоустроить и продолжить общение. - Так будет лучше для него и спокойней мне. - Мне точно не будет спокойно, если ты продолжишь с ним общение. - Нейтан, он абсолютно безопасен. - Исходя из твоего рассказа... - Нейтан! - Прости. - Так странно было возвращаться, - тихо проговорила Вия, покачивая ногами на деревянной скамейке в парке, недалеко от дома, - Пережить такое и.. Снова, как ни в чем ни бывало начать ходить на пары с друзьями, задерживаться в лабораториях, покупать кофе в том же самом кафетерии, будто все было страшным сном. - Ко всему можно привыкнуть, тебе лишь нужно это пережить. Ободряющая улыбка друга сработала, и Эвилайна ещё шире улыбнулась в ответ. - Кстати, конфетка, у меня кое что для тебя есть, - он пошарил во внутреннем кармане своей толстовки, - Держи. Отель 《The Soul》, час дня, не опаздывай. - Господи, ну наконец-то! Схватив приглашение на свадьбу, Эвилайна накинулась на зеленоглазого с медвежьими объятиями и принялась покрывать его щеки поцелуями. - Я же говорила, что все образуется, что до свадьбы всегда есть время! - Да, наконец-то я сумел поднакопить нужную сумму и... - протянул он и снова громко захохотал, когда Вия в очередной раз на него накинулась с поздравлениями. Подобные моменты каждый раз напоминали Эвилайне, что жизнь не стоит на месте. Подкрадываясь с различных сторон, они шептали ей кем она была, чему радовалась и во что верила, и такие явления нельзя не назвать бесценными.