"Оборотни в погонах"

Для протокола: Стайлз совершенно не возражал против моды на бороду и длинные волосы у мужчин как явления. Даже наоборот. Взять хотя бы Мэттью Даддарио, Джареда Лето, Себастьяна Стэна, Брока О’Херна и, черт с ним, хоть самого Питера Хейла — они смотрелись с подобным имиджем просто шикарно. На Айзеке щетина и отросшие кудряшки вызывали противоречивые желания: с одной стороны, его хотелось погладить по вихрам, с другой — грязно домогаться. Лиам и Тео с растительностью на лице не экспериментировали, а вот прически (в рамках дозволенного уставом) периодически меняли, вызывая ассоциацию с юным персонажем второго «Терминатора». Волосатый Скотт смешил, а Бойд, Джексон или Итан никому в таком виде на глаза не попадались. Но Дерек… Это была отдельная история. Не поймите неправильно: Стилински не завидовал его способности отрастить густую бороду а-ля легендарные «ZZ Top» (у самого ведь росло что-то жалкое и жиденькое). Его трехдневная небритость будоражила до подгибающихся пальцев на ногах, поджимающихся яичек и обильного слюноотделения. А что до остального… Но об этом нужно рассказывать по порядку. Итак, началось все примерно три недели назад, с визита представителей НАПО и ЛАППЛ* (проще говоря — профсоюзов работников полиции) в Городскую Ратушу. Ветераны и действующие офицеры попротестовали немного, а Его Честь господин Гарсетти*, очевидно желавший быть переизбранным на второй срок, тут же пригласил их к себе в офис, выслушал и принял решение инициировать проверку соблюдения условий контракта со стороны начальства. В результате, Финсток и Хейл, не использовавшие свои отпуска, были насильно отправлены на заслуженный отдых. Стайлз совершенно не возражал — что вы! Дерек был расслаблен, чаще инициировал секс, больше готовил и даже начал устраивать стайные посиделки с ночевкой в духе самого Стилински, что не могло не радовать. Так было первые дней десять, а со временем альфа захандрил. Отпустил бороду, целыми днями цеплялся ко всякой ерунде, чем невероятно бесил своего жениха, а потом и вовсе прекратил бывать дома, постоянно контролируя работу подчиненных («я еще не настолько из ума выжил, чтобы оставить их без присмотра»). — Ты бы безобразие это сбрил, что ли, — предложил как-то утром Стилински, лениво распластавшись на подушках.- А то мы в последнее время напоминаем больше дуэт рэперов Rick Ross и Young Thug*, а не пару молодых симпатичных служителей закона. — Ни за что. «Мое тело — мое решение*», — донельзя довольный собственным каламбуром, заявил Дерек. — Дело хозяйское, — пожал плечами его возлюбленный, поворачиваясь на бок.- Тогда завтрак готовишь себе сам. Я решил сесть на жидкую диету. «Мое тело»… как там дальше? Сержант в ответ сверкнул альфа — фонарями и прыгнул на него сверху. Завязалась потасовка, вылившаяся в утренний секс.

***

Через несколько дней, пробравшись в банк во время ограбления, чтобы выручить коллег, Хейл довел своим видом до слез внука одной заложницы. Даже удостоверение не помогло убедить малыша в том, что он не опасен. Дерек потратил уйму времени на то, чтобы успокоить карапуза. И почти сработало, однако уже через пять минут, когда один из бандитов начал собирать в сумку деньги из кассы, проходя мимо сержанта, он пнул того в бок ногой и осведомился: — Ты чего разлегся на полу, идиот? Помогай кассиров связывать! И где твоя маска? Тут же камеры кругом! Думаете, Хейл тут же пошел бриться? Как бы не так!

***

Следующим был сексуальный бойкот, который тоже мало помог. Стайлз начал спать на диване в гостиной, что вылилось в спермотоксикоз и перманентную боль во всем теле (спойлер: этот предмет мебели скорее напоминал орудие пыток, чем место для сна). На работе все вервольфы истолковали их ситуацию по-своему. Парни начали бросать на сержанта косые взгляды а-ля «я наблюдаю за тобой», как Роберт Де Ниро в «Знакомстве с родителями». Однажды утром Стилински даже подсмотрел переписку в групповом чате на компьютере Скотта, где стая обсуждала, кто останется с ним, а кто с Дереком в случае, если они окончательно разойдутся. Он продержался неделю. Возможно, вынужденный целибат продлился бы немного дольше, но Стайлза угораздило пойти в спортзал вместе с Тео и Лиамом. Пока Данбар страховал любимого во время работы с блочным тренажером, сын шерифа невольно залюбовался тем, как красиво натягивается кожа на бугрящихся мышцах Рейкена, подчеркивая его узкие бедра и широкие плечи. Самый младший член стаи положил руки на плечи Тео, провел по его груди пальцами, вызывая тихий стон. Тот поймал его губы в кусачем поцелуе и… — Нравится? — осведомился Лиам, кивнув на своего парня. Стайлз машинально кивнул. В тот же миг, парнишка обратился, рыкнув и сверкнув золотистой радужкой: — Это все — МОЕ! Пришлось сделать большой шаг назад и отвести взгляд: посягать на чужую пару было можно лишь в случае, если бросаешь вызов ее или его второй половине. Стилински извинился и поспешил уйти.

***

Отпуск Дерека близился к концу, а они со Стайлзом по-прежнему не пахли сексом и борода никуда не девалась. Тем большим сюрпризом стали гладкие щеки альфы, появившегося в участке во время обеденного перерыва с пиццей для всего подразделения. — Как тебе удалось уговорить сержанта побриться? — заинтересованно шепнул Стилински Айзек.- Что ты сделал? Позволил ему «зайти со двора»? Согласился на те игрушки? — В том-то и дело, что даже пальцем о палец не ударил, — улыбнулся Стилински. — Иногда нужно дать человеку сделать то, что он хочет и поржать над ним опосля. — А поподробнее? — Причинно — следственная связь, чувак. Ты же в курсе, как Дер выглядит небритым… — Мексиканский бандит. — Именно. Так вот. За последнюю неделю его дважды останавливали на улице для проверки документов, раз вызывали иммиграционную службу в супермаркет, куда я послал его за молоком, а вчера вечером один наш коллега даже усомнился в том, что жетон у Хейла настоящий. Едва на зуб не попробовал, но когда пробил по базе фамилию, взглянул на моего ненаглядного и чуть не арестовал его за кражу знака отличия офицера полиции, прикинь?! Короче говоря, возвращаемся домой, а мой Хмуроволк молча бежит с порога в ванную, хватается за ножницы и бритву — и прощай имидж моджахеда. Лейхи хотел что-то добавить, но в тот же момент Лиам вскочил и заорал: — Оставь мои шары в покое, чувак! Какого черта?! Покрасневший Скотт вылетел из-за стола, где они играли в «Bounce off»*. Проходивший мимо Финсток фыркнул, покачал головой и сказал: — Ты слышал парня. Отстань. Видишь — ему не нравится твоя прелюдия. — Я же не нарочно, — возмутился МакКолл, страдавший с детства от дальтонизма, чем вызвал приступ громкого хохота. — Я не возражаю, если ты захочешь заняться моими шарами, — поцеловав альфу по-французски, подмигнул ему Стайлз, увлекая того в подсобку.