Portrait on which You

Гулкий шум Нью-Йорка отдается в наушниках под замечательные песни James Blunt. Широкая улыбка на лице девушки и её голубые, сияющие счастьем, глаза. Лето, музыка, Нью-Йорк! Что ещё нужно для полного счастья? Вообще много чего, но мы, люди, забываем об этом довольно часто. Впрочем это не так важно. Кларк Гриффин шла по оживлённым улицам. Блондинка шла на работу в свою студию. Дело в том, что она была художником. С самого детства Кларк тянуло к краскам. Она росла творческой личностью, и её мечтой было открыть свою мастерскую, выполняя работы на заказ. Ей уже 20 и мечта сбылась. Она переехала В Нью-Йорк из Лос-Анжелеса и устроилась на работу официанткой. Да, не мечта, но хоть что-то. Надо же оплачивать свою шикарную квартиру?.. Девушка открыла ключами входную дверь мастерской и зашла внутрь. Как всегда было уютно. Как в квартире, так и на работе. Кларк всегда, когда выбирает что-то, подходит к этому очень серьёзно, поэтому выбирая, она всегда включала кнопку «уют». Сев за свой стол, девушка потянулась. Взгляд упал на часы. Время было 9:24. Октавия ещё не пришла, наверняка опять опаздывает. Гриффин устало вздохнула. Вечно Блэйк опаздывает. А уволить её — потерять отличного работника. К тому же без Окти, Кларк не сможет поднимать мастерскую дальше. Вообще, в том, что Гриффин владелица этого прекрасного места, спасибо надо сказать Беллами. Брату брюнетки, которая как раз, в попыхах зашла, а точнее забежала в лавку. Уловив на себе серьёзный взгляд «начальницы», Блэйк виновато опустила глаза и промямлила: — Прости, Кларки, этого больше не повторится, — произнесла она и прошла на своё рабочее место. — Где-то я это уже слышала, — голубоглазая сделала вид, что пытается вспомнить: — Ах, да, вчера! — блондинка косо посмотрела на подругу, наиграно злясь. — Ой, да ладно тебе, — Октавия небрежно бросила свой кожаный рюкзак на стол и подошла к столу Кларк. Села на край, заглядывая в её голубые глаза. — Ладно, пора открываться, — Гриффин встала со стула и подошла к двери, чтобы сменить табличку «closed» на «open». Двадцать первый век. Век новых технологий и интернета. Но ничего не может заменить искусство, что живёт вечно. «Компьютеры могут всё» — говорят они, но не понимают, что машины могут, ой как, далеко не всё… Сидя за мольбертом, Кларк доделывала работу, что заказали на прошлой неделе. Натюрморт. Скоро должны были прийти и забрать его, поэтому надо было его заканчивать. Новых заказов пока не было, поэтому Октавия наблюдала за подругой. Ей всегда нравилось смотреть как Гриффин рисует. Неважно что, неважно чем, просто её привлекало это. Может поэтому она стала работать в её мастерской, а не заниматься какими-нибудь крупными делами, как старший брат, Беллами? Кто знает, что у этой девушки на уме, кроме тяжёлого рока и мотоциклов, конечно… Дверь открылась и в проёме показался рослый мужчина. Октавия подошла к нему и приветливо улыбнулась. — Здравствуйте, хотите что-то купить? — спросила она, вовсю разглядывая посетителя. — Это художественная мастерская «Сотня»? — спросил он, от чего у Октавии мурашки по спине побежали. Его голос заставил сердце девушки бешено ускорить ритм, а мужчина все ждал ответа от замявшейся девушки. — А? Да, это «Сотня», — девушка вышла из ступора и даже немного покраснела, увидев его очаровательную и искреннюю улыбку. — Я хотел бы заказать портрет. Завтра сюда приедет моя сестра, её портрет. У вас на сайте сказано, что вы рисуете в любом стиле, это так? — Да, это так. С натуры тоже рисуем, — она улыбнулась заглянув в его карие глаза. Затем быстро перевела взгляд на экран компьютера. Распечатала пару бумаг и протянула их мужчине. — Вам нужно заполнить эти бумаги, по цене мы сориентируемся позже, хорошо? — он кивнул и стал заполнять бумаги, что протянула ему Октавия. Её взгляд упал на графу имя, где мужчина написал «Линкольн». — Красивое имя, — не удержалась брюнетка. — Спасибо, — опять эта улыбка. Кажется девушка стала таять… — Кларк, у нас заказ, — Октавия прошла в зал где Гриффин работала. Кларк перевела взгляд на подругу, которая стояла чуть ли не в обмороке. — Что случилось, Окти? — спросила блондинка недоумённо глядя на неё. — Он такой… Красивый и сильный, а его голос…— она вздохнула, а затем, будто опомнившись, встряхнула головой и быстро положила бумаги перед Кларк. Гриффин пробежала строчки глазами. — с натуры, — девушка обреченно вздохнула. Она любила свою работу, любила рисовать, но с натуры! Такие работы заказывали редко, что очень радовало Кларк. Причиной было то, что с людьми надо было разговаривать, а о чем можно говорить с незнакомцами? Вот именно, Кларк этого тоже не знала. Наступил вечер и пора было уже закрываться. Кларк весь день готовилась к завтрашнему дню. Из того, что написал этот Линкольн, она поняла, что портрет должен быть с отголосками на Древний Рим. Девушка приедет уже в наряде. Одной проблемой меньше, улыбнулась она, осматривая свою работу. Яркая, но не броская драпировка, бежевого цвета на стуле, спускающаяся со стены. Ей показалось, что чего-то не хватает и пошарившись в кладовке, она вышла оттуда с аккуратным мечом и короной в виде венца. Поставила оружие рядом со стулом, а венец положила на колонну, что стояла позади всей картины. — Отлично, — улыбнулась Гриффин. А теперь, наконец, можно было идти домой. Кое-как дойдя до квартиры, Кларк открыла дверь и сняв кроссовки фирмы «Nike», пошла в спальню. Сразу рухнула на кровать, расслабляясь и набирая номер Беллами. Парень взял трубку, на том конце телефона: — привет, Белл, как дела? — она старается говорить как можно бодрее, но усталость берет верх. — Да, я устала. Завтра тяжелый день. Буду выполнять заказ. Рисовать с натуры. Придет какая-то девушка… — Гриффин помрачнела еще больше, услышав, что Блэйк задержится в этой чертовой командировке еще на пару недель. — Но я же не выдержу, — говорит Гриффин и слышит как он начинает ее успокаивать тем, что скоро вернётся и никогда больше не уедет. Попрощавшись, он кладет трубку, а Кларк, ещё немного подумав о том, как он там, проваливается в сон. День завтра обещает быть трудным. И поэтому блондинке надо как следует отдохнуть. *** Утренний Нью-Йорк. Нет ничего прекраснее, чем ехать в Porsche и смотреть в окно, перед этим надев наушники. Хоть Алексис и любила сама сидеть за рулём своей машины, она не часто это делала. Её агент ей этого не позволял после смерти её родителей в автокатастрофе. Она проплакала несколько дней, и только брат, Линкольн, смог вытащить всемирную любимицу из депрессии, помогая ей взять себя в руки. Алексис Джойс — самая известная актриса и модель всей Америки, наверное… Какова жизнь звезды? Вечные съёмки, встречи с фанатами, раздачи автографов… И вечный недосып! Вы скажете это ужасно, но Алексис говорит, что это шанс, который надо хватать, как спасательный круг утопающему. И вот сейчас, Алексис как раз ехала на съёмки сериала «Мне нужна лишь ты». Приехав на студию, Джойс первым делом отправилась в гримёрку. Нашла дверь с надписью: Alexis Joyce «All I need is you» Шатенка вошла в помещение и вздохнула. Сегодня был её день рождения, но её он не радовал, как и последние три… *Три года назад* Стук в дверь. Алексис сняла наушники и открыла дверь. На пороге её комнаты, стояли улыбающиеся родители и Линкольн. — Мама, папа? — девушка стояла не понимая, что происходит. Она переводила взгляд с одного на другого. — Лекса, — начала женщина — солнце, нам с папой, надо уехать, мы не сможем вернуться до твоего дня рождения, дорогая… В глазах Лексы появилась грусть, но она натянула улыбку. Она умела держать эмоции под контролем, для неё это не было проблемой, как для многих людей. И иногда она гордилась этим. Отец вытащил из-за спины подарок и протянул его дочери. — Спасибо, пап, а когда вы уезжаете? — она оглядела их, ожидая ответа. — Сегодня, Алексис, — старший брат взял на себя инициативу, видя, что родители не могут сказать, боясь её расстроить. — Как сегодня? — она грустно вздохнула и обняла их. — Мы скоро вернёмся, не грусти, — сказала мама, нежно целуя дочь в лоб. Они уехали в этот же вечер. Лекса провела его с братом. Они смотрели фильмы, дурачились. В общем делали то, что делают обычно брат с сестрой. Все было отлично, пока им не позвонили из больницы. Их родители попали в аварию. Мама умерла сразу, а отец спустя пару часов. Врачи принесли свои соболезнования, но это не вернет их. Алексис уже захлебывалась в рыданиях, на плече у Линкольна, который сам, сдерживал слёзы. Прошло пару месяцев, пока Лексе удалось выйти из глубокой депрессии и взять себя в руки после случившегося. Звонок вывел девушку из грустных воспоминаний, увидев фотографию звонившего, Джойс тут же взяла трубку. — Анья! Привет, давно не виделись, — она улыбнулась, сидя на стуле и смотря на себя в зеркало. Девушка сидела уже наполовину готовой к съёмкам. — Нет, дорогая, не надо мне ничего дарить, — она улыбнулась и демонстративно закатила глаза — хорошо, буду. Линк заказал мне портрет, мне надо будет проторчать в мастерской пока его не закончат. Лекса устало вздохнула. Она вышла из гримёрки и направилась на съёмочную площадку. Почти весь день Джойс прошёл в таком темпе. Съёмки, фанаты, съёмки перерыв, раздача автографов и наконец-то всё. Хотя нет. Не всё. Алексис села в свой Porsche и завела двигатель. Прекрасный звук ударил по её ушам: — Привет, малышка, да, я тоже скучала,— сказала она с улыбкой и быстро нажала на педаль газа, увидев Индру, своего агента. Пара минут, и девушка уже на улицах Нью-Йорка. Теперь можно и расслабиться. Алексис заехала забрать наряд для портрета. Надев солнечные очки, Лекса вышла из машины и направилась в здание. « Fashion salon Anya Ryan» — самый дорогой и крутой салон модной одежды. Но для Алексис это не проблема. Его владелица, её подруга. Самая близкая подруга. Анья Райан — талант с большой буквы «Т». Из любой старой, «никуда не годной» вещи, она всегда может сделать, что-то сногсшибательное! Вот почему Лекса всегда берёт наряды лишь у неё. И сейчас она идёт забирать очередное платье, на этот раз, оно было сшито под эпоху Древнего Рима. Шатенка зашла внутрь и закрыла за собой дверь. Она сняла солнечные очки и улыбнулась девушке стоящей за прилавком. — Анья, — воскликнула Лекса подходя к подруге ближе. — Лекса! — девушка подошла к Джойс и крепко обняла. Светло каштановые, вьющиеся волосы, карие глаза и выразительное лицо, вот Анья Райан. Всегда веселая девушка. Сейчас ее лицо озаряла улыбка при виде подруги. — С днём рождения, Королева, — Райан подмигнула. — Спасибо, Анья, а мое платье готово? — поинтересовалась именинница улыбаясь. «Сейчас не время раскисать. Вот приду домой и поплачу вдоволь» — сказал она сама себе, пока ей несли ее заказ. Райан принесла ей её платье и еще раз поздравила с днём рождения, пообещав, что зайдёт к ней позже и они как следует отметят это дело. Алексис не понаслышке знала, как Анья умеет отмечать. Джойс отрубается уже после третьего стакана виски, чего не скажешь о ее подруге. В общем с ней не соскучишься… Особенно когда на носу праздник. Попрощавшись, девушка ушла и быстро запрыгнула в свою машину, пока какая-нибудь фанатка её не засекла и не привлекла внимание других… Завела мотор и быстро понеслась по улице. Вскоре она нашла эту художественную лавку «Сотня». Опять очки в помощь. Захлопнула дверцу машины и поставила ее на сигнализацию. Джойс быстро направилась к двери, не желая задерживаться на улице, ни на минуту и все по той же прекрасной причине — фанатки… Дверь открылась и шатенка вошла в мастерскую. Везде стояли холсты, картины и всякие художественные материалы. — Здравствуйте, мой брат вчера заказал портрет. Он должен был сказать, что я приеду…— она подошла к девушке и улыбнулась, снимая очки. И опять… Брюнетка побледнела, застыла с открытым ртом — Да… Вы…— она была не в силах, что-либо ответить и поэтому просто смотрела в зелёные глаза, пытаясь восстановить дыхание. Алексис кивнула, понимая её реакцию: — Так… Куда мне пройти? — она решила помочь той сообразить, что делать дальше. И немного отойти от шока Октавия немного пришла в себя и смущённо улыбнулась, приглашая Лексу пройти за собой. Пройдя в другую комнату Лекса увидела блондинку, сидящую за мольбертом. Кто бы знал, что она произведет на шатенку такую реакцию? А точнее её глаза… Небесно голубые глаза, заставили Алексис словно впасть в транс, не в силах отвести взгляд.