Only you

Мама всегда говорила ему, что своего первого альфу он никогда не забудет. Что он всегда будет жить в его сердце. Эггси тогда слабо верил её словам, считал, что никогда не найдёт достойного спутника жизни. Пока не встретил его… Парень вышел из полицейского участка, и в нос ему ударил запах лесных орехов. Эггси огляделся, но рядом никого не было. Он уже почти спустился с лестницы, когда его окликнул властный, очень даже приятный голос. Гэри обернулся и встретился взглядом с самым прекраснымчудеснымохуенным мужчиной. Он сразу понял — вот он, идеальный альфа…

***

В его жизни было много прекрасных омег, но ни один не был достоин разделить с мужчиной кров и его жизнь. Всем нужны были либо его деньги, либо дом, кто-то не мог выдержать всей этой секретности (кому понравится, когда среди ночи твой любовник без каких-либо объяснений уходит и не возвращается по несколько дней?) и просто сбегал. В итоге, к пятидесяти годам Гарри Харт получил заслуженное звание альфы-одиночки. Он давно смирился с этим статусом и все его устраивало до одного несчастного утра… Харт получил звонок из агентства во время завтрака и тут же отправился к участку. Он оперся на перила и стал ждать. Спустя буквально десять минут Гарри почувствовал едва заметный запах свежих апельсинов, а ещё через две объявился обладатель этого сладкого запаха. Он сразу понял- вот он, идеальный омега…

***

Ночью Галахад, опять задержавшись допоздна, на пути к своей персональной комнате в штабе проходил мимо комнаты рекрутов и услышал подозрительные крики и смешки. Харт тут же распахнул дверь и его взору открылась пугающая картина: все парни-рекруты стояли в углу, откуда и доносились крики. Приглядевшись, Гарри заметил в толпе Эггси, сидящего на полу и обхватившего свои колени. Двое рекрутов нагнулись к нему и пытались снять его рубашку. Рядом с мальчиком на полу сидела Роксана, которая, по всей видимости, пыталась помочь другу отбиться от резко озверевших альф. Галахад не медля начал прорываться сквозь толпу к своему протеже, который все ещё продолжал кричать и слабо отмахиваться от других рекрутов. Он подхватил парня на руки и вынес из казармы. Роксана убежала за ними следом. — Мистер Харт! Как хорошо что вы пришли! Я уж думала эти ублюдки его прямо там и изнасилуют! — Успокойтесь, мисс Мортон. Я позабочусь о нем. Что там у вас произошло и как он оказался зажатым в углу? — Да я сама не поняла. Все уже почти уснули, как Эггси вдруг вскрикнул и начал стонать. Они как с цепи сорвались: встали со своих мест, пошли к нему и начали грубо лапать, говорить, что он тут для… Девушка запнулась и опустила взгляд. — Продолжайте. Для чего? — Для того, чтобы ублажать всех рекрутов и рыцарей… Всем ведь известно, что в Кингсмен только альфы и беты, омегам здесь не место, вот и… — Я понял. Благодарю Вас за то, что помогли своему другу. Если бы не Вы, юная леди, неизвестно, что бы они с ним сделали. А теперь возвращайтесь в комнату, отбой был уже давно. — Да, сэр Рокси развернулась и ушла обратно в казарму. Гарри наконец смог опустить взгляд на своего протеже, который так и лежал у него на руках, крепко вцепившись ему в шею как в спасительный круг. Мальчик тихо постанывал и извивался, запах апельсинов резко усилился. Харт прижал Эггси ближе к себе и ускорил шаг по направлению к своей комнате. — Гарри, что Вы делаете? — послышался в очках голос Мерлина. — Вы должны вернуть его в казарму. — Я не могу, Мерлин. У него течка. Они не оставят от него ничего. — Харт, не вздумай нарушать устав! — До связи. — Гар… Галахад отключил очки и продолжил свой путь. Вскоре он оказался у входа в свою комнату, открыл дверь и вошёл внутрь. Харт осторожно положил парня на свою кровать, снял его рубашку и накрыл одеялом. Сладкий запах, исходящий от Эггси, никак не хотел отпускать хозяина комнаты, который и так уже еле сдерживался, чтобы не наброситься на мальчика. Внутренний зверь яростно скреб стены его выдержки, чтобы вырваться и взять столь желанное тело. Мужчина, в который раз совладав со своими эмоциями и желаниями, уже направился к выходу, когда услышал шорох на кровати и тихий голос. — Га… Гарри… Гар…ри… — Да, Эггси, я здесь — Ко мне… Подойди ко мне… Пожалуйста… Гарри не мог противиться этому тихому и томному голосу и подошёл обратно к кровати. — Гарри… Пожалуйста… Гэри, как маленький ребёнок, потянул руки к своему наставнику, и, когда нащупал его руку, сразу притянул к себе. — Гарри… Пожалуйста… Мне… Очень нужно… Помоги… — Гэри, послушай, это твой затуманенный возбуждением и инстинктами мозг. На самом деле ты не хочешь этого. «Точно не со мной», — грустно добавил про себя Харт и попытался вырваться из цепких объятий Эггси. Вскоре, после недолгого сопротивления, Гарри сдался и лег рядом с мальчиком. Гэри тут же начал тереться об него, тыкаться носом в шею мужчины, буквально вжимаясь в него, пытаясь стать с ним одним целым. Вся эта пытка длилась мучительно долго, судя по внутренним часам Харта, до тех пор, пока мальчик не кончил от простого трения о бедро мужчины и все же смог уснуть, и Гарри, выпутавшись из его объятий, покинул комнату, бросив напоследок взгляд на своего мальчика.

***

Наутро Гэри открыл глаза и обнаружил, что находится точно не в казарме. Кровать была гораздо мягче и больше, в комнате светлее, что ощущалось даже сквозь закрытые веки. Приподнявшись, парень обнаружил под собой мокрые простыни и соответственно мокрое бельё со штанами. При этом по ощущениям он точно был один… — Вот же бл… — Манеры, Эггси. — Гарри! …ну или не совсем один. — Доброе утро. Твоё новое бельё лежит в кресле. Советую тебе сходить в душ, переодеться и идти к медикам. После этого тебя… — Постойте, Гарри. Почему я здесь? Где я вообще? Что вчера произошло? — Не вежливо перебивать, молодой человек. Ты в моей персональной комнате. Такие здесь есть у каждого агента, на случай, если по каким-либо причинам он не может или не хочет ехать домой. У тебя началась течка и мне пришлось унести тебя подальше от взбесившихся молодых альф. — Что?.. Я делал что-то ужасное, да? — стыдливо спросил парень. — Что я говорил? — Ничего особенного, Эггси, не стоит переживать из-за этого. — Простите… — За что? — Я совсем забыл о таблетках… — Каких таблетках? — Которые я пью во время течки, чтобы никто…ну Вы поняли… — Я не медик, но думаю, что прием подавляющих препаратов определённо отрицательно влияет на организм. — Да бросьте, я пью их с тех пор как… Не важно. Я давно их пью и ничего ещё не случилось. — И все же, я бы не советовал пользоваться ими. А теперь прошу меня извинить, мне пора на собрание. Переоденься и к медикам, ясно? — Да, сэр… Слова мальчишки въелись в голову. Как давно он их пьёт? Что это за таблетки? Почему он начал их пить? Харт мысленно поставил себе галочку спросить об этом позже. Сейчас его ждал Мерлин.

***

—…и по традиции у вас есть двадцать четыре часа, которые вы проведёте со своим наставником. Спустя час после тяжёлого испытания Эггси сидел в кабинете Гарри и слушал рассказы о его миссиях. Но на рассказе о Маргарет Тэтчер половину слов парень начал упускать. «Черт, нет, пожалуйста, только не сейчас…» Но ни что не могло спасти его от мгновенного намокания. Началась течка. Запах орехов усилился, сразу захотелось стянуть с себя всю одежду и подставиться этому прекрасному альфе. Резкий, до боли знакомый и ставший уже таким любимым, запах апельсинов ударил в нос Харта. Он сразу же напрягся и сжал в руках ручки кресла, в котором сидел. Самое главное было держать себя в руках и не наброситься на мальчишку (а хотелось этого жутко). — Гарри, я… Волна возбуждения накрыла Гэри с головой. Он выгнулся в кресле и тихо застонал. Инстинкты начали брать своё. — Гар… Гарри…куртка…там…таблетки… Прошу тебя… — Нет, Эггси. Я уже говорил тебе своё мнение по поводу этой дряни, которой ты травишь свой организм. — Пожалуйста… Гарри… От того, как сладко мальчишка выстанывал его имя, у Галахада подгибались ноги. Он встал со своего места и подошёл к парню. — Эггси?.. — Дааа… Гарри… Я… — Все хорошо, я рядом. Мужчина вновь взял Гэри на руки и отнес в свою спальню. Тот, оказавшись на горизонтальной поверхности, вновь начал выгибаться и непозволительно сладко стонать. — Гарри… Возьми… — Нет, Эггси. Я не могу. Я не для тебя. Я тебе не нужен. — Не…неправда… люблю… Я люблю тебя… Пожалуйста… Умом Гарри понимал, что это признание от мальчишки обусловлено началом гона, но от чего тогда его сердце так сжалось? С первой их встречи Харту приглянулись его живые зелёные глаза, в которых после он читал уважение, преданность и…любовь? Но была ли это та любовь, что поселилась в сердце мужчины после того, как он увидел его, узнал ближе? Был лишь один способ проверить… Расстегнув манжеты, Гарри отчасти нетерпеливо стянул с себя рубашку и сел на кровать. Он нагнулся и поцеловал столь желанные губы своего мальчика. Эггси отдался в этот поцелуй всем сердцем и душой, обхватил альфу руками за шею и притянул ближе к себе. — Тише, Эггси. Я никуда не сбегу… Харт уже терпеть не мог. Вся его выдержка резко разрушилась, стоило только посмотреть в полные похоти и желания глаза своего протеже. Он начал быстро снимать с омеги одежду, бросал её куда-то на пол. Времени заботиться о её сохранности не было да и следить за этим не хотелось. Гэри продолжал призывно извиваться под своим альфой, чем ещё больше дразнил его, быстрее призывая к действию. — Гарри, ну же… — Тшш… Харт наконец стянул с себя брюки вместе с бельем, раздвинул ноги Эггси ещё шире и плавно вошёл. Омега дрожал всем телом, без остановки кричал и стонал, извивался, ещё больше насаживаясь на крупныйидеальныйохуенный член теперь уже точно своего альфы. Гарри двигался плавно, в идеальном для обоих темпе. Вскоре он почувствовал, как начал завязываться узел. Войдя особенно глубоко, он замер, ожидая, пока пройдёт их сцепка. Эггси крепко вцепился в спину альфы, выгнулся и вскрикнул в последний раз и обмяк в его руках, пачкая их животы своим семенем. Пораженный этим зрелищем, Гарри поцеловал его шею и впился в нее зубами, оставляя метку. Когда узел развязался, Харт осторожно вышел из своего мальчика и лег рядом с ним. Гэри тут же перелег на его плечо. — Гарри… — Да, мой мальчик? — Я и правда люблю тебя… — Как и я тебя. Как и я…

***

— Почему ты вообще начал пить эти таблетки? — Ну… Это долгая история… — По-моему, мы никуда не торопимся… — Ладно. Это все Дин. Пришёл ко мне после первой течки и всунул их. Сказал мне выбирать, либо я пью эту дрянь, либо они всей шайкой будут меня… — И ты выбрал таблетки. — Ну конечно! Я же не шлюха какая-нибудь… — Это верно, ты точно не такой…

***

Он никогда не думал, что сможет увидеть в таких родных и любимых глазах столько презрения и недовольства. Но это было лишь началом того ужаса, что пришлось пережить бедному парню. Его альфа обещал вернуться и разобраться со всем, но не смог сдержать обещания. — Джентльмены всегда держат слово, не так ли Гарри? — со слезами на глазах, стоя рядом с могилой своего любимого, спрашивал Гэри у пустоты. Не уберег. Предал. Не оправдал ожиданий. С болью в груди, парень ушёл в дом своего наставника, где теперь все напоминало о тех двадцати четырех часах, что они провели вместе. Двадцать четыре часа, когда они были счастливы.

***

— Эггси! Я сказал тебе уходить влево, а не вправо! Чем ты слушаешь? Ты понимаешь, что это могло стоить тебе жизни?! — Простите, Мерлин, отвлекся… — Это твое отвлекся стало повторяться слишком часто. Что с тобой происходит, Анвин? — Но я же справился! Стою тут, живой и относительно здоровый! — Значит простреленное плечо для тебя ерунда? — Да, и хуже было. — Ты уходишь от ответа. Что с тобой происходит? — Да не знаю я! Все нормально. — Я вижу. Когда последний раз ты спал и сколько? — Вчера. Пять часов. Мне этого с лихвой. — Ел? — Сегодня утром. Мерлин, со мной все нор… — Анвин! Гэри!.. Эг… Эггси открыл глаза и увидел, что лежит в палате Кингсмен. — Что за… — Мистер Анвин, уже очнулись? Отлично. Примите наши поздравления, но вам стоило сказать об этом раньше. — О чем сказать?.. — Эггси! Вот же проныра. Мог и предупредить о своём положении, я бы не напрягал тебя так сильно. — Да о чем вы блять говорите? О каком положении идёт речь? — Мистер Анвин, вы беременны. — Ч.что?.. — У тебя будет ребёнок, Эггси. Только не говори, что не знал. Омега уткнулся взглядом в стену, пытаясь осознать своё положение и решая для себя, что теперь ему с этим делать.

***

— Мерлин, для меня что-нибудь есть? — Эггси, если ты не прекратишь мне звонить каждый день и спрашивать, есть ли у меня что-нибудь для тебя, то я просто заблокирую все твои средства связи. Ты уже на шестом месяце, угомонись и сиди ровно. Если тебе плевать на себя, то хотя бы подумай о своём сыне. — Хорошо, я все понял. До связи. Каждый день Гэри сидел у окна в кабинете своего любимого и смотрел в окно, надеясь, что когда-нибудь он увидит темную фигуру в переулке, подходящую к дому. К их дому. Но никто так и не приходил. Парень положил руку на живот и начал поглаживать. — Все хорошо, Дэн. Он придёт. Обязательно придёт… Кап. На щеках Эггси появились первые дорожки слез. Каждый вечер он не мог сдерживать свои эмоции и плакал, вспоминая те часы, что провёл вместе с любимым. Рокси приходила каждый свободный день и поддерживала его. Парень был очень благодарен бете, ведь если бы не она, он бы точно сошёл с ума от одиночества и тоски. — Папа точно нас не бросит… Кап кап.

***

Пробуждение было ужасным. Он не помнил почти ничего, кроме своего имени. Однако образ одного наглого мальчишки, что бурным и смелым вихрем ворвался в его жизнь, постоянно мелькал перед глазами, да запах апельсинов стоял в носу. Кто он, где он и почему Гарри постоянно видит его перед глазами? На эти вопросы он пока не мог найти ответов. Месяц за месяцем, год за годом он пытался вспомнить, пока однажды не увидел сон, который дал ответы на все вопросы. «Я никуда не сбегу…» «Все хорошо, я рядом…» «Я и правда люблю тебя…» «Гарри…» «Эггси…»

***

Мужчина в тёмном пальто и с большим черным зонтом и повязкой на глазу явно выделялся на фоне других. Погода в Лондоне на удивление была ясной и тёплой, поэтому все прохожие в недоумении оборачивались и смотрели на странного одноглазого старика, что оделся не по погоде. Подойдя к детской площадке, Гарри спрятался в тени деревьев и стал искать взглядом того, кого не видел уже целых четыре года. И вот наконец он наткнулся на любимый образ, что сидел на скамейке и выглядывал кого-то на горках. «Возможно, вышел погулять с сестренкой», — подумал Харт. Какого же было его удивление, когда к его любимому омеге подбежал маленький мальчик и кинулся ему на шею. Эггси взял его на руки и пошёл в сторону их дома. В груди ужасно заныло. Неужели не дождался? Неужели нашел другого? «Ну конечно, глупый ты маразматик. Не станет же молодой парень, полный сил и энергии, сидеть смирно, смотреть в окошко и ждать старика!» Развернувшись, мужчина ушёл прочь и поэтому не увидел, как его любимый мальчик обернулся и приметил темную удаляющуюся фигуру.

***

— Мерлин. — Твою мать! Харт, какого ебаного хрена ты здесь делаешь? — Я тоже рад тебя видеть в полном здравии. — Где ты пропадал и куда дел свой глаз? — Я все это время пытался вспомнить кто я. Отсутствие глаза должно было сказать тебе, что это последствие того выстрела. — Ну наконец-то я избавлюсь от временных обязанностей Артура. — Нет, Мерлин. Я не вернусь в агентство. — Тогда что ты тут делаешь? — Я не мог повидать своего лучшего друга? — Нет, что ты делаешь здесь? Почему ты не пошёл к Эггси? — Я не хочу мешать его новой жизни. Я видел его сегодня с мальчиком на руках. — Это его сын, остальное он расскажет тебе сам. Сейчас же иди к нему и покажи, что ты жив. — Я же сказал, я не хочу мешать его… — Ты не видел, что с ним происходило все это время. Я видел. И, кстати, он спас мир. Ты можешь им гордиться. Все, уходи. Ты ему нужен, поверь. Харт решил, что лучше не спорить с другом, и все же пошел в сторону дома. Свет горел только в одном окне, его бывшем кабинете. Мальчишка ожидаемо занял его, как и весь дом. Он подошёл к двери и постучал. Открыли ему почти сразу же, но свет был выключен. Гарри шагнул в темноту и упёрся грудью в ствол пистолета. Сделав ещё один шаг, мужчина на автомате поднял руку и включил свет. Эггси стоял перед ним в брюках, белоснежной рубашке, начищенных оксфордах и в наплечной кобуре. Он держал пистолет двумя дрожащими руками и смотрел своими красными (явно от слез) глазами прямо в глаза наставника. — Эггси, сколько тебя учить, не наставляй оружие на человека, если не собираешься стрелять. — А что, если я хочу выстрелить? — надломленно, но с вызовом спросил парень. — Тогда стреляй. Я заслужил это. Прости меня, Эггси. Прости, что оставил одного. — Прости? ПРОСТИ? И это все, что ты можешь сказать? Да ты хоть немного можешь себе представить, что я пережил в тот день? Я видел, своими глазами видел как пуля прошибла тебе башку! — Глаз, если быть точным… — Заткнись, Харт! Я больше не желаю слушать твои еб… — Эггси! — Что?! Гарри взглядом указал парню за его плечо. Прямо за ним на лестнице стоял лохматый сонный мальчик и осоловело тер свои глазки. — Пап, почему ты кричишь? Кто этот дядя? — Дэнни, милый, ты почему не спишь? — Эггси резко смягчился, спрятал пистолет и подошёл к сыну. — Ты должен спать, чтобы вырасти большим и сильным… — Как папа? — Да…как папа… — Пап, ты что, снова плакал? — Нет, сынок, ты что. Все хорошо. Я просто слишком много работаю. — Врунишка! Я же вижу. Папочка, не плачь больше, ладно? — Конечно, милый. А теперь иди наверх. Я люблю тебя. — А я тебя. Гарри со сжавшимся сердцем наблюдал за всей этой картиной. Из Эггси получился отличный отец, это видно невооруженным взглядом. И глядя на этих двоих Харт по-настоящему стал жалеть, что улетел тогда на эту проклятую миссию и словил пулю. Если бы он остался, возможно он бы стал жить вместе с Эггси, у них бы тоже был ребёнок и они оба были бы счастливы. Но увы, у истории нет условного наклонения. — А он красивый. Очень похож на тебя, — начал Гарри, когда мальчик ушёл. — Да, немного. Глаза точно мои. А вот характер, да и все остальное, у него определенно от отца. — Кстати, где он? Мне бы хотелось познакомиться с ним, если конечно ты позволишь. — Он не пришёл с работы. — Оу, понятно. Тогда, думаю, мне стоит собрать хотя бы часть своих вещей и уйти. — Ты шутишь? Это твой дом. — Уже нет. К тому же я не могу да и не хочу выгонять тебя и твою семью отсюда. Живите здесь, я найду, где жить. — Ну уж нет. Никуда ты не уйдёшь. — Я не думаю, что твой муж не будет против. — Да как же ты заебал! Нет у меня никого! Нет! Понимаешь? Я один! Вся моя семья — это мой сын и я! — Прости, Эггси, я не знал. Надеюсь, он был хорошим человеком. — Боже, Гарри, ты что и правда не въехал? У меня никого нет и не было кроме тебя! Помнишь те двадцать четыре часа, что мы провели вместе? — Ну конечно помню. Это были самые прекрасные сутки в моей жизни. Но как это связано с… — Дэниэл — твой сын, старый ты дурак! — Что?.. — То! Гэри отвернулся от альфы и уставился в окно. — Эггси…я… Я не знал… Я думал, что он… — Что он не твой сын и быть им не может? Что я шлюха последняя, раз один ушёл, так сразу нашёл другого? Так?! — Нет, я бы никогда не подумал о тебе в таком ключе. Мальчишка обернулся и Харт увидел, как слёзы текут по его щекам. — Эггси… Гарри сделал шаг вперёд и крепко обнял своего мальчика. Он поглаживал его по голове, пытаясь успокоить, беспрерывно шептал извинения, говорил какой он дурак и идиот. И сердце его разжалось только тогда, когда он почувствовал ответные крепкие объятия. — Мой мальчик… Мой родной… — Я так скучал по тебе, Гарри… — Я тоже, любимый, я тоже… Наступила тишина, которую временами разрушали тихие всхлипы Эггси. — У тебя замечательный сын, Эггси. — Нет. Не у меня. У нас… — Пап, я уснуть не могу. Гэри отлип от своего альфы и подошёл к сыну. — Дэнни, я должен тебя кое с кем познакомить. Это Гарри Харт. Он твой папа. В доме вновь наступила тишина. Дэн уверенно подошёл к страшному мужчине и смело протянул руку. — Дэнни. — Очень приятно с вами наконец познакомиться, молодой человек, — ответил Харт, улыбнувшись, и пожал протянутю ручонку. Малыш крепко сжал ее и улыбнулся в ответ. — А ты правда мой папа? — Да, Дэниэл. Это правда. — Здорово! Папа каждый вечер закрывается в своей комнате и плачет. Ты же будешь мне помогать его успокаивать? — Конечно. Скажу больше, я больше не позволю, чтобы папа плакал. Гарри посмотрел на Эггси и улыбнулся ему. Парень ответил тем же. Они бы долго простояли, просто любуясь друг другом, пока Дэнни не начал требовательно тянуть Харта за низ его пальто. Мужчина тут же отреагировал и впервые взял своего сына на руки. — Как же мне вас не хватало… — Ты бы знал, как не хватало нам тебя, Гарри. Как не хватало мне… Эггси подошёл к ним и обнял разом обоих. — Эй, Гарри? Не хочешь прочитать сказку своему сыну? — Сказку? — Да! Да! Сказку! Хочу сказку! — Ну что же, как пожелаете, молодой человек. Харт принес мальчика в гостевую комнату, где теперь была детская, и уложил его в кровать. — Какую сказку ты хочешь? — Мою любимую! — Дэн, я ведь читал тебе её тысячу тысяч раз… — Ну и что? Я хочу её! Эггси взял с полки старую толстую книгу и вручил её Гарри. — «Артур и рыцари Камелота»? Эггси, ты серьёзно? — Я же сказал, он очень похож на своего папу. — Но раз вы уже читали её, то мне интересно, какой твой любимый герой, Дэнни? — Догадайся… — Галахад! — Удивительно. Скажу по секрету, он тоже мой любимый рыцарь. — Правда? Эггси тихо вышел из комнаты и прикрыл дверь, оставляя их наедине. Буквально через полчаса Гарри зашёл в спальню, где на кровати его уже ждал его любимый омега. — Ну как? Усыпил? — Да. Эггси, он просто чудо — Я знаю. Ты видел его тёмные кудряшки? Никого не напоминает? — Боже, Эггси, ты видел меня таким всего лишь один раз! — Зато какие впечатления! Они оба тихо засмеялись. — Гарри… Я ужасно скучал… — Я тоже, любимый. Больше я никогда не оставлю тебя одного. — Очень на это надеюсь… А теперь… Иди ко мне. Парень сбросил одеяло на пол и глазу Харта открылось прекрасное зрелище: юный омега, полностью голый и возбуждённый, лежал на его кровати и хитро улыбался. — Ох, Эггси… — Я ждал слишком долго, давай же. Все это по-прежнему твоё и только твоё… И Харт дал. Он быстро разделся, не сводя взгляда со своего мальчика. Избавившись от одежды, Гарри навис над Гэри и поцеловал его, как давно мечтал сделать: глубоко, долго, со вкусом. После он спустился поцелуями на шею и укусил ровно в то же место, что и четыре года назад. Эггси протяжно застонал и начал извиваться ужом под массивным телом своего альфы. Мужчина, не теряя времени, начал осторожно растягивать своего мальчика и после недолгих манипуляций, плавно вошёл. — Какой же ты… узкий… — Я же сказал… я ни с кем… ни разу… лишь ты… Это был долгий танец двух тел, язык которого был понятен лишь им двоим. Это была их мелодия, которую узнавали лишь двое. Финальным аккордом послужил слитый воедино стон обоих влюбленных. «Мне тебя не хватало» «Я так тебя люблю» Немного погодя, когда оба смогли прийти в себя, Эггси тихо сказал: — Я так рад, что ты вернулся… — Я тоже, любовь моя. Я тоже рад снова увидеть тебя… Мама всегда говорила ему, что своего первого альфу он никогда не забудет. Что он всегда будет жить в его сердце. Чёрт, как же она была права…