Новеллы о любви ЮнМинов

Когда ещё не случилось Великой Мировой войны, задолго до этого, на диком западе, где мало еды и ещё меньше воды, случилась история большой любви, которая перевернула её понятия в целом. День был очень жаркий, а дорога долгая, так что настроение Мина Юнги к концу его путешествия испортилось вконец. Вода закончилась ещё пять часов назад, а скрип старой и расшатанной повозки начал бесить. Но мучения все же кончились, уступая место новым проблемам. Повозка остановилась, возник открыл дверь, чёрные кони заржали. Из возницы то-ли выпало, то-ли вылезло тело человека, уставшего и измученного долгой дорогой. Кожа у парня была слишком бледная, так что ему приходилось закрывать глаза, чтобы не ослепнуть от яркого солнца. Чёрные волосы слипались на вспотевшем лбу, а чёрный костюм из плотной ткани неприятно прилипал к телу. Парень поднял руку и чуть ослабил черный галстук. Он бы сейчас был не против сбросить мешавший пиджак, но его положение не позволяло. Спрыгнув с порога, чуть не подскользнувшись на навозе, оставшегося после лошадки, Юнги испортил свои новые ботинки из дорогой кожи. Сплюнув, Мин направился ко входу в кабак, из которого на парня выпал в стельку пьяный человек, обматерил его и направился обратно в заведение. Обшарпанные старые двери, таверны скрипнули, а с потолка посыпались щепки, когда Юнги вошёл в помещение. Темный зал был плохо освещен. Тени от решеток на окнах и то больше были, чем количество света. Не став медлить, он сразу направился к стойке, за которой стоял жирный старый дядька и старательно плевал в стаканы, а потом протирал это все равным платком. За его спиной была витрина, несколько разноцветных бутылок, в то время как по этой стеклянной стойке стекал алкоголь, вытекший из нескольких разбитых стекляшек. Ржавый подсвечник, а рядом с ним два темно-оранжевых шара, отдаленно похожих на мандарины. Слон из слоновьей кости, кажется лишним в этом сборище мусора и дешевой выпивки. Юнги переводит взгляд на мужчину за стойкой. Рубашка, с разными незначительными пятнами, плохо застегнута на его разжиревших плечах. Сине-зеленый галстук был обрезан ровно на половину, а чёрный жакет, чуть смятый от времени, просто висел на нем. Серая шляпа была в цвет к его крысиным глазкам, которыми он с недоверием глядел исподлобья на гостя, заставляя Юнги в душе поежиться. - Можно воды?- сдавленно прохрипел Мин, смотря на работника кабака, у Юнги пересохло в горле. - Воды?- тихо усмехнулся бармен- Этот парень мечтает о водичке!- на весь кабак раздался громкий хохот, который быстро был подхвачен остальными посетителями. Когда у работника кончился воздух, он хлюпнул носом и спокойно сказал: - Соевка тут, а воды нет. Юнги отрицательно помотал головой, если он сейчас выпьет, то уже не остановиться. Юнги уже хотел поинтересоваться на счёт отсутствия воды,как рядом с его головой пролетела стеклянная бутылка и разбилась о стену рядом с Мином, заставляя того вздрогнуть, но на лице сохранить каменное спокойствие. - Гари, запиши на меня- раздался голос какого-то парня из-за спины Юнги. Мин не привык к такому отношению, он был воспитан в изыске общества, где дамы ходят в пышных платьях, подвязывая на ягодицы подушечки, а мужчины в чистых костюмах и начищенных до блеска ботинках. Юнги уж вскинул голову и собирался разъяснить всем минимальные правила этикета, но тут на маленькой сценке, которая грозила сломаться от лёгкого дуновения ветерка, куда были направленны несколько мпад- прожекторов, появился юноша, в зеленом обтягивающем костюме, чья ткань была из настоящего шелка, а шляпа из дорогой кожи, пусть и единственная, наверное. В ковбойских сапогах отражается несколько посетителей, а этот парень как-то сильно выделяется на общем фоне, заставляя Мина, совсем забыть про жажду, открыть широко рот и ловить им воздух, будто, все чем мог дышать Юнги собралось в одном парне, стоящем на сцене. Белые волосы выступали из под шляпы, а сам он стоял в удобной позе для дальнейшего танца. Старикашка заиграл на органе со ржавыми трубами, и парень стал танцевать, пропуская через себя музыку и выдавая то, что получилось через плавные и медленные, а временами сложные и резкие движения. Юнги задохнулся, он уже понял, кого возьмёт в свой сюжет. Сколько танцевал прекрасный незнакомец? Неизвестно, потому что Юнги знал, что, как только закончиться музыка, парень и весь кабак будут вынуждены вернуться на землю, так что каждый момент становился бесценным. И вот, музыка кончилась - у музыканта устали пальцы. Незнакомец тоже замер, по его лбу стекали капельки пота, а костюм обтягивал напряженное тело. Юнги, словно завороженный встал и подошёл к сцене: - Мин Юнги- протянул руку - Собираюсь снимать фильм о Диком западе. - Пак Чимин- бархатистый голос со стороны танцора, приятно ласкает слух- Очень приятно. Парень был явно с хорошим воспитанием, да и по виду, был не местный. Пухлые губы, узкие щелочки глаз, аккуратный носик и хорошо развитое тело, а ещё мягкие белые волосы, которые спадали закрывая весь вид его глубоких шоколадных, с медовым оттенком глаз. Юнги вновь был шокирован такому манерному парню, который заставил Мина, как сопливого подростка с придыханием пялиться на себя, просто потому, что в этом борделе казался самым чистым и непорочным. Но чувство такта покинуло тело и разум Юнги, так что он неприлично прямо спросил: - Чимин, у вас есть возлюбленная?