Другой

Ну, да, настроение было крайне паршивое. Что за жизнь, вашу ж мать? - Отвали, не хочу я больше апельсинов, меня от них вообще уже тошнит. Мыслей не было, все мое внимание было сосредоточено на злосчастной видеозаписи. Теперь планировать дальнейшие действия у меня не получалось, и я во что бы то ни стало должен был узнать хоть не много больше. - Да блять, откуда у тебя столько апельсинов?! Алек задрал уже. Только я хотел столкнуть его со стула, как заметил странного парня, выходящего из столовой. Того самого, которого я встретил в компьютерном кабинете. Не контролируя свои действия, я вылез из-за стола и побежал к нему. Два амбала расценили это, как нечто из ряда вон выходящее и преградили мне путь, так что я нагло пролез у них между ног и с криком «Да стой ты, бля!» несся к нему. Он, наоборот, не хотел со мой разговаривать. Зашибись, догонялки в столовой! В помещении мы устроили погром. Не знаю, о чем он думал, но вместо того, что бы остановиться, ну, или, в конце концов, просто свалить из столовой и спрятаться там, не знаю, у себя в комнате, он стал наворачивать круги по столовой, то и дело заскакивая и пробегая по столам. Мне ничего не оставалось, как весь этот путь проделывать за ним. Выглядели мы как два малолетних дебила: один просто дебил, а второй, то бишь я, еще и в еде испачканный. Как-то вывернувшись, когда мы оба соскакивали с очередного стола, я все же ухватил его за ногу и повалил на пол. - Шустрый, сука. - Чего тебе надо от меня? - Я уже говорил. - Нет. - Что, не говорил? - Нет, я не согласен, мне жизнь еще дорога. - Да какая нахуй жизнь? Это не жизнь, а жалкое существование! Сам же говорил, что тебя скоро замочат. Тебе этого хочется?! Я уже сорвался на крик, не засекая того, что тут полно рабочего персонала, который уж просвещен о моей выходке. Меня с трудом отодрали от несчастного идиота, тот сразу же поспешил свалить от меня куда подальше. Настроение портилось с каждой минутой. День разочарований, чтоб его… Ну нет, я от тебя, сволочь, не отвяну. Пока меня никто крепко не держал, я дернулся и побежал из столовой вслед за тем уебком. Вскоре он показался в конце коридора, который вел к лифту-платформе. Так, Тео, успокойся, будешь беситься – ничего не добьешься. И снова коварный план по нарушению чужого спокойствия проникал в мою голову. Я спокойно встал на ту же платформу, что и он так, что бы тот меня не видел. Мы поехали к этажам с жилыми комнатами. Ну все, теперь от меня не скроешься. Он спокойно шел по коридорам, не оглядывался, был, вроде бы, спокойным. Вот, он замедлил ход и приблизился к одной из дверей. Его сопровождающий открыл дверь и уже отвернулся и пошел, зная, что его подопечный сам зайдет, дверь закроется. (Мне б таких смотрителей, да я б давным-давно уже свалил бы к чертовой матери). Я к тому моменту уже стоял у двери. Тот меня заметил, и глаза его округлились. Я, не церемонясь, затолкнул его в его же комнату и зашел сам. Хрен знает, когда я выберусь, ну и хрен с ним. - Привет. – Я сказал это крайне дружелюбно, но при этом со своей зловещей рожей, от которой у всех рабочих, да и не только у них, мурашки по коже пробегали. Этот индивид исключение не был, и тоже не был рад моему оскалу. - Для начала назови свое имя, а то мне уже надоела ситуация, когда я даже не знаю, как к тебе обращаться. Последовало долгое молчание. Наконец он с жадностью выдавил из себя имя. - Девид. - Хорошо, Девид, хочешь ты или нет, но ты все равно мне поможешь, и плевал я на твое мнение. Не хочешь спасаться, пожалуйста, выпрыгнешь потом из самолета без парашюта, но меня и моих друзей ты отсюда вытащишь. - Ты меня не заставишь. - Хах, смешно!.. Заставлю, поверь. - Ну и как же? - Ну, для начала, хочу тебе сказать, что когда тебя заберут на сырьевое, в тебя понатыкают иголок во все места, в которые только можно и начнут вытягивать из тебя всю кровь. В первый доли секунды ты почувствуешь мучительную жажду, а потом все тело взорвется дикой болью. Твоя голова будет раскалываться, будто кто-то ее высверливает изнутри. Мало того, ты испытаешь такую боль, что ее невозможно описать. Это будет не физическая боль, она будет выдумана твоим мозгом, потому что хоть ты и хреновый, но все же алиис. А что касается твоего тела, то оно будет просто разрываться. Ты будешь выгибаться и стонать, но это ничего не даст. Будет такое ощущение, будто по твоим венам течет раскаленная лава. Это очень больно. Ты захочешь кричать, но не сможешь. Ты захочешь, что бы это закончилось… Да, это закончится, и ты умрешь, но те секунды, пока все это будет происходить, ты сильно пожалеешь, что не рискнул, и не свалил с нами. Му-ха-ха, я произвел на него нужное впечатление. Он побледнел, и на лице проступила испарина. Еле как он все же собрался с силами и задал вполне логичный вопрос: - Откуда ты можешь это знать, ты ж на сырьевом не был? - Ну, как тебе сказать, я такое каждый день испытываю. Смысл другой, но боль такая же, как на сырьевом. Я ждал, ждал, что он все-таки достаточно напуган, и примет мое предложение. Как предсказуемо. - Хорошо, управление самолетом на мне, а как выбираться из комплекса, сам думай. О да-а, коварная лыба на моем лице. Одним делом меньше. *** Проснулся на следующий день я под дверями в комнате Девида. Кто б меня отсюда выпустил. Когда пришло время алиисам идти на завтрак, за Девидом пришел его сопровождающий и сильно офигел, увидев здесь меня. Ха, двух зайцев сразу: мало того, что этот в шоке, так еще и те, который за мной присматривают, переполошились. Я подозревал, что Цербер там уже рвет и мечет, но вряд ли он догадался меня поискать по соседним комнатам, он, наверняка, думает, что я опять продираюсь в недры системы. Я вскочил на ноги и дал деру. Не каждый день мне удается дойти до столовой в гордом одиночестве. Но хрен кто мне дал пожрать. Все платформы двигались не к столовой, а к главному залу. Уже в полутемных коридорах я услышал гул оглушающих динамиков. - 20.31.16. Тео Грель. На большом экране была моя фотография. Хе, и чего он добивались, алиисам похрен на меня, а рабочие меня в этой толпе не увидят. Я подошел к центральному компьютеру и нашел Дена и его брата, тут же и Олень с Алеком пришли. Первым, естественно, рот раскрыл Ден. - Привет, ну и что ты в этот раз натворил? - Да ничего особенного, просто дома не ночевал, вот мамочка и взбесилась. Сразу же последовал пинок под зад. Ну что еще надо было ждать от Оленя. - Ты тут развлекаешься, а нам жрать охота. Иди немедленно им покажись и перестань мучить невинных людей. По сути, она права, я и сам уже жрать хотел. - Алек, пошли, оживишь для меня сканер. Он с готовностью пошел за мной. Сканеры – игрушки бестолковые, нужны только для распознания того или иного алииса. Алек порылся буквально минуту, и я залез под сканер. Сирены тут же успокоились, людей начали разводить, экран погас, а ко мне набежали долбоебы в халатах. Зачем, спрашивается, такое столпотворение было создавать? Меня можно было и без того найти спокойно, не стебясь над невинными. В столовой клейменные вдоль и поперек изъездили тему моего исчезновения, кое-кто даже догадался спросить у меня реальную причину. Я без зазрения совести рассказал им правду, но слухи все равно не ушли. В общем, в столовой повеселились. На занятия и эксперименты идти крайне не хотелось. Я знал, что меня ожидало. Ученые провели все нужные им для окончательного результата тесты, и в ближайшие три дня через меня опять собирались прогонять кровь алиисов, тот самый процесс, который я описал Девиду. Меня эта перспектива не радовала. Все это объяснялось тем, что я «почти готов, но мне нужно немного подготовиться для перехода на практику». Хренова подготовка. Так они пробуждали мой мозг и усиливали его. Больно однако ж. Я сполз под стол с детской надеждой, что меня не найдут. Так я делал уже не однократно, и работники не раз уже ползали за мной под столами, пытаясь меня выловить. Сегодняшний день был не исключением. *** Когда меня, наконец, вытащили из-под стола и притащили в кабинет, я уже всех ненавидел за то, что сейчас будет. Меня усадили на кресло, привязали и погнали по венам гадость. Я уже рассказывал каково это, поэтому просто скажу, что обматерить весь свет было сейчас мало. Но все же иногда небеса обращают на меня внимание, и вот сейчас все ощущения притупились, а потом и вовсе исчезли. Перед глазами все потемнело, а потом я уже начал видеть чужими глазами. * Кладовка. Я снова в этой маленькой полутемной кладовке, впиваюсь глазами в многоуровневую замусоленную карту, в самый дорогой в моей жизни кусок бумаги. Не знаю как, но мой, а точнее, его мозг с поразительной скоростью запоминает все даже самый малые закоулки. Содержание карты гармонично складывается в моем сознании, и я уже даже представляю по какому маршруту можно последовать. Но вот, дверь в кладовку выламывают, и в меня вцепляются руки и буквально выдергивают меня оттуда, вырывая из рук драгоценнейшее сокровище. Я не смог запомнить одно место. Поворот, который либо выводит меня на крышу, либо ведет к спасительному выходу. Меня, не щадя, тащат на кресло под генератором. Я знаю, чего они хотят: либо я сделаю это, останусь жив, и они продолжат дальше с удвоенной или даже утроенной силой использовать меня, зная, что наконец достигли нужного результата, либо я загнусь под этим генератором, и тогда они начнут калечить жизнь тому истерзанному мальчишке, который так похож на меня. Нет, я не хочу так глупо умирать, я видел карту, я знаю, как отсюда свалить. Напрягаясь, я буквально заставляю шевелиться свой мозг и тем самым заставляю всю технику вокруг искриться. Это отвлекает всех работников, а я, выкручиваясь, еле как выбираюсь и еще не сильно затянутых оков, раня руки, заставляя вояк сгибаться от боли, которую вызываю тем же способом, прорываюсь вперед и выбиваю двери. Дальше все как в тумане, тело автоматически рвется на волю, перекладывая лабиринты с карты на реальность. Вскоре я уже задыхаюсь, на меня устроена настоящая облава. Но вот я чувствую воздух, свежий воздух, он ударяет в голову, и я теряю контроль. Теперь я уже просто рвусь вперед… *** Ошибка, какая жестокая ошибка. Уже даже жить не хочется. Лучше без сопротивления пойти под этот чертов реактор и сделать то, что они от меня хотят. Так я и делаю…* Мое мучение вскоре кончилось, из меня вытащили все иголки и отпустили. Суки, ненавижу вас… но карта… ФАК ЕАХ!!! Я ЕЕ ЗАПОМНИЛ! СРАНЬ ГОСПОДНЯ, СТРАННЫЙ ЧЕЛОВЕК ИЗ МОЕГО ВОСПОМИНАНИЯ, Я ТЕБЯ ОБОЖАЮ!!! Со стороны выглядело так, будто я брежу. Действительно, странно видеть человека, который после такой дико болезненной процедуры лыбится, а, особенно, если это я со своими дикими пожирающими глазами и не менее дикой улыбкой. Как только меня развязали, меня решили больше не трогать, и дальше я уже свалил сам. Обед. Вот он, этот долгожданный момент. Впервые на обеде я накинулся не на свою тарелку, а сразу ломанулся к друзьям. Да, я их буквально ошарашил своим заявлением. - Я знаю дорогу. Завтра валим!