Разбить вдребезги и покинуть

      В январе я заметила, что некоторые из них перестали улыбаться мне. Сегодня же я поняла, что сама стала игнорировать их. С этого все началось. Я перестала быть зависимой от людей. Достаточно. Было начало февраля: холодно, сыро, грязь, смешанная со снегом, неприятно липла к обуви. Скоро придет весна, по-крайней мере, я надеюсь на это. А пока я видела только серость и грязь.       Утро, абсолютно каждое, начиналось с ненависти ко всему миру... к людям, к снегу за окном, к пыльным автобусам. Идя каждый раз до остановки я даже не старалась стереть дорожки слез, что неприятно холодили лицо, смешиваясь с редким снегом и ледяным ветром.       Каждое утро, проходя этот путь, заставляя идти себя через силу, я хотела умереть. Каждую минуту того времени я думала об этом. Размышляла о способе, как убить себя, о том, что подумают люди, знавшие меня, о том, как набраться смелости сделать это. Честно признаться, это состояние было у меня уже давно, просто недавно, последние месяцы, я стала носить с собой таблетки и небольшой блокнот, чтобы оставить хоть какое-то объяснение.       Дни пролетали обыденно, одинаково: все та же грязь со снегом, холод и безразличие. Я решила, что эта неделя будет последней. Как раз оставалась одна неделя до конца зимы. В тот день февраля я приняла первую дозу... лекарства. В тот вечер он написал мне впервые. Разделяя тысячу километров, я почувствовала тепло, я почувствовала, как бьется мое сердце, как плещется по венам жизнь.       Несколько долгих лет я закрывала ото всех свои чувства, эмоции, старалась быть бездушной оболочкой и не подпускать никого близко. А он... все разрушил. Разбил вдребезги все мои стены, заставив дрожать от страха и нахлынувших, будто сквозь прорванную плотину, чувств. Мне было так страшно...       Я все еще ходила по грязному снегу, морщилась от ледяного ветра и куталась в толстую куртку, скользя по кусочкам льда в осенней обуви.       Еще едва знаком, но смог стать таким родным... таким любимым! Я и не знала, что еще способна любить в этой жизни! И именно из-за его фразы я смогла убрать таблетки в сторону. "Если ты умрешь, мне будет больно". Именно эти слова заставили меня улыбнуться, вытирая наконец извечные слезы со своего лица. Именно тогда я дала спасти себя, позволила полюбить. Я вновь смогла чувствовать.       Говорят, в марте, не смотря на солнце, погода обманчива. Яркая звезда лилась по бесконечным улицам города, смывая за собой грязь с нерастаявшим снегом. Я все еще куталась в зимнюю куртку, пытаясь согреться. В сумке больше не лежали таблетки.       Первое "люблю" заставило сиять ярче, чем весеннее солнце на безоблачном высоком небе. Капель играла даже по вечерам, замещая собой ночные заморозки.       Он стал моим жизненно необходимым для меня лекарством от смерти.       Моим любимым лекарством.       "Никогда не отпускай меня".       В тот день я надела ветровку и кроссовки.       Оказалось, снаружи действительно наступила весна...