Красная королева

        Как случилось так, что Красная Шапочка, дочь простого лесоруба, стала королевой и основательницей новой династии? Ей до сих пор иногда трудно было поверить в то, что это действительно произошло. Нередко она не могла избавиться от ощущения, что из зеркала, облачённая в роскошное платье, с алой шелковой вуалью на волосах и в золотой тиаре, на неё смотрит какая-то чужая женщина. Благородная и мудрая королева, которой она, Красная Шапочка, девочка из деревни в лесной глуши, никак не может быть. Но её дорога оказалась настолько извилистой, что из крестьянского дома привела в королевский дворец.         Наверное, можно сказать, что всё началось с той ночи в темнице. Или, может, со дня, когда она впустила в дом раненого человека, оказавшегося мятежником? Нет, на самом деле, эта история началась раньше…         Тогда она была одиннадцатилетней девочкой, — «сладкая малютка», как назвал её Волк, — и отправилась навестить бабушку, живущую в маленьком домике в глубине леса. Она встретила Волка и была столь неосторожна, что заговорила с ним. А чуть позже — обнаружила его в доме своей бабушки. Старушка, внешне похожая на благообразную бакалейщицу, угощала гостя чаем с малиновым вареньем и очень обрадовалась пирожкам, так удачно принесённым внучкой. Красная Шапочка в первый раз задумалась, что в слухах о том, что её бабушка — ведьма, может быть доля истины. С точки зрения крестьян же это было очевидно: кем ещё может быть старая женщина, живущая одна в глубине леса?         С того дня Красная Шапочка совершенно перестала бояться Волка, хотя это, наверное, было неосмотрительно. Но маленькие девочки обычно мало думают об осмотрительности, так что он временами сопровождал её на прогулках в лесу.         Потом была очень холодная зима, когда её родители умерли от воспаления лёгких, и единственной живой родственницей шестнадцатилетней девушки осталась бабушка. Красная Шапочка стала ещё чаще навещать старушку, не беспокоясь о том, что одинокие, — никто в деревне не знал о её необычном спутнике, и хорошо, что так, — визиты к той, кого называют «ведьмой», отпугивали от неё женихов. Она вообще не задумывалась о замужестве.         Её родная деревня была тихой и спокойной, и даже когда с путешественниками стали доходить слухи о том, что в стране, спровоцированное недальновидной и жестокой политикой короля, началось восстание, для жителей поначалу мало что изменилось. Потом появились патрули королевских солдат. Их присутствие стоически терпели, отдавая требуемый фураж и пряча дочерей. Никто не хотел иметь никакого касательства к беспорядкам, и Красная Шапочка не была исключением.         Однако она не смогла быть столь жестокосердна, чтобы оставить под дождём раненого незнакомца. А через два дня, когда девушка приехала в ближайший город, чтобы купить лекарства, её схватили, и, обвинив в пособничестве мятежникам, бросили в темницу. То, что её гостя убили на месте, а дом сожгли вместе с половиной деревни, она узнала позже.         Эту ночь в темнице Красная Шапочка запомнила на всю жизнь. Не из-за холода и шуршащих в углах крыс. Не из-за еле различимых отчаянных криков из закоулков тюрьмы, где находилась пыточная. Не из-за постоянного ожидания того, что кто-то из солдат, бесцеремонно лапавших её по дороге, вернётся, чтобы надругаться над ней. Из-за того, кто пришёл за ней.         С ключами ей пришлось возиться самой: связка постоянно выскальзывала из когтистых лап Волка. Получеловек-полузверь, весь залитый кровью, в тусклом свете огарка свечи казавшейся черной, возвышался над ней почти на голову, и, выйдя из камеры, Красная Шапочка ощутила всплеск панического страха. Затем Волк, с трудом выговаривая членораздельные слова, рассказал, что случилось в деревне после её отъезда — и страх сменился яростью.         Они шли через коридоры, где недавно бушевало чудовище. Из солдат короля, не готовых к нападению, не уцелел никто. Тела, буквально разодранные на части, были повсюду. Человек, на побелевшем лице которого застыл невыразимый ужас — а нижняя половина тела лежит в паре шагов от верхней. Чья-то оторванная голова с торчащей из шеи гирляндой позвоночного столба. Растерзанное тело, нанизанное грудной клеткой на искореженную решетку: рядом с влажно блестящими железными прутьями виднеются белесые дуги ребер. Ещё один труп, с выпущенными на несколько метров внутренностями, если присмотреться, — о, она очень жалела, что присмотрелась, — частично съеденными. Лужи крови, оторванные конечности, тяжелый запах смерти… Волк не сказал ничего конкретного, сообщив только, что «разобрался» с тем, кто сдал Красную Шапочку солдатам, но она подозревала, что этот человек находится сейчас в подобном состоянии. И эта мысль почему-то совсем не вызывала страха.         А потом Волк поцеловал её, и, хоть она и знала, что соленый вкус на губах — это человеческая кровь, — но ответила ему. На поцелуях, впрочем, взбудораженный оборотень не остановился. Красная Шапочка лишилась невинности на залитом кровью полу городской тюрьмы, и нельзя сказать, чтобы жалела об этом.         Всё равно о жизни нормальной деревенской девушки, которая включает хозяйство, замужество и штук пять детей, можно было забыть. Ей некуда было возвращаться, разве что в лесной домик, чтобы попросить бабушку научить её быть ведьмой.         Красная Шапочка не хотела иметь ничего общего с этим мятежом — она даже не понимала до конца его причин. Однако теперь, когда солдаты короля сожгли её родную деревню, она уже не могла остаться в стороне. Восемь повстанцев, которых она той ночью выпустила из тюрьмы, стали её первыми соратниками. И, конечно, был Волк.         Восстание длилось несколько лет, и Красная Шапочка сама плохо понимала, как случилось так, что она стала одним из лидеров, почему люди шли за ней. Помнила только хриплый шепот Волка «на тебе должен быть красный плащ», когда он вытащил её из тюрьмы второй раз, и то, как он накинул ей на плечи полотно, вымоченное в крови. Она спросила «зачем?», и он ответил: «Разве ты не понимаешь? Твоя алая накидка — это символ для людей». Конечно, кровь быстро засохла и стала скорее бурой, чем красной; к тому же, она сменила этот «плащ», как только появилась возможность. Но по сути вопроса Волк был прав. Девушка в красной накидке стала символом восстания.         А ещё, хотя об этом уже знали немногие — связующим звеном между своими соратниками и теми, к кому иногда обращался за помощью Волк. Внучка ведьмы и любовница зверя, Красная Шапочка могла найти общий язык не только с людьми.         И, когда повстанцы победили, её, символ, решили возвести на трон. Двадцатилетняя девушка в плаще, пропитанном кровью, была коронована под именем Красной Шапочки Первой. И никто уже не помнил, что когда-то её звали иначе. Впрочем, об этом Красная Шапочка не сильно жалела — имя Мэри всегда казалось ей глупым.         И только Волк, отлично изучивший все тайные ходы во дворце (особенно те, что вели к спальне королевы) иногда дразнил её этим именем — тем, которое назвала ему маленькая девочка, не знавшая, что нельзя разговаривать с незнакомцами в тёмном лесу.                  

15-17.08.2012