Ночь нежна (название заменено по эскизу заказчика)

Выступление наконец-то было окончено. Ожогин привычными движениями смыл грим с лица и принялся переодеваться в повседневную одежду. У служебного входа уже толпились стайки поклонниц. Кого-то Иван видел постоянно, а кого-то и впервые. Уставший, он шагнул им на встречу. Улыбался, принимая поздравления и букеты по случаю отлично прошедшего шоу - словно кто-то сомневался, что оно может пройти иначе! - актер окидывал толпу оценивающим взглядом. Чтобы он не говорил с экранов телевизоров, Ожогин был тем еще кобелем. Да и потом, жена в Питере, он в Москве, скучно же. Привычно высмотрев себе пару-тройку девушек, которые могли бы скрасить его одиночество этим вечером, Иван перевел взгляд на молодого парня, что стоял привалившись плечом к стене, скрестив на груди руки. Смотрел он с хитрецой, лицо перечеркивала кривая улыбка. Мальчишка был хорош. Ожогин умел оценить красоту, даже мужскую. Театральная среда давно помогла ему раскрепоститься, будучи тем еще извращенским местом, где твой партнёр мог спокойно оказаться приверженцем однополой любви. Иван хмыкнул, переводя взгляд на очередную поклонницу, что протягивала ему его же фото. Привычным жестом поставил подпись, принял цветы, улыбнулся на заверения в его неотразимости и таланте и, наконец-то, смог направиться к стоянке, где был припаркован его автомобиль. По ходу кинув взгляд на то место, где стоял парень, Иван убедился, что тот исчез. Это слегка расстроило артиста. Что-то было в том парнишке, но думать о нем больше не имело смысла. Когда же Иван подошел к своему авто, вышеупомянутый молодой человек стоял около машины и дерзко смотрел на актера. - Мы знакомы? – хмыкнул Иван, доставая ключи, снял машину с сигнализации и разблокировал двери. - Нет, но уверен, что ты не будешь против. - Мы уже на «ты»? – Иван аккуратно укладывал цветы на заднее сидение. – Быстро, однако. - А чего зря время терять? – парень пожал плечами и нахально, не спрашивая разрешения владельца, уселся на пассажирское сидение, пристегнулся. Иван хотел было возмутится такой бесцеремонности, но потом махнул на это рукой. В конце концов, он порядком устал от поклонниц и поклонников, которые буквально ловили каждое его слово и смотрели ему в рот, словно музыкант не был обычным человеком. Вечер обещал быть интересным. Ехали молча. Ивану хотелось задать несколько вопросов, хотя бы узнать имя парня, но потом подумал, что, вобщем-то, ему все равно как звать ту особь, что сегодня согреет его постель. Не детей же им вместе крестить, чтобы интересоваться такими пустяками. Парень задумчиво смотрел в окно, чуть ерзая на пассажирском сидении. Вздрагивал, иногда поворачиваясь к Ивану, смотрел на него. Доехали относительно быстро. Мальчишка помог актеру донести цветы до квартиры и положил ровно туда, куда было указано. В доме уже стояло много букетов - поклонники никогда не оставляли артиста без внимания, так что Иван призадумался, куда бы поставить новую партию. - Тебе надо открыть свой цветочный магазин, – гость улыбался. Ему было весело и явно спокойно. Иван еще раз внимательно посмотрел на него, пожал плечами и ушел в ванну. Где-то там еще оставалось не оприходованное ведро, куда можно было воткнуть новое цветочное пополнение. - Я много раз им говорил, что эти деньги лучше пустить на благотворительность, – проговорил Иван, набрав воды и выходя из ванны, – но они с упорством продолжают таскать мне эти веники. - Тебе нравится. - Не буду спорить, – усмехнулся Ожогин, запихивая последний букет в ведро. – Тебе есть двадцать один? - Больше. Не волнуйся, – парень подошел к нему вплотную и запрокинул голову. Все же он был ниже мужчины. - Это хорошо, – Иван положил руку ему на щеку и наклонился, чтобы поцеловать. Руки сами легли на плечи мальчишки, потом вниз, до самых кистей. Парень не растерялся и положил ладони Ивану на плечи. Он вжимался всем телом, льнул, отвечая на поцелуй, старался перехватить инициативу, вести, но капитулировал под напором старшего мужчины. Ожогин провел широкими ладонями по бокам будущего любовника и остался доволен тем, что держал в руках. Парень не был худ, как показалось на первый взгляд. Жилистый, явно гибкий, то, что нужно. Задница идеально легла в ладони. Иван сжал ягодицы в пальцах, развел в стороны, потом свел вместе, при этом продолжал буквально душу высасывать из парня через рот. Мальчишка застонал и оттолкнул от себя мужчину, пытаясь отдышаться. - Много практики? Для женатика ты слишком хорош в этом деле, – облизывая распухшие, яркие после поцелуя губы. - Помыть бы тебе рот с мылом, – Иван вновь положил ладонь ему на щеку и надавил на нижнюю губу большим пальцем. - Есть идея получше, – хмыкнул партнер и обхватил этот самый палец губами, всасывая в теплый, влажный рот, удерживая взглядом взгляд Ожогина. С пошлым звуком он выпустил палец изо рта и опустился, буквально съехал по телу Ивана, на колени. Он все так же смотрел мужчине в глаза, пока проворные пальцы расстегивали ремень, а потом и сами брюки, рукой под белье, где уже было влажно и горячо. - Примерно так я его себе и представлял, – облизнулся, вновь перевел взгляд с члена на глаза актера. - Ты представлял? – Иван старался выглядеть все так же уверенно и спокойно, словно еще что-то контролировал. Но когда твой член в чьей-то ладони, горячее дыхание касается влажной головки, так и хочется взять говорившего за патлы и толкнуться с силой в его глотку. Иван держался. Стоял и смотрел, как облизывается парень, как стягивает джинсы с бельем вниз. Руки молодого любовника легли ему на бедра, чуть сжали их пальцами, а затем он обхватил член влажными от слюны губами и медленно опустился на него ртом, почти утыкаясь носом Ожогину в лобок. Иван шумно втянул воздух в легкие, чувствуя, что колени вот-вот подогнуться от удовольствия, что прокатилось жаркой волной от паха по всему телу. Парень явно знал и умел правильно сосать. Не то чтобы Ивана не баловали оральными ласками, но, скажем так, это случалось намного реже, чем ему бы хотелось, да и партнерш обычно приходилось уламывать. Любовник тем временем уже откровенно трахал его своим ртом. Он свободно пропускал член до самого конца в глотку, удерживал его там какое-то время, иногда делая глотательные движения, а потом полностью выпускал изо рта. Он следил за каждым изменением на лице партнера, глаза его горели похотью и довольствием, что, в конечном итоге, вывело Ожогина из себя. Чтобы какой-то мальчишка так на него смотрел?! Словно это Иван сейчас перед ним на коленях, а не на оборот. Иван запустил пятерню в волосы партнера, сжал пальцы в кулак. Потянул, оттаскивая парня от своего паха. Член выскользнул из горячего рта, мальчишка смотрел нагло, с вызовом, облизывая вспухшие от трения красные губы. - Довольно, – Иван грубо отпихнул парня от себя. Тот плюхнулся на задницу и ойкнул, вновь расплылся в пошлой улыбке. - Хочу чтобы ты меня трахнул. - Удивительно, но тут наши желания сходятся, – ответил Иван и принялся стаскивать с себя одежду. – Тебе надо в душ? - Ты очень сильно удивишься, – рассмеялся мальчишка, раздеваясь. - Это не ответ. - Нет, я там уже был. Перед тем, как приехать к театру. Иван кивнул и, совершенно не стесняясь своей наготы и стоящего члена, направился в спальню. Парень шел следом, такой же голый и возбужденный. Юркнул в комнату первым, слегка опередив Ожогина перед самой дверью. Залез на постель, встал на четвереньки, и покосился на Ивана через плечо. - Ну, как тебе? – вильнув задом, привлекая внимание партнера именно к пятой точке. Иван хотел было сказать, что видел и более привлекательные тылы, но присмотревшись понял, что конкретно имеет в виду любовник. Меж аккуратных ягодиц было влажно и блестело от смазки, а еще виднелось кольцо анального плага. - Ахуеть. - Какой у вас грязный рот, Иван Геннадьевич, а выглядите таким порядочным мужчиной. Иван проигнорировал сарказм в свой адрес, заполз на постель рядом и со всего маху ударил раскрытой ладонью по ягодице парнишки. Тот тут же перестал скалиться, тихо вскрикнул и уткнулся лицом в скрещенные руки. Повел задом, прося еще одного шлепка. Ивана уговаривать было не надо. Ему, откровенно говоря, сейчас вообще было плевать на желание партнера. Сейчас было важно только его собственные желания. Он потянул за кольцо, и почти кончил лишь от вида того, как натянулась дырка вокруг игрушки. - Как долго она у тебя? - Часа четыре, – прошептал мальчишка и протяжно застонал, когда плаг вытащили на половину, а потом вновь резко вогнали обратно, проезжаясь им по простате. - И как тебе было ехать с этим в машине? - Ты хорошо водишь, – любовник вновь оперся на локти и взглянул на Ивана через плечо. – Это было не сложно, вставлять его. Я же знал, для кого я это делаю. - Ты такой самоуверенный, – усмехнулся Ожогин, вновь вытаскивая игрушку, но на этот раз почти всю и снова отвешивая шлепок. Нежная кожа ануса натягивалась так красиво, так ровно, что Иван не удержался и вытащил плаг полностью. Дырка не закрывалась - ровный, влажный круг раскрытой задницы. Ожогин провел пальцами по расселине, чуть надавливая на сфинктер, кайфуя от того, как пальцы буквально затягивает во влажную дырку. Откинув игрушку в сторону, Иван полностью накрыл своим телом тело партнера, потираясь стояком о его промежность. - Скажи, с чего была такая уверенность, что я привезу тебя к себе и трахну? – кончиком носа проводя от скулы до виска, потом по уху, прикусывая мочку, сжимая зубы чуть сильнее, чем было надо, вырывая из глотки партнера вскрик. Одну руку Иван вновь запустил в волосы любовника, резко дернул, вжимая спиной в свою грудь, выворачивая шею, чтобы поцеловать властно, сильно, жестко, полностью подавляя партнера. Указал тому его место, объясняя таким образом, кто ведет и кто ведомый в этом танце. Мальчишка хныкал ему в рот, терся ягодицами о пах и просил, умолял всем своим телом, чтобы его взяли. Не отпуская волос, сильнее сжимая руку в кулак, второй рукой Иван направил себя в тело парня и вставил, почти не встречая сопротивления, до самого конца. Любовник под ним взвыл, взбрыкнул, пытаясь сбросить с себя, но потом обмяк в сильных руках. Ивану нравилось смотреть на то, как преобразилось лицо парня. Сошла напускная, скорее всего напускная, бравада и какое-то злорадство, мальчишка стал тем, кем и был – мелким засранцем, который решил, что может получить все, что захочет и кого захочет. Пусть теперь расплачивается. Ресницы слиплись от слез, глаза закрыты, а вот красивые, чувственно пухлые от минета и поцелуев губы, были приоткрыты, юркий язычок постоянно увлажнял их, мелькая меж ними. Тяжелое, частое дыхание толчками покидало легкие и также рывками их наполняло. Ивану определенно нравилось то, что он видел и ощущал. Изгиб сильной узкой спины, выпирающие лопатки, ягодицы с отпечатками его ладоней. Определенно, картина была хороша! Ожогин двинул бедрами, еще одно движение вперед, глубже, словно натягивая парня на себя, и тот вновь взвился. Иван только усмехнулся, уткнул парнишку лицом в покрывало. - Не кричи громко, не пугай соседей, – склонился к самому его уху и начал двигаться. Движения его были резкими, быстрыми, точными. Ему даже не пришлось стараться, чтобы понять под каким углом входить в эту растянутую для него задницу. Уже со второй фрикции парень протяжно застонал в матрац, скребя пальцами ворс покрывала. Это было ахуенно в своей развратности, жесткости исполнения и ярости тел. Мальчишка с удовольствием двигался навстречу, принимая тот темп, который задал старший партнер. Он принимал так, словно был сделан под Ивана, и Иван этим наслаждался. Он продолжал держать любовника за волосы, вдавливая лицом в постель, а второй рукой ухватил парня за запястье, выкручивая руку за спиной, упираясь в нее, делая своей опорой, пока бедра резко двигались вперед-назад, вгоняя себя до основания, не желая проявлять хоть каплю нежности. В этом плане секс с мужчинами нравился Ивану иногда гораздо больше, чем с женщинами. Не надо было себя сдерживать, не надо было думать о том, что можешь сделать больно. Когда под тобой мужик, - и не важно, что он подставляет тебе свой зад, он все равно мужик - то можно не напрягаться по пустякам, трахать так, как хочется, оставляя следы, выкручивая руки, бить по заду звонко, с оттяжкой. Боги, как же Ожогин любил трахать парней! Пожалуй, именно этого ему не хватало последние месяцы. Секс с женщинами слегка приелся, требуя постоянного контроля эмоций и тела, а тут было можно все. Иван ослабил хватку в волосах парня, а потом и вовсе убрал руку, устроил ее на ягодице. Большим пальцем отвел ту в сторону, наблюдая как движется его член, как тело партнера принимает и отпускает его, как натягивается кожица вокруг члена, как покраснела натруженная дырка, как жадно всасывает в себя, когда тот вновь толкается вперед. Он вытащил член полностью и услышал, как партнер захныкал, повел аккуратной задницей, требуя продолжения. С упоением наблюдал, как сжимается и разжимается дырка любовника, окончательно выводя его из равновесия. Иван яростно толкнулся вглубь, уже обеими руками вцепился в ягодицы и развел их в стороны. Он двигался так, словно это был его последний секс в жизни. Мальчишка под ним уже просто скулил, периодически переходя в тихий, задушенный вой. Он двигал рукой по своему члену, резко надрачивая себе, пока не замер, напрягаясь всем телом, и принялся содрогаться, кончая на многострадальное покрывало под собой. Если бы любовник не держал его за задницу, то колени бы окончательно разъехались, а сам бы он рухнул на постель. Но Иван держал крепко. Он чувствовал пульсацию, как сжимает его дырка в посторгазме, вытягивая из него силы, и Ожогин сдался такой настойчивости. Он прогнулся в спине, несколько раз резко, до боли входя до упора, и кончил, изливаясь внутрь. - Ебическая сила, – выдохнул мальчишка, приходя в себя. – Как я домой поеду? Меня ноги не держат. - Оставайся, – равнодушно кинул Иван и скатился с распластанного под ним тела. Мальчишка был в испарине, кое-где Иван увидел следы своих зубов и пальцев. Опавший член выскользнул из растраханной, мокрой дырки, сперма вытекала, неприятная, вязкая. Ожогин поморщился, и через минуту-другу отдыха поднялся и направился в душ. Он провел там минут десять и, выходя, прихватил влажное полотенце для любовника. Тот явно сам до ванной сегодня не дойдет, а хотя бы вытереть промежность стоило. - Ты даже имени моего не спросил, – прижимаясь к горячему боку Ивана, а потом и вовсе закидывая на того ногу и руку, пробормотал молодой любовник. - А надо было? - Не-а, – зевая, протянул тот, и отрубился. - Вот и я так думаю, – хмыкнул артист и закрыл глаза, проваливаясь в приятный сон без сновидений.