Твой огонь сжигает меня

Мои слова тают в гулких уголках библиотеки. Такой родной и такой чужой. Я стою, боясь пошевелиться, понурив головой и теряясь в догадках. Раскаяния сжигают мою плоть. Тишина убаюкивает, по телу проносится давно забытый холодок, а в мыслях проносятся ругательства в адрес мага. Мой внутренний голос явно нацелен устроить недетскую трепку. - Зачем мне это было надо? Ну чем не хороша была жизнь в одиночестве? - Потому что надо. Сколько можно бежать и жить постоянно в страхе? В одиночестве и тоске? Неожиданное тепло рук начисто отправляет все мои мысли в нокаут. Я распахиваю глаза, встречаясь с такой родной, подобно грозовой мгле, синевой. Сочащийся болью, радостью, надеждами взгляд пронизывает своей глубиной, находя поддержку в моей душе. Его брови изумленно взлетают вверх, ощущая дрожь тела, а руки настойчиво вжимаются в кожу натянутых скул. Мои руки зависают в воздухе. Мой мир ведет борьбу, боясь приоткрыть дверь, но его тепло расплавляет окоченевшие от одиночества засовы. Он ждет. Мое тело подается вперед. Секунда, и я ощущаю на своих губах терпкий, соленый вкус его шероховатых губ. Он дарит мимолетный, но в тоже время глубокий поцелуй, заставляя сердце ликовать и плакать одновременно. Откинув все сомнения, я растворяюсь в нем, вкладывая все, что стесняет мое сердце, что иссушает мой внутренний мир. Ледяные засовы разбиваются вдребезги. Руна исчезает, оставляя томительное жжение. Мир заполняется красками. Громкое покашливание заставляет нас отпрянуть. Мое лицо пылает в его руках, чьи глаза переливаются знакомыми бесенятами. Шепот отзывается дрожью наваждения, а руки нежно очерчивают линию скул, переходя к губам. - Больше никогда так не делай. Никогда. Ладони накрывают его руки, сбитые многочисленными тренировками и схватками, и, медленно скользя вниз, словно заставляя поверить в реальность происходящего, останавливаются возле сердца. - Я всегда была, здесь, - держа его взгляд, приливы нежности накрывают с головой, и приятная нега распространяется по всему телу. - Ребят, - настойчивый голос мага заставляет наполнить помещение ругательствами, от чего мои губы расплываются в улыбке, вернее, в чем-то подобном. Тепло постепенно растворяется, заставляя сердце истошно сжиматься. Он пропускает меня вперед, уверенно держась позади и перекрывая доступ к двери. Мысль о возможном побеге на секунду заставляет меня ухмыльнутся. Интересно, а получится, смогу ли я его обойти? Но серьезный сосредоточенный взгляд и покачивание головой заставляют остудить мой пыл. Мои веки смыкаются, а охотник издает едва слышимый вздох облегчения. - Тыковка, потом похвастаешься своими навыками, - голос Магнуса позволяет так давно забытому румянцу освежить мои щеки, стирая ухмылку нефилима. - Поверь на слово, там есть, на что посмотреть. Я терзала и обманывала себя, боясь встречи с ним. Встреча с ней накрывает меня реальным кошмаром. Эти глаза цвета терпкой сливы, полные слез, заставляют вновь окунуться в бездну боли, печали, тоски. Слезы предательски подступают к горлу, сжимают в своих тисках. Я жду, боясь пошевелиться. Рой мыслей окутывает мою голову, на языке застывает миллион слов. Но что-то мешает подобрать нужное. Страх. Она приняла меня в свою семью. Она стала мне сестрой. Она наставляла и поддерживала меня. Она защищала и оберегала меня. Она была со мной и в печали, и в радости. Я дарила ей свою любовь, поддержку, признание. Я разделяла с ней грусть, боль, счастье, тайны. Я перенесла с ней потери. И что я оставила после себя? Ее взгляд говорит обо всем. Его вздох приводит меня в чувство. - Иззи........... - Молчи, - голос сочится сталью, презрением, болью. - Ты, - ежовые объятия заставляют скрипеть все мои стойкие косточки. - Нельзя так поступать. Клэри, ты не в праве решать за нас. Мы и так все потеряли, - ее голос срывается в подступившей истерике, заставляя меня обнять ее сильнее, попутно смахивая слезы, заставляя две пары сильных рук заключить нас в надежные, стальные, успокаивающие объятия. Вот она, семья. Вот, что мне было необходимо тогда. Вот, в чем я нуждаюсь сейчас. Не в одиночестве сила, а в поддержке семьи, ее любви, преданности. Они бы поняли, они бы заставили поверить в себя, в него, в них. Картинка собранного пазла отзывается многочисленной болью в моем сердце. Словно почувствовав мысленный вопрос, я оборачиваюсь. Меня встречают полные слез, искрящиеся солнечным теплом глаза Магнуса, и беззвучный шепот срывается с моих уст. - Спасибо, - довольный кивок наполняет мое сердце счастьем. Объятия распадаются, но я все еще нахожусь в неведомой неге, ошарашенно оглядываясь по сторонам. Мой голос срывается. - Где Джейс? Саймон? - четыре силуэта замирают, и тишина серой мглой накрывает библиотеку. Сердце предательски грохочет в груди, оглушая и вновь заполняя хаосом сознание. Была ли я готова услышать это? Физически, морально? Прошло шесть лет. Шесть лет моей никому ненужной гордости и бестактности, бичевания. Шесть лет в пустоту. Шесть лет ожидания помощи, веры, надежды. Шесть лет стальных оков забвения. И ради чего? Первым тишину нарушает Макс и, подойдя практически вплотную, сочувственно сжимает мое плечо. Ощущая внимательный взгляд охотников и боясь своего голоса, слова одно за другим тихо слетают с языка. - Где они? Взмах руки Магнуса затмевает пелена на глазах. Знаю ли я ответ? Хочу ли я слышать это? Город костей встречает своих посетителей шелестом опавшей листвы и обнаженными кронами молчаливых, одиноких деревьев. Уныние, страх, безысходность овевают каждого вступившего на священную землю. Многое ли изменилось? Да ничего. Ни души, но я чувствую их. Они здесь, они отдают дань ушедшим в безмолвный мир духов. Хорошо ли им там? Не знаю. Если честно меня пугают мысли об этом. Что-то было в этом неправильно. Одно знаю точно, там их душа находит успокоение. Мемориальные доски отблескивают в гордом свечении клонившегося к закату солнца. Молящий ангел с взглядом, полного сочувствия, жалости, стали приветствует посетителей. Вопреки всему, они оба нашли здесь покой. Мне не надо читать, я и так знаю, что гласит надпись. Безмолвные слезы душат, колени подгибаются, и я падаю. Падаю так глубоко. Злость застилает мои глаза, мысли перестают блуждать в хаотичном вальсе, руки сжимаются в кулаки. Я горю. Нет, я пылаю. Энергия выплескивается из меня неожиданно, заставляя растворится в небесах. Пролита еще одна кровь, ангельская кровь. Земля содрогается в судорогах сочащейся от меня вибрации. - Клэри, - мягкий голос на мгновении заставляет остановится безудержный поток слез. - Не плачь, - его рука легко подхватывает слезинку. Мягкий след окутывает меня теплом, заставляя еще больше скорбить мою душу. - Прости меня, - рыдания гулким звуком вырываются из моей груди. - Я должна была быть здесь. Я должна была всех защитить. Не бежать, а выстоять. Но страх взял верх. А теперь, вы - одни, они - одни, я - одна. - Это не так, - до боли знакомый голос подхватывает переливы. - В произошедшем нет твоей вины. Мы здесь только по воле судьбы, - его мягкий трепет только распаляет мою истерику, мысли путаются, представляя картины прошлого. - Мы будем всегда здесь, - теплая ладонь ложится в области сердца. - Помни, это не твоя вина, но в твоих руках будущее. Не дай миру сгореть. Не дай им забыться. Их любовь, их сила - все сосредоточилось во мне. Ощущения электрическим потоком бегут по венам, заставляя кровь закипать. Вскинув руки, я поднимаюсь к небесам и падаю в пропасть. Последнее, что касается моего сознания - отчаянный крик моей семьи. Последнее, прежде, чем тьма приветливо раскрывает объятия и принимает меня целиком, шепотом оставляет крошки для возвращения. - Клэри, я здесь, я - рядом. Всегда. Я чувствую, как мое тело подхватывают сильные руки. Биение его сердца убаюкивают, заставляя мое сбивать свой рокот. Их голоса напряжены, но я не хочу вникать. Магия Магнуса отзывается статическими отголосками по моей коже. Все затихает, я больше не чувствую тепла, что-то мягкое и теплое обволакивает мое существо. Шепот разрывает сознание. Я вздрагиваю от своего голоса, похожего на хрипы душевнобольного. - Не уходи. Больше ничего. Дверь затворяется. Тишина. Я что-то шепчу, пытаясь удержать стило в руках. Одежда слетает мгновенно. Тихий вздох окутывает комнату. Мои веки дрожат, а тело ощущает мягкий шелк, струящийся вдоль каждого моего изгиба. Половицы скрипят. Я чувствую его. Грудь стягивают оковы горечи, утраты. Руки непроизвольно сжимаются прочным щитом рядом с сердцем. Как я могла? Воспоминания душат. Все минуты радости, все споры, все сражения, вся глупость и задорность, любовь и ненависть, взлеты и падения - вихрем проносятся перед глазами. Круг рук смыкается вокруг моего тела, заставляя все отступить, заставляя кошмары растворяться в небытии, заставляя верить, что надежда есть. Губы касаются лба, дыхание обжигает лицо. Стук его сердца возвращают меня в реальность, заставляя поднять свинцовые веки. - Алек, - моя дрожь отзывается его трепетом. - Не оставляй меня, никогда.