Unknown 2

      Через неделю ничего не меняется, и даже через две. Чона все это раздражает, ведь он настроен серьезно. Он хочет Чимина. От одной мысли о нем — член начинает твердеть. Но…       Дрочить заебался.       Надо решать проблему.       Этот парень живет в Пусане, Чонгук тоже. Если бы тот жил в Сеуле например, то Гук даже не пытался бы поехать к нему, потому что переться в другой город ради одной ночи с порнозвездой — это слишком выматывающе. Да и не факт, что в незнакомом Сеуле будет легко найти этого Пак Чимина. Вот в Пусане Чонгук знает каждое место, он там родился: был активным ребенком, нарывался на неприятности, слонялся по городу, учился на своих ошибках и таким образом запомнил каждый уголок, теперь знает — куда ходить не стоит.       Чонгук приболел. На улице осень — это все объясняет. Каким бы не был крепкий организм Чона — он всегда хоть раз в год, да заболеет.       Парень не хочет вот уже третий день вылезать из-под теплого одеяла, но понимает, что еще пара дней и точно сляжет с воспалением легких или чем-нибудь похуже. Лениво натягивает на себя теплый свитер и такие же штаны. Не может их терпеть, но надо. Так его воспитала бабушка. Царство ей небесное.       На улице почти нулевая температура. Чонгук натягивает шапку на уши и туже затягивает шарф, закрывая им свой нос. Хорошо, что аптека в нескольких метрах от дома и долго мерзнуть не придется…       — У Вас есть жаропонижающее? — доносится до ушей Чона, когда он заходит в теплое помещение, пропахшее медикаментами.       Перед Чоном стоит парень небольшого роста, спиной. Чихает и извиняется перед женщиной, протягивающей ему пакет лекарств. Тот коротко благодарит и отходит.       «Это — Пак Чимин?!» проносится в мыслях Чонгука, когда он замечает знакомые глаза и эти пухлые губы. Это точно он. Спутать просто невозможно.       «Может я просто сошел с ума?» скорее всего это так.       Быстро купив себе нужные лекарства, Чон выбежал из аптеки и стал искать этого парня.        Слава Богу далеко тот не успел уйти. Чонгук ухмыляется и следует за своей добычей. Даже забыл о том, что болеет, и вообще, лучше сейчас вернуться в теплую кровать. Плевать. Просто плевать. Он считает, что это судьба. Чимин просто взял и сам показался ему. Именно судьба подбросила его.       Разум опьянен Пак Чимином.       Парни вместе заходят в подъезд. Чимину вообще сейчас поебать, что рядом за ним идет какой-то незнакомец. Ему хуево. Голова кружится еще больше, когда они заходят в лифт.       — Вам плохо? — как бы интересуется Чон; замечает, что все-таки Чимин реально заболел и еле стоит на ногах.       — Кто вы?       — Сосед, живу несколькими этажами выше. Это так важно?       — Со мной все х-хоро…       Пак не успевает договорить. В глазах мутнеет и он падает прямо на Чонгука. Младший в шоке. Стоит и держит чужое тело, от которого исходит неестественный жар. Лифт останавливается на нужном этаже. Чон приводит парня в сознание и выводит из душного помещения.       — Спасибо, я с-сам… — младшего отпихивают.       Чимин подходит к двери своей квартиры и вводит код, а Чонгук так просто не сдается. Подходит со спины и кладет руку на чужой лоб.       — Да у вас жар! Вам срочно нужно принять лекарства и лечь спать!       Хороший актер.       Только этого актера снова отпихивают, но слабее. Чимин сдается и позволяет незнакомцу зайти в его квартиру, раздеться и потащить Пака в спальню, а там уже уложить на кровать.       Такой расклад Чимину совсем не нравится, но противиться сейчас нет смысла. Чонгук строит из себя заботливую мамочку: дает жаропонижающее, целует постоянно в лоб, проверяя температуру и укутывает в одеяло, а затем и в плед.       В итоге, через часа два, Чимин засыпает. Чонгук рад. Наконец можно перестать строить из себя хуй знает кого и быть собой. По-хозяйски рассматривает комнату Чимина, да что там, ходит по всем комнатам и усаживается в гостиной, как барин, на диван.       Сон неожиданно настигает его и он так и засыпает на этом диване. Утро обещает быть веселым.

***

      — Эй! Какого хрена ты тут разлегся?!       Чон почувствовал как его кто-то пытается стащить с дивана. Разлепляет глаза и видит растрепанного Чимина, который своими маленькими ручками вцепился в его руку.       — Когда это мы успели перейти на «ты»? — ухмыляется Гук и одним рывком притягивает парня к себе.       — Да что ты… то есть… вы себе позволяете!       — Дайте мне поспать, я вообще-то тоже болею, — он зевает и обнимает свою жертву сильными руками. — Вы обязаны поблагодарить меня за вчерашнее. Как чувствуете себя?       Чимину даже как-то стыдно стало за свое поведение, но из рук чужака он все же выбрался.       — Спасибо, мне намного лучше, но… обязательно было оставаться в моей квартире?       — Я переживал, что с вами случится что-то серьезное, — посмотрел на Пака самым невинным взглядом. — Вы еще не завтракали?       Он получает отрицательный ответ.       У Чимина странное чувство… Ему приятно. Забота от незнакомого человека заставляет дрогнуть ледяное сердце Пака.       — Эм… Вы не слушаете меня? — голос парня заставляет Чимина встряхнуть головой и улыбнуться.       — Простите. Так что Вы говорили?       — Я хотел бы приготовить Вам завтрак.       Чонгук улыбается Чимину. Паразит. Знает чем цеплять. Его взгляд так и говорит «ты будешь моим».       — Н-ну… Если Вы так хотите…       После согласия Пака, Чон говорит ему идти в кровать, а сам идет готовить. Как хорошо, что он умеет это.       Вчера вечером Чонгук не мог не заметить аппетитную попку у старшего. Вспоминая, какая она на ощупь он сходит с ума и хочет сорваться, потрогать ее и не только. В целом Чимин в реальности лучше, чем в порно роликах. В этом Чонгук никогда не сомневался.       Накормив Чимина он собирался уходить, но Пак остановил его чтобы узнать имя своего «спасителя».       — Ким Хосок.       Чонгук конечно же соврал.       — Я Пак Чимин. Будем знакомы… и… — он что-то написал на одиноко лежащем листке бумаги и протянул Чону, — звони если что-то понадобится. Я теперь в долгу.       О да, усилия Чонгука не прошли даром. Фортуна на его стороне. Он старается сдерживать эмоции и просто кивает, рассматривая идеально выведенные цифры на бумаге.       «Ты попался, сладкий»