Оранжевые перчатки

      Первое число октября незаметно подкралось к двери. Оранжевые листья медленно кружат в танце, пытаясь попадать в такт пения прохладного ветра. Белое, словно чистый лист бумаги, небо нависает над людьми, чьи лица украшают бусинки грусти и жемчуг печали. Все куда-то бегут, стараясь не намочить свою обувь и не влюбиться в случайного прохожего, с которым больше никогда не встретятся, но, зная это, они тихо хранят полюбившиеся взгляды в пустой коробке своей души. Люди всегда казались мне странными, они выбирают завтра, а не сегодня, ненависть, а не любовь. Неужели все мы являемся созданиями звёзд, отдавших за нас свои тела и сердца?       С такими мыслями в голове я тихо шёл домой. Это место переполняли многочисленные слова, прекрасные закаты и надежда на лучшие времена. Мне всегда нравилось расположение этой уютнейшей квартирки, ведь только мои окна выходили на живописный парк с неизвестной мне мраморной статуей. Писательское сердце не могло долго сопротивляться, и я окончательно принял решение о покупке после долгих поисков жилья. Да, как вы могли подумать, в этом городе нахожусь не так давно, примерно полгода. Но даже за такое короткое время я успел привыкнуть к новой обстановке.       И, чуть не забыл, меня зовут Фрэнк Айеро, писатель, которому отказывают в публикации его же произведений. Печально звучит, да? Уныние и творческий кризис — мои частые гости, но вдохновение и вера в собственный успех всегда на моей стороне, поэтому, хочу сказать, что сломить упорство в моих венах практически невозможно. Но последние месяцы строчки оставляли желать лучшего, а на прошлой неделе моя новая книга послужила пепельницей для дешёвых сигарет. Нужда в просвещении и неком озарении достигала апогея, но всё безжалостно продолжало ускользать от моего взгляда.       Я всегда имел такую особенность — заходить в далёкие уголки своего разума, но сегодня мне пришлось вынырнуть из пучины своих дум намного раньше. Свинцовые тучи столкнулись между собой, и крупные капли начали покрывать всю одежду. Вот же чёрт! Скажу честно, никогда так быстро не бегал. Вся обувь насквозь промокла, а чёрная куртка пропиталась запахом свежих листьев и сыростью. Вот она — осень! К огромному счастью, рядом находилась знакомая кофейня, где всегда продавали самые вкусные (в Мире) кексы и кофе. Фрэнк Энтони Томас Айеро — главный и самый частый клиент в истории этой забегаловки. — Здравствуй, Джейн! — я пулей влетел в помещение, приветствуя свою хорошую знакомую. — Ох, здравствуй, Фрэнк! Тебе как обычно? Кофе со сливками? — она мило и искренне улыбнулась, даже не удивляясь моему неожиданному визиту.       Её зовут Джейн Трейси или просто Джей-Джей, она моя подруга и дочь владельца этой небольшой, но уютной кофейни. Двадцатилетняя девушка с искренней улыбкой и большими чёрными глазами рано потеряла мать и брата в автомобильной аварии, но её поразительная жизнестойкость всегда восхищала меня. Прыткая, неугомонная и настоящая болтунья. Её хотелось слушать постоянно. — Да, буду рад! — ответил я, быстро присаживаясь за деревяный столик, покрытый салфетками, под которыми красовалось небольшое, но родное пятно (которое, к слову, было поставлено горячей кружкой моккачино).       Через несколько минут Джейн принесла кофе.