Сомнительное зелье

      Яркие лучи солнца пробивались через мокрое стекло, на котором еще оставались небольшие капли. По всей видимости, ночью был дождь. Именно под дождь Англия всегда спал лучше всего. Бывали случаи, когда мелкие дожди у него дома за довольно краткое время становились ливнями, сопровождающимися частыми грозами. Тогда он спал не один, а с юным Америкой, который был тем еще трусишкой.       В этот раз Англия снова проснулся один, хотя до сих пор находился под одной крышей с американцем. Но дичайшие симптомы похмелья заставили совершенно забыть о произошедшей ситуации. Англия даже не понимал, где находился, когда открыл глаза. Единственное, что его волновало, — местоположение ближайшего туалета. Из-за сильной головной боли Англия встал с большим трудом. Координация была намного лучше, чем вчерашним вечером, однако до сих пор были пошатывания. Во рту было сухо, как в пустыне Сахара. А сопровождался этот букет неслабой тошнотой. Видимо, англичанин употребил слишком много несовместимого. «Зомби» — одно слово, которым можно было бы охарактеризовать Англию на весь остаток дня. Ну, или до тех пор, пока он не начнет похмеляться. Бывает так, что достаточно лишь осмотреть внешний вид человека и уже хочется ему дать денег из жалости. Сейчас Англия представлял из себя именно такого человека. «Овощной» походкой бедолага безвольно отправился из комнаты на поиски туалета, делая все на автомате.       Когда Англия все же благополучно добрался до туалета и сделал свои дела, он решил, как обычно, помыть руки. Блондин подошел к раковине и включил прохладную воду, ополаскивая лицо. — Ох, Б-боже, — нервно ухватился за сердце Англия, когда глянул в зеркало. Сперва ему показалось, что напротив него стоит бездомный бродяга, неким образом пробравшийся в дом. Затем он осознал, что это его собственное отражение. Зеленоглазый приблизился к отражению и оттянул вниз веко, осматривая лицо. Парень мог поспорить, что на огромных мешках под его глазами лежат черные круги. Просто они настолько черные, что поглощают свет не отражая, поэтому их почти не видно. Лицо было помятым, волосы чересчур лохматые. Но после осмотра лица глаза метнулись вниз, чтобы отметить главное. На шее красовался ряд из темных засосов. И в этот момент блондина осенило. Он понял, где находится, и, самое главное, что вчера произошло.       Буквально пулей разъяренный зверь выбежал из ванной и рванул на кухню, где как раз сидел Америка. По пути на кухню в голове Англии был букет эмоций, который пополнялся новыми доводами к осуждению Америки. Но когда англичанин прибежал на кухню и увидел американца, который уже сидел за столом и поджидал его, все аргументы в миг исчезли из головы. В этот момент Англия вспомнил и то, почему вообще решил встретиться с Америкой и не сопротивлялся, когда все зашло далеко. На белой скатерти стола было две тарелки с омлетом, который, как видно, Америка приготовил на скорую руку. Рядом стояли стаканы и графин с соком. — Ты же не против сока? Если что, я могу сходить в ближайший магазин за минералкой, — нехарактерно для себя Америка говорил заботливой и обеспокоенной интонацией. Англия стоял на пороге кухни раскрыв рот. Из его уст доносились какие-то тихие, сдавленные звуки, которые были готовы стать полноценными словами. Но англичанин прерывался: не знал, что сказать. — А-америка… Голубоглазый посмотрел вопросительно. Его очки были сняты и аккуратно лежали на столе. Выражение лица было спокойным и безмятежным. — Ты будешь завтракать или нет? — Й-я… Я…С-слушай, на самом деле я не помню, что вчера было и как я тут оказался, так что… На лице Англии была косая недоулыбка, а рука небрежно чесала затылок. Все это явно показывало, что англичанин лишь ищет оправдания. Ощущалась неловкость. — Тебе напомнить? — Н-не стоит! — Тогда, может, наденешь что-нибудь?       Америка ярко заулыбался, но Англия сперва не понял, что к чему. Затем зеленоглазый опустил взгляд вниз и увидел, что стоит совершенно голый. — КИЯ-А-А-А-А-А-А!!! Раскрасневшийся Англия закричал во весь голос и удрал из кухни, прикрывая рукой блестящий зад, который при побеге напоминал дергающееся желе. От этого зрелища Америка громко расхохотался. А вот Англии было не до шуток. — Глумливый недоумок! — ругался по пути в спальню Англия, прекрасно зная, что его никто не слышит. Когда блондин прибежал на место пробуждения, он быстро подбежал к углу с кипой лежащей одежды и не глядя натянул на себя первое попавшееся. «Ноги моей больше здесь не будет!» Когда Англия нашел трусы, носки, прочее и наконец надел это, в комнату ворвался Америка, который, как было слышно, совсем недавно прекратил смех. — Англия, подожди. — Дай мне пройти. — Нет. Я хочу поговорить с тобой. — Америка, нам не о чем разговаривать. Я хочу уйти. Англия пытался пройти к двери, но не мог. Америка его опередил и закрыл собою дверной проем, не позволяя старшему покинуть комнату. — Нам нужно обсудить вчерашнее. Просто дай мне высказаться! — Нет! — яро крикнул англичанин и схватил американца за воротник новой футболки, — я не собираюсь с тобой ничего обсуждать! Ты должен забыть о том, что вчера произошло, ясно?! — Ты говорил, что передумал насчет чего-то, — американцу так же пришлось повысить голос, чтобы его услышали, — о чем ты говорил? Англия ослабил хватку и скрыл взгляд. — Я ничего не помню. — Не ври. Я знаю, когда ты врешь. — Я не помню, что говорил вчера! Довольно вопросов. Просто дай мне наконец уйти! — У тебя были на меня какие-то планы? — словно не слыша продолжал младший, стоя как каменная гора, когда Англия пытался его сдвинуть силой. — Я правда не понимаю, о чем ты говоришь. Все случилось спонтанно. — О каком зелье ты говорил? — Я нес бред и ничего не помню, — твердо стоял на своем Англия, все равно выдавая уловимую неуверенность в голосе. Внезапно Америка сдвинулся с места и схватил Англию за плечи, толкая вперед вместе с собой. Это заставило обоих повалиться на кровать. — Может, тебе все же напомнить? Тон Америки был грозный, но с некой издевательской ноткой. Хотя для него самого это казалось не более чем ребячеством. — Америка, отпусти! — А ты меня заставишь сделать это? В конце концов, ты мне не брат, поэтому не можешь указывать, что делать. Ведь так?       Англия не знал, куда деться. Сейчас ему казалось, что он расплачется, как слабая девчонка. Но это было не из-за страха перед тем, что Америка может сделать. Нет, Англия совершенно не боялся происходящего. Его наполняло чувство стыда и отчаяния. Последнее из-за того, что прямо сейчас затрагивают его больную тему, а вырваться он не может. Да и вообще, чувствовать себя беззащитным и слабым никому не понравится. — Я больше никогда тебя не потревожу, Америка. Просто позволь мне уйти. Мне правда не хочется говорить об этом. — Англия, пойми, я сейчас делаю это не потому, что злюсь на тебя, — сказал Америка, после чего Англия немного успокоился, — а потому, что… Вчерашний случай заставил меня поменять взгляды и мнение о тебе. Я попросту и сам не понял, как это произошло. Обстановка казалась тяжелой, полной тонны недопонимания и ухода от правды. Помолчав минуту Америка продолжил, придерживая руки лежащего Англии над его головой. — Вчера ты спрашивал меня о том, как я к тебе отношусь. Ты сможешь ответить мне, если я спрошу о том же? — Пожалуйста, отпусти…       Внутри Америки что-то сжалось, но поддаваться этому парень не желал, хотя и давить на Англию тоже совсем не хотелось. — Ответишь на вопрос — отпущу. — А если не отвечу? — А тебе есть что скрывать? — Почему ты так хочешь узнать это? Америка замолчал. А ведь и правда, почему он так упорно рвется узнать об этом? Самому себе не получалось сформулировать произошедшее, а тут еще и перед Англией объясняться, когда объясняться должен как раз таки он. Или не должен? Кратко вздохнув, но погрустнев видом, Америка медленно отпустил Англию и отошел. — Думаю, это не важно… Прости меня, ладно? Такое больше не повторится, обещаю.       К резким сменам настроения лично у Америки Англия не привык. Такого почти никогда не было. Но Америка один из тех личностей, которые всегда идут до конца и добиваются своего любым путем. Разве что янки мог осознать, что ему не столь важно знать мнение о себе. Но мрачное выражение лица говорило о другом. В этот раз американец по каким-то причинам не пошел на поводу у своих желаний. Англия молча смотрел на него большими, распахнутыми глазами, но опущенными бровями. После этого блондин медленно встал и вышел из комнаты, оглядываясь назад. В коридоре зеленоглазый снял куртку с вешалки, надел обувь, рассеянно пошлепал по карманам, проверяя, ничего ли не забыл. Движения Англии были полны неуверенности и непонимания. — Тебя проводить? — раздался голос за спиной, от чего Англия дернулся. — Не нужно. — Я могу дать тебе денег на транспорт. — Не стоит, у меня ес… Англия засунул руку в карман и обнаружил… Точнее, ничего не обнаружил. «Дырка. Зашить бы…» Американец гордо протянул крупную купюру. — Держи, отдашь когда сможешь~ — Типичная американская натура, — цокнул Англия и дерзко вырвал из рук купюру.       Уже через пару минут Англия покинул дом, громко хлопнув дверью. Из этого места он спешил удрать как можно скорее. На душе застоялось чувство стыда и смущения. Всю дорогу домой в голове блондина крутились мысли о том, какой он все же идиот. Планы Англии редко принимали благоприятный оборот, но, даже зная это, он не останавливался на простом желании. Сердце сжималось. Британцу казалось, что каждый прохожий устремлял на него осуждающий взгляд, словно читая мысли. Хотелось поскорее добраться до своего дома и спрятаться ото всех, занявшись чем-то расслабляющим вроде вышивания с зажженным на фоне камином, успокаивающим джазом и горячим чаем.       Пройдя через это испытание, Англия наконец добрался до дома. В очередной раз он убедился, что нет ничего лучше, чем собственная уютная обитель, где всегда спокойная атмосфера и нет никаких надоедливых балванов. Зайдя внутрь через порог, хозяин места сделал глубокий, неторопливый вдох, прижавшись к двери. А на выдохе медленно сполз вниз, не веря, что все произошедшее не было сном. Ему хотелось просто сделать вид, что ничего не было. Это самый легкий способ избежания проблем, хоть и наименее эффективный. Собравшись с мыслями парень встал с пола и устало снял обувь. Идя в центр гостиной вслед избавился и от поло, отбросив его на диван. После этого Англия и сам развалился на диване, разглаживая потрепанные волосы и обдумывая, стоит ли ему закодироваться. При мыслях об алкоголе в голове появлялась последовательность из картинок, статичных воспоминаний. И каждая новая картинка содержала самодовольное лицо Америки. Англию жутко раздражал тот факт, что он не мог выкинуть мысли о младшем из головы. Раздражительно прорычав и взъерошив голову, Англию посетила мысль о том, что можно принять теплый душ, чтобы смыть весь стресс и наконец успокоиться. — Так и сделаю… — сам себе сказал англичанин и резко вскочил с места. Когда британец решил избавиться от рубашки, он нащупал на своем теле ткань иного материала. И в какой же ужас он пришел, когда обнаружил, что на нем надета не его рубашка, а футболка Америки с надписью «I’m the hero!». На весь дом раздался возмущенный крик. — Тупица, тупица, тупица, тупица! — безостановочно повторял Англия, пытаясь снять с себя дурацкую футболку. Но из-за торопливости он в ней глупо путался, в конце концов падая на диван. Выходит, американец мог его повалить на диван даже не находясь рядом, а через обычную футболку. Наконец снял. — Во имя королевы… Каким же идиотом надо быть, чтобы напялить чужую одежду и не заметить это вплоть до прихода домой?       Возмущаясь про себя, Англия решил осмотреть футболку, не зная, что дальше делать. Больше всего его взбесило то, что даже в собственном доме Америка не дает ему покоя на расстоянии. Внезапно в голову Англии взбрела идея сделать нечто странное, как он посчитал. Британец нерасторопно поднес снятую вещь к своему лицу и осторожно понюхал. — Пахнет им, — тихо добавил Англия через минуту и мягко распластался на диване, держа футболку у носа и глубоко вдыхая запах. «Что я делаю?», «Зачем я это делаю?», «Почему мне вообще взбрело в голову делать это?», «Это же ненормально». В голове Англии проносились мысли — одна за другой. Но эти тревожные сигналы были «фоновыми» и не заставили англичанина остановиться. Почему-то этот процесс расслаблял его больше, чем вышивание или чаепитие. — Боже, что я делаю. Тупица… — безвольно повторилось вслух, когда Англия неохотно отложил футболку. Блондин закрыл лицо ладонью и почувствовал себя жалким. Через пять минут он все же встал и пошел в душ, чтобы избавиться от подавленности. В ванной комнате парень избавился от одежды и включил горячую воду. Струйки быстро пробегали по бледному телу, согревая каждый участок. Это тепло могло сравниться только с теплом рук… «Нет!» — перебил Англия вновь влезающие дурные мысли, — «Просто не думай об этом. Просто не думай…»       Сейчас хотелось смыть с себя все вчерашнее. Смыть все оставленные прикосновения. Особенно внизу. Англия взял на руку немного геля для душа и намылил пах, плавно переходя к важному органу, который уж точно пострадал вчера больше всего. Сперва рука поглаживала и слегка массировала член, не пропуская единой точки. Но ассоциации просто так не исчезнут, поэтому постепенно ствол начинал твердеть и увеличиваться, заставляя ладонь пластично скользить. Блондин присел, не отрываясь от дела. Постоянные мысли об Америке казались невыносимыми, особенно в этот момент, когда происходит физическая реакция. Теперь это определенно закрепится в сознании, тут уж ничего не поделаешь. «Почему он?.. Почему…» — Черт возьми, как же я его ненавижу, — отчаянно проныл Англия, принося себе наслаждение. Он не хотел принимать факт того, что возбуждение связано с объектом ненависти. Но, как говорится, сердцу не прикажешь (и члену тоже).

***

      На следующий день все происходило относительно спокойно. Ранним утром Англия встал уже не таким разбитым, но все еще достаточно угнетенным для того, чтобы злиться на все живое. Так происходило практически всегда, но лишь до тех пор, пока джентльмен не выпивал крепкий Эрл Грей, который всегда устанавливал душевную гармонию и приносил кусочек счастья в скверную английскую душу. В голове не было ничего, кроме мыслей о работе и нудной сортировке документов. По крайней мере это было намного приятнее, чем вчерашний день. Погода на улице радовала глаз. Точнее, радовало то, что через немытое окно не видно серости и тяжести томных улиц. Выходить никуда не хотелось, так что Англия надел свой мягкий зеленый халат, который задавал его мозгу программу на создание уюта вокруг себя. Наслаждение одиночеством приносило истинное удовольствие.       Непредвиденно зазвонил телефон.Приподнятое настроение моментально упало, что было видно по угрюмому выражению лица. «Какой придурок не спит ранним утром в последний выходной?» Англия взял трубку и, не успев проронить и слово, услышал гиперактивные восклицания противного голоса. — Да не кричи ты так. — Англия! Срочное дело! — Да-да, я верну тебе футболку. Я случайно взял ее. Вышлю по почте, — говорил Англия сдавленно, начиная краснеть. — Я не об этом. Но футболку ты мне должен отдать лично, потому что нам все равно придется встретиться сегодня. — Что? Я не собираюсь никуда сегодня идти. Тем более с тобой. — Но Англия, это очень важно! — Америка, я не хочу тебя видеть, ты поймешь это или нет? Повисло молчание. Обычно на таких моментах Америка старался становиться более серьезным, либо выдавать что-то несуразное. — Либо ты отдашь мне футболку лично, либо я сам приеду к тебе домой и заберу ее. Тебя, между прочим, тоже заберу. — Ч-что?! У Англии задрожали коленки при мысли о том, что Америка приедет к нему в дом. Теперь он не мог не воспринимать это как что-то интимное. Было противно думать об этом. — На самом деле мне срочно нужна твоя помощь, иначе я бы не позвонил. — Какая помощь? Так ты не из-за футболки? О чем ты вообще говоришь, штатник? — Нет времени на объяснения. Либо ты подъезжаешь к вчерашнему ресторану, либо я приезжаю за тобой.       От такого поворота Англия то ли икнул, то ли и вовсе начал заикаться, поэтому ничего не ответил. Нужно было срочно думать над тем, как отмазаться. Как назло в голове царила пустота. — Я… — Никаких возражений. Через час ты должен быть возле входа. Я буду тебя ждать. — Америка, подожди… — И не забудь мою футболку. Надеюсь, ты ее постирал. До встречи! ~ Трубка повешена.       Видимо, выбора не оставалось. Хотелось только спросить, что будет, если просьба прибыть к ресторану не будет выполнена. Но, скорей всего, ничего хорошего. Англия прикрыл рот рукой и задумался, застыв на месте. В последнее время состояние ступора почти не покидало его. Блондин ненавидел менять планы, но работу теперь пришлось отложить.

***

— Да где его носит, — с малой долей терпения начинал возмущаться Англия, опираясь на колонну возле входа. На голове красовался коричневый хомбург — джентльменская шляпа -, строгий костюм и свободный пиджак поверх него. Типичный английский дэнди прошлых веков. Наконец на виду появилась яркая фигура, которая одним видом показывала всем вокруг кто здесь главный. Находясь еще далеко Америка начал активно размахивать руками. Англия посчитал такое привлечение внимания идиотским занятием, но решил из вежливости тоже слабо помахать. Затем, немного прищурившись, Англия заметил еще одну фигуру рядом с Америкой. Это лицо показалось ему знакомым. Когда парни подошли ближе, англичанин сразу же вспомнил этого молодого человека: тот самый Джереми-водитель. Это немного удивило блондина, оставив некое неприятное чувство. — Хэ-хэй, Англия, дружище! Сколько лет, сколько зим! — подбежал Америка и радостно обнял британца. Объятья были такими крепкими, словно если бы Англия собрался упасть, то в таком закрепленном состоянии не сдвинулся бы ни на миллиметр. Затем Америка мягко похлопал по спине. Ненарочно зеленоглазый начал принюхиваться к шее младшего. Он совершенно не контролировал это, потому что сейчас его реакциями обладал некий шок. Америка почувствовал это, но решил, что англичанин испугался, поэтому осторожно отпустил.       Тут же Англия пришел в себя и начал по очереди осматривать пришедших. Он отметил заинтересованный взгляд Джереми и странное поведение Америки. Разумеется, по этому поводу стоило вставить свои пять копеек. — Почему ты себя так ведешь? Мы виделись только вчер… Договорить не удалось, так как Америка поспешно заткнул Англии рот ладонью и, полуобняв, упорно повел внутрь ресторана, громко при этом посмеиваясь. — Ха-ха! Я знаю о твоей простуде, постарайся не разговаривать много~ Это задело Англию, поэтому он нахмурил брови и стал упираться, пытаясь вырваться из хватки. Никакой простуды у него не было, а с виду всего лишь казалось, что американец решил повыпендриваться перед новым другом. — Ты же не хочешь заразить Джереми, так? — уже не так шутливо говорил янки, когда пришлось напрячься, чтобы удержать упрямого англичанина.       В конце концов трое мужчин зашли внутрь, заняв свободный стол с диваном. Переглядываясь, Англия и Джереми повесили пиджаки на вешалку. Развалившемуся на диване Америке это делать не пришлось, но был одет в ярко-синюю толстовку, которая делала цвет его глаз еще более нежным. Наконец все уселись. Джереми и Англия сели рядом, напротив Америки. На удивление, в этот раз даже не он стал инициатором начала беседы. — Можно поинтересоваться? — скромно подал голос знакомый американца. — Джереми, тебе не нужно разрешение. Просто спрашивай! ~ — Почему ты назвал этого…господина, — Джереми неловко метнул взгляд, — Англией? — Ах…ха-ха! Ну, это… Америка потер затылок и взглянул на британца, надеясь на подсказку. Англия демонстративно скрестил руки и ответил презрительным взглядом. — Понимаешь, это кличка. Просто мой друг из Англии, вот я и называю его Англией, — на лице парня была неискренняя, но милая улыбка, — ведь так, Артур? «Это он ко мне обращается?». Англия засуетился и выгнул одну бровь. Америка же смотрел на него так, словно если ему не подыграют, то живыми домой сегодня поедут не три человека, а два. — А, д-да… Во взгляде Джереми было не столько недоверие, сколько непонимание происходящего. — Артур, — любезно представился Англия и протянул руку молодому человеку. — Я Джереми, — сказал парень с ответным рукопожатием, — наверняка Альфред уже рассказывал про меня. Англия с косой улыбкой, но жестким взглядом повернул голову к Америке и осуждающе уставился, услышав имя Альфред. — Кстати говоря, Джереми, — быстро поменял тему голубоглазый, — мы с Артуром встречаемся~ — ЧТО?! — в унисон вскрикнули парни. — Англия… То есть Артур, нам нужно отойти на пару слов. Джереми, не возражаешь? — Я…Нет… — взгляд юноши поник, а голос стал еще более неуверенным. Англия в это время сидел с раскрытым ртом и нервным тиком, но Америка схватил его за рукав и повел к туалету. — Америка, ты что вытворяешь?! Парни зашли в мужской туалет, и Америка неторопливо подталкивал Англию к плитчатой стене, властно смотря в глаза. Это заставило Англию ослабить сопротивление и немного успокоиться. Но лишь с виду. Внутри Англии сейчас зарождалась очередная буря эмоций, которые он был вынужден скрывать. Когда британец прижался к стене, Америка одной рукой уперся о стену ладонью, находясь максимально близко к Англии и не позволяя ему убежать (прим.автора: это называется кабэ-дон). В этот момент блондин почувствовал себя японской школьницей, которую приструнил к стенке какой-либо альфа-самец. — Англия, выслушай меня, — настойчивым тоном начал Америка, делая дистанцию между своим лицом и лицом Англии все меньше. От неловкости Англия пытался лишь отвернуться, но никуда деться он не мог, приходилось терпеть это смущение, — когда мы ехали в машине ты говорил о привязанности, помнишь? — Я совершенно не знаю о ваших отношениях. И поверь, мне совсем не интересно. — Это не важно. Мне нужна твоя помощь. Сейчас по Америке было видно, что шутить он не намеревался. Англия бы чувствовал себя гораздо спокойнее в таком положении, если бы Америка по крайней мере выдавил шутку. Но когда он прижимает его с таким серьезным видом, то скованность — слишком просторное слово для описания ощущений. — Какая помощь? — В общем… Оказалось, что у Джереми есть ко мне чувства. Он признался мне в этом вчера. Но я ничего подобного не испытываю, понимаешь? У Англии появилось легкое сосредоточение после сказанного. Внимательно смотрев на Америку он ждал продолжения, потому что не понимал, что от него сейчас требуют. — Ты должен мне помочь избавиться от Джереми. — В каком смысле избавиться? Ты же не собираешься… — Просто притворись моим парнем. Взгляд мигом переменился на злобный. Британец цокнул и почти зарычал, пытаясь оттолкнуть Америку. — Англия, пути назад уже нет! Я сказал, что мы встречаемся. — Мне плевать на то, как ты собираешься выпутываться. Пакет с твоей футболкой лежит на диване, а я собираюсь домой.       Блондин прогнулся под опиравшейся рукой и выскочил из «ловушки», гордо поправляя рубашку и направляясь к выходу. Но не тут-то было. Америка отчаянно схватил британца за руку, надавливая на предплечье. — Ты должен мне помочь! Вспомни, сколько раз я вытаскивал твой английский зад из разных ситуаций. Это снова разозлило Англию, из-за чего он издал возмущенный звук, который скорей напоминал рычание котенка. — Во-первых, я ничего тебе не должен. И всю жизнь я полагался сам на себя, поэтому твоя помощь скорее была бесполезной тратой времени. Во-вторых, Америка, повзрослей наконец. Научись сам разбираться со своими проблемами. Может, хоть тогда от тебя будет толк. Вырвав руку Англия вновь попытался уйти, но голос Америки остановил его у самой двери. — Ты прав… — Что? — Англия обернулся и увидел, что на лице американца появилась давящая тень, а голова была опущена вниз. — Ты прав. Я действительно должен повзрослеть. У тебя больше опыта, поэтому я прошу тебя помочь мне. — В этом случае тебе не пригодится мой опыт. — Англия, пожалуйста, подыграй мне, — голова быстро поднялась, а брови жалобно изогнулись. Теперь в голосе не ощущалось твердости и напора. Теперь уж настало великое время компромиссов. Для британца же это казалось странным и неестественным, словно у Америки закончились идеи по убеждению и он опустился до такого банального хода. Англия потер подбородок, оценивая ситуацию, но мнение не поменял. Ничего не сказав он развернулся и пошел обратно к столу, оставив Америку в туалете.

***

— Мне ненадолго пришлось оставить его одного в темноте, после чего он описался. Но при этом меня поражало то, что он не боялся диких животных. — Надо же! Я и не знал, что вы друзья с детства. Вы действительно очень близки… — Да. Америка был… Хорошим братом. — Америка? Братом? Англия опомнился и ударил себя по голове. — А, н-ничего! Это я о своем думал. — Альфред говорил, что ты старше его на 4 года. — Не знаю, наверное. Скорей всего так и было бы. — Честно говоря, вы немного странные. — Есть такое.       Англия сидел в позе босса, пока Америки не было рядом. Он с наслаждением распивал чай, рассказывая Джереми о детстве Америки. Разумеется, парень думал, что в то время Англия и сам был ребенком, поэтому удивлялся, почему Англия так хорошо помнит все подробности. — Артур, а о чем вы с Альфредом говорили? — Да так, о пустяках. — Тогда почему он уже 20 минут не выходит из уборной? — спросил Джереми, глядя на запястье с часами. — Не знаю. Да и мне все равно, если честно.       Джереми оперся локтем о стол, придерживая голову, и начал всматриваться в Англию, словно выискивая в нем всевозможные изъяны. От такого взгляда англичанину становилось не по себе. — Тебе нравится Альфред? От этого вопроса Англия поперхнулся чаем, но откашлялся и с невозмутимым лицом взглянул на собеседника. — Почему ты спрашиваешь? — Я видел…с каким лицом Альфред рассказывал о тебе. Ты ему действительно нравишься. Однако за сегодняшний день я не заметил ничего подобного у тебя. Знаешь, это очень больно, когда чувства невзаимны. — Думаешь, я не знаю? — с горечью сказал Англия, словно бросая некий вызов. — Тогда скажи, какие у вас отношения? Что ты испытываешь к нему? — Что я испытываю?.. Англия опустил голову. Небрежная челка закрывала взгляд, оставляя впечатление о видности противоречивых чувств. — О чем болтаете? — раздался спасительный голос из-за спины. Америка наконец соизволил явиться. — Ты где был так долго? — Разговаривал по телефону с одним близким другом. — Еще одним «близким», — неподоброму съязвил Англия. Выражение лица ставило под сомнения близость между парнями. — Альфред, может быть, нам стоит еще как-нибудь встретиться? — с улыбкой засиял Джереми, видя, что Англия не выражает никаких чувств. Америка внезапно наклонился, схватил британца за челюсть и впился в губы, крепко удерживая голову. Сердце Джереми пронзила боль, а в горле образовался ком от обиды. Грустным взглядом он смотрел на покрытого потом, отчаянно вырывающегося Англию и Америку, которого, как казалось со стороны, только больше задорили эти попытки разорвать страстный поцелуй. — Мне стоило поверить тебе на слово, Альфред. Прости, что был таким упертым бараном, — проошептал парень в сторону американца, но его уже никто не слышал. Или же Америка делал вид, что не слышал, потому что уж больно выразительно он был поглащен процессом. Вздохнув и потерев нос, Джереми встал с места и покинул ресторан. Теперь это могло значить лишь то, что больше он никогда не потревожит голубоглазого. Америка, между прочим, заметил уход друга. Он искося глянул в сторону уходящего и почувствовал облегчение, одним разом забыв обо всем, что Джереми когда-либо для него делал. Тогда-то парень наконец отпустил Англию, нежно погладив его по щеке, как бы успокаивая и благодаря за проделанное. Англия же смотрел на него все теми же испуганными глазами, которые становились таковыми только в моменты присутствия Америки, но не с кем более. — Америка, какого черта?.. Н-не смей меня трогать, — давил Англия в повышенном тембре, не зная, стоит ли ему вообще сейчас что-то говорить. — Все закончилось, Джереми ушел. Знаешь, между прочим, техника твоих поцелуев стала гораздо лучше! ~ Громкий шлепок по лицу привлек внимание зала и жгучую боль на щеке молодого американца. Люди начали перешептываться, а Америка обидчиво потирал щеку, отстранившись от злого блондина. Англия взял пиджак и быстро накинул его, стараясь как можно скорее покинуть здание. На губах ощущался привкус железа. Кажется, Америка перестарался с жесткостью при поцелуе.       Выйдя на улицу англичанин остановился на крыльце всего на один момент: посмотреть в отражение стекла, насколько красные его щеки и много ли крови на губе. «Неженка» — так бы охарактеризовал его Америка, который уже был как раз подле старшего. Скорости ему было не занимать. — Англия, да подожди ты. — Что еще тебе нужно?! — резко повернулся блондин, закричав так, что младший невольно вжал голову в плечи. — Мне нужно еще кое-что спросить у тебя. Не сердись, я правда отстану после ответа. — Да? Что-то не верится! Почему ты вообще носишься за мной вечно? Что тебе нужно от меня? — А тебе от меня что нужно? — Ничего! — Тогда почему Франция сказал мне обратное? Англия замолк. «Франция? Что ему наплел этот лягушатник? Неужели…» — Это с ним ты так долго разговаривал в уборной? — Да, он выразил волнение обо мне. Мог бы позаимствовать его заботливость. — Чью? Франции? Ха! — недобрая насмешка, — не смеши меня. Я бы ничего не доверил этому засранцу. — А я бы побоялся довериться тебе… Англия выглядел серьезным, но его сердце сейчас колотилось так, словно было готово выскочить. Интуиция не подсказывала, а просто кричала о том, что его уличили во всех делах, а план сейчас раскроется. — Не объяснишь мне, ради какого зелья ты начал все это?