Растяпа

Ахтунг! Могла ненароком что-то напутать или пропустить, так что, если что, пишите все не состыковки в комментарии, буду править. Ну и просто пишите, мне приятно знать ваше мнение. Приятного чтения!) *-* В поезде я не теряла жабу, не знакомилась с Грейнджер и вообще никак не отсвечивала, почти как Лопух. Ехала в общем вагоне у окна и читала справочник Ньюта Саламандера, который мне выдала бабуля на днях. Информация, безусловно, полезная, но в голове укладываться не хотела. Меня опять никто не замечал. Зато я успела рассмотреть старшекурсников, полюбоваться на творимое волшебство и устать от шума-гама. Надо отдать должное бабуле — денежку на сладкое она мне выдала, так что я купила себе тыквенные пирожки (обожаю тыкву) и пару шоколадок. Пробовать что-то более волшебное я побоялась, потому как бабуля меня подобными изысками не баловала. Мало ли как поведет себя мой организм… Туалета тут всего два. Поездка по озеру прошла без эксцессов, так что в замок я попала сухая и почти чистая. Привидения вызвали тихий ужас и шевеление волос в разных местах, разговор Поттера и Малфоя про правильных друзей легкую ностальгическую улыбку. Эх, дорогие мои, я вас четыре года не видела! Кстати, все актеры очень похожи на тех людей, что я имела счастье наблюдать. Под шляпу я садилась затаив дыхание. Что же скажет почтеннейшая? «Так, так…» раздалось в голове. «Долгопупс. Помню, помню… Нет, милый мой, на Пуффендуй нельзя, ты для него ленив уж больно и совсем не дружелюбен, для Когтеврана недостаточно любознателен и усидчив, для Гриффиндора недостаточно храбр, а для Слизерина…» «Только не Слизерин…» — пронеслось в голове. «Не Слизерин?» — проскрипела шляпа. «Почему?» «Ненавижу подземелья. К тому же неужели я настолько хитра и изворотлива, чтобы попасть на факультет змеек?» «Достаточно изворотлив, осторожен и эгоистичен, как я погляжу. Да еще и чистокровен, к тому же. Прости, выбор, как и время, ограничен». — Слизерин, — выкрикнула она в зал. Тру ля-ля, теперь остается ждать кричалку от бабули. И кто сказал, что шляпа к мнению прислушивается? Вот подстава! Как ни странно, мне достаточно громко аплодировали с «зеленого» стола, однако я удостоилась осуждающего взгляда Макгонагалл и закатывания глаз от Снейпа. Профессора, что я вам сделала? — Ну что, Долгопупс, — обратился ко мне Малфой, — боишься? — Чего и почему я должен бояться, по твоему мнению? — спокойно спросила я, стараясь выглядеть скептически. — Ты на факультете Пожирателей, — шепнул он. — Сомневаюсь, что ОН настолько глуп, чтобы метить сопливых детей, — так же тихо прошипела я. Ну вот, похоже, издевательств со стороны белобрысого мне не избежать. А жаль, хотелось бы подружиться, у него батя вроде крученый, может, выйду через него на новый рынок. Драко ничего не ответил. Директор сказал приветственную «речь» и устроил пир горой. Я внимательно наблюдала за своим столом и не заметила, чтобы кто-то ел чересчур изысканно или использовал стопятьсот вилок\ложек\ножей. Каждый ел так, как ему удобно, тот же Драко ковырялся вилкой в пюре, которое Гойл отправлял себе в рот увесистыми ложками. Гринграсс нарезала мясо ножом, после чего ела вилкой — не по этикету, но от этого на нее никто косые взгляды не кидал. Старшие товарищи почти от нас не отличались. Так что я выдохнула и преспокойно поужинала в кругу своей новой семьи. *-* Снейп выдал на удивление длинную речь в гостиной Слизерина о едином фронте, после чего отправил нас спать. Спальню пришлось делить с Ноттом и Забини. Эти два маленьких мерзавца пытались говорить по-французски. Пришлось вспомнить университетскую программу и вклиниться в разговор с фразой: «Неужели, я думал, здесь не с кем поговорить на языке Вольтера!». Больше они не выпендривались. В середине стояла печка, от которой исходило приятное тепло, но пол все равно оставался холодным и тапочки, купленные заботливой бабулей, очень пригодились. Они, правда, больше походили на современные угги, мехом наружу, но грели превосходно. Да и холод не пропускали. Мальчишки пытались высмеять мой новый аксессуар, но я выдала им коротенькую лекцию о связи холодного пола и энуреза. Больше на эту тему никто не вякал, скажу даже больше, забегая вперед — на следующий день Блейз вытащил из чемодана точно такие же, только другого цвета, а Нотт получил посылку за обедом. Этим же вечером и он щеголял в таких же тапочках, как у меня. Похоже, я становлюсь эталоном моды дома Слизерин. Как я и ожидала, со стороны Малфоя я подвергалась нападкам. Глупым, детским, но весьма неприятным, как комариный укус в задницу. Он склеивал мне ноги, развязывал шнурки… Короче говоря, я почти все время спотыкалась, падала и выглядела посмешищем, но только когда никто, кроме слизеринцев, нас не видел. Было на факультете такое негласное правило — все разборки только внутри группы, при других — ни-ни! Хорошо, что мы еще не научились трансфигурировать одежду во что-то другое или перекрашивать ее. Думаю, дальше я все время буду ходить с ромашками на голове, вместо волос. — Что, Нев, — протянул Малфой, — никак не научишься шнурки завязывать? — Знаешь, Малфой, ты так внимателен ко мне, что это наводит на определенные мысли, — протянула я чуть задумчиво. — Какие еще мысли? — нахмурился Драко. — Что ты втюрился в меня, — развела я руками. Кое-кто из присутствующих поперхнулся, некоторые заржали. Девчонки дружно ахнули. — Ты совсем рехнулся, Долгопупс? — выплюнул Драко. — Да ты знаешь, кто мой отец? — Знаю, — спокойно отозвалась я, — и не горю желанием становиться его невесткой. После своей фразы я удостоилась нескольких заклинаний и легких проклятий. Наша стычка не успела превратиться в кровавый мордобой лишь потому, что в гостиной появился профессор Снейп. Надо отдать должное Малфою — колдовал он быстро и искусно, отбиваться я не успевала, да и не умела, если честно. Щиты мы еще не проходили, а бабуля меня таким вещам не учила. Так что я не слишком успешно пряталась за диваном и креслами. — Что здесь происходит? — выцедил он. — Он оскорбил меня! — Малфой ткнул пальцем в мою сторону. — Это правда? — спросил у меня профессор. — Смотря что считать оскорблением, профессор, — пожала я плечами. — Я жажду подробностей, — вперился он в меня глазами. — Я предположил, что мистер Малфой питает ко мне нежные чувства, ведь он так сильно обращает на меня внимание, а еще я сказал, что не имею никакого желания становиться невесткой его отца. — В мой кабинет, мистер Долгопупс. Малфой мерзко ухмылялся, профессор был не читаем. Пришлось ползти за Снейпом на разбор полетов. Сейчас меня раскатают тонким слоем по ковру его кабинета, и ничего не докажешь. — Как поживает ваша бабушка, мистер Долгопупс? — спросил Снейп. — Неплохо, насколько я могу судить, — ответила я. — Скажите, мистер Долгопупс, ваша бабушка все еще выращивает редкие магические растения? — спросил Снейп, сложив пальцы «домиком». — Да, профессор, — протянула я. Так, понятно. Мы движемся в нужном русле. — А имеется ли возможность приобрести что-то поистине редкое? — чуть тише спросил он. — Профессор, — начала я немного в другой манере, — я понимаю, что мы оба слизеринцы и должны быть осторожны в разговорах, но давайте говорить прямо и начистоту. Что именно вас интересует и в каких количествах? — Меня интересует таумагатория. Она все еще произрастает в ваших теплицах? — он продолжал немного осторожно. — Да, профессор, — так же осторожно ответила я. Растение это редкое, дорогое и весьма капризное. Запрещенным не является, но выдавать секреты семьи мне не очень-то и хотелось. Однако профессор явно не из праздного любопытства спрашивает. — Есть ли возможность приобрести хотя бы несколько грамм? Мне подойдут даже засушенные части… — тихо спросил он. — Растение чрезвычайно редкое, — покачала я головой. — Насколько я знаю, поставки расписаны на ближайший год… оно безумно дорогое, один грамм… профессор, вы уверены, что вам хватит денег? — Не дерзите мне, Долгопупс! — рыкнул он. — Раз спрашиваю, значит хватит. Перекупщики дерут вдвое… Надеюсь, что ваша бабушка сможет мне помочь? — Пару грамм?.. — переспросила я. Профессор слегка кивнул. Я обреченно вздохнула. — Я напишу бабушке, спрошу, но ничего не могу обещать, профессор, — я развела руками. — Если не удастся выкроить ни грамма, записать вас в очередь на следующий год? — Конечно, — ответил профессор и поднялся. — Пойдемте, я провожу вас… *-* Ответ от бабули я получила на следующий день за обедом. Письмо свалилось ко мне в тарелку, обрызгав рядом сидящих густым соусом. За нашим столом никто писем не читал, все предпочитали это делать в своей спальне или на крайний случай в укромном месте, накинув чары отвлечения внимания. Я пока не умела отводить чужие взгляды, так что придется терпеть до спальни. Я посмотрела на профессора Снейпа, он многозначительно приподнял бровь. Я так же многозначительно моргнула и убрала письмо во внутренний карман мантии — его мне бабуля пришила. Августа немного повозмущалась о том, что я не написала ей раньше. Была возмущена тем, что я поступила на Слизерин, а не на Гриффиндор, как мои родители, но высказала мнение о том, что раз уж попал на такой факультет, то мы с ней точно выживем. Занятная эта Августа. Ближе к середине письма она перешла к делу. *-* Вечером на меня напал Малфой. Он запустил в меня жалящим, прямо в самое мягкое место на теле. Как будто жопой в крапиву села, честное слово! Он и его дружки ржали, як кони, остальные сделали вид, что ничего не видели. Ну-ну. — Что, Малфой, продолжаешь свои «ухаживания»? — усмехнулась я, потирая зад. — Заткнись, Долгопупс! — рявкнул он и слегка покрылся розовыми пятнышками. — Я просто хочу понять, что между нами, — развела я руками. — Мне уже готовить свадебное платье? Или его наденешь ты, а мне достанется смокинг? Короче, мы подрались. Прям по-маггловски. Он разбил мне губу, я ему бровь, но только не кулаком, а пару раз приложила его лицом о каменный пол. Валялись мы недолго, по крайней мере, больше покалечить друг друга не успели — налетел Снейп, растащил. Драко был отправлен в Больничное крыло, а я пошла к Снейпу. Снова. — Долгопупс, я все понимаю, но зачем же так жестоко? Головой об пол! Он же каменный! — усаживаясь за стол, спросил профессор. Мне показалось, или в его голос закралась нотка веселья? — Понимаете, профессор, — начала оправдываться я, спрятав глазки в пол, как приличная девочка, — мне не слишком хорошо дается волшебство… — А кулаки значит увесистые, да? — перебил он меня. — Не слишком, — пожала я плечами. — Зато я тяжелее многих первокурсников, в том числе Драко. Так что давлю массой, так сказать. — Поосторожнее с Малфоем, — предостерег Снейп. — Его отец возглавляет попечительский совет школы. У вас могут быть проблемы. — Я учту, — ответила я. Нет, ну, а что прикажете делать? Я понимаю, что у меня могут быть проблемы, но пусть он Драко скажет, чтоб не задирался. Озвучила эту мысль. — Вы правда думаете, что я могу что-то ему запретить? — выгнул бровь профессор. Дело ясное, что дело мутное. А чего это он тут передо мной распаляется, секреты выдает? Видимо, почуял выгодного посредника. Еще бы, я за пересылку писем денег не беру, процент от сделки не требую, а ингредиенты будут самые лучшие на черном рынке, да еще и из первых рук. Можно и раскрыть пару общеизвестных тайн перед глупым ребенком. Я передала на словах, что бабуля будет ждать его в Кабаньей голове в воскресенье в полдень. Назвала сумму. Профессор кивнул, поблагодарил и выпроводил вон. Даже губу не залечил, скотина. Пришлось шуровать к Помфри. Похоже, нужно подналечь на лечебные заклятия, а то чувствую, к концу года я побью все рекорды школы по попаданию к медиковедьме. Драко лежал на койке и наигранно стонал, держась за голову. Рядом отирались Панси, Крэб и Гойл. Помфри осмотрела меня, намазала губу противной жирной мазью и дала какое-то зелье. Сказала, чтобы я полежал пару часов на кровати. Я согласно кивнула. Когда дверь в кабинет медиковедьмы закрылась, я пулей вылетела из палаты и помчалась в подземелья. Еще чего, с этим слизнем в одной палате лежать! Да он опять будет швырять в меня заклинаниями! *-* На первом уроке полетов я отличилась, все прям по канону. Только вот напоминалку теперь прятал не Малфой, а Поттер. Вот же гриффиндорская сволочь! Ему и место дали в команде за тот полет. Я сама не видела, но мне рассказывали. Я-то в Больничном крыле пила костерост. Мерзость! На Хеллоуин Поттер завалил тролля. Еще пару дней в той части замка пованивало, так что я туда не ходила. Все-таки странный этот Поттер. Я несколько раз пыталась с ним подружиться, но все время удостаивалась ответа, что он со змеей дружить не намерен. А ничего что ты змееуст, салага? Ну и фиг с ним. Они вообще все такие загадочные ходили, что аж зубы сводило. Небось уже ищут инфу по Фламелю. Так, на Рождество будет поход в запретную секцию, и потом информация обнаружится в книжке для легкого чтения. Надо бы ее прибрать, а то достали они меня. В зеркале Желание (читать задом наперед) я увидела себя девушкой. Собой. Даже прослезилась, оказывается, я была довольно красивая, особенно если сравнить со здешними чопорными ледями! Жаль, что единственной выдающейся частью сейчас является мой живот. Больше я в тот кабинет не ходила, а то насмотрюсь и спать не смогу. Интересно, а волшебники практикуют операции по смене пола? *-* Зелья не давались. Котлы нещадно плавились и взрывались, пугая однокурсников и вызывая нервный тик у профессора Снейпа. — Долгопупс, — профессор устало потер переносицу. — Объясните мне, как можно испортить зелье, которое состоит из трех простых ингредиентов? Как это вообще можно взорвать?! — Наверное, у меня талант, сэр, — пожала я плечами. — Как у Финнигана… — Этого еще не хватало! — тяжело вздохнул он. — Ставьте котел на огонь, будем практиковаться в более спокойной обстановке. Зелье получилось с первого раза. Я даже удивилась. Оказывается, когда над душой стоит профессор и орлиным взором следит за каждым моим движением, во мне просыпается скрытый талант зельевара. Варево получилось высшей пробы, так что мы его разлили по пузырькам и отправили с эльфом в больничное крыло. Снейп все время как-то задумчиво на меня поглядывал и в итоге огорошил предложением бесплатных индивидуальных занятий для каждого зелья, которое у меня не получится на уроке. Пришлось согласиться. С постоянными клиентами нужно поддерживать дружеские отношения, знаете ли. В итоге я появлялась у него по четыре раза в неделю, а Больничное крыло пополнило свои запасы простыми зельями на год вперед. В конечном счете я совсем перестала варить что-либо на уроке, ограничиваясь раздачей материала, сбором эссе и пробников с зельями. Снейп обнаружил во мне грамотность, несвойственную одиннадцатилетним волшебникам и нагрузил проверкой домашних заданий, которые я проверяла прямо на уроке или в свободное время. Нашел бесплатную раб силу! Мало того, что я варю вместо него в лазарет, так еще и домашку первокурсников проверяю и заменяю помощника. Вот же скользкий гад! Да и я тоже хороша… Грейнджер как-то недобро на меня насупилась. Конечно, она же типа лучшая, а ей доверяют только котлы да столы драить, ну и слизь флобер червей добывать. Мне ее тоже приходится собирать иногда, если нужна прям свежая. А так это удел неудачников, вроде гриффиндорцев, как выразился Снейп. Он оказался неплохим мужиком. Научил меня ставить щит, хоть и простой, но все же. А еще я иногда подкидываю ему гостинцы от Хагрида. Лесник Снейпа недолюбливает, так что ему самому приходится в лес выбираться, а там ой как не безопасно! За пару волосков единорога он меня чуть не расцеловал. А что будет, когда я ему крови притараню… Хагрид рассказал мне о том, что кто-то повадился убивать единорожиков, а я, как его друг, напросилась на следующую вылазку в Запретный лес, чтобы этих зверюг посмотреть. Такой вечер настал довольно скоро, так что еще до отбоя я смогла лицезреть маленьких жеребят золотистого цвета и совсем белых самочек. Правда потом Клык вывел нас на мертвое тело самца и пока Хагрид искал следы, я успела набрать почти литр уже остывшей крови при помощи большой спринцовки. Снейп был счастлив. Моя бабуля, которой я отослала большую часть добычи, прислала кучу разных сладостей и большую бутылку вина для Хагрида. Сладостями я поделилась с завхозом, особенно ему нравились перечные чертики. С бабулей его познакомить, что ли?.. Ну, а что, он мужик неплохой, работящий. К тому же чтобы за растениями ухаживать, не нужно палочкой махать. Будет моей Августе компания, а волшебства у нее и на двоих хватит. На следующее чаепитие я приволокла фотоальбом и начала расписывать свою бабушку самыми яркими красками. Заливалась соловьем. Филч заинтересовался. Дедушка… дедуля Аргус. Звучит! *-* Больше полугода прошло, а друзей у меня не было, так одни приятели. Зато какие! Один Снейп чего стоит. За мои развязанные шнурки и разжигание межфакультетской вражды Уизли лишил свой дом двадцати баллов. Ну и котлы пришлось драить на пару с заучкой-Грейнджер. С той стороны экрана они казались такими правильными, зато когда я оказалась внутри, да еще и на противоборствующей стороне… короче, они бесили, а Дамблдор потакал своему факультету, отчего Снейп чуть ли не дымился. Да и все слизеринцы вместе с ним. Мне было глубоко фиолетово на баллы и несправедливость, но даже меня иногда поражало то, сколько им с рук сходит. Я не лишала свой факультет баллов по одной простой причине — нужные знакомства. Филч никогда не сдавал меня профессорам, потому что мы с ним скорешились, почти сроднились. Он показал мне пару коротких путей, а я смогла наложить на его ведро чары облегчения веса. Жаль, что действовали они не долго, приходилось подновлять раз в два дня. Зато сама! По книжке! Как Грейнджер. С Маккошкой удалось установить прохладно-нейтральные отношения. Я исправно приходила к профессорше и спрашивала, передать ли в письме что-нибудь бабуле Августе, а потом пересказывала ответ. С остальными преподами проблем не было — меня просто не замечали. Хотя мадам Стебель во мне души не чаяла и доверяла проверять, как справляются другие. Иногда я даже просто так к ней в теплицы захаживала и помогала. *-* Фикрайтеры все время дают своим персонажам маленькие рюкзачки и чемоданчики с чарами облегчения веса и поражаются тому, зачем волшебники таскают с собой такие громоздкие чемоданища?! Ответ довольно прост — в факультетских спальнях в принципе некуда вешать одежду, так что сундуки заменяют собой шкаф, иногда письменный стол. В нем отлично помещаются мантии и прочая одежда и утварь, а еще он чудесно хранится прямо под кроватью. Многофункциональность и экономия пространства. *-* Волшебство давалось с боем. Я брала его нахрапом и частенько отгребала в ответ. У меня, как и у Финнигана, все взрывалось. Нас даже окрестили братьями Фейерверкусами. Я добродушно посмеивалась, Симус краснел от стыда и злости. Мне вообще было плевать на то, какого цвета на человеке галстук, старалась общаться со всеми. Гриффиндорцы упирались, но Парвати приходилось со мной общаться, потому что я дружила с ее сестрой. Падма здорово объясняла заклинания. Уроки я предпочитала учить с когтевранцами. Не потому что можно было тупо списать, нет… Они удивительно быстро находили нужную информацию, и быстро вникали в суть вопроса, после чего за две минуты разжевывали мне то, что я не могла усвоить уже несколько уроков подряд. А еще они восхищались моим «взрослым» почерком и скоростью письма. Естественно, у меня этого опыта завались! Дело сдвинулось с мертвой точки. Конечно, до лучшего ученика мне еще далеко, но на горизонте появилась надежда на то, что за глаза меня перестанут называть растяпой. *-* Кубок школы взял Гриффиндор. Вся школа недоумевала, за что эти сопляки удостоились по шестьдесят баллов каждый, но я знала. Знала о том, что Пушок охранял камень, о том, что Лорд чуть не умыкнул его. Философский камень, не Пушка. И знала о том, что наш герой грохнул профессора Квирела. Убийство по неосторожности? Может быть, может быть… Я не участвовала в этом фарсе, а расстроенным однокурсникам сказала, что это просто нужно пережить. А еще предрекла, что раз уж знаменитость занесло на другой факультет, то на протяжении семи лет он будет греметь на всю маг Британию. — Это же Гарри Поттер, — сказала я. — Наш защитник и путеводная звезда. Разве может он быть хуже обычного школьника? Нет… Он обязан быть безупречным, и вот что я хочу сказать, чтобы не прослыть врагами, мы должны стать его друзьями, ну или хотя бы не настраивать его против себя. Мы же слизеринцы. Мы не должны высказывать свою неприязнь открыто и во всеуслышание. Держи друзей близко, а врагов еще ближе! — изрекла я многовековую мудрость. Не знаю, сколько ей веков… А может это еще даже не написали. Я вообще в школе не очень хорошо училась, хоть и тупой меня назвать сложно, просто тот объем хлама никак не хотел укладываться в моей голове, и после очередного ответа у доски выученные уроки стирались из памяти. Старшие товарищи странно на меня поглядывали, а я тем временем встала со своего места и направилась к Поттеру. Гриффиндорцы насупились, когда я подошла близко, но молчали. — Гарри, Гермиона, Рон… — поприветствовала я каждого из них. — Не знаю за что конкретно вам троим начислили баллы, но не сомневаюсь, что директор поступил правильно. Поздравляю. Думаю, что раздача баллов — это слишком маленькая цена за сохранение мира, но надеюсь, что вам и еще что-то перепадет. Еще слишком рано загадывать, но я хотел бы пригласить вас троих на празднование моего дня рождения. Завтра моя бабушка пришлет приглашение и портключ, время отправления будет указано. Дарить что-то необязательно, а если соберетесь все же что-то преподнести, то не надо тратить много денег, мне будет приятно, если это будет что-то самодельное. Люблю такие вещи — в них есть душа. Ну, так что, вы согласны? — я мило улыбнулась. Я вообще очень мило улыбаюсь и имею при этом очень дружелюбный вид, хоть и слегка придурковатый. — Но, ты же слизеринец, — округлил глаза Рон. — Я, прежде всего, человек, — я возвела палец к потолку. — К тому же почти все мои предки заканчивали Гриффиндор, а мои мама и папа работали вместе с родителями Гарри и дружили с твоими, Рон. У меня есть колдографии… — я разыграла главный козырь. Поттер купился — это было видно по взгляду. — Мы можем немного посовещаться? — спросила Гермиона. — О, конечно! — улыбнулась я. — Давайте так, я буду ждать вас на выходе из зала. После этого друзья свесились над тарелкой Гарри, чтобы все обсудить, а я направилась к своему столу. — Какого черта? — нахмурился Драко. — Я просто стараюсь быть дружелюбным, — пожала я плечами. — Ах да, пока не забыл. У меня летом день рождения, так что вы все приглашены, — я невежливо ткнула пальцем в каждого первокурсника. — Если будете что-то дарить, то умоляю, не надо покупать всякую ерунду, типа вредноскопов, лучше уж что-то полезное, типа стопки пергамента или пузырька чернил. Не обещаю пир горой, так как в семье с финансами не слишком хорошо, но мороженое, торт и чай будут точно. *-* За полгода бабуля накопила почти пятьдесят галлеонов, которые я рассчитывала потратить на свой день рождения. У нас был небольшой садик, где вполне могут вместиться все мои однокурсники и мистер Филч. Его я тоже пригласила. Хагрид вежливо отказался, но пообещал прислать подарок, от которого я приду в восторг. Надеюсь, не свои каменные печенья. Хотя их можно будет покрыть лаком и использовать как пресс-папье. В доме было чисто, но бабуля развела бурную деятельность в честь двенадцатилетия своего любимого внучка. По этому случаю были наняты еще несколько домовиков, которые под руководством Лопуха вылизали дом чуть ли не до зеркального блеска. Пятидесяти галлеонов хватило на вполне приличный стол. Торт бабуля без зазрения совести призвала из магловской кондитерской. Если быть до конца откровенным, то почти все было ворованным. Лишь мороженое от Фортескью и молочные коктейли от него же были куплены. Короче, мы почти не потратились. Ребята пришли все. Дарили всякую всячину, типа перьев, тетрадей, словарей. Кто-то дарил рубашки, Джастин подарил набор смешных разноцветных носков. Малфой как всегда отличился и подарил платиновые запонки с гербом Долгопупсов. Я похвалила его за отменный вкус, отчего он расплылся в счастливой улыбке, а уж когда я сняла с рубашки свои обычные серебряные и надела подаренные… Как павлин раздулся, не иначе. Короче, лимонад лился рекой, и было достаточно весело. В какой-то момент я предложила наплевать на приличия и искупаться в фонтане. Идею поддержали гриффиндорцы и часть пуффендуйцев. Остальных затаскивали силой. Ближе к вечеру все засобирались домой, а я предложила Поттеру остаться и отметить его день рождения у нас. — Рон с Гермионой тоже могут остаться, — предложила я. Мы обсуждали эту идею с бабушкой. Впервые я видела, как Августа плакала, вспоминая давно минувшие дни. Мы отобрали все снимки, где были изображены его родители, скопировали и поместили в альбом. Завтра подарим. — Но, мы же гриффиндорцы, — сказал Поттер. Ну что за ребенок?! Что за деление по сортам? Мы же не химические элементы, которые опасно хранить рядом. Даст Бог не взорвемся. — Вы дети, как и я. И учимся мы в одной школе по одинаковой программе. Разные факультеты говорят лишь о том, что у нас разные характеры, но это не значит, что мы не можем дружить. Так? — Так, — согласился он. Его день рождения прошел не так весело, в более тесном кругу. К нам присоединилась лишь Молли Уизли. Альбому Поттер обрадовался, но потом я увидела слезы в глазах. Бедный мальчик. — Не переживай так, — похлопала я его по плечу. — Я и не переживаю, просто грустно. — Понимаю, — кивнула я. — Знаешь, мои родители живы, но лучше бы они умерли. — Что ты такое говоришь! — испуганно зашептал Поттер. — Разве можно желать смерти своим родным? — Можно, если они находятся в отделении для неизлечимо больных волшебников с расстройством психики. Они даже говорить не могут. После очередного нервного срыва мне запретили там бывать. А так можно было бы поплакать раз в год на их могиле, зная при этом, что они не мучаются. Бабушка рвет жилы, чтобы проплачивать их содержание, а ночами частенько плачет, когда думает, что я сплю. Мне не легче, чем тебе в этом плане. — Извини, — промямлил Гарри. — За что ты извиняешься, Поттер? — За то, что вообще заговорил об этом, — еще тише сказал он. — Но об этом нужно говорить, — чуть улыбнулась я. — Становится легче. Потом мы снова купались в фонтане, бегали по саду и даже колдовали. Все прошло на удивление хорошо. А следующим утром, сразу после завтрака, все ребята отправились по домам. Теперь мы встретимся только первого сентября в Хогвартс-экспрессе.