Громко.Очень

Ты ищешь на меня ремиксы в толпе Из одинаковых, разными звуками, знаками. Находишь у одной — постель, у другой — тепло; Пытаешься собрать назло всё это в одно. Ты ставишь метки на отобранных эксклюзивах, Но узнавая ближе — ими пополняешь архивы. Мотивы души, менять не спеши; Просто мне всю правду напиши.

— Двойной виски, пожалуйста, — удрученно вздыхаю я, пробегаясь взглядом по барной стойке, замечаю, как кивает бармен и удаляется за чистым стаканом. Как же все надоело. Бесконечные поездки, смена самолетов, автобусов, вновь вагоны, тихий стук колёс, автомобильные пробки, наконец-то на новом месте. Неужели так сложно жить? Почему нельзя остановиться на одном городе, почему надо убегать в сотый раз от проблем, ловя себя на мысли, что это не последнее твоё путешествие? Неужели так трудно быть сильной, самостоятельной? Знаю, что бегаю от самой себя, но уже который раз отказываюсь это принять. Провела рукой по гладкой барной стойке кофейного цвета. Слышишь, Лиза, ты опять попыталась сбежать от себя. А не получилось. Брат встретил меня холодно, когда я появилась на пороге его квартиры с чемоданом пару часов назад. Это тот человек, который никогда не предложит помощи, не спросит, как мои дела, потому что мы не родные, а всего лишь сводные. Отношения всегда были натянутыми. То ли от того, что мы плохо знали друг друга, то ли он просто меня недолюбливал. Его затягивали свои проблемы, о которых он часто вспоминал, но вскользь. Мои визиты для него были сущим адом. Я старалась расспросить некогда, вроде родного, а вроде и нет человека, стараясь без спроса не лезть в чужие дела… Родная-чужая душа — потёмки. Мой телефон настойчиво вибрировал в кармане, взывая ответить неугомонному абоненту. Это был мой отец. Он трезвонил и без умолку говорил о том, что сможет помочь. Да как тут поможешь? Ведь только сегодня я узнала о том, что у брата серьезные проблемы с долгами. Он пытался заработать деньги на ставках, потерял больше, чем было у него в кармане. Страшное дело, когда ты должен всем вокруг, хорошо, что не ударился в пьянство по этому поводу… Видимо, это я, решив принять на себя все проблемы, не решаясь, выпила полстакана виски. Сегодня странный день. Брат раскрыл, зачем он сюда приехал, зачем принял предложение некогда второго тренера команды «Витязь» помочь выйти команде в плей-офф ВХЛ. Он никогда не говорил со мной на эти темы. По всей видимости — накипело. Я сидела, потупив глаза, размышляя о том, как справиться с дерьмом, которое теперь навалилось на мою семью. Никогда не считала своего сводного родственника кем-то чужим, но то, что он натворил столько дел, вводило в панику. Сумма приличная, едва ли мы сможем ее в срок отдать тому амбалу, с котором он затеял спор. Часы на стене спорт-бара показывали без двух одиннадцать. Тикали назойливо, будто по голове, которая трещала по швам, от назойливых страшных мыслей, давали огромным молотком. — Время скоро выйдет, Лиз, — хватаясь за голову, пробормотал брат, стараясь скрыть отчаяние. — Спокойно, Влад, — пытаясь подбодрить, твердила я, — заработаем и отдадим, не волнуйся. Не зря ноги сами несли меня в эту квартиру. Нет. Никогда в жизни брат не примет деньги от моего отца. Все-таки он пытался навязать то, что даст нам нужную сумму. Сказочные истории от папы я слышала не в первый раз. Ничего от него не дождёшься, даже открытки на день рождения. Мои мысли прервал человек, усевшийся на соседний стул за барной стойкой. — Виски, — вымолвил он хриплым голосом, проводя обеими руками по лицу, едва сдерживая украдкой пьяный бредовый смех. Кажется, у кого-то тоже день не самый лучший. Закатав рукава тонкой чёрной кофты, парень, со светлой короткой прической, торчащей в разные стороны, глотнул горячительный сорокаградусный напиток. Казалось, что в данную секунду его ничуть не волновало, как на него посмотрят окружающие. Ярко-серые глаза были словно стеклянные. Он предавался своим мыслям, крутя в руках пустой стакан из-под коричневой дряни. Стало слышно, что он произносит какие-то слова, но спустя несколько секунд, я, взглянув, на него, обратила внимание, что он безумно красив, статен, накачен. Но запах алкоголя, который не перебивал никакой парфюм, недельная щетина, мятая одежда, подсказывали о том, что у человека что-то явно случилось. Совершенно пустые глаза. Что-то как будто сломалось в нем, ведь не похож на какого-то алкаша: дорогие кроссовки, золотая цепь на руке… Тут я мельком пробежалась взглядом по его ладони. На месте, которое предназначалось для обручального кольца, был его тонкий след, но самого знака бракосочетания не наблюдалось. Вот и она, причина, по которой он здесь. Тяжелые руки опустились на барную стойку, он нервно постучал по поверхности. — Повтори, — приказным тоном заявил этот парень, и чуть приподнявшись, рявкнул, — и побыстрее! Бармен, по всей видимости, привыкший к такому отношению, молча вылил остатки спиртного из бутылки. Парень осушил стакан в один огромный глоток. — Ещё? — спросил вдруг молчаливый бармен. — Плесни, — зло буркнул парень, переводя взгляд в мою сторону. Оглядев меня сверху вниз и остановившись на стеклянной таре около моей руки, — ей тоже плесни, — бросил он, доставая из кармана шорт крупную ярко красную купюру. Честно говоря, мне было наплевать на его слова. Был бы это другой день, с превеликим удовольствием ему бы нахамила за бестактность. Но сегодня ему повезло. Бармен пожал плечами и налил два полных стакана. — Угощайся, — огромная рука пододвинула стакан с дурно пахнущей жидкостью, — ты чё так поздно одна сидишь? — Какая разница? — тяжело переводя дух, я постучала пальцем по стакану и сделала нерешительный глоток. Фу, все-таки мерзость это жуткая. Немного погодя, опрокинула весь стакан. Напиток быстро проник в горло, вызвав горечь, искусанные губы обожгло, будто огнем. Разум потихоньку стал затуманиваться. — Да, нет, насрать, — грубо, но в тоже время абсолютно равнодушно ответил парень, почесав затылок, и громко кашлянул, чуть не подавившись очередной порцией алкоголя, — есть сигарета? Странный вопрос поступил внезапно. Не могла и подумать, что качки травят себя сигаретами. Не припомню, чтоб это хорошо влияло на рост мышц. Парень явно сильно убивается по жене. Стоп, какого хрена он думает, что я курю? Заторможенная реакция решила все за меня, парень уже тыкал огромным пальцем в сторону пачки, лежащей на стойке рядом со мной. — Допустим. — Дай вон ту бутылку на сдачу, — поднялся с насиженного места и слегка, покачиваясь, и указал на большую бутылку алкоголя с зеленой этикеткой, — остальное на чай. Я поступила также, но мои ноги полностью отказывались слушаться. Голова налилась свинцом из-за пары стаканов спиртного и сейчас же грозила мне чем-то не очень хорошим. В глубине души я думала, что наш разговор не очень хорошо закончится. Как говорится, пьяному нужен лишь маленький повод, чтоб выйти из себя, поэтому отказать я ему не смогла. Сжав цепочку своего клатча, я шагнула в сторону выхода, но никак не могла понять, в какую сторону открывается дверь в этом дурацком баре. — Да на себя, — противный пьяный смешок за моей спиной позволил быстро сориентироваться и выполнить нужную команду. Подул легкий осенний ветерок, выйдя на улицу, я ощутила себя еще более беспомощной. Наступила ночь. Было уже совсем темно, не было машин на парковке перед зданием, рядом шумели деревья в старом парке, где также не было ни души. Казалось, атмосфера для домогательства идеальная. Внутри всё сжалось, когда рука парня опустилась на моё плечо, на что я инстинктивно сделала шаг в сторону. Он равнодушно хмыкнул. Протянув ему сигарету, подожгла свою, сделала пару сильных тяг. — Так чё ты поздно одна гуляешь? — задал он вновь тот же вопрос, делая приличную затяжку, с шумом вдохнув дым. Мимолетная пауза. — Да надоело все, — стряхнув пепел на землю, продолжила затяжку. Он быстро докурил, выбросил сигарету на асфальт, затушив носком кроссовка. Бутылка, которая все еще была у него в руке, явно его привлекала. Хотя было видно, он понимал, что пора завязать на сегодня, тем не менее, откупорил и сделал несколько глотков прямо из горла. — Эй, может, уже хватит? — вопросительно посмотрела я на его довольный вид, когда он отхлебнул еще пару раз. Затушила сигарету и бросила в урну. Мне стало его очень жаль. Видимо, он не хотел ни с кем говорить, а эта вонючая жидкость более менее успокаивала нервы. Согласна, я уже тоже ни о чем не думала, приятное тепло разливалось по всему телу, а горечь во рту становилась сильнее из-за принятого никотина. И все-таки, меня терзало сомнение, что он нормально потом доберется до дома. Хотя кто он мне? Вечно я ввязываюсь, куда не следует. — Хочу и пью, тебе то какое дело, — зло отрезал парень, норовя еще раз приложиться к стеклянной таре. Какой наглый и упрямый, словно баран. — Не вижу повода, может, посвятишь? — схватила с силой из его мощных рук бутылку. Он поддался, и я, отняв и пробку, быстро закрыла ее одним движением. — Какая тебе разница, — повторил мою фразу парень, его огромное тело нависло надо мной, но я спрятала бутылку за спину, — ты все равно не поймешь. Сказать, что я испугалась, это ничего не сказать. Но алкоголь придавал уверенности, я с чего-то решила, что если что, дам ему по морде и убегу. Наивная. — Да я уже вижу, что из-за жены, — рискнула сказать я, кивнула в сторону руки со следом от кольца. Парень шумно вздохнул, и казалось, сдался. Похоже, затронула неприятную тему. Больно резанула по живому. Челюсти плотно сжались. Выдохнув носом, он сделал неуверенный шаг назад и слегка пошатнулся, убрав руки в карманы больших шорт, которые были ниже колен. — Разве тебя не учили не лезть в чужие дела? — сразу стал защищаться он. — Ты бы лучше выговорился, прежде чем бухать, — я достала из-за спины бутыль с опьяняющим содержимым и потрясла ей около его лица, будто красной тряпкой перед быком, — станет легче. Странно, я была уверена в этом на все сто процентов. Ведь нет ничего лучше, чем выплеснуть гнев, все, что накопилось, рассказать, отпустить все то, что тебя так сильно мучает. Поделиться, разделить пусть даже и с чужим человеком, которому намного легче будет понять, он не осудит и не станет обвинять. В чем, в чем, а в этом Лиза спец. — Как хочешь, — пожав плечами, увидела, как он морщит лоб, — пока. С этими словами я развернулась и пошла по тротуару в сторону остановки. Нет, я, конечно, не сумасшедшая, своих проблем хватает сполна, но его стало жаль. Уверена, что он натворил что-то, только для того, чтобы разобраться в себе и понять, чего хочет. Хотя и не похож на паиньку. Такие, как он, обычно жутко вредные и наглые, что он и показал в баре. Бесцеремонный парень сейчас выглядел, будто его загнали в угол. — Она изменила мне, — услышала я издалека грубый, но в тоже время полный растерянности голос. Каждое слово ему давалось с трудом, — с братом.