Тёмный феникс.

       Закат прекрасен собой. Вне зависимости от места, где Вы находитесь. Каждый раз сердце замирает и стучится вдвое быстрее от всех оттенков красного, оранжевого, розового, фиолетового и синего. Как с каждым разом темный синева опускается всё ближе к горизонту, поглощая тёплые оттенки. И после всё становится холодного космического цвета. Но как прекрасен этот свет. Луна и звёзды. Каждая освещает дорогу ночному путнику, стараясь не дать ему сбиться и угодить во тьму.        Холодный ветер ласково гладил и проникал под одежду пальцами, щекоча тёплую кожу и остужая её.        Небо тоскливо освещало маленьких людей внизу. Ему было больно от того, что люди сами доводят друг друга, делают больно, ломают веру и непоколебимость.        Парень точно так же тоскливо наблюдал за копошением. Вся эта обыденность стала ему столь непривычной и выбивающей из колеи. Когда-то давно, он, как и все они, стремился всё успеть за раз. Старался просто плыть по течению, но потом в его жизнь потихоньку ворвались, распахивая дверь нараспашку, и забыли её закрыть. Постепенно в открытую дверь начали заходить всё больше и больше людей. Его окружение изменилось окончательно, пришлось смириться и терпеть всё, считая, что найдут более хорошую замену, но ведь дверь открыта. Он привык к ним, стал доверять, считать друзьями, забыл о том, кто перед ним.       Замену нашли, а его, поглощённого собственным пламенем, бросили об асфальт корысти и равнодушия. Он лежал, а внутри всё сгорало. Не только внутренности из-за посмертной воли, но и от боли предательства.        И тут к нему пришли те, кого уж точно не должен был волновать, уже обычный, парень. Словно черные вороны, они склонились над мелко подрагивающим телом. Бермуда протянул ему руку и сказал: — Идём с нами, Савада Тсунаёши.        Возможно, ему просто не хотелось умирать, поэтому тонкая, словно изрисованная, с четкими узором вен, костлявая рука взялась за протянутую помощь. Он, словно птица феникс, возродился из собственного пепла прошлой жизни и стал одним из них. Савада Тсунаёши, как феникс, но тёмный, потому что его пламя наполнилось чистой тьмой, непроглядной, необъятной, и желающей мести. Бермуда принял его, стал новым спасением, в котором столь сильно нуждался парень. Тот принял мальчика, потому что когда-то с ним поступили так же. Предали, унизили, оставили одного. Бермуда видит себя в Тсунаёши, поэтому оберегает его. Поддержал, принял, не дал погрузиться во тьму, сделал одним из семьи таких же как они. Преданных. Оставленных на произвол судьбы.