Изменчивость судьбы

      Гарри после встречи с Гермионой направился в «выручай-комнату». Скоро завтрак и нужно было разбудить Панси. Гарри улыбнулся мыслям о девушке. Эта слизеринка привлекала его все больше и больше. Нет, он не был готов расстаться со свободой, ему нравилась независимость, и он не хотел связывать себя какими-либо обязательствами, но что ему мешает наслаждаться общением и дружбой с этой удивительной девушкой? Сейчас, когда Гермиона была с Малфоем, да и после всех проблем, которые свалились на нее, Поттер не хотел лишний раз ее тревожить и нагружать своими проблемами и переживаниями. С Панси же он открывался. Он мог ей рассказать о себе все, и она не осуждала, не наставляла, не советовала, просто слушала, иногда вставляя свое «Поттер, ты идиот». Но Гарри не обижался, он только закатывал глаза и продолжал дальше говорить. Гарри и сам не понимал, как так случилось, что Паркинсон стала для него важным и родным человеком, почти такой же, как и Гермиона. Но все — таки между ними была разница. Гермиона была ему другом, поддержкой, сестрой, самым близким человеком на всем белом свете, с Панси же все было сложнее. Разница между девушками заключалась в том, что к Гермионе, Гарри никогда не испытывал каких-либо чувств, кроме дружеских, Паркинсон же он хотел. Хотел так, что сны с ее участием, заставляли Поттера просыпаться на мокрых простынях, хотел так, что несколько раз, во время секса с разными партнершами называл их ее именем, хотел так, что находясь рядом с ней, он должен был сильно сдерживаться, чтобы не набросится на нее. Но Поттер, понимал, что секс, а это все что он может ей предложить, может испортить их отношения. И сдерживался, и не позволял себе думать, и пытался не обращать внимания. Но, Мерлин знает, как ему это было тяжело. А ведь вчера была возможность, но как же хорошо, что он не воспользовался ей. Нет, он не позволит своей похоти, разрушить то, что между ними происходит. У него так много людей вокруг. Им восхищаются, его боятся, его обожают и ненавидят, но по настоящему близких, только Гермиона, и вот теперь еще Панси. Нет, есть еще Северус, но с ним было все сложно. Там было уважение, безграничное доверие и восхищение силой и смелостью Снейпа. Это больше было похоже на отношения «отец-сын», чем на дружеские. Между ними оставалась напряженность, настороженность. Гарри не мог расслабиться в присутствии Северуса и быть собой. Поттер контролировал каждое свое слово, боясь невольно обидеть или огорчить профессора. Это было похоже на приручение хищника. Сначала нужно было дать время профессору привыкнуть, а потом можно и показывать себя со всех сторон. Гарри улыбнулся своим мыслям. Да уж, Поттер — дрессировщик Снейпа. Бред, да и только. Тем не менее, это работает. Профессор уже не воспринимает его как врага, наоборот поддерживает, защищает, заботится. И Гарри был счастлив. Так что, да, Северус был близким для Поттера человеком, но над отношениями придется еще немало поработать.       Панси все еще спала. Она лежала в кровати, на которой они провели сегодняшнюю ночь. Ночь полную смеха, слез, поддержки и дружбы. Гарри прилег рядом. Скоро должен был быть завтрак, и по-хорошему, слизеринку пора уже будить, но Поттер в этот момент наслаждался моментом. Он прикрыл глаза, и вспомнил вчерашний вечер.       Новость о беременности Гермионы, и потере ребенка застала в врасплох Гарри, и он не сразу осознал серьезность всего того, что произошло, но выйдя от Малфоя, и услышав его крик отчаянья, он представил, что если такая ситуация произошла бы с ним, и замер. Будучи сиротой, и не зная ласки и любви в детстве, он мечтал о большой семье. Счастливой, наполненной любовью, счастьем и детским смехом. Ему всегда казалось, что его семья будет как семья Уизли. Много народу, много смеха и веселья, и много любви. Уизли были образцом для него. То, как они приняли Гари и Гермиону к себе, всегда поражало Поттера. Сколько же нерастраченной любви было в Молли и Артуре, если они так тепло и ласково относились к неродным детям, и это после семерых детей? Что же теперь будет с ними, если Джинни и Рона обвинят в нападении? Гарри тяжело вдохнул от этих мыслей.       Панси он встретил, выходя из башни старост. Она сидела на подоконнике и ждала его. — Привет — поздоровался с ней Гарри.- Ты чего тут? — Привет. Тебя жду — не вставая, ответила Паркинсон. — Зачем? — Гарри сел рядом с ней. — Узнать как ты. Вчера ты не захотел никого видеть, а мне важно было узнать, что с тобой все в порядке. — Зачем? — повторил вопрос Поттер. — Поттер, не будь придурком — закипела Панси. — я уже ответила на твой вопрос. Мне важно узнать, что ты в порядке. Ты, идиот, как-то умудрился стать мне близким человеком — девушка злилась, что Поттер заставил ее признаться, Гарри же, очень радовало ее откровение, он улыбнулся — вижу, что раз ты лыбишься, то все в порядке… — вставая, сказала Панси, собираясь уходить, но Гарри ее удержал, взяв за руку. — Ну не злись, Панси — слизеринка чуть успокоилась, но Гарри продолжил — хотя ты безумно милая, когда злишься — Паркинсон вырвала руку, когда Поттер расхохотался. — Ну, все, все… Я больше не буду — снова схватив ее, он честно старался сдерживаться, и хотя смеяться он перестал, глаза были веселыми. Панси тяжело вздохнула, но попыток уйти больше не предпринимала. Они так и стояли, держась за руки. Гарри, забывшись, на несколько секунд, поглаживал большим пальцем ее ладонь. — Гарри? — немного хрипло позвала Панси, когда увидела что тот, как-то странно смотрит на нее. Ей было приятно это прикосновение. Они много раз касались друг друга, поцелуй на прощание в щеку уже не удивлял, Поттер мог приобнять ее за талию или плечи, но то, что Панси ощущала в это мгновение, было странным. Глаза Гарри сменили насмешливость на ожидание, и в них появилась пелена. Теперь они не были изумрудно-зеленые, они были темные, цвета болотной тины, но не потеряли своей красоты. Панси всегда нравились его глаза, их необычный цвет, но в этот момент они были еще прекраснее. Гарри вздрогнул от ее голоса, но руку не отпустил. — Пойдем со мной — потянул он ее за руку. И она пошла, пошла, даже не спросив куда, пошла, не задумываясь о последствиях, пошла, потому что хотела идти за ним.       Они шли, держась за руки, не говоря ни слова, и не понимали, куда и зачем идут. Их вело желание. И только зайдя в «выручай — комнату» и увидев привычную обстановку для его свиданий, Гарри понял что привело их сюда. Здесь и сейчас решались их отношения. Готов ли он потерять дружбу ради одной или нескольких ночей секса? Хочет ли он рискнуть дружбой, ради мимолетного удовлетворения своих потребностей? Нет, только не с Панси. Он слишком ее уважал, чтобы потерять. Поняв сомнения Гарри, комната начала менять обстановку. Вместо кровати появился удобный диван, небольшой столик, и два кресла, в камине зажегся огонь. Теперь комната не выглядела местом свиданий, теперь это была удобная для отдыха гостиная. Смена обстановки привела Панси в себя и она ужаснулась. Но она не была бы слизеринкой, если бы показала все своим чувства и эмоции. Приняв невозмутимый вид, она прошла вглубь комнаты и села в кресло. Сидеть вместе с Поттером на диване, она была не готова. Слишком сильно было впечатление от того, что произошло несколько минут назад. — Зачем ты меня сюда привел? — спросила она. — Просто, сегодня мне не хочется быть одному. Не составишь мне компанию? Мы можем поужинать, поболтать? — Гарри старался отвлечься от своих мыслей. — С удовольствием, но ужинать я не буду. Просто чай выпью — они оба делали вид, что ничего не произошло, и оба это понимали, но также оба, старались бороться с напряжением.       Через пять минут, с помощью Кикимера, они сидели за столом и наслаждались напитком. Им удалось избавиться от неуместных мыслей, и вскоре вечер стал снова приятным. Они смеялись, шутили, много разговаривали. Панси рассказывала истории детства, иногда они касались ее, иногда, еще кого-нибудь, чаще всего это были Малфой, Забини, Крэбб или Гойл. Панси говорила о своих родителях, что, несмотря на то, что те были пожирателями, она их любила. Семейные истории были наполнены счастьем. Гарри не мог понять, зачем люди пошли за Волан-де-мортом? Чего им не хватало? У них были семьи, счастливая жизнь, но приняв метку, они обрекли себя на смерть, а своих детей на одиночество. Он обнимал Паркинсон, когда та расплакалась, признавая, что скучает по ним. В какой-то момент, комната предоставила им кровать, но это было необходимостью, потому что Панси несколько раз зевнула и задремала в кресле. Гарри поднял ее на руки, и отнес в кровать. Девушка даже не пошевелилась, когда он аккуратно положил ее. Гарри же хоть и был вымотан, уснуть даже не пытался, уж слишком сильно он был напряжен. Патронус Гермионы застал его, когда уже вышел из душа и собрался, не теряя не секунды, он побежал в комнату старост. — Поттер — послышалось ему.- Поттер, идиот, просыпайся. Гарри приоткрыл глаза. Панси стояла над ним и довольно грубо трясла его. — Я задремал? — спросил он, когда немного стал соображать. — Мы проспали! Уже почти одиннадцать. Поднимайся, давай. — Да уж, вот это я прикрыл глаза — потирая те самые глаза, проворчал Гарри. — Мерлин, Снейп меня убьет — немного испуганно прошептала Паркинсон. — Блейз, наверное, с ума сходит. Давай, Поттер, вставай. Я ухожу, мне еще к себе заскочить нужно — уже на выходе сказала она. — Панси — позвал ее Гарри, девушка обернулась и вопросительно на него посмотрела — спасибо тебе. — Обращайся, Поттер. — Паркинсон вышла, оставив его одного.       Гарри рухнул обратно на подушки, но через пару минут встал и отправился на учебу, скоро начнется ЗОТИ, а Снейп не любит, когда опаздывают. Быстро заскочив в башню Гриффиндора, он закинул свои учебники и поспешил в кабинет защиты. Ему оставалось только повернуть за угол, но его резко остановили голоса. Кто-то разговаривал, причем довольно напряженно. Поттер остановился. — Где ты была всю ночь? — произнес знакомый голос и Гарри узнал Забини. — Я проспала — Панси. — Тебя не было в комнате всю ночь. Где ты ночевала? — голос был требовательный. — Забини, а ты ничего не попутал? — разозлилась Паркинсон. — Я не обязана перед тобой отчитываться, понял? — Панс — поняв, что не стоило злить девушку, Забини сменил тон. — Панс, скажи, что ты не натворила глупостей? Дерек меня убьёт, если я не услежу за тобой. — Забини, ты можешь катиться с моим братом, куда подальше. Я взрослый человек, и могу отвечать за свои действия и поступки — Панси не успокаивалась. — Панси, просто скажи, или я пойду к Малфою. Он точно все узнает –угрожал Блейз, хотя тон был такой, что было, похоже, что тот умоляет, а не требует. — Малфоя не трогай. У него самого проблем хватает — резко заявила Паркинсон, но через мгновение уже спокойно сказала — Блейз, все и правда в порядке. Мы с Поттером были в «выручай-комнате», разговаривали и уснули. Предупреждая вопросы, между нами ничего не было — Панси вздохнула. — Блейз, спасибо за волнение, но не стоит. Я взрослая девочка, не нужно меня опекать. — Панс, ты же понимаешь, что это твой единственный шанс. Ваш единственный. Если ты этого не сделаешь, то останетесь без копейки денег — Блейз пытался донести до Паркинсон причину волнения. — Ну, хочешь, я поговорю с Поттером? Может он сможет тебе помочь? — Его — то зачем в это вмешивать? Мы с ним друзья, не более — так что все хорошо, Блейз. Я сделаю все что нужно. — Мне жаль Панс — грустно заметил Блейз. — И мне, но это ничего не меняет — также грустно ответила девушка. — Пойдем, скоро урок.       Слизеринцы ушли, а Гарри стоял, облокотившись на стену, и думал о подслушанном разговоре. Панси нужна помощь? Почему она не хочет попросить? Кто такой Дерек? Брат или кто-то другой? Рассказать ли ей, что он слышал их разговор, или оставить все как есть? Вопросы, один за другим, появлялись в его голове, но ответов не было. Единственная, кто может дать эти ответы, это Панси, но было понятно, что та не горит желанием разговаривать об этом. Поэтому Гарри решил не давить. Он сам терпеть не может, когда вмешиваются в личную жизнь, и старался не лезть сам. Решив, оставить пока все как есть, он развернулся и пошел к кабинету.