The Devil's White Knight

Стук в двери его офиса был последней вещью, которую Гарри хотел слышать. Куча бумаг всё увеличивалась; он мог поклясться, что когда Поттер оставлял бумаги наедине, они брались за грязные дела во время его отсутствия и размножались быстрее кроликов, в то время, как начальник дышал ему в спину, ожидая отчёты.       Отговорка вроде: «Я убил Тёмного Лорда», в последнее время теряла свою силу, а ведь прошёл всего год с тех пор, как он исполнил свое предназначение. Никаких поблажек и никакого должного обращения.       Он должен был быть благодарным за это. Он провел последние восемь лет, пытаясь быть незаметным из-за шрама на лбу, и потому, будучи ребенком, он пережил проклятие, которое оставило его никому не нужным сиротой. Сейчас, честно говоря, он бы убил ради маленькой поблажки. Он посмотрел на дверь, когда стук повторился — более настойчивый в этот раз. Может спрятаться под столом и притвориться, что его нет? Всё, чего он хотел, это тихий выходной без друзей и Уизли, которые были «Всего лишь беспокоюсь за тебя, дорогой. Ты не выглядишь так, будто хорошо питаешься».       Скорее всего, это было второе задание, которое он взял не только ради интереса, но и потому, что это давало ему оправдание пропускать семейные ужины. Всё, чего он хотел, это его квартира, беззубая улыбка его крестника и маггловский телевизор. Магический мир имел шокирующе слабое представление о психотерапии, и Гарри начинал ощущать давление всего, через что прошёл. Каждый раз, смотря на Джинни, он возвращался к самым ужасным моментам. Как она почти умерла на его руках от хоркрукса. Её мертвого брата. Римуса, Тонкс и их новорожденного сына, который теперь такой же сирота, каким когда-то был он. Падающий сквозь арку Сириус. Их призраки, когда Волдеморт поднял палочку и произнес заклинание. Он должен был жениться на ней, но не представлял, как собирается прожить остаток жизни, помня все это. Но он Герой, в конце концов, и парень был полон решимости пройти через это. Ему нужно лишь немного свободного времени, чтобы… — Гарри Джеймс Поттер, я знаю, что ты там. Он хорошо знал этот голос. Гермиона. Вздохнув и потерев глаза, он взял палочку. Когда он снял запирающее заклинание, дверь с шумом открылась, и Гермиона вошла в комнату. Она была одета в рабочую мантию, давая понять всем волшебникам и ведьмам, что с ней лучше не говорить. Невыразимец. Большинство были удивлены, что она пошла в этом направлении. Она отказала Рону, когда тот сделал ей предложение. «Это только пока. Сейчас я хочу сосредоточиться на своей карьере» Рон воспринял её ответ как конец их отношений, а она с головой ушла в работу. Гарри не часто её видел, несмотря на то, что оба работали в министерстве. Рона он видел чаще, тот всё ещё помогал Джорджу в магазине шуток, но думал над тем, чтобы присоединиться к Гарри и стать аврором. В душе Гарри надеялся, что друг все-таки решится, так как иметь партнера, который понимал бы, что он пережил будет здорово. Отодвинув своё раздражение в сторону, Гарри отложил палочку в сторону и предложил Гермионе присесть. − Я не ожидал тебя сегодня увидеть. − Прошу, только не сердись, − сказала она уставшим голосом. Выглядела Гермиона не лучше — чёрные круги под глазами, опущенный рот. Он не видел ее такой изможденной со времен С.О.В. − Я здесь по делу. Гарри поднял бровь. − По делу? Тебе позволили говорить со мной о делах? Вздохнув, она приняла чашку чая и виновато улыбнулась. − Ты сам знаешь, что нет. Но я пришла, потому что моя команда знает, что ты мне доверяешь, и это знаю я. Посмотрев на неё некоторое время, Гарри снял очки и протёр их рукавом свитера. − Это не очень хорошо звучит, Гермиона. Я доверяю тебе, но… − Мы работаем над одним проектом, и ты знаешь, что я не могу ничего сказать. И даже если б могла, не уверена, что сказала. Но я… Это кое−что, что касается и тебя, и мне нужна твоя подпись. Она достала из кармана мантии чистую бумагу и протянула ему. Гарри посмотрел на неё и засмеялся. − Ты хочешь, чтобы я подписал чистый лист. − Он не пустой. Он зачарован так, чтобы ты не мог ничего прочесть, − сказала она, и подвинув документ к Гарри, посмотрела на него умоляющим взглядом. − Гарри, я бы никогда не просила тебя сделать что-то, что поставит тебя или дорогих тебе людей под угрозу. Но это может… исправить много вещей. Сделать всё лучше, чем… − она остановила себя. − Это поможет прекратить боль. Всем нам. Гарри почувствовал комок в горле и опустил глаза на белый лист. − Гермиона, я не… ― Пожалуйста, − взмолилась она. − Я устала чувствовать себя так. Я не… Я не в порядке, и я знаю, что ты тоже. Рон… Молли рыдает каждый раз, когда видит Джорджа. Я не могу представить, что чувствует Андромеда, и если… если я могу что-то сделать, если моя команда может что-то с этим сделать… Гарри прикусил губу и потянулся к чернилам, но не обмакнул перо. Он покрутил его и посмотрел на черную линию внизу листа. − Но никто не пострадает. − Никто, ― ответила Гермиона − Это может даже не сработать, понимаешь. Это… Наша работа включает в себя много теории, но попробовать ведь стоит. Что думаешь? Гарри знал, что он бы отдал всё, чтобы перестать всё время чувствовать боль. Чтобы закончились кошмары, чтобы прекратились панические атаки каждый раз, когда у него заболит голова. Чтобы перестать видеть людей в толпе, которых он любил, и которые никогда не вернутся. − Хорошо, − сказал он. − Но только потому, что я тебе доверяю и знаю, что ты не сделаешь что-то глупое. Чёрт, ты потратила последние восемь лет, пытаясь остановить нас с Роном от идиотских поступков. Гермиона закатила глаза, но на её губах появилась едва заметная улыбка, что напомнило ему ее прежнюю, и это согрело его. Руки девушки крепко обхватывали чашку с чаем, но глаза следили за тем, как он, обмакнув перо в чернила, поставил свою подпись. Когда это было сделано, Гермиона вздохнула и поднялась. Засунув руку в карман, она вытянула золотую цепочку с медальоном. Расстегнув цепочку, девушка поднялась со своего места и подошла к Гарри. − Мне нужно, чтобы ты её носил. По крайней мере, до завтра, − ответила Гермиона на его удивленный взгляд. − На ней всего лишь предохраняющие чары, можешь проверить сам, если не веришь мне. Что он и сделал. Когда Гарри успокоился и опустил палочку, то позволил Гермионе надеть её на себя. − А для чего она…? − Я не могу сказать прямо. Но это важно, пообещай, что не будешь её снимать хотя бы до завтра. − Я обещаю, − ответил он немного раздраженно, но скрыл кулон под мантией. − Я так понимаю, ты возвращаешься вниз? Гермиона утвердительно кивнула и поцеловала его в щеку. − Я люблю тебя, Гарри, и пытаюсь сделать все лучше. Я обещаю. Он обнял её и вздохнул. − Как и все мы. − Я знаю, именно поэтому это и делаю. Ему не нравилось то, какой грустной она была. Ему не нравилось, что работа девушки превратила её в кого-то, кто не может поделится событиями в своей жизни, как это было раньше. Он был с ней также близок, как и Рон, хоть и немного по-другому. И ему было больно, что они потеряли это после войны. После стольких потерь. Но он доверял ей. − Приходи иногда, хорошо? Не только из-за работы, − сказал он, когда она направилась к двери. − Конечно, − она послала ему осторожный взгляд и ушла, закрыв за собой двери. Игнорируя все странности, которые только что произошли, Гарри взялся за работу. Всё закончив и не дождавшись письма от Джинни, Гарри ушел домой, чтобы насладиться спокойным пятничным вечером. Он выпил немного пива, написал письмо Андромеде по поводу Тедди, посмотрел маггловское телевидение и этого было для него достаточно. Он надеялся, что, что бы там ни придумала Гермиона, оно действительно уймет боль. **** Гарри проснулся, чувствуя себя будто с похмелья, хотя и не помнил, чтобы много пил прошлым вечером. Но не похмелье заставило его чувствовать себя немного странно. Нет. Это был теплый рот и руки на его бедрах. Горячий, мокрый язык двигался по его напряжённому члену, давая понять, что он был полностью обнаженный и твердый, как камень, и что постель под ним была подозрительно мягкая. Также, он не мог открыть глаза. Судя по ощущениям, руки были привязаны над его головой к чему-то, что было похоже на дерево, а половину лица закрывало что-то вроде… Маски для сна? Он не мог беспокоиться об этом очень долго, так как теплый рот вобрал его член ещё глубже. Джинни. Гарри решил, что это была она. Только она могла пройти сквозь защитные чары. Правда, она никогда не будила его таким способом, но не то, чтобы он собирался жаловаться. Не тогда, когда она такое вытворяет своим языком. Он даже не знал, что она это может. Она… Да пошло оно, его мозг был слишком переполнен наслаждением, чтобы здраво рассуждать в данный момент, но, черт возьми, он не был уверен, что они делали нечто подобное раньше. Его бедра непроизвольно поднялись, и он застонал. − Да, блядь, боже, да! Слова срывались с его губ непроизвольно, умоляюще, и умелый рот сосал сильнее, глубже, быстрее и он уже чувствовал приближение оргазма. − Ах, я сейчас, я.… я… Но вместо того, чтобы отстраниться, ему начали сосать быстрее, и он стал трахать тёплый рот сильнее, кончая и наполняя этот прекрасный рот своей спермой. Когда все закончилось, он почувствовал, как его руки развязывают от веревок. Запястья ныли, и он опустил их вниз чтобы вернуть чувствительность, а потом потянулся чтобы снять маску. Но замер, когда услышал смех между ног, который совершенно точно не принадлежал Джинни. Даже при самой ужасной простуде у нее не был такой голос. Лицо волшебника покраснело, а руки тряслись, когда он начал снимать маску. Он мог представить около миллиона людей, которые могли бы сидеть между его ног, с красным лицом от недавнего глубокого минета, но Драко Малфой совершенно точно не мог быть одним из них. Но всё-таки. Всё-таки. Это был он. Гарри не был уверен, что это не одна из его старых подростковых фантазий или бред от температуры. Может, он случайно попал под влияние какого-то зелья или перепутал пиво с одним из зельем Дневных мечтаний Джорджа? Или ещё что-то. Потому что ни в коем грёбаном случае не может быть, что Драко Малфой только что ему отсосал. Гарри вытаращился, часто моргая на размазанное пятно перед ним, так как был без очков. Но не узнать эту ухмылку и светлые волосы было невозможно. Драко продолжал сидеть у его ног и на секунду ему показалось, что его вырвет. Не потому что ему было противно, Гарри не мог отрицать тот факт, что уже представлял нечто подобное, когда использовал свою левую руку, а потому что это действительно происходило. И какого хрена? И как, черт возьми, это случилось? Его горло пересохло, когда он попытался прочистить его и Малфой закатил глаза. − Я высосал твой мозг через член, или что? Гарри облизал пересохшие губы. − Что ты здесь делаешь? − Это риторический вопрос, Поттер? Или ты забыл, что я проиграл вчера спор? Аврор моргнул и попытался ущипнуть себя за бедро. Малфой вопросительно поднял брови на это действие, а потом поднялся на колени и спустился с кровати. Он был очень, очень голый. И очень подтянутым, именно таким, каким Гарри себе представлял. Ну может чуть худее. А вот островок волосков, окружающий его более чем впечатляющий член, был такого же цвета, как и волосы на его голове, и Гарри почувствовал сильное желание дотянуться и коснуться их. Черт возьми, о чём он только думал! Брюнет протёр свое лицо ладонями и удивился, не является ли всё это каким-то розыгрышем. Потом, рассмотрев всё вокруг, он понял, что явно находится не в своей квартире. Нет. Она была слишком изысканная и слишком малфоевская, чтобы быть его. Кровать была четырехместная с мягким матрасом и шелковым бельём. Из настоящего шёлка. Серебристо-серого цвета. Гарри почувствовал, как его накрывает паника, но перед тем, как повторить свой вопрос, вошёл Малфой с кучей одежды и бросил всё это в него. − Убирайся. Гарри моргнул. − Что? − Ты знаешь правила. Моя мать уже на пути сюда, и я должен отвести её в Пророк до того, как попаду на работу. Я не собираюсь разбираться с тем, что будет, когда она увидит тебя. Используй камин в спальне. Малфой махнул головой в сторону камина, ведя его к пламени.  — И прикройся, — предупредил он, насыпая ему в руку горсть летучего пороха. Полностью шокированный, и всё ещё онемевший от шока, Гарри вступил в камин и бросил порох себе под ноги. Паникуя и не зная, что сказать, он пробормотал: «Квартира Гарри Поттера», − и исчез в пламени. Какой-то момент спустя, он вышел в квартире, которая совершенно точно не была его. Половина его мозга всё ещё кричала о том, что Драко чертов Малфой сделал ему утренний минет, а вторая была в ужасе от того, что он попал в какую-то чужую квартиру и этот кто-то сейчас войдет в комнату и увидит очень голого мужчину, стоящего с одеждой в руках и с тупым выражением лица. Но вместо этого, его встретила тишина, а в углу комнату он отлично узнал свадебную фотографию его родителей. Потому что именно эта фотография висела в его собственной квартире. Что означает… Резким движением он потянулся к цепочке, всё ещё висящей у него на шее, и сомкнул руки вокруг неё. − Гермиона, что же ты, чёрт возьми, наделала? Трясущими пальцами, он умудрился надеть мантию. Нужно было узнать, что происходит немедленно, у Гермионы должны быть ответы. Ему было наплевать, что нужно будет спалить здание министерства дотла, чтобы найти её, но до обеда у него будут ответы на то, какого чёрта он только что кончил от малфоевского рта. Спотыкаясь через свои ноги, Гарри направился к двери, когда в неё внезапно постучали. Аврор с подозрением посмотрев на дверь, как будто та могла превратиться во что-то и укусить его, или стать Гойлом и предложить ему быстрый трах. Но ничего из этого не случилось. Вместо этого он потянулся к ручке одной рукой и с палочкой во второй, открыл дверь. Это был еще один момент, когда Гарри мог представить за дверью кого угодно. Но не очень мертвый и очень раздражённый Седрик Диггори совершенно точно не был одним из них. По понятным причинам. Брюнет моргнул, а Седрик вздохнул. − Пожалуйста, скажи мне, что ты не в стельку, Поттер. Я не могу тебя постоянно прикрывать. Тренер убьет меня, если я совру, что ты не в жопу пьяный, чтобы появиться. Гарри, сглотнув вязкую слюну, прочистил горло, пытаясь понять, что… что?  — Я ем, я не пьян, − это была настолько глупая вещь, но что еще он должен был сказать? Он ведь не был пьян, правда? Правда? — Я… я.…Седрик? Высший, старший Седрик, которого он знал до падения на его мертвое тело, моргнул. А потом закатил глаза. — Что ты хочешь, чтобы я сказал ему? − Я… — Гарри сглотнул. — Что ты здесь делаешь? − Боже, насколько ж ты обдолбан? — Седрик протянул к нему руку, но Гарри быстро отступил назад, путаясь в ногах и почти падая. — Поттер, возьми себя в руки. − Возьми себя в руки? — заорал Гарри. — Возьми себя в руки? Ты грёбаный мертвец! − Твои шутки устарели, — сказал Седрик устало. — Смотри, я скажу ему, что пришел искать тебя, но тебя здесь не было. Придумай сам себе алиби в этот раз, — затем он обернулся и прежде, чем Гарри успел его позвать, аппарировал. Юный волшебник остался стоять на месте, пытаясь сморгнуть слезы. Что только что произошло? Седрик Диггори, подросток, убитый Волдемортом, только что стоял здесь? Его рука снова потянулась к цепочке на шее. — Что же ты сделала? − прошептал он опять. Почти в отчаянии он открыл медальон, надеясь найти какие-то ответы, какое-то объяснение. Но там не было ничего - ни фотографии, ни секретной записки, ничего. Только… металл. Просто… золото. Внезапно в окно влетела сова. Покружив по комнате, она села на подлокотник кресла, потрясла перьями и вылетела, оставив записку на кресле. Гарри сцепил зубы, чувствуя себя напуганным, открыл письмо и посмотрел на незнакомый почерк. Газ, Я даже не знаю, почему пытаюсь. Возможно потому что я устала смотреть на лица наших родителей, когда ты не приходишь. Нет никаких надежд на то, что ты появишься после обеда, но я знаю, что в воскресенье у тебя легкие упражнения, и тебя не убьет прийти и сказать привет, хоть раз в этом году. Так что, если у тебя есть душа, в чем я сомневаюсь, ты появишься. − Тиль Письмо точно было адресовано ему. И… оно было о его… родителях? Его родителях. Его родители. Гарри почувствовал, как его язык онемел, и он вспомнил слова Гермионы. Она планировала все это остановить. Остановить всю боль. Но как она… Парень посмотрел на камин и молниеносно принял решение. Он подскочил к камину, взял горсть дымолетного пороха и шагнул в камин. − Дом Джеймса Поттера. Его начало кружить и кружить, каминные решетки всплывали одна за одной, пока наконец он не вышел в незнакомой гостиной. Она пустовала, но были слышны голоса, исходящие из сада. Вытирая вспотевшие ладони о мантию, Гарри прошёл дальше. Рассматривая всё вокруг, он увидел много фотографий себя и девочки, которая была очень на него похожа. У них была одинаково загорелая кожа, темные волосы, и она тоже носила очки. Его сестра? Но как…? Облизав пересохшие губы, Гарри прогнал чувство страха, твердившее, что это всё может быть нереальным, и прошел дальше к голосам. Перед тем, как он сделал шаг на кухню, сзади него пошевелилась фигура и остановилась, смотря на него. Это была девочка с фото, и она замерла, не сводя с него глаз. − О Боже мой, ты действительно пришел? Боже, папа просто охренеет! − Еее, я был… я… я опоздал? — сглотнув, спросил Гарри. − Ты пьян? — закатила глаза девочка. − Почему все продолжают меня об этом спрашивать? — возмутился Гарри. Истеричный смешок застрял у него в горле. − Не знаю, это твое нормальное состояние в последнее время. Так что? − Нет! — воскликнул парень, но потом сказал спокойным голосом, — Прости, я… Это было очень странное утро. А где… − Родители ушли в магазин, — сказала она. − Папа постоянно возмущался по поводу моей метлы, так что он хотел узнать, когда выйдет новая Молния, чтобы успеть заказать ее перед тем, как все раскупят. Ты знал, что я стала капитаном в этом году? − Ем, это очень… Хорошо. Молодец. Она скривилась, а затем закатила глаза. — Пофиг, я иду в свою комнату. Все остальные на улице, если ты действительно обеспокоился тем, чтобы сказать всем привет, — после этих слов, она толкнула его плечом и ушла куда-то наверх. Гарри остался стоять там, всё ещё сконфуженный, держа в руках украшение Гермионы, молясь, чтобы всему этому нашлось какое-то объяснение, потому что сейчас он чувствовал себя очень напуганным. И потерянным. Ещё совсем чуть-чуть, и он увидит своих родителей. Которые оказывается его знают. Родители, которых он никогда не видел. Родители, которые были мертвы. Гермиона изменила прошлое. Она и её команда как-то умудрились… Сделать что? Была ли это альтернативная вселенная или…? Не успел Гарри закончить ход мыслей, как задняя дверь открылась, и Гарри замер. В горле появился комок, а слезы все-таки потекли из его глаз. Напротив него, выглядя просто восхитительно и немного удивленно, стоял Сириус Блэк. Гарри, откинув здравый смысл и всё, что его могло остановить, пересек комнату и обнял своего крестного отца, которого он оплакивал так много лет. Его крестный отец, который смог побыть с ним так мало времени. Обещания, которые были сделаны, а потом разбиты пожирателями смерти. Гарри почувствовал, как слезы начинают течь по щекам и попытался сдержать их, но ничего не получилось. Сириус, ошеломленный его действиями, взял его за плечи и отодвинул от себя. − Не слишком ли рано для пропойцы? Гарри зло вытер слезы, ненавидя того, кого они знали, как Гарри Поттера. − Я не пьян! Я просто… Ты…− он глубоко вздохнул и посмотрел на Сириуса, слишком боясь, что не выдержит если у двери увидит еще кого-то. — Прости, это было действительно трудное утро. Сириус смотрел на него, немного наклонив голову в сторону, и Гарри понял, что мужчина перед ним выглядит совершенно не так, как его крестный отец. Сириус был здоровый мужчина, старше, но без следов, проведенных в Азкабане лет. Он был полон жизни и даже улыбнулся, когда понял, что Гарри не был пьян. − Хочешь об этом поговорить? Гарри издал нервный смешок и вытер щеки. — Мм, скажем так, это был сон, который длился 4 года, и в котором ты был мертв. И родители… И все остальные. Сириус поднял бровь, но в его глазах была капля сожаления.  — Должно быть действительно реалистичный сон, раз у тебя такая реакция. Последний раз, когда ты так меня обнимал, тебе было пять лет. Аврор почувствовал, как у него внутри что-то перевернулось. Конечно же, это не может быть правдой. Если бы всё изменилось, и его родители остались живы, не может быть, что они с Сириусом не были близки. − Мне очень жаль. Сириус выглядел немного потрясенным его извинениями.  — Что было, то было. Ты пришёл на обед? − Тиль, − сказал Гарри, неуверенный что произносит имя сестры правильно, − Прислала мне сову, с приглашением пообедать. − Тилли посылает письмо каждую неделю, я заметил её. Наверное, странный был сон, — с улыбкой произнес Сириус, садясь в кресло и предлагая место Гарри. − Да, был. Меняющий жизнь, я думаю, — парень осознал, что его пальцы трясутся и попытался спрятать их между колен, но выражение лица Сириуса подтвердило ему, что он успел это увидеть. — Ты думаешь, мои родители будут скоро или…? − Они обещали, что надолго не задержатся. Ты же знаешь, как твой папа ведет себя, когда дело доходит к метлам. — пожал плечами Сириус, и поднялся, чтобы подойти к холодильнику. Он достал сок, налил в два стакана и предложил один Гарри. — Ты выглядишь так, как будто тебе это нужно. Ты ел что-то с утра? При упоминании утра, Гарри невольно вспомнил Малфоя и его рот… И все остальное. Потом Седрика. − Эм, нет. Я проснулся… ммм… кое-где, и когда я попал домой, Седрик Диггори стучал в мои двери. Он сказал это аккуратно, смотря на реакцию своего крестного отца, но Сириус просто сел на место. − Ты пропускаешь тренировки, чтобы быть здесь? − Думаю, да, − сказал Гарри скорее вопросительно. — У меня действительно чертовски странное утро, Бродяга. Сириус выглядел очень шокированным. − Ты только что назвал меня Бродягой? − Прости, − покраснел Гарри — Я не…я не должен был это говорить? — смотря вниз, спросил брюнет. − Нет, просто… − произнес Сириус, но потом остановился. — Не обращай внимания. Пошли, Римус и Тедди в саду, и, если ты настолько непривычно себя ведешь, может захочешь даже их навестить. Гарри замер, услышав эти слова. Кем был он в этом мире? Он что, был настолько ублюдком, что Сириус будет сомневаться, подпуская его к сыну Римуса. Но мысль о том, что сейчас он увидит своего крестника, успокаивала. Тедди может стать его единственной ниточкой к старому миру. − Тонкс тоже здесь? Сириус остановился, и потряс головой. − Нет, но я полагаю, ты и не должен это знать, ведь мы не виделись десять месяцев. Она и Флер на каникулах. Гарри остановился перед дверью в сад. Тонкс. И Флер? На каникулах. Вместе.  — Эээ, − Он не знал, что ещё сказать, пока не понял, что здесь происходит. Он должен быть аккуратным. Очень аккуратным. — Ну да. Сириус кашлянул и толкнул дверь на улицу. Входя в сад, у Гарри перехватило дыхание, когда он увидел Римуса. Тот сидел за большим круглым столом в центре беседки. Недалеко, находилась небольшая песочница, и Тедди насыпал песок в ведёрко, сидя на коленях. Римус выглядел как обычно, только не таким потрёпанным и голодным. Его кудри блестели, одежда была новой и чистой, а на коже было не так много следов, которые волк оставил сам себе. Он поднял взгляд на Сириуса и также замер, шокировано смотря на Гарри. Гарри, стоя на месте, боролся с желанием броситься на шею оборотню и обнять его. Потому что он не попрощался с Римусом. Не успел. Только с его духом, который сказал, что все в порядке. Но затем Гарри вернулся к трупам Римуса и Тонкс, и к сироте, которому было только одиннадцать дней. Сглотнув, Гарри несмело махнул оборотню. − Привет, Римус. Тот, такой же прагматичный и вежливый как всегда, поднялся и пожал Гарри руку. − Гарри. Рад тебя видеть. Не думал, что ты придёшь. Парень, сжав рот в тонкую линию, глубоко вздохнул. − Прости, я… Я вел себя как ублюдок последнее время. − У Гарри был меняющий жизнь кошмар, в котором мы все мертвы, − объяснил Сириус с улыбкой, хлопая брюнета по плечу. — Он пришёл, чтобы всё исправить. Римус закатил глаза. − Не будь придурком. Будь полезным - пойди поменяй своему сыну пеленки. Гарри выкатил глаза на его слова. Что? Его сын? Сын Сириуса? Слова почти что сорвались с его губ, но он успел остановить себя, вместо этого смотря, как Сириус подошел и подкинул хихикавшего мальчика с песка и начал его раздевать. − Ты выглядишь так, как будто тебе не помешает чашка чая, − очень тихо сказал Римус. Гарри издал немного истеричный смех.  — Можно и так сказать. Я бы скорее попросил виски, но оказывается я пью слишком много, так что йоркшир, пожалуйста. Римус подошел к большому серебряному чайнику и налил две чашки. С благодарностью взяв одну из них, Гарри сделал большой глоток. Это было странным образом успокаивающим, хотя его мозг всё ещё пытался переварить тот факт, что он сидел с давно мёртвым другом, а его любимый крестный играл с маленьким мальчиком в паре метров от них. − Хочешь поговорить об этом? — спросил Римус. Гарри всегда думал, что говорить с Римусом очень просто. С Римусом, который стал первой ниточкой, связывающей Гарри с его семьей. Кто верил в него и заботился о нем. Глубоко вздохнув, аврор сказал.  — Слушай, если я скажу тебе, ты мне все равно не поверишь. У меня… У меня были очень сложные двадцать четыре часа, и я чувствую себя немного потерянным, и я… Я не знаю, что мне делать. − Это касается сна? — спросил оборотень. Гарри тихо рассмеялся.  — Да, что-то вроде, — Он взял в руки медальон, как будто тот может дать какие-то ответы. — Ты ненавидишь меня? − Нет, Гарри, не ненавижу, − моргнув, произнес Римус. − А мои родители? На это старший мужчина засмеялся.  — Гарри, ты можешь убивать щенков, и всё равно твои родители не будут ненавидеть тебя. Они любят тебя. − Но я им нравлюсь? — закусив губу, тихо спросил Гарри. На это Римус промолчал, и Гарри сразу все понял. − Гарри, я не имел ввиду… − Всё в порядке, — сказал брюнет, — Я не собираюсь делать вид, что всё понимаю, потому что это всё немного… Есть вещи, которые… − Он остановился. Гарри не знает, что это будет значить и какова будет реакция, если он озвучит то, что так хочется сказать. Да и вряд ли кто-то поверит ему. — Я не хочу быть ублюдком. − Ты не такой. − Думаю, именно такой, − произнес Гарри быстро. — Думаю такой, и я не хочу быть ммм… Я хочу стать лучше. В этот момент, Поттер почувствовал, как что-то дотронулось до его ног и, посмотрев вниз, увидел, как Тедди лезет по нему. Инстинктивно он поставил чашку чая на стол и подкинул малыша. Реакция Сириуса не заставила себя ждать:  — Нет, маленький! Гарри не хочет твои слюни на себе. Гарри закатил глаза. Знакомая тяжесть на его руках была как раз тем, что нужно, и он покачал Тедди на колене, именно так, как тот любит. — Ох, он ведь знает, что мне плевать на слюни, правда, Тедди? Малыш широко улыбнулся. Крошки посыпались у него изо рта, но Гарри успел подставить руку и не дал им упасть на пол, в то время как Тедди снял с него очки. Римус резко вдохнул воздух, боясь реакции Гарри, но тот проигнорировал его. Парень перекрутил очки и надел мальчику на нос. − Смотри, теперь ты выглядишь совсем как я. Тедди улыбнулся своей беззубой улыбкой и повернулся к своим родителям.  — Папа, − он провел ладонью по стеклам, спуская их ниже на нос, и, встав Гарри на колени, начал качаться. Его крестный поддерживал мальчика за маленькие кулачки; его взгляд переместился на мужчин напротив, которые смотрели на него так, будто он держал взрывоопасную бомбу в руках. − Я не провожу с ним достаточно время, правда? — пробормотал Гарри. − Эээ. Нет. Ты видел его только однажды, — пробормотал Сириус в ответ. Именно в этот момент Тедди достаточно ясно показал, что ему нужно поменять памперсы. Когда Сириус наклонился, чтобы забрать мальчика, Гарри поднялся и посадил ребенка на бедро.  — Памперсы внутри? Я сам справлюсь, − проигнорировав шокированные взгляды мужчин, он поторопился в дом за детскими принадлежностями. Он расстелил пеленки и положил младенца на спину. − Знаешь, Тед, я не знаю, что мне делать. Тедди наклонился и ткнул пальцем ему в лоб, когда Гарри наклонился, чтобы его очистить.  — Пла-пла. − Правильно, − вздохнул Гарри, − Я думаю, я здесь плохой парень. Он очистил его, потом выкинул использованный памперс и начал одевать новый.  — Как оказалось, что этот я - ужасный человек, который не любит детские слюни и чересчур много пьет? И я не могу сказать им правду, ведь так? − Наа — проговорил Тедди, — На мабаба. Гарри тихо рассмеялся и поднял на нём футболку, наклонился и подул на его животик. Малыш закричал и начал смеяться, когда брюнет услышал звук шагов. Подняв голову, он замер. Там, в дверях, стоял Джеймс Поттер.