Любовь в эпоху перемен

      «Новая эра делает нас чужими, именно поэтому мы не хотим понять или выслушать друг друга. Ведь проще разойтись в разные стороны и начать новую жизнь… В одиночестве.       Кит, наконец, просыпается. И возникает новая проблема – наш малыш ничего не помнит о прошлом.       Мы собираемся вместе в последний раз, ставший для всех роковым, чтобы решить, что делать дальше. Ти сидит рядом с Годом, бросая на меня косые взгляды, я же держу Киммона за руку, чтобы не дать ему придушить моего бывшего парня.       - Он ничего не помнит. Это его шанс на новую жизнь, - Ти гневно смотрит на нас двоих, но говорит только о Ките, - Ты должен оставить его в покое, Киммон. Позволь ему жить и быть счастливым. Ведь это твоя вина, что он стал таким…       - Это не его вина, что Кит не так все понял, - перебиваю Ти, крепче сжав руку Кима, - Кроме того, так как малыш ничего не помнит, Киммон может помочь ему.       - И что будет, если он вспомнит? – Ти смотрит на меня, как на таракана, - Какую боль он тогда испытает, узнав, что бросил того, кто, рискуя своей жизнью, вынес его из огня? Узнав, что сделал глупость, из-за которой пострадали другие. Сможет ли он все пережить? Выдержит ли чувство вины?       - У него будет шанс обрести счастье с любимым, - едва не кричу, и на этот раз сам Ким сжимает мою ладонь в знак поддержки.       - А кто сказал, что он все еще будет любить Киммона? – Ти в ярости выплевывает слова, - Он бросил его еще до катастрофы именно потому, что не любил. Примите это. Я его близкий друг, и уже мне-то известно.       - Ты просто ревнивый ребенок, не способный здраво оценить ситуацию, - чувствую, что сейчас или врежу ему, или просто куда-то утащу и буду целовать до тех пор, пока вся эта дурь не исчезнет из его головы. Откуда в нем столько ненависти?       - Хватит… - Киммон встревает в наш разговор, что-то для себя решив, - Я согласен.       - Что? – Бас в удивлении смотрит на своего друга, - На что это ты соглашаешься?       - Я согласен держаться подальше от Кита, - Киммон встает, намереваясь уйти, - Я не буду ему ничего говорить, не буду показываться ему на глаза, но если он сам все вспомнит, вы не должны ему мешать сделать выбор. Иначе я не посчитаюсь с тем, что ты его друг, Ти.       Киммон уходит, а мы все с удвоенной неприязнью смотрим друг на друга.       - Я против этого, - Бас встает, - Кит должен быть с Киммоном. Его забота быстрее поможет твоему другу прийти в себя, Ти. Год, скажи же ему…       - Прости, малыш, но я согласен с Ти, - Год как всегда спокоен и невозмутим, - Мы не должны заставлять его проходить через весь этот кошмар.       - Вот как? – Бас смотрит на Года с какой-то обидой, - Значит, лучше забыть о любви? А как же чувства Кима? Они не в счет?       - Прости, но чем-то нужно жертвовать… - Год пожимает плечами.       - Значит, ты бы и нашими чувствами пожертвовал? – Бас сжимает кулаки, закипая.       - Мы – совсем другое, - Год удивленно смотрит на своего ребенка, не понимая его реакции.       - Тогда выбирай – или Кит остается с Киммоном, или мы с тобой больше не существуем, - малыш настроен серьезно, и я с любопытством ожидаю продолжения.       - Не говори ерунды, - Год возмущается.       - Выбирай! – Бас уже кричит, и я обнимаю его за плечи, чтобы успокоить.       - Я не изменю своего мнения из-за твоей истерики, - Год хмурится, видя мой жест.       - Тогда между нами все кончено… - малыш говорит шепотом, но мы все прекрасно слышим, - Больше не хочу тебя видеть… Никогда. Убирайся из моего города! Здесь не место таким бесчувственным типам, как ты!       - Йо, успокойся… - пытаюсь решить дело миром, так как Год нам нужен, поэтому называю Баса старым именем.       - Он выбрал не меня, Форт, - Бас едва не плачет, - А значит, он нам не нужен! Без него справимся…       - Хорошо, я уйду, - Год встает, как-то странно глядя на Баса, - Раз ты так хочешь, уйду…       Малыш уходит первым, так и не дослушав своего теперь бывшего парня, а Год, выругавшись, следующим покидает помещение.       Мы остаемся с Ти один на один, и, кажется, его это очень напрягает.       - И что, - я решаю воспользоваться шансом, - Ты тоже уйдешь? Бросив меня из-за недоразумения?       - Не думаю, что это лишь недоразумение, - Ти криво усмехается, - Ты даже сейчас от него отклеиться не смог. Ты сам все разрушил, Тэ, поэтому не проси меня все забыть. Я никогда тебя не прощу!       - Зачем ты мстишь Киммону, если считаешь меня виноватым? – вздыхаю, понимая, что мой путь будет очень длинным.       - Это не месть. Я просто не хочу, чтобы Киту было так же больно, как и мне, когда он узнает о вас, - Ти подходит ко мне, и я встаю, глядя ему в глаза. Мне хочется его обнять, многим с ним поделиться, ведь он еще не знает, что я выбран императором, а так же не в курсе, что Ким теперь мой брат. Но я молчу, боясь, что будет еще хуже. Кажется, сейчас я должен его отпустить… Чтобы он все осмыслил и успокоился…       - До встречи, Ти, - наклоняюсь к нему и легонько целую в губы, - Береги себя. Я буду ждать твоего возвращения.       - Прощай, Тэ, - неожиданно обнимает меня и сразу же отстраняется, - Будь счастлив. С его уходом я понимаю, что лишился чего-то важного. Лишился части своей души. Но пути назад нет…»

Из личного дневника Джатурапума I

      Иду во тьме на ощупь, не разбирая дороги. Мне страшно, но я все равно двигаюсь вперед, потому что впереди вижу далекий проблеск света, и он становится моим ориентиром. Позади раздается шепот, уговаривающий меня остановиться, повернуть назад, но я не слушаю его. Я иду. Тогда мой путь озаряется пламенем. Огонь повсюду, и мне безумно жарко, вот только я не боюсь. Я иду. Уже перед самым выходом дорогу мне преграждает знакомый силуэт, чем-то напоминающий моего друга. «Остановись», - просит он, но я больше никого не желаю слушать. Я выбрал свой путь. И я иду. Иду и выхожу к свету. Он окутывает меня своим теплом, согревая и заключая в объятия. Чувствую, что я счастлив. Безумно счастлив. «Я люблю тебя», - говорю вслух и чувствую, как по моей щеке разливается тепло. «Люблю», - слышу шепот в ответ…       Просыпаюсь и обнаруживаю себя в огромной кровати. Интересно, чья это комната?       - Очнулся? – поворачиваюсь на голос и вижу Тэ. Он тепло улыбается, будто и не было его вспышки гнева.       - Где Киммон? – оглядываюсь по сторонам, в надежде увидеть того единственного, кто мне сейчас нужен.       - Он с Басом. Малыш испугался, когда ты потерял сознание, и Ким сейчас пытается его успокоить. – Тэ гладит меня по волосам. – Кажется, на тебя тоже слишком многое сразу свалилось, парень.       - Тэ, прости, что из-за меня столько всего случилось, - шепчу и чувствую, как напрягается его рука.       - Все в прошлом, - император все так же тепло улыбается, хотя в глазах его читается боль, - К тому же сейчас ты можешь помочь, если уговоришь Ти сдаться. Меня он ни слушать, ни видеть не хочет.       - Да, я постараюсь сделать все возможное, - киваю, поднимаясь, - Пришло время раздавать долги.       Киммон и Бас обнаруживаются в саду. Они сидят рядом без респираторов и о чем-то мирно беседуют, даже не беспокоясь о том, что воздух отравлен. Я слышу смех Кима и невольно улыбаюсь сам.       Тэ шумно перебирает ногами, давая знать, что мы здесь, и оба парня оборачиваются на звук.       - Ты очнулся? – Бас вскакивает и крепко обнимает меня, - Я так за тебя испугался. Я тоже обнимаю его, но мой взгляд прикован к человеку за его спиной. Киммон молчит, на его лице полное спокойствие, но глаза его полны нежности и заботы, и я невольно улыбаюсь. Ким тут же начинает улыбаться в ответ, и я чувствую тепло, такое же, как во сне. Я сделаю все возможное, чтобы ты и дальше так улыбался, мой Мингкван. Обещаю…       - Идем, - отпускаю Баса из своих объятий и протягиваю Киммону руку, - Мне нужно поговорить с Ти.       Мы передвигаемся вдоль улицы в сопровождении двух гвардейцев. Я то и дело оглядываюсь на них, тогда как Киммон вообще не обращает на свой эскорт внимания.       - Тэ меня теперь лет сто без них никуда не отпустит, так что привыкай, - говорит самым обыденным тоном, и я решаю послушаться его совета.       Чтобы как-то отвлечься, смотрю по сторонам. Внутренний город прекрасен. Здесь нет залежей радиоактивного мусора, собранного в огромные горы на окраинах, нет многоэтажных монстров, которые теперь своими бездушными скелетами пугают детей на внешней территории. Люди переосмыслили свои ошибки, поэтому кругом стоят небольшие одноэтажные домишки, окруженные едва окрепшими деревцами. Кое-где на дороге пробиваются даже ростки травы, которая усердно разрушает остатки асфальта. Машин в городе мало. Большая их часть осталась на внешней территории, здесь же предпочитают ходить пешком. Вокруг мир и покой. Трудно поверить, что всего лишь в паре километрах, за стеной, боль и разрушение.       - Почему вы бросили тех людей… - шепчу, стараясь не осуждать. Не хочу больше ругаться.       - Чтобы построить что-то, нужно начинать с малого, – Киммон отвечает, даже не задумываясь, - Люди вне цитадели обозлены, они настроены разрушать, поэтому если бы мы не поставили стену, не смогли бы добиться того, что есть. Когда мы полностью вернем знания, что утратили, то отстроим и внешний город. Мы не забыли о тех людях. Мы лишь временно не можем спасти всех.       - Но тем временем, пока вы раздумываете, люди там замерзнут, погибнут от голода и радиации.       - Мы этого не допустим, - Киммон становится серьезным, - Думаешь, откуда бралась та еда, которую ты ел? Где брали одежду и воду остальные? Да, мы не можем дать много, но все же не позволим умереть тем, кто оказался по ту сторону. Они тоже часть государства.       - Говоришь, как император, - пытаюсь пошутить, но Ким все еще серьезен.       - Я и есть император. Мы все: и я, и Бас, и Тэ, и остальные члены совета выполняем работу императора, просто Тэ числится им официально.       - Да-да, я понял, - киваю, - Кажется, мне придется каждый раз записываться на аудиенцию, чтобы увидеться с тобой.       - Если ты захочешь меня увидеть, - Ким улыбается, - Тебе стоит только позвать меня. На твоем браслете есть эта функция.       Не успеваю ничего ответить, так как мы приходим к огромной каменной постройке. Тюрьма. До катаклизма здесь тоже содержали заключенных. Здание чудом устояло, и поэтому наместник решил не менять назначения этого печального сооружения.       Хотя мы и в тюрьме, но камера Ти мало об этом напоминает. Она ни чем не уступает той комнате, в которую меня изначально поместил Киммон. Разве что шкуры не хватает. Прошу Киммона подождать за дверью и захожу внутрь.       Ти сидит на небольшом диване с какой-то книгой в руках и даже не смотрит в мою сторону.       - Здравствуй, Ти, - Первым нарушаю молчание.       - Тэ, видать совсем отчаялся, если прислал тебя, - едкая ухмылка, - Неужели он думает, что ты сможешь меня в чем-то убедить?       - Мне не зачем тебя убеждать, Ти, - я отвечаю ровным голосом, - Мне просто нужно было тебя увидеть.       - Теперь ты с ними? – мой друг прожигает меня взглядом, - Я знал, что рано или поздно ты перейдешь на их сторону.       - Я не перешел на их сторону, Ти, - смотрю на него в упор, - Я просто решил занять то место, которое изначально должно было быть моим.       - Твое место? – чувствую, как его черные глаза пытаются прожечь во мне дыру, - И где же оно?       - Рядом с Киммоном, - отвечаю, удивив своего друга. – И мне изначально не следовало его покидать, тогда бы не было всех этих недоразумений…       - Значит, все, что произошло, для тебя лишь недоразумение? – Ти начинает злиться.       - Недоразумение – это твое упрямство. Тэ любит тебя, и всегда любил, а ты все это время делаешь вид, что он тебе безразличен… Опомнись, пока еще не поздно, Ти.       - Тебе что, мозг промыли? – при упоминании имени императора мой приятель бледнеет и сжимает кулаки, - С каких пор ты защищаешь Тэ?       - С тех пор, как узнал правду, - делаю вид, что не вижу его состояния.       - И какова же правда? – Ти смотрит на меня, не моргая, будто от моего ответа зависит его жизнь.       - А правда такова, что мы все ошибались, - вздыхаю, - И ты, и Год, и я. Вам двоим не следовало скрывать от меня произошедшее, а мне не следовало изначально пытаться сбежать от себя. Потому что, даже потеряв память, я знал, что люблю Киммона, и сейчас я, наконец, осознал, что даже после апокалипсиса могу быть счастлив. Пока он рядом.       Ти отворачивается, пытаясь скрыть от меня свои чувства, но я понимаю, что мой друг давно и сам понял, что совершил ошибку. Вот только вряд ли этот упрямец признает свою вину.       - Ты должен выбрать, Ти, - шепчу, стараясь скрыть горечь в голосе, - Или ты тоже обретешь счастье, или будешь до конца жизни сожалеть о прошлом.       Выйдя из тюрьмы, чувствую облегчение. Верю, что Ти обдумает мои слова и примет правильное решение. У Киммона, кажется, тоже имеется свой план, поэтому он оставляет камеру моего друга не запертой.       - Кит, - Ким первым заговаривает, и, слыша это имя, я понимаю, что меня ждет серьезный разговор, к которому я пока еще не расположен абсолютно.       - Зови меня Коптер, давай не вспоминать прошлое, - пытаюсь говорить хоть что-то, подавляя чувство сбежать.       - Хорошо, - Киммон соглашается слишком быстро, - Скажи мне, что сейчас между нами? Какие у нас отношения?       - Давай отложим этот разговор на потом, ладно? – шепчу, беря его за руку, - Я еще не готов к нему.       - Хорошо, как скажешь.       Киммон высвобождает свою руку и ускоряет шаг. А я лишь молча иду за ним, глядя ему в затылок. Прости меня. Это последний раз, когда я делаю тебе больно. Я обязательно исправлюсь.