Курс молодого шинсенгумовца

Тидзуру проснулась рано и, не увидев Сэй-чан на месте, очень удивилась. Стопки с одеждой не было, значит, она могла просто пойти умываться, так решила добродушная Юкимура, приводя себя и постель в порядок. Прошло несколько минут. Створа дверей тихонько отъехала в сторону. - Сэй-чан, ну, наконец-то! – улыбнувшись, обернулась Тидзуру и изумленно замерла: девушка была похожа на страшного призрака, которого потревожили ночью. – Сэй-чан! – испугалась она, подбегая к ней. Лина тут же снова дала волю слезам, так как жалость других побуждает к жалости к себе самой. – Что случилось, Сэй-чан? – не выдержав веса навалившейся на нее девушки, Юкимура опустилась на пол, садя и ее. Затем она, быстро выглянув в коридор, закрыла дверь и села рядом с плачущей Линой, обняв ее, пытаясь успокоить. – Сэй-чан, может, ты что-то вспомнила о себе? – но девушка, уткнувшись ей в грудь, покачала головой. Тидзуру в растерянности прижимала к себе сотрясающуюся от рыданий иномирянку и не знала, что и подумать. – Все хорошо, Сэй-чан… Спустя минут пятнадцать Лина успокоилась и теперь просто сидела, стирая ладонями слезы со щек. Юкимура молчала рядом, каким-то шестым чувством чувствуя, что случилось. Девушка немного наклонила голову вбок, и Тидзуру увидела синие следы, которые чуть ранее посчитала за тень, отбрасываемую встающим солнцем. - Сэй-чан, что это? – спросила она. Лина проследила ее взгляд и только сейчас вспомнила, что было до его отказа. Тут же неприятно заболело горло, и стало немного больно глотать. - Ничего особенно, Ти-чан, - равнодушно ответила девушка, пересаживаясь с ног на задницу, так как те занемели. – Знаешь… Я расскажу тебе кое-что… Только пообещай, что никому не расскажешь, хорошо? – хотя, в принципе, девочке и так не с кем было болтать. - Да, - серьезно кивнула она. - Хорошо… - Лина вздохнула. – Тогда слушай… - и рассказала ей о своем ночном похождении, опуская разве что свои мысли, которые она не запомнила. Юкимура внимательно ее слушала, иногда прикладывая ладошку ко рту, выражая этим свое изумление. Когда Лина замолчала, сама анализируя эту ситуацию, Тидзуру задумалась. Конечно, отказ – это всегда больно и горько, но… разве можно из-за этого так сильно расстраиваться? Ведь Саннан-сан не сердился, а по-доброму все ей объяснил. И девочка была полностью с ним согласна, видя в этом логичную сторону этой ситуации. Посчитав свои суждения правильными, Тидзуру сказала о них Сэй. Лина посмотрела на девочку тяжелым взглядом и, вымученно улыбнувшись, все же тихо сказала: - Конечно, Ти-чан. Вы правы. Вы всегда правы… Юкимура, посмотрев на ее улыбку, облегченно вздохнула – значит, Сэй-чан все поняла и больше плакать не будет. Поднявшись на ноги, Тидзуру решила сама прибрать постель подружки, чем и занялась, в душе радуясь, что смогла хоть чем-то помочь ей. - Пожалуй, - вздохнула Лина, встав. – Мне нужно пойти умыться, чтобы за едой я не была похожа на злую заблудшую душу, - рассмеялась, но каким-то странным смехом, граничащим с истерикой. Юкимура тоже улыбнулась, обернувшись через плечо. *** Все уже давно проснулись. С тренировочной площадки доносился крик командиров. Расцвела сакура, возвещая стране, что пришло тепло. Было немного прохладно из-за раннего утра, но свежо, и ветра не было. Умываясь, Лина отгоняла от себя все мысли о секретаре, посчитав произошедшее сегодня дурным кошмаром, который не должен повлиять на жизнь. «Все хорошо, да, - уверяла она себя, зачерпывая пригоршню воды и окуная в нее лицо. – Он взрослый, он лучше знает, как лучше. И к черту Коидзуми – я не буду больше ничего предпринимать. Если он так сказал, значит, я рожей не вышла, ага, - Лина подождала, пока успокоится вода в тазу, и поглядела на свое отражение. – В конце концов, что тут, парней, что ли, нет других? Пф! На этом готе свет клином не сошелся! – бравируя, заявила она себе. – И вообще, приглашу сегодня их в чайную и хорошо напьюсь, забывшись обо всем», - с мрачным удовольствием решила она, вытирая полотенцем лицо. *** - Сэй-чан, ты повеселела, - заметила Тидзуру, когда они шли в столовую. - Ага, - кивнула ухмыляющаяся Лина. – Я подумала, что в твоих словах был смысл, Ти-чан, так что не волнуюсь ни о чем. Хм… поскорее бы вспомнить свое прошлое, - сквозь зубы процедила она. - Сэй-чан, - улыбнулась девочка, посмотрев на нее. – Ты похожа на Сайто-сана! - Пхех. И чем это? – делано нахмурилась Лина, не понимая, что может быть общего у них. - Ты также завязала вокруг шеи… - показывая рукой на себе, сказала Юкимура. А Лина просто попросила неширокий, но длинный темный кусок ткани, в который можно было бы спрятать «следы любовных утех», как обозвала это сама девушка. И завязала она его не как Хаджиме, а просто обмотала пару раз вокруг шеи и концы кинула за спину. - Я как-то и не задумывалась, как нужно было завязать этот шарф, - пожала она плечами, заходя позади Тидзуру в столовую. На завтраки, обеды и ужины там никто не опаздывал – примета плохая, Шинпачи все съесть может, как шутил Хейске, поэтому все были в сборе. Даже командир Кондо и… секретарь. Лина думала, что уже ничего к нему не чувствует. Думала, что любовь, как отрезало. Но, едва она его увидела, как улыбка мигом сползла с ее лица, и она еле сдержалась, чтобы не зарыдать. Девушка прошла на свое место, которое было дальше всех – она так сама попросила – и, не обращая внимания на шум и разговор, ушла в себя, изо всех сил стараясь не зареветь. Окита и Сайто, проводив взглядом Сэй, переглянулись между собой, и только Соджи хотел поинтересоваться, что с ней, как Харада его опередил. - Сэй-чан сегодня не улыбается, - заметил он. Ноль реакции с ее стороны. – Сэй-чан, - позвал он ее. - А? – очнулась она, подняв голову. – Вы что-то сказали? - Ты сегодня не улыбаешься, Сэй-чан. Что-то случилось? – улыбнулся Харада, остальные сделали вид, что заняты едой. - Все хорошо, - улыбнулась Лина, прищурив глаза, тем самым скрывая слезы. – Просто я плохо спала и не выспалась, только и всего, - обида душила ее, а еще девушка боялась глянуть в сторону Саннана, который слышал этот диалог и прекрасно видел, как блестят от слез ее глаза. Впрочем, он был уверен, что поступил правильно. Нужно только подождать, разумел он, и она сама поймет, как ошибалась, и пожалеет об этом. А быть может, он и забыл об этом. Кто его разберет. - Сэй-чан, - весело сказал Шинпачи, палочкой отковыряв от рыбы кусочек. – Ты не забыла, что пригласила нас всех в чайную? - Эй, Сэй-чан вообще-то никого не приглашала, - напомнил Хейске. - Но я буду не против, если вы согласитесь пойти, - тут же подхватила эту идею Лина. – Хиджиката-сан, вы не против? – умоляющим взглядом взглянула на зама. - Все зависит от решения Кондо-сана, - сухо ответил Тошизо, не отвлекаясь от еды. - Ха-ха, разумеется, я не против. Сэй-чан очень помогла нам, так что не будет ничего страшного, если вы прогуляетесь, - улыбнулся командир. - Спасибо вам, я так рада, - искренне сказала девушка, ибо реально имела планы на сегодняшний вечер, чтобы напиться и забыться. - Значит, ужин готовить не надо, - нашел выгоду для себя Окита. Лина улыбнулась и ему, снова опустив голову к миске рисом, так и не взглянув на секретаря, боясь увидеть там что-то… *** «… пускай, не поймаешь автобус – ляжешь потом под трамвай», - мрачно допела Лина песенку про себя, сидя свесив ноги на полу коридора и смотря на цветущую сакуру. Вслух она петь побоялась, чтобы никого не напугать, ну, дома-то уже привыкли к ее ариям Витаса, так что не особо обращали внимания. «Ну да, - ласковое солнце, издеваясь над девушкой, напомнило ей Саннана. – Представляю, если ко мне бы подкатил какой-нибудь… парень. Я б сделала такое лицо: Х_х, воскликнула бы «Уйди, пративный!!!» и… А, ну теперь понятно, чего он мне отказал. – Лина, еще раз прокрутила в голове свои мысли и вдруг осознала, приложив руку к лицу: - Похоже, сдаваться я не собираюсь. Ве-ли-ко-леп-но», - и, сгорбившись, положила голову на руки, упертые в колени. - Сакура в этом году цветет очень красиво, - раздался сбоку голос, и Окита присел рядом с девушкой. - Да? – выпрямилась и снова оценивающе взглянула на дерево. – Ну, наверное, вам виднее. - Сэй-чан, что у тебя случилось? – посмотрев на нее, спросил Соджи. - Не хочу вас обижать, Окита-сан, но вы надоели этим вопросом, - сварливо проговорила Лина. – Я ведь уже объяснила, что случилось, - недовольно посмотрела на него, но, наткнувшись на внимательный взгляд самурая, тут же отвела глаза, не говоря ни слова. - Хм. – Соджи перевел взгляд на сакуру. – Надеюсь, это не связано с Саннан-саном? – после паузы сказал он. - …!!! – она взглянула на него таким изумленным взглядом, что могло только подтвердить предположения Окиты. - Значит, из-за него, - мельком глянув на нее, чуть усмехнулся он. - Нет-нет! Я даже не понимаю, о чем вы говорите! – Лина пыталась говорить возмущенно, чтобы скрыть замешательство оттого, насколько быстро ее раскрыли. – Я вообще не понимаю, что может быть общего у меня и того странного человека, - исподлобья взглянула в глаза Соджи – так всегда легче врать. – Пф, что за глупости, - небрежно передернула плечом, сделав вид, что раздражена. - Ладно, - не стал настаивать он, поднимаясь. – Но если я узнаю, что ты говорила мне неправду, - убью, - донес до ее сведения. - Окита-сан, - теперь она действительно раздражилась из-за того, что он лез к ней в душу. – Я буду говорить вам правду, только когда вы на мне женитесь, - с мстительным удовольствием посмотрела ему в глаза. – Уж тогда я точно никогда от вас ничего не скрою. - Хорошо, - улыбнулся самурай. Лина округлила глаза: - Э… вы серьезно, что ли? Или вы реально шуток не понимаете? Вы так странно шутите, Окита-сан, что не разобрать, когда вы серьезны, - надулась и отвернулась, вперив глаза в забор. Промолчав, Соджи ушел, как-то странно улыбаясь. *** Время до обеда Лина бездарно потратила на тупое слоняние по периметру. Тидзуру была чем-то занята, так что иномирянка в своем супер костюме от Шинсенгуми ходила по территории и рассматривала достопримечательности: пейзаж, дома и командиров, занятых в деле. Даже при тщательном осмотре нашлась купальня в самом конце комплекса, уютная такая, с горячей водой природного происхождения. Восхитилась. А потом увидела, что в другом корпусе, точнее, возле него Сайто тренирует своих воинов. Удивилась. Лина еще никогда не видела, каким может быть этот флегматичный… человек. «Хы-хы, жаль, фотика нет, - ухмыляясь, подумала она, садясь на землю, по-турецки сложив ноги, и смотря, как Хаджиме гоняет свой отряд не хуже физкультурного тренера. – Век живи – век учись, и никогда бы не узнала, что он так ответственно подходит к делу». Длинную светлую косу Лина перекинула на грудь, чтобы кончик не волочился по земле. Наконец, она зевнула, понимая, что ничего такого захватывающего в этих тренировках нет. Поднялась с земли и направилась в главный корпус. Сайто, заметив ее фигуру, чуть нахмурился: она слишком была похожа на девушку, как бы это не повредило дисциплине в их отрядах. А Лина, между тем… потерялась. Ага, она заблудилась, хотя не страдала дезориентацией. Просто все эти корпусики были так друг на друга похожи, что и не отличишь их. «Нормально, - остановившись рядом с деревом сакуры, подумала Лина. – Остается ждать, когда здесь кто-нибудь пройдет, и спросить у него дорогу. Да... Или покричать… А можно головой об дерево побиться, ага», - возвела очи горе и, решив продвигаться только вперед, смело пошла по назначенному курсу. Логика ее не подвела: через полчаса скитаний, множество найденных неизвестных ранее мест и хождений кругами девушка все же выбралась оттуда. Как оказалось, а она этого просто не заметила, между казармами и домом, где жили командиры, было такое небольшое расстояние, метров в тридцать. Лина приложила руку к лицу, представив, как она кругами ходила там в поисках знакомого дома. «План выхода, чо», - вспоминая этот самый план, едва не рассмеялась, тем самым понемногу поднимая себе настроение. - А… дом, милый дом, - устало опускаясь на край пола, выдохнула Лина, чувствуя, как приятно устать за столько времени ничегонеделанья. Сладко потянулась, чувствуя, как захрустели суставы. – Ревматизьм, е-мое… - перекривила она соседскую бабульку. - Сэй-чан! – из-за поворота вышла Тидзуру. – Я тебя уже давно ищу. Ты где была? – она быстро подошла к девушке. - А… ну, так я это… гулять ходила… - тоном «А что, собственно, случилось?» проговорила та. - Это тебе не ярмарка, где можно свободно ходить, Сэй, - строго сказал Хиджиката, выходя из-за того же поворота. – Впредь такого больше не делай. - Э… А… Но почему? – удивилась Лина, забыв, в каком она времени находится. Но зам, лишь сверкнув глазами, повернулся и ушел. – Эй! Хиджиката-сан! потрудитесь объяснить! – она вскочила и побежала вслед за ним, надеясь услышать причину. - Сэй-чан! – попробовала было остановить ее Тидзуру, но иномирянка уже завернула за угол, где остановилась как вкопанная. Хиджиката стоял к ней спиной и разговаривал с Саннаном и Окитой. Разумеется, те двое ее заметили. Заметили, как краска бросилась ей в лицо и как глаза испуганно остановились на нем. Секретарь посерьезнел, а Соджи, глянув на них обоих, все же кое-что понял. Тошизо, заметив, что его собеседники смотрят куда-то назад, обернулся и, увидев девушку, нахмурился. - Ты что-то хотела? – недовольно сказал он. - Я… - Лина усилием воли заставила себя оторваться от Саннана и посмотреть на зама. – Да. Объясните понятнее, почему я не могу ходить по территории. А без объяснений я продолжу исследовать этот райский уголок: здесь ведь так много интересного, - последнее было сказано с улыбкой пятилетнего ребенка, которого только выпустили на улицу погулять. - Ха-ха! – рассмеялся Окита. – Хиджиката-сан, вам придется ей объяснить. Иностранцы такие упрямые. Но вместо этого раздался мягкий тон секретаря. - Сэй-чан, если сравнивать тебя и Юкимуру, то она менее похожа на девушку. Женщин не принято держать в шинсенгуми, поэтому мы боимся, что ваше с Тидзуру присутствие здесь может навредить. Лина слушала его с замиранием сердца и, когда он замолчал, склонила голову и тихо сказала: - Простите, я больше не буду. Я все поняла, - и быстро скрылась за углом. Мужчины проводили ее взглядом, потом Хиджиката повернулся к своим собеседникам, чтобы продолжить прерванный разговор. - Как у вас хорошо получается с ней ладить, Саннан-сан, - заметил Окита, хитро сощурившись. - Дипломатия, - улыбнулся секретарь Шинсенгуми. – Тебе, Окита-кун, до этого еще расти и расти. «Черт, черт, черт! – слыша этот диалог, подумала иномирянка. – Теперь он знает. Отлично. Просто прекрасно. Ладно… теперь главное не оставаться с ним один на один, тогда он не будет пытать меня своими каверзными вопросами… Детектор лжи, е-мое… - Тидзуру уже опять куда-то смылась, поэтому пробираться к своей комнате пришлось самой. – И вообще, - разозлилась на себя, - я веду себя, как последняя Мэри Сью! Но… - она остановилась. – Неужели они настолько воспитанные, что не ударят женщину, даже если она настолько сварлива и упряма, как я? А вот зря они, - вновь продолжила идти. – Меня, между прочим, воспитывать надо. А то я так и на шею сесть могу, ага, я-то себя знаю. И… что он имел в виду под «больше похожа на девушку»? – Лина невольно покосилась на свою грудь, которую, хоть и не сильно, но было заметно, несмотря на широту одежды. – Это, что ли? Так это… - губы сами растянулись в широкой улыбке. – Типа, комплимент? Блин, да я счастлива», - и, продолжая улыбаться, как майская роза в лопухах, добралась до своей комнаты, где разлеглась на футоне, мечтательно смотря в потолок. *** Впрочем, много думать вредно. Особенно впечатлительным людям. В общем, к тому часу, когда Тидзуру позвала девушку обедать, Лина осадила свой романтический настрой, охладив себя воспоминаниями об отказе. «Ну, да, а это был не комплимент, а сравнение. И вообще, не идеал я японской красоты. Ну и нафиг», - с мрачным лицом села на свое место, самое дальнее. На этот раз они сели как-то странно. Вернее, точно так же. Лину это немножко раздражало, хотя сидеть спиной к стене было гораздо лучше, чем к дверям, которые практически никогда не закрывались. Сайто сидел на своем месте, рядом с ним – Окита, а еще был какой-то человек… Лина все пыталась вспомнить его имя, но как назло никто к нему не обращался. На другой стороне сидели Хейске, Тидзуру и Сэй. Ели молча, каждый погруженный в свои думы. - Странно, - пробормотала девушка, прожевывая рис. – Мне кажется, или он пересолен? В такой тишине ее услышали все. - Э… - стушевалась она, заметив такое внимание. – Вкусно вообще-то, - неосознанно придав своему лицу испуганное выражение, посмотрела на Хаджиме. – Очень даже. Может, показалось… - Нет, не показалось, - ответил Сайто. – Рис соленый, но не пересолен. - Какая тонкая, должно быть, грань… Но очень вкусно, честно, - улыбнулась она ему, но, встретив леденящий душу взгляд, вмиг посерьезнела и уткнулась в миску с рисом. Секретаря не было – видно, чем-то занят был вместе с Хиджикатой и Кондо, раз пропустили весь обед и пришли только тогда, когда все остальные ушли. Лина мельком его увидела, но, решив не смотреть в его сторону, нарочно заговорила с Юкимурой о каких-то пустяках. Девочка только пожимала плечами или иногда хихикала. *** Про них с Тидзуру можно было сочинять сказку: Рукодельница и Ленивица. Лина сразу после обеда пошла в комнату, развалилась на футоне и изо всех сил изображала лежачий камень. Юкимура же носилась, пытаясь всем помочь, везде успеть, за всем уследить, что, в общем-то, у нее хорошо получалось. «А мне пофиг, - меланхолично думала иномирянка, снова увидев силуэт проходящей мимо комнаты Тидзуру. – Я домой хочу, здесь мне нечего делать. Я здесь бессильна, бесполезна и вообще лишняя». Как было видно, на несчастную отвергнутую девушку навалилась депрессия, из которой нужно было выйти раньше, чем Лина решит рассказать о себе настоящую правду. А Юкимура ни о чем не думала, вернее, она не думала, что с ее соседкой по комнате творится на самом деле. Девочка изо всех сил старалась помочь самураям за то, что они так добры с ней. Поэтому она, загрузив себя грязными халатами, бежала к колодцу, где можно их постирать. И зачем, стало быть, убивать настолько полезного человека, если самому не хочется заниматься женской работой? Вот так и осталась жива Тидзуру. Насчет Лины было, наверное, все сложнее. Ведь ее история никому не известна, зато уже много слухов стало ходить среди отрядов. Некоторые были цензурные и вполне приличные, а другие были двусмысленными, так что их обсуждали только парами и только если никого из командующих не было вблизи. Хорошо еще, что командиры об этом не узнали. Хотя, думается, даже если б узнали, то ничего не сделали бы. Это ведь не лично их касается. Вот о чем думала Лина, лежа в комнате и смотря в потолок. *** Да. Скучен день до вечера, коли делать нечего. Но, стойко терпя неудобство от отлежанных боков, девушка сдержала слово, данное себе, и не вышла из комнаты... конечно, просто так. По своим делам выходить было нужно, ага. Иногда заходила Тидзуру, качала головой, говорила что-то, сидела немного и вновь уходила. А потом, наконец, зашло солнце и настал вечер. Лина меланхолично вышла из комнаты, тихо прикрыла дверь и встала посреди коридора, смотря направо и налево, интересуясь, куда пропали все и почему они забыли ее. Ну да, ее забудешь. Вон, Окита и Хейске шли вместе с Тидзуру, чтобы забрать Сэй-чан и вместе пойти в город. - Надо же, - пространно заметила девушка, когда они подошли к ней. – А я думала, вы про меня забыли. - Сэй-чан, благодаря тебе мне не пришлось готовить ужин, - весело сказал Соджи. – Так что мы с Хаджиме-куном не могли забыть про тебя. - Спасибо, я счастлива, - флегматично кивнула Лина, идя рядом с Тидзуру. - Сэй, ты сегодня явно не в настроении, - заметил Хейске. – Может, отложим? - Это не тебе решать, Хейске-кун, - заметила иномирянка. – Да и вообще, не обращай на меня внимания. Вот, смотри на Тидзуру: в любое время дня и ночи весела и готова всем помогать. Юкимура в ответ пожала плечами, подумав о том, насколько Сэй-чан странная… Но если переводить ее мысли, то получится примерно следующее: «Я таких самодурок, упрямых и невоспитанных, первый раз встречаю. Если иностранцы все такие…» Тут мысли закономерно оборвались, так как их компания подошла к воротам, где ждали командиры во главе Хиджикаты, который не мог отпустить свой цирк в город без главврача. Шли в ряд. Лина помнила только, что Хиджиката, изо всех сил давя пафос, вышагивал посередине. Тидзуру оказалась с краю, возле Сайто, ну а возле девочки, точнее сказать, позади нее, чтобы никто лишнего не подумал, шла Лина. Шинпачи веселился, шутил и сам смеялся над своими шутками. Остальные улыбались или просто не обращали внимания, как Сайто, к примеру. Впрочем, Лине не было до них никакого дела. Ипать, велика сила депрессии влюбленной. Затем все зашли в чайную, незнакомую чайную, так что риск оказаться лицом к лицу с Такани или Ямадзаки был сведен к минимуму. Сняли себе отдельную комнату, где и расположились. Хиджиката по канону уселся во главе импровизированного стола, коим являлся пол. По правую сторону от него уселись Сайто, Соджи, Тидзуру и Лина, которая хвостом ходила за несчастной Юкимурой. По левую сторону расположились Сано, Шинпачи и Хейске. Причем те очень расстроились, что Сэй-чан не села с ними. - Боюсь, что я не смогу и кусочка съесть, если буду сидеть напротив Сайто-сана, - отшутилась Лина, стараясь сбросить оцепенение апатии. Хаджиме лишь еле заметно усмехнулся. - Сэй-чан больше приятно смотреть на нас, - улыбнулся Саноске. – Польщен. - Сэй-чан, смотри сколько хочешь, - широко улыбнулся Шинпачи. – Лично я буду только рад. «Пф, как мало нужно ребенку для счастья», - иронично подумала Лина, но, вспомнив о счастье, автоматически вспомнила про секретаря. Принесли подносы со множеством разных плошек, одной бутылочкой и маленькой пиалой. Из еды знаком был только рис, так что Лина, особо не страдающая гурманизмом, скромно подцепила палочками кусок риса. Разумеется, она еще помнила свое обещание напиться, но сделать это нужно было культурно, тихо и чтоб не переступить ту грань, когда становится утром стыдно, но уже не помнишь, за что именно. Раздумывая над этим поистине жизненно важным вопросом, Лина отложила палочки в сторону и взяла в руку миниатюрный сосуд, в котором что-то плескалось. - Сэй-чан, - почти испуганно позвал ее Тодо, на лице которого был заметен легкий румянец. – Ты раньше когда-нибудь пила саке? - Логично, Хейске-кун, - криво усмехнулась Лина. – Не помню. - Верно, - улыбнулся тот, смущенно почесав затылок, поняв, что сморозил. - Сэй-чан, ты попробуй, - весело предложил Нагакура. – Если ты иностранка, то у вас там такого точно нет. - Э… а что это? – Лина, превосходно притворяясь, как-то с настороженностью понюхала содержимое. - Это саке, Сэй-чан, - ответил Соджи. – Если хочешь, можешь попробовать. - Хех, какой-то хитрый взгляд у вас, Окита-сан, - сварливо заметила Лина. – Небось, отрава это, да? А, Тидзуру-чан? Девочка посмотрела сначала на Лину, затем на остальных и честно соврала, опустив голову к поднесенной миске с рисом: - Не знаю. - Отлично, - улыбнулась иномирянка. – Раз содержимое этого сосуда неизвестно, значит, надо его исследовать, - и на глазах изумленных мужчин и одной девочки налила в пиалу саке и залпом выпила. – Мерзкое… - скривилась девушка, поднеся руку ко рту. – Но, впрочем, пить можно. - В Японии женщины не пьют саке, - нахмурившись, заметил Хиджиката, который не пил из собственных соображений, что, мол, начальство должно оставаться трезвым в любом случае. - Хиджиката-сан, - наливая себе еще, мягко заметила иномирянка. – Во-первых, не хмурьтесь – морщины появятся. А во-вторых, а вы-то чего не пьете, м? – кинула на него повеселевший взгляд, подразумевая какую-то веселую шуточку, известную в определенных кругах. Мужчины в тихом шоке переводили взгляд то на нее, то на зама. Тидзуру так вообще не могла понять, что с ней творится. – Ваше здоровье, Хиджиката-сан, - и опрокинула в себя еще одну пиалу. - Сэй-чан, может, тебе лучше не пить? – серьезно сказал Окита. - Действительно, Сэй-чан, кажется, оно плохо на тебя действует, - заметил Шинпачи. - Правда? Ну, известный факт, что алкоголь (а это именно он, могли бы и сразу сказать, ничего бы с вами не случилось) только развязывает язык женщинам, - донесла до их сведения Лина, теперь уже не залпом выпивая саке, а дробя на глотки. – И да, Окита-сан, - снова сварливо сказала она, недовольно глянув на него. – Вот выйдем на улицу, и я завяжу ваше кимоно до самой головы. Знаете ли, ходите с открытой грудью, красуетесь всем, а ведь так и воспаление недолго получить, ага, - сделала глоток под изумленный взгляд Соджи. – А его в таких условиях не заметишь – и все. Туберкулез, ага… Что вы на меня так смотрите? – заметила его взгляд. – Это просто мое мнение. Хотя его многие врачи вам подтвердят. - А ведь она права, - Тошизо глянул на Соджи. – Завтра же к врачу пойдешь, чтобы он тебя осмотрел. - Но Хиджиката-сан! – воспротивился было тот, но зам был непреклонен. Окита недовольно замолчал, уткнувшись в свой поднос. Далее Шинпачи вспомнил что-то очень смешное, так что все улыбнулись, возвращаясь к привычной беседе. Через некоторое время Лина снова потянулась к бутылке, чтобы продолжить заливать свою тоску. Но противная бутылка смогла выжать из себя только капельку, одиноко сползшую по горлышку в пиалу. - Ну вот, - грустно сказала девушка. – Кажется, саке кончилось. - И хорошо, - заметил слышавший это Хаджиме, хотя в принципе слышали все. - О, Сайто-сан, - будто увидев старого друга после долгой разлуки, удивилась Лина, затем нагнулась вперед, чтоб видеть его. – Я уж было подумала, что вы немой. – Все снова замерли, ожидая реакции ее собеседника. – Нет, ну, правда. Вечно молчите… А, я поняла: это вы типа из себя старого мудрого монаха строите, ага? Слушайте, Сайто-сан, а вы неплохо сохранились для своих девяноста лет. – Шинпачи и Хейске прыснули со смеху. - Совсем пьяная, - заметил Хаджиме, который и ухом не повел на ее рассуждения. - А я все слышу, между прочим, - Лина продолжала на него смотреть. – Ой, кстати. Все время забывала вам сказать… Вот, - она ткнула в него пальцем, на что Тидзуру невольно покраснела за невоспитанность ее уже не подруги. – Ваша челка. Она спадает на лицо. А это плохо, между прочим. У вас косоглазие будет, Сайто-сан, помяните мое слово в старости. А, хотя нет, не поминайте, - серьезно махнула рукой, снова садясь правильно. – Еще мне этого не хватало. Никто не заметил, но бровь Сайто, как раз скрытая той самой челкой, чуть дернулась. - Интересно, - хмыкнул Харада. – И что же тебя еще не устраивает? - Лично в вас, Сано-сан, все. Э… то есть, - потерла лоб, пытаясь сообразить, как правильно сказать. – У вас, с моей точки зрения, все в порядке. Ага. Всем невольно пришла мысль, что гейшу можно и не звать: эта сойдет. - Ну, пойду я за саке схожу, - и действительно собралась подняться. - Сядь, - приказал Хиджиката. – Нельзя тебе саке больше. - Хах, - снова усевшись, Лина предварительно уперлась локтем в колено, подперев щеку рукой. – Хиджиката-сан, скажите, а у вас есть медицинское образование, что вы указываете мне, можно мне саке или нельзя мне саке, м? – Шинпачи с Хейске снова прыснули со смеху, Окита тоже весело фыркнул. А Хиджиката одним только взглядом заставил их всех заткнуться… кроме Лины. – Вы так страшно смотрите, что мне аж весело стало. А, то есть это… страшно, вот. – Она продолжала на него пялиться. – А посмотрите так еще раз, а? Хиджиката еле сдержался, чтобы не приложить руку к лицу. - Нужно ее в себя привести, иначе если что-то случится, ответственность будет на нас, - посмотрев на Лину, уставившуюся на стену в цветочках, сказал он. Тидзуру удивленно смотрела на девушку, не понимая, как так вообще можно. - Я выведу ее на улицу, - поднялся Сайто. – Свежий воздух приведет ее в чувство. - Иди, - кивнул зам. Хаджиме подошел позади к Лине и тронул ее за плечо. Та обернулась и непонимающе посмотрела на него, а потом на Хиджикату. - А, я поняла: вы меня подальше на улицу выкинете, ага? – а мозг работает хорошо в экстремальных ситуациях. – Ну и ладно, - удивительно, но поднялась она сама и почти ровно. – Приятного вечера, господа, - кинула она им, когда Сайто уже закрывал за ними дверь. - Ушла… - хором выдохнули все. *** Сайто, взяв девушку за плечи, вел ее перед собой, чтобы она случайно не упала или не зашла куда-нибудь не туда. А Лина, которая безуспешно пыталась залить свою тоску саке, загрустила. И, чувствуя руки самурая на своих плечах, она неожиданно захотела зареветь, уткнувшись ему в грудь, да чтоб он успокоил добрым словом. Глаза заслезились, и девушка уже не смогла бы вспомнить, какой дорогой они вышли из чайной. Выведя Сэй на улицу, Хаджиме усадил ее на некое подобие лавочки и сел сам. А потом он услышал, как девушка тихо всхлипывает, спрятав лицо в ладонях. - Что случилось? – спросил он, посмотрев на нее. - Скажите, Сайто-сан, - иномирянка отняла руки от лица и вытерла ладошкой слезы со щек. – Я… Вернее, нет. За что вы так не любите иностранцев? – в этот момент она совсем не казалась пьяной. - На данный момент я не чувствую к ним неприязни, - чувствуя в этом вопросе подвох, ответил он. Лина повернула к нему голову и внимательно всмотрелась в его глаза. Потом отвернулась. - Вы врете, Сайто-сан. Искусно так врете. Я, конечно, тоже умею лгать не двинув бровью, но за вами мне не угнаться, - девушка вздохнула. – Раз уж мы с вами здесь сидим, можно я задам вам вопрос? – после паузы спросила она. - Хм… - Да, да, я знаю, что есть ответы, на которые лучше не знать вопросы… Ну, или что-то в этом роде, - небрежно махнула рукой. – Но вы ответьте. Или вам слабо ответить на столь простой вопрос? - Задавай. - Хорошо. Что бы вы сделали, узнав, что в ваш отряд пробралась женщина? – этот вопрос ее тоже мучил наряду с выбором Тидзуру. - Казнил бы. Чтоб неповадно было. - Опа! – Лина удивленно посмотрела на него. – А если она окажется храброй и будет стоить как 10 мужчин, м? – ей стало обидно. - Все равно. Правила непреложны для всех. - Да вы просто мерзкий тип, Сайто-сан! – возмутилась Лина. – Таких, как вы, страшно в темной улице встретить. – А потом, к удивлению мужчины, прислонилась к его плечу, обняв руками его руку. – Я так и знала, что вас бояться нужно… - тихо сказала она. – И несмотря на это именно с вами можно пойти на ту самую темную улицу. Я бы пошла, - еще тише добавила Лина. Хаджиме практически в изумлении глянул на меланхолично смотрящую вперед девушку. - Сайто-сан, можно я поплачу? – она посмотрела на него, чуть усмехнувшись, так как и без его разрешения все равно бы заревела. Что, в принципе, иномирянка и сделала, уткнувшись носом ему в плечо и сотрясаясь от беззвучных рыданий. В общем, спустя какое-то время Лина успокоилась и уснула, начав заваливаться вперед, так что Сайто пришлось ее подхватить, чтоб не упала. Итак, перед ним встала дилемма: или оставить ее одну здесь и пойти доложить заму, или оставаться здесь и ждать, когда они там нагуляются. На его счастье, (так как он, как честный самурай, все же решил остаться здесь, с девушкой) пришел Хейске, которого послали узнать, чего это Сайто так долго. - Уснула? – подходя к ним, удостоверился он. - Да. Передай Хиджикате-сану, что я отправляюсь с ней в штаб. - Ага, хорошо, - пожал плечами Тодо и тут же ушел. Ну, на своей горбушке (а мы все знаем, что он тощий дистрофик – медосмотр в первом сезоне помог это рассмотреть ^__^) Хаджиме не собирался тащить Сэй в штаб. Можно было, конечно, как вариант попытаться разбудить ее, но шансов было мало. Так что, особо не думая, он нанял рикшу. А что, практически романтика: ночь, звезды, лоша… ну, почти, конечно. И девушка. Дрыхнет, правда. *** Спорткомплекс шинсенгуми. Хорошо, что ее комната была не так далеко от ворот, иначе бы Сайто точно себе что-нибудь надорвал. Глист в кимоно, блин. Впрочем, самурай не сдался, иначе б кем он был тогда, так что на руках донес до самой комнаты. Даже постель расправил, только вот откуда он узнал, какая именно ее, оставалось загадкой. Только раздевать девушку не стал – воспитание помешало. Хаджиме даже пришла в голову мысль, что бы было, если б Сэй не спала. Откинув от себя столь ужасающий кошмар, мужчина перенес ее на постель, уложил, поправив косу, чтобы не мешалась во сне. А потом девушка тихо всхлипнула во сне, что-то даже не прошептав, а прошелестев. Любопытством Сайто никогда не страдал, но сейчас стало интересно, что она говорит? - Саннан-сан… - горько повторила она. Пожалуй, Сайто и не вспомнил бы, когда он последний раз так удивлялся. Мало того, что он удивился, так он еще и все понял. Точнее, главные аспекты. Хмыкнув, Хаджиме укрыл Сэй-чан и вышел из комнаты, направившись в свою, где с удовольствием проспит до завтрашнего утра.