Вон из моего колодца!

      Мир слишком тесен. Многие оказываются в одном кругу по случайности, меж тем многие так не считают. Самара и чудоковатый клоун не были знакомы, и слышать друг о друге не слышали. Но волею случая оказались в одном и том же городе, в одно и то же время. Совпадение? Случайность? Урок судьбы?       Скорее всего всё вместе. Самара попала в этот город, потому что её вынесло подземное течение, пока та спала. К городу Самара привыкла на удивление крайне быстро и легко адаптировалась к жителям. Более того, здесь её никто не знал и не слышал о ней, что помогало ей не выделяться, если можно так вообще выразиться. (Да, её принимали за бездомную и всячески пытались помочь). Она не знала о клоуне, о его судьбе, но понимала, что он одинок. Да, нечто женское взяло верх после разговора с тем маленьким мальчиком.

Мои друзья не одиноки. Ведь я рядом с ними.

      Она бродила сутки за сутками, но следы клоуна пропали. Она ни раз приходила на место того колодца, пыталась звать его, но все было тщетно. Клоун… Он будто сквозь землю провалился. Ни следа, ни даже запаха. Шли недели. От местных ребятишек она узнала, что клоун не постоянно является миру — лишь раз в двадцать с лишним лет. От этой информации стало как-то пусто. Она поняла. Пеннивайза не было уже более двух месяцев — клоун ушёл.

***

      Самара медленно шла по грязному и Богом забытому переулку. Дождь лил как из ведра. Её платье насквозь промокло и плотно прилипло к телу. Волосы то и дело норовили прилипнуть к лицу, не давая девушке возможности видеть хоть что-то впереди себя. Хотелось взять и отрезать их. Хотя чего ждать? Обнаружив первую попавшуюся парикмахерскую, Морган успешно выкрала ножницы. Придя к холму на окраине города, она села, любуясь хмурым и серым видом. Посмотрев на ножницы и все обдумав, она решительно кивнула, поднимая руку с ножницами. Как только лезвие оказалось на её сырых волосах, чья-то тёплая рука коснулась её пальцев. — Не стоит, — мягко проговорил кто-то нежным, с хрипотцой, низким голосом, отчего-то до боли в сердце знакомый. — Ты прекрасна, даже если они липнут к твоему лицу.       Слёзы непроизвольно выкатились из глаз. Повезло, что дождь не давал увидеть их. Но они не ускользнули от его взора. Он мягко провел по щекам, аккуратно вытирая лицо. — Почему ты вернулся? — Ты залезла не в тот колодец.       Одним мгновением руки он выбил из бледной ладони Самары ножницы. Что-то прошептав, он в мгновение ока оказался в миллиметре от её губ. Проведя по нижней губе своим большим пальцем, он на мгновение заставил её закрыть глаза и расслабиться. «Я так ждала тебя», — пронеслось в её голове, но мысли были сбиты. Она почувствовала жар чужих ледяных губ, мягко прикоснувшихся к её губам. Уже не хотелось открывать глаза. Тело обмякло и начало заметно тяжелеть, норовясь упасть на сырую траву. Лишь на мгновение отстранившись от её губ, Пеннивайз положил её на землю, нависая над ней. Его взгляд завораживал её с каждой секундой. В нём было все — от боли и извинений — до тепла и… Да, в этих глазах была видна любовь. Та самая, чистая и непорочная, о которой говориться только в сказках, которую приписывают главным героям — принцам и принцессам.       — Я люблю тебя, — прошептал он так тихо, что даже Самара не сразу осознала суть этих слов. Он убрал волосы от её лица, целуя каждый открывающийся сантиметр её лица. Так нежно, так аккуратно, будто она была редким фарфоровым антиквариатом. Его губы, руки — даже тело дрожали перед ней. Он спустился к шее, задерживаясь на ней, чем спровоцировал вырвавшийся стон. Глухой, но такой манящий. Наверное, этот стон сорвал последние цепи, сдерживающие его. Он тяжело дышал, кое-как пытаясь справиться с нахлестывающими, словно самая опасная вселенская буря, эмоциями. — Я люблю тебя, люблю, люблю…       Он повторял это снова и снова, захлебываясь слезами. Он винил себя, что ушел. Он винил себя, что во всем не признался… Тогда, когда он первый раз её увидел, он не хотел её пугать. Он пытался приманить её, но вызвал обратный эффект. Он попытался снова поймать её, что в итоге удалось, но она сбежала. Он посчитал, что она возненавидела его… Он сбежал… Он сбежал на восемь лет… Его тело дрожало от отчаяния, он никогда не чувствовал себя так. — Я ждала тебя, Пенни. Я надеялась, что ты вернешься. И да. Теперь это и мой колодец тоже. — Она улыбнулась самой искренней своей улыбкой. — Я люблю тебя, мистер вселенское зло, танцующий клоун Пеннивайз.