"Дом"

Тем временем шериф преследовал Монро до этого, пропахшего болью, места. Стилински видел, как охотники грузили что-то в фургон, что-то весьма легкое, поскольку с этим справился один человек. Он и подумать не мог что это Лиам. Парень был почти мертв на тот момент и не имел сил сопротивляться. Вдруг начали раздаваться выстрелы, где-то внутри зоопарка. Это была Монро. Психичка расстреливала оставшихся существ, дабы не иметь свидетелей ее преступления. Шериф понимал, что с каждый выстрелом умирает невинный человек. И, чтобы это предотвратить ему пришлось постараться. Стилински отъехал за угол и включил переносную, полицейскую сирену, давно валявшуюся у него в багажнике. Услышав сигнал, Монро свернула все свои действия, и охотники поспешили убраться подальше. Прежде чем зайти в зоопарк Стилински позвонил Скотту: - Скотт, кажется, я нашел место. Это заброшенный контактный зоопарк на самом краю города. - Они еще там? – спросил он. - Нет, охотники начали палить внутри, и мне пришлось их спугнуть. Приезжай, а я пока проверю. - Осторожнее, шериф. - Скотт, приезжай! – с легкой дрожью в голосе сказал Стилински, увидев тело мертвого подростка, и прервал звонок. Шериф подошел к нему и закрыл глаза мальчика, которому было от силы четырнадцать лет. Навернулись слезы, ведь это же был ребенок. И плевать, что вендиго, никто не выбирает, кем родиться! Недалеко от мальчика, по-видимому, лежали его родители. Целая семья! Кем надо быть, чтобы истребить целую семью? В голове Стилински крутилась лишь она мысль – «Что с вами не так? Вы же люди! Люди, черт возьми!» Убитых существ было много, но все же, удалось спасти хотя бы несколько. Среди них был и Тео. Шериф ненавидел его, за все то, что парень успел натворить. Он ненавидел за все то, что произошло со Стайлзом по его вине. Но увидев разбитого подростка, увидев все то, во что он превратился, сердце Ноа растаяло. Тео лежал посреди вольера и, не моргая, смотрел в соседний. Сгустки черной крови капали изо рта на пыльные камни. Разбитые руки сжимали голову, из глаз ручьем текли слезы. Слезы у Тео Рейкена! Он был настолько бледен, что казалось, молоко было намного темней. Все его тело трясло, будто во время землетрясения. Вольер был закрыт на замок, и Стилински пришлось его отстрелить. Даже тогда Тео не пошевелился, не издал ни единого звука. Ноа подошел поближе и положил свою руку на его плече. Парень медленно перевел взгляд на шерифа и улыбнулся уголком рта, а потом зарыдал. Тео начал кричать, просто кричать, от боли, от едкой боли, прожигающей его душу. Его нашли, спасли, но слишком поздно. Он этого не хотел, уже не хотел. Зачем жить? Теперь? Когда все кто ему дорог мертвы? Когда Лиам мертв? Все это уже не имело значения без него! Ноа понял, что того убийцы уже давно нет в парне, он просто мальчишка – ровесник сына. Просто попавший в беду ребенок. Ноа поднял его с земли и обнял, так крепко, прижимая окровавленную голову к плечу. Тео не сопротивлялся, он был словно ватным. И всеравно не отводил взгляда от вольера. Тогда шериф спросил его: - Что там, что там было, Тео? Но он ничего не ответил, лишь посмотрел на Ноа, так будто вся его жизнь осталась там. Там она и осталась. Там, среди всей этой крови. -Тео, где Лиам? – спросил Стилински. Парень поднял голову и зажал рот руками, сдерживая болезненный крик. Его слезы стекали по пальцам, догоняя друг друга. - Там… - сквозь слезы и боль выдавил из себя Тео. И тогда шериф понял, что этот вольер, вся эта кровь принадлежала Лиаму. Что состояние Тео было вызвано его смертью. Это всего лишь мальчишки. Мальчишки, получившие свою силу так рано. Никто не говорил им, как будет сложно, никто не предупреждал. Они словно беспомощные котята, брошенные в воду, чтобы научиться плавать. Кто-то выдерживает и плывет, а кто-то тонет без надежды на спасение. Тонул и Тео, тонул без него, без Лиама. И спасать его было поздно. В зоопарк вбежал Скотт, заметив тела, он обеспокоенно спросил шерифа: - Лиам? Ноа покачал головой, давая понять, что парня больше нет, его беты больше нет. Скотт почувствовал боль в груди, наряду с мыслями в голове – «Как это нет? Не уследил!». Когда же он заметил Тео, то подбежал к нему и схватил за грудки: - Это ты! Ты виноват! Тебя он искал! – обнажая клыки, кричал Скотт. – Я верну тебя в ад! Прямо сейчас! – сверкая красными глазами, продолжал кричать альфа, и уже был готов разорвать парня на части. Но Ноа его остановил, схватив обе руки: - Скотт. Скотт! Посмотри на него! Он не виноват! Никто не заставлял Лиама искать Тео. Он сам так захотел. Уважай его решения. – четко говорил Стилински, прямо в красные разъяренные глаза альфы. Скотт отпустил Тео и сделал шаг назад, осознавая всю пронизывающую его тело боль. Боль, которую он ненароком, не заметив, забрал. С которой он осознал, что и Тео лишился Лиама, лишился всего. Все чувства химеры хлынули по венам оборотня. Абсолютно все - боль, отчаянье, скорбь, утрата, опустошение, любовь. Любовь? Нет, не просто любовь. Любовь к его бете, к Лиаму. Тео медленно сполз по стене и произнес, сквозь слезы, смотря прямо на Скотта: - Я потерял его! Потерял навсегда!