Stay alive

Ну, что за человек! За ней постоянно нужен глаз да глаз, иначе она начинает творить глупости. И вот сейчас. Нахера??! Зачем она туда прыгнула?! Чего ей здесь, наверху не сиделось-то??? Я подбежала к Тайлеру, оставив ничего не видевшего Джейкоба стоять в недоумении у скалы. Дин был весь мокрый, но волнения на его лице я не увидела. Как будто ему совсем плевать на Ярославу, сука такая! Но, свесившись с края обрыва, я поняла причину его спокойствия: девушка была жива. Эта ненормальная стояла целая и невредимая "этажом" ниже и оглядывалась по сторонам. Сердце мое, остановившееся в момент ее прыжка, вновь забилось в усиленном ритме. Во мне закипела ярость за необдуманный поступок. Нельзя же так пугать тех, кому ты дорога! А то их совсем не останется. Помрут ведь от беспокойства. - Бля, Буш, какого хуя ты тут вытворяешь?!! – завизжала я беззаботно осматривающейся девушке. – Сдурела совсем!!! - Харе истерить и сигай ко мне, - рассмеялась она. – И остальным скажи, что хватит сидеть без дела. Пора топать на чай. Мы же не хотим обидеть хозяина! - Ты вообще о чем?! Какой еще нахер хозяин??! – не успокаивалась я. В ответ она лишь прищурила глаза и отправилась исследовать огромный розовый гриб, растущий прямо на земле в нескольких метрах от нее. Ко мне, наконец, подошел Джейк и так же уставился удивленными глазами на полностью поглощенную разглядыванием необычного растения девушку. - Что это она там делает? – выдавил он из себя. Я лишь покачала головой в ответ: не до тебя. Мало-помалу к нам подтягивался любопытный народ, недоверчиво поглядывая на далекий островок земли. Надо было подавать пример, но я просто не могла. С детства боюсь высоты. И преодолеть этот страх не представляется возможным. Просто не могу. Я встала с колен и, собрав всю свою волю в кулак, осталась стоять на самом краю. Все мои мышцы были напряжены, руки плотно сжаты в кулаки, ногти врезались в ладонь, оставляя маленькие царапинки с капельками крови, но я ничего не чувствовала, кроме немыслимого страха. Сзади меня стояла Христина и что-то быстро-быстро шептала самой себе. Я различила слова из «Отче наш». А ведь она не верующая. Атеистка, как и я. Ишь как ее пробрало! Я никак не могла собраться с мыслями и прыгнуть. Не могу… Плотно зажмурив глаза, я оторвала свою левую ногу от твердой земли, собираясь все-таки прыгнуть, но меня внезапно оттолкнула назад жилистая рука Тайлера. Падая на Христину, я увидела, как он прыгнул. Моя особа мгновенно рванула к краю и свесилась вниз, наблюдая за приземлением мужчины. Он не летел. Он парил. Его поддерживали от падения голубые бабочки, взявшие непонятно от куда. Еще одно приятно-яркое пятно в хмуром пейзаже. Едва ноги Дина коснулись земли, он задрал свою голову вверх и закричал, что нечего трусить. В толпе началось оживление, и через пару секунд бабочки обхватили Деймона, а затем и Лео, Джета и всех остальных. В конце концов, наверху остались лишь я и еще одна девушка из другой группы. Кажется, ее зовут Виктория. Маленькая, узкоглазая, хрупкая она, как и я, стояла на самом краю и не решалась прыгнуть вниз. Видно, тоже боялась. Длинные волосы были белые-белые, без всякой желтизны, кожа так же белоснежная, как у мертвеца. Небольшие глаза очень интересного светло-розового цвета одновременно завораживали и пугали, даже не смотря на то, что я всю жизнь общалась с человеком, у которого зрачки еще более пугающего цвета – ярко-фиолетового. Согласитесь, цвет Яры гораздо необычней, чем у этой девушки. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять, что Виктория альбинос. Никогда мне еще не приходилось встречать таких людей, и оттого мой интерес к ней только увеличивался. Сначала я думала, что ей не больше пятнадцати лет, но потом я поняла, что ошибалась. Меня сбили с толку ее габариты. Метр пятьдесят в прыжке и не больше сорока килограмм веса, а то и меньше. Странно, чего это она такая маленькая? Так мы и стояли, смотря вниз и слушая уговоры остальных прыгнуть. Я не могу. И она, похоже, тоже. Ветер развевал ее волосы и скромную набедренную повязку, как у Ярославы. Надо полагать, она так же была магом. А Максимус? Это не его роль. У него было чисто человеческое оружие – ружье. Резное, старинное деревянное огнестрельное оружие. Да уж. Здесь возможно все. - Я Луин. Виктория Луин, - произнесла она, не отрывая глаз от пропасти. – А ты? - Рейчел Смит, - ответила я, также не смотря на девушку. - Я тебя видела. Ты ведь вместе с той девочкой, у которой волосы голубые и все тело в татуировках? - Ну, да. Нас здесь целый класс так же, как и вас. - Так вот почему вы знаете друг друга! – она, наконец, посмотрела на меня удивленными глазами. – А то мне никто не хотел ничего объяснять. Меня тут не очень любят. - Странно, - я окинула ее своим цепким взглядом. – Такую хорошенькую и не любят! - Ну, да, - улыбнулась она, на ее бледных щеках появился легкий румянец. – Надо прыгать… - Боишься? – во мне зашевелилось непонятное чувство. Я чувствовала себя совсем взрослой рядом с маленьким хрупким ребенком-альбиносом. Мне вдруг захотелось подать ей пример, убедить, что во всем этом нет ничего страшного. Необычное и не свойственное мне ощущение. - Я с детства боюсь высоты. Мой папа выпал из окна семнадцатого этажа у меня на глазах… - она опять отвернулась. А ведь, и правда, Виктория чем-то похожа на ребенка. Непосредственностью, наверно, легкой наивностью, чистотой. - Тогда давай прыгнем вместе? – предложила я. – Не оставаться же здесь до конца времен! - Ну… Давай, - она взяла меня за руку, и мы, затаив дыхание и зажмурив глаза, шагнули в пропасть. Но, видимо, бабочки не смогли выдержать нас обеих. Мы полетели вниз с неимоверной скоростью. Я уже собиралась закричать, как она сильнее сжала мою руку. Голос пропал сам собой. Где-то в десяти метрах от земли Виктория отпустила меня, и мы разлетелись в разные стороны. Мое сердце окончательно провалилось в пятки и перестало биться. Страх полностью овладел мной. Бабочки не появлялись. Свободное падение продолжалось. Те несколько секунд, что я падала в одиночестве, показались мне невыносимо долгими. Поскорей бы уже все это закончилось. И конец. Никаких мучений, страхов, волнений. Лишь два метра теплой земли над моим телом, и больше ничего. Вечное спокойствие и покой. Я уже была готова, ничего не боялась. Сама виновата. Но я не разбилась. Приземлившись на кого-то, я долго не решалась открыть глаза. А вдруг, это сама госпожа Смерть держит меня у себя у груди, ожидая того, что я посмотрю прямо в ее пустые глазницы?! Чье-то горячее дыхание обожгло мое ухо. Так, вариант со Смертью отметается. Я все еще чувствую. - Задушишь ведь, - еле слышно прошептал хозяин дыхания. Я решилась и открыла плотно сжатые веки. Оказывается, я довольно-таки удобно расположилась на руках у улыбающегося Джейкоба. А еще через пару секунд я поняла, что сдавила его шею своими верхними конечностями. Покраснев, я ослабила хватку, а он опустил меня на землю. Шок прошел в удивление быстро. Разве что волосы все еще стояли дыбом. Я осмотрелась по сторонам в поисках малышки Виктории. Она преспокойненько лежала на плече своего одноклассника. Блять, не помню, как его зовут. Высокий, худенький, рыжий парень с большими зелеными глазами. Картинка! Я не раз замечала, как он стоял в стороне от всех и любовался на природу. Такой вот любитель всего живого. Ни в споры, ни в драки не ввязывался. Спокойный, хорошо воспитанный, интеллигентный, умный, скромный. Не раз я слышала его размышления о красоте. Но не говорила с ним. Даже имя не спрашивала. Зачем?! - Трусиха! – рассмеялась стоявшая рядом Христина, девушка крупная, высокая, пухленькая, умная, но слегка извращенная. Никогда не понимала ее. Выглядит сущим ангелом, а на деле мечтает об оргии со взрослыми волосатыми мужиками. Ну нравятся ей данный вид людей, что тут поделаешь? Но, обычно у предметов ее воздыхания уже есть взрослые дети и любящая супруга. Но она уже не девственница. Это я точно знаю. Имела удовольствие удостовериться в этом на том же самом выпускном. Вообще тот день был полон странных, отвратительных, пошлых вещей. Но что теперь судить об этом? Мы же были в стельку пьяные. Почти все. Одна только Яра умудрилась не наклюкаться. И именно она знает все подробности той ночи. Все и про всех. Стыдно признаться, но даже я показала себя тогда не в лучшем свете. Хотя, справедливости ради, стоит заметить, что девственность моя еще при мне. Я вообще отношусь к той группе людей, которая не хочет заводить семью, против всякого рода отношений. Не люблю детей, боюсь секса и даже поцелуев! В классе седьмом, наверно, мне один мальчик предложил встречаться, но Ярослава, тогда еще не сирота, встала в позу. Взревновала. Не хотела меня ни с кем делить. Говорила вечно, что я ее забросила. Я разрывалась. Мне хотелось не поругаться с тем мальчиком и сохранить подругу. Но, конечно же, мне это не удалось. Наши отношения распались. А потом умер папа, и у меня навсегда отпало желание встречаться с кем-либо. - И что с того? – я повернулась к ней и посмотрела в ее зеленые глаза. Красные волосы, выбившиеся из высокого «конского» хвоста, живописно развивались на ветру. Из-за пухлых щек и без того небольшие глазки казались просто-напросто щелочками. - Да так, - улыбнулась она, и ее зеницы практически исчезли, остались на виду лишь светлые ресницы. – Трусишка! - Ой, Христ, отстань, - отмахнулась я. – Еще тебя мне до полного счастья не хватало! Она надулась и решила лишить меня своего общества. А я только посмотрела на ее спину и подошла к невозмутимо разглядывающей все тот же гриб Ярославе. - Ты опять? – спросила она, не поднимая головы. Ну, все! Теперь каждый будет считать своим долгом напомнить мне о моем страхе! Сволочи такие!!! - Что опять? – уточнила я, готовясь взорваться от негодования. - Приземлилась на Джейкоба? – ее ответ меня ошарашил. Уж никак не думала, что она это видела! Буш же в этот момент была полностью поглощена ярко-розовым растением! - Эээ… Прости… - За что? – она оставила, наконец, гриб в покое и, разогнувшись, посмотрела прямо в мои глаза. - Не знаю, - сжала губы я. - Он же тебе нравится! – усмехнулась она. - Ничего подобного! Яр, ты опять что ли надышалась иммуниуса??! - Во-первых, не опять, а снова. Во-вторых, нет, не надышалась. И в-третьих, зачем ты врешь? - Я не вру! Он просто… - Пахнет как твой отец. Ты ведь его очень любила. И именно этот запах и привлекает тебя. Просто признай, ты влюбилась. - Нет! – я аж поперхнулась. Как ей в голову могла прийти такая сумасшедшая мысль! Ни в кого я не влюбилась! Совсем!!! Нет, нет и еще раз нет!!! - Ну-ну, - рассмеялась она, наблюдая за моей через чур бурной реакцией. – Как знаешь. А я останусь при своем мнении. - Яра!!! - Не истери, - она улыбнулась своей самой что ни на есть довольной улыбкой; стерва! – Надо идти вперед, - она задрала свою яркую голову вверх, смотря на следующий островок твердой поверхности. - И как ты собираешься туда добраться? – я скептически сложила руки. Это самая ненормальная идея, которую только можно придумать! - А вот так, - ухмыльнувшись, она толкнула меня на уже упомянутый гриб. Я думала, что раздавлю его, но вместо этого я взлетела высоко в воздух и приземлилась на землю в сорока метрах надо всеми остальными. - Пиздец, - прошептала я, пятясь от края. Вслед за мной прыгали и все остальные. Внизу оставались только Яра и все та же Виктория. Очевидно, она еще не отошла от прошлого прыжка и категорически отказывалась его повторять. Вскоре Буш надоело слушать ее истерику, и она, перекинув альбиноса через плечо, расправила крылья. Красивое зрелище. Черные татуировки на смуглой коже, цвета вороного крыла повязки, гордо именуемые одеждой, ярко-голубые с черными прядями волосы до самого пола, и огромные угольные крылья. Порывы ветра делали эту картину еще более впечатляющей, играя волосами красавицы и перебирая перья ангельского достоинства. И правда, птица. Но не воробей. Взмахнув мощными крыльями, они взлетели, и через пару секунд Яра уже стояла рядом со всеми. Викторию она не отпустила. Кивнув головой на следующий, последний выступ, она опять взлетела. Остальным же пришлось воспользоваться еще одним грибом, внезапно появившемся прямо из неоткуда! Вскоре все эти полеты окончились. Ярослава вновь спрятала свой «маленький секрет». Видать, неудобно ходить с такой махиной за плечами. Не говоря ни слова, она направилась прямиком в туннель, находившийся неподалеку. Все остальные последовали за ней. Сердце, практически ожившее после первого полета, вновь забилось, как сумасшедшее, предчувствуя что-то неладное. Пройдя через этот длинный каменный коридор, мы оказались в небольшом каньоне. По всему периметру большой круглой площадки были разброшены огромные побитые чашки. Я сразу вспомнила слова Яры о чаепитии. Что-то здесь не так. Ярослава сделала несколько шагов к доске, ведущей, очевидно, к выходу из этого места, но вдруг остановилась. Из осколков посуды стали выбираться зеленоватые гномики с чашками на головах. В руках у них были вилки, ложки, а у некоторых еще и что-то, похожее на щит. Выражение их лиц отнюдь не свидетельствовало о том, что они нас угостят настоящим цейлонским чаем. Скорее наоборот, у них на мордах застыли злость и кровожадность. Гномы приближались. Я посмотрела на стоящую рядом Христину. Она уже достала свое оружие – огромный меч, инкрустированный разноцветными камнями – и была, фактически, готова к бою. Я последовала ее примеру и выудила из глубин складок свой сравнительно небольшой нож. Она, увидев мое орудие, усмехнулась. Мол, нашла, чем гордиться. Меня это задело. Один из гномов, оказавшийся самым смелым, внезапно сделал выпад по направлению к ошарашенной Христе МакАдам, занеся свою гигантскую вилку для удара. Девушка не подавала никаких признаков жизни. Обосралась, по-человечески говоря. Я быстренько оценила, каким сильным может быть удар, и как раз вовремя бросилась помогать. Мой нож вонзился в живот мелкого существа, распарывая его, именно в тот момент, когда столовый прибор столкнулся с еле-еле удерживаемым мечом. Мелочь секунду, наверно, стояла, выпучив от удивления глаза, а затем упала навзничь. Кровавые внутренности разлетелись во все стороны от удара о землю. Моя металлическая "радость" угодила прямо в желудок, который сейчас совершенно бесстыдно демонстрировал всем свое содержимое. Даже несмотря на то, что Вострый нож был гораздо короче оружия Христины, я справилась с наглым недоростком, а она только-только отошла от шока. - Ну, и кто из нас теперь трус? – спросила я, смотря на нее самодовольными глазами. Не дожидаясь ответа, я бросилась в драку, рубя недоростков направо и налево. Остальные так же с громкими криками ринулись в атаку. Дорезая четвертого гнома, я краем глаза увидела Викторию, столкнувшуюся с коротышкой, у которого помимо вилки был еще и щит. У меня в голове проскользнула мысль, что она не сможет его победить. Да, она маг, но это еще не означает, что она не уязвима. Тем более что она фактически не умеет использовать свои способности на полную катушку. Я бросилась к ней, но поздно. Как в тумане я увидела, что ее маленькая головка покатилась куда-то в сторону, а хрупкое белоснежное тельце осело на землю, а затем и вовсе упало. Путь головы легко прослеживался по дорожке крови, оставленной порезом. Около обезглавленной шеи тоже образовалась внушительная лужица жидкости, дарующей человеку жизнь. Не отдавая себе отчет в своих действиях, я заорала во все горло: «Убийца!!!» и набросилась на защищенного гнома. Мне было все равно. Я не видела ничего, кроме сжавшегося от страха неожиданно мощной атаки недоростка. Насрать, что я сейчас выгляжу монстром в глазах остальных, но я должна, я хочу отомстить за эту невинную девушку. За те несколько минут, что мы стояли бок о бок друг с другом, я успела привязаться к ней. Я не могу оставить безнаказанным поступок этого порочного существа. Я налетела на гнома, одним ударом ножа разнеся вдребезги его защиту. Он сжался в комочек, а я вонзила Стрижащий меч прямо ему в глаз. Вынув оружие из жертвы лишь на мгновение, я врезалась в его длинную тонкую шею… Он упал замертво. Вокруг него сформировалась лужа какой-то отвратительно коричневой жижи. Замена крови, надо полагать. Я стояла над ним. Мало-помалу затуманенный разум стал проясняться, и я осознала всю тяжесть своего поступка. Я упала на колени, бросив холодное оружие и закрыв руками лицо, на котором чувствовалась кровь гнома. Остальные, очевидно, уже успели расправиться с врагом. Гробовая тишина. Я почувствовала, как сильные руки поднимают меня с земли и прижимают к себе. Не контролируя себя, я уткнулась с его грудь и заплакала. Да уж, давно меня так не пробирало. Я просто плакала, а он перебирал своими огрубевшими, но все еще нежными пальцами мои волосы, выбившееся из хвоста. Отцовский запах потихоньку проникал в мой нос. Странно, что я успокаивалась от него. Вспоминала папу, любившего рассказывать занимательные истории, играть со своей маленькой девочкой, прикосновения горячих пальцев к детскому лицу, поцелуи в щечку перед сном, колыбельные. Хорошо. Еще одни знакомые руки обняли меня сзади, щекоча дыханием шею. Уже родные шаловливые руки обхватили мой живот, слегка сдавливая. Она приникала ко мне всем своим телом. Я уже забыла, каково это – попадать в ее объятья. К нам присоединилась еще одна пара конечностей, на этот раз сбоку. Практически незнакомые, но теплые и приятные руки обхватили Яру и Джейка. А мне досталась близость всего остального тела Дея. Слезы прекратили литься. Появилось ощущение защищенности, спокойствия, умиротворения. К нам стали присоединяться и остальные руки, и вскоре мы превратились в огромный обнимающийся, круг, состоящий из прижавшихся друг к другу людей. *************************** - Вот и он, - эти слова Яры говорили о том, что мы почти пришли к своей цели. Мы стояли на огромной платформе, очень похожей на шестеренку. Сбоку от нее была лестница, уходившая на еще одну площадку. Там, наверху я увидела большую трубу. Забравшись туда, Ярослава дунула в данный музыкальный инструмент. Раздался грохот, и я увидела выплывающую из темноты вагонетку, похожую на огромный чайник. В нее легко могли вместиться все мы. - Дамы и господа, - произнесла Буш, повернувшись лицом к народу, - карета подана. Кто хочет чайку с перчиком – добро пожаловать! - Какой еще чай? – усмехнулся Джейк, стоящий рядом с Христиной, заинтересованно косившейся на него. - Смертельно вкусный, - Яра сделала упор на первое слово и, усмехнувшись, залезла в «транспорт». Я посмотрела вдаль. В тумане темнели смутные очертания гигантского замка. Шляпник, мы идем...