Sexy boy

POV Джи Ён Судьба может быть жестокой. Я был счастлив, моя жизнь была идеальной. Я имею виду, нет ничего лучше, чем шумные тусовки и хороший секс – моё любимое времяпрепровождение. Я молод и свободен, и это именно то, чем я и должен заниматься: жить одним днем, совершать спонтанные поступки, просто веселиться на полную катушку. Это то, что большинство молодых парней должны делать. Зачем задерживаться на одном человеке, если вокруг так много других красивых людей? Мои друзья говорили мне, что я веду себя так только потому, что ещё не встретил того самого. Единственного человека. Как они могут быть настолько старомодными? Единственного? Серьёзно? Я смеялся над ними, каждую ночь имея в своей постели тех самых абсолютно разных единственных. Но друзья продолжали говорить мне "однажды это случится, ты влюбишься и тогда поймешь". Черта с два, любовь – это заранее проигрышная игра. У неё всегда есть цена, я знаю, я уже был там. И по своему прошлому опыту могу заверить вас, что любовь жестока. Она приносит боль, много боли, и я не намерен чувствовать её снова. Мне нравится моя жизнь такой, какая она есть сейчас, полностью устраивает. А те, кто думают иначе, просто не могут и не умеют наслаждаться своей свободой так, как им бы этого хотелось и с кем бы им этого хотелось. Знаете, чего я просто не переношу? Когда кто-то, кого ты отымел, не может отлипнуть от тебя после, буквально не давая сделать и шага без своего внимания. Каждый раз, когда ты оборачиваешься, они рядом, смотрят, наблюдают за тобой. Это жутко. Неужели они не в состоянии вбить в свои гребаные тупые головы, что все то, что было – это трах на одну ночь? Это ничего не значит, они сами ничего не значат – просто секс, кристально чисто и понятно. Тем не менее, они все так же ошиваются где-то рядом, надеются на что-то большее, а ты просто не можешь отвязаться от них. Они даже пытаются подружиться с твоими друзьями, чтобы таким образом стать ближе к тебе. Серьёзно, многим из них следовало бы заранее предупреждать о своих сталкерских замашках. И та девушка, что я отымел вчера, была одной из них! Я бы и не парился, но с ней оказалось не все так просто. Мне нужно держаться от неё подальше, пока я не вышел из себя и не высказал ей в лицо все то, что на самом деле о ней думаю. Я подошел к берегу, ступая в теплую воду Индийского океана. Проходя все дальше на глубину, я нырнул в накатывающую волну - столб воды полностью накрыл меня, и я тут же вынырнул обратно, поставляя лицо под палящие лучи солнца. Стряхнув соленые капли с головы, я провел ладонью ото лба к затылку, зачесывая волосы назад, открывая глаза. Взглянув в сторону своих друзей, я с облегчением заметил, как они, наконец, избавились от моего очередного сталкера, за что я был им премного благодарен. Эти парни – лучшая компания из всех, что у меня когда-либо была. Чувствуя, что опасность миновала, я вышел из воды обратно на берег. Мои друзья не были идиотами – они понимали, что я всегда делаю то, что захочу, по итогу своих действий оставляя их самостоятельно разбираться с моими проблемами. Я трахал кого-то, а они избавлялись от них. В первое время это дико раздражало их, но сейчас они уже привыкли. Я даже мог сказать, что все было отрепетировано: сначала, они вежливо объясняли моим пассиями, что их никто больше не ждет, а затем, если не доходило с первого раза, просто выпроваживали их вон гораздо менее дружелюбным тоном. Наверное, это может показаться чересчур грубым, но этим парням и девушкам нужно было понимать свое место. Пока я шел по пляжу, я знал, что люди вокруг смотрят на меня. И не то, чтобы я специально напрашивался на их внимание. Мне не один раз говорили, что, по мнению многих, я невероятно красив и чертовски привлекателен. Собственно, мне и не нужно было этого говорить, я и сам знал, что сногсшибательно выгляжу, имея такое тело, за которое многие парни убили бы. И нет, дело не в том, что я высокомерный. Я ненавидел, когда люди принимали меня за такого только потому, что я знал, как хорошо выгляжу. Я просто чрезвычайно уверен в себе, уважаю себя и знаю, что лучше других. Если я пожелаю обладать чем-то или кем-то, будьте уверены - я получу то, что захочу. Забавно, что самоуверенность может быть так легко спутана с высокомерием. Я изучал глазами пляж – он был до отказа заполнен весьма привлекательными людьми. Есть, из чего выбирать. Здесь было несколько красивых девушек, но не настолько, чтобы какая-нибудь из них по-настоящему зацепила меня. По крайней мере, до тех пор, пока я не прошел вглубь пляжа. Я почувствовал, как кто-то смотрит на меня, и обернулся, чтобы проверить, кто именно. Как я и сказал, пляж изобиловал симпатичными людьми, но этот парень оказался чем-то особенным. Его глаза - это первое, что я увидел. Прекрасные темные глаза в обрамлении длинных ресниц и таких же темных кругов под ними. Тогда, мне стоило бы сразу понять, что происходит. Что я влип, что мне нужно держаться от этого парня подальше и что нужно хотя бы отвернуться. Но я не смог. Вместо этого я внимательно прошелся взглядом по его телу, подмечая каждую деталь. Слабый ветер растрепал его светлые волосы: они переливались в причудливом белом оттенке на солнце, выделяя своего обладателя среди друзей. Выделяя его вообще среди всех здесь. Его кожа была бледной по сравнению с моей, но это будто придавало ему некую невинность, непорочность. Ту самую непорочность, которую хочется испортить, уничтожить, забрать её у него. Он был подтянутым, слегка накаченным, но не слишком - все его тело просто не имело изъянов. Его бедра были такой идеальной формы, что хотелось почувствовать, как они обхватывают тебя поперек талии. Единственное, что огорчало – я не мог рассмотреть его задницу. Перед тем, как пройти мимо него, я совершил фатальную ошибку, посмотрев ему в глаза. А затем ещё раз, снова. Меня нахрен парализовало, я был будто загипнотизирован им – его глаза невероятно выразительные. Они прекрасно дополняли его естественную привлекательность. И я чувствовал, как это взгляд преследовал меня. - Очень хотел бы знать, как, черт возьми, ты делаешь это, - недовольно протянул Бэ, как только я поравнялся с друзьями. - Что? – деланно невинно спросил я вопреки тому, что прекрасно знал, о чем идет речь. - Ты...Девчонки так и крутятся вокруг тебя, - в искреннем замешательстве покачал головой Бэ. - А что я могу сделать, если я – подарок Бога для них, - самоуверенно заявил я в шутливом тоне, но друг знал меня слишком хорошо, потому лишь вымученно закатил глаза в ответ. - Ага, для парней тоже...по всей видимости, - как бы просто так подметил Бэ, и я проследил его взгляд, направленный на того блондина, что привлек меня. Я оценивающе смотрел на него, пока тот медленно собирал свои вещи. Да, я действительно не возражал бы отхватить кусочек этой задницы. Серьёзно, я бы столько хотел сделать с ней, сделать с этим телом! - Эй, Нова, ты идешь или как? – прокричал кто-то. - Две секунды, - выставив в сторону названное количество пальцев, ответил я, продолжая следить за этим привлекательным парнем, пока тот топал за компанией своих друзей. Я не был уж слишком самовлюбленным, но и не сомневался в том, что точно так же привлек его, и что он точно обернется, чтобы снова посмотреть на меня. Я знал, что он так сделает. Я просто стоял на одном месте и смотрел, как он уходит все дальше и дальше, а затем, словно по часам, он действительно обернулся. Черт возьми, я знал! Я буквально не мог остановить расползающуюся по моему лицу улыбку удовлетворения от ситуации. И эта улыбка становилась все шире по мере того, как он продолжал оглядываться на меня через плечо. А когда он окончательно скрылся из вида, я довольно зашагал за своими парнями, ощущая в себе предвкушение ещё большего удовлетворения. Я непременно должен отыметь этого парня до того, как закончатся каникулы. Я закинул в себя стопку Jack Daniels с колой, пока вытирался полотенцем, только что выйдя из душа. Встав перед огромным зеркалом во весь рост, даже я мог признать, что полностью обнаженным выглядел охренительно горячим. Недочетом являлась только моя задница, что ярко контрастировала белым пятном на фоне всего остального тела. Я прошелся взглядом вдоль собственного торса к плечам, отмечая, что цвет моей кожи с каждым днем становится все более притягательным. К слову, я имел натуральный бронзовый оттенок, но солнце превратило его в темно-коричневый с красноватым отливом – цвет, которому большинство позавидует. Черт, да я в принципе тот парень, которому большинство завидует. Многие хотели бы побывать в моей шкуре: выглядеть так, как я, быть признанным так, как я, быть в состоянии заполучить любую девушку или любого парня, что только возжелали бы так, как я. Но, большинству из них не настолько повезло. Эта ночь началась с того, с чего начиналась всегда – с шотов, чтобы сразу настроиться на нужную волну. Не поймите неправильно, так же, как я люблю мужчин и женщин, я обожаю веселиться со своими друзьями. Мы поглощали напиток за напитком, вскоре оживляясь ещё больше, пока спиртное разливалось по нашим венам. Беря друг друга на спор, заставляя принимать очередные шуточные вызовы, которые становились все безумнее по мере поглощения алкоголя, мы смеялись и кричали все громче. Нас даже выгнали из бара, когда один из моих друзей начал приставать к танцовщице на шесте, несмотря на то, что девушка была, в общем-то, совсем не против. Я чувствовал себя немного неловко, пока смотрел на то, как уже другой мой товарищ только что получил сокрушительный отказ от одной особы, которую попросил сделать ему минет. Кстати говоря, именно она отсосала мне несколькими минутами ранее в туалете. Конечно, все парни принимали вызов и рисковали провалиться. И обломался именно он, ожидая, что мы приготовим ему в качестве расплаты. И, поверьте, наказание было не из приятных. Это не просто отвратительный микс из алкоголя, который нужно выпить, о нет! Мы добавили туда собственные специи: несколько лобковых волос, плевки, немного сигаретного пепла и, в завершении всему, обильную порцию спермы одного храбро решившегося на это донора. Вы уж точно не захотели бы проиграть в этом споре! К счастью, я не проигрывал никогда. И не то, чтобы я брезговал чужой спермой. Мы все помирали со смеху, когда он вернулся ни с чем, мужественно принимая собственное поражение. Мы намеренно подначивали, провоцировали, скандировали его имя, призывая выпить до дна эту адскую смесь. Он немного колебался прежде, чем опрокинул в себя полный стакан, а затем тут же кинулся в туалет, чтобы выблевать это все обратно. Вот же сыкло! По мере того, как ночь текла своим чередом, наши сумасшедшие игры подошли к концу, и теперь каждый искал себе пассию, чтобы утащить её за собой в постель. К счастью для меня, я мог позволить себе выбирать, в отличие от моих парней, которым оставалось довольствоваться только теми, кто сам плыл им в объятья. Серьёзно, они постоянно трахали каких-то невзрачных девушек! И, поверьте, все они посмеивались друг над другом из-за этого на следующий день. А я всегда заполучал самые сливки, ибо, повторюсь, мог позволить себе выбирать. Вдобавок, мои предпочтения разительно отличались от предпочтений друзей: мне было действительно все равно кого трахать - парня или девушку. Я не прихотлив в этом вопросе до тех пор, пока те, кого я выбирал, были достаточно сексуальны и хороши в постели. Я смотрел, как Бэ болтает с какой-то девчонкой. Она была вполне ничего, но я все ещё считал, что он в состоянии заполучить кого-нибудь получше. Бэ всегда предварительно общался со своими пассиями, и я не мог понять для чего, ведь он был весьма привлекательным парнем – он мог взять ту, которая ему нравилась без лишних прелюдий. Странная мысль, особенно если учесть то, что я видел, как эта девушка буквально заглядывала ему в рот, а сам он казался рассеянным, почти беспомощным. Через какое-то время Бэ отошел к бару, и я тут же последовал за ним. - Ты ведь не собираешься отыметь «это», да? – спросил я, кивая в сторону той девушки. - Да, GD, не все вертится вокруг траха! – процедил Бэ, чуть повышая тон. – Она милая, ясно? И нравится мне. - Подумаешь, - я фыркнул на его замечание. В смысле, все не вертится вокруг траха? Все всегда и вертится только вокруг секса. Если ты не можешь представить себе секс с каким-то конкретным человеком, то нет смысла даже начинать разговор с ним. - Нова...Эй, Нова, - окликнул меня другой подошедший товарищ. – Зацени-ка этот вид. По-моему, сойдет для хорошего траха, - с энтузиазмом оповестил он. Я взгляну на Бэ – тот обреченно покачал головой. Что ж, все-таки не я один в нашей компании имел такой же легкомысленный взгляд на жизнь. Я посмотрел на девушку, о которой шла речь. Весьма симпатичная, но у меня были и лучше. Коротенькая юбка облегала её задницу, а ещё более короткий топ невооруженным глазом открывал доступ для всего того, что было под ним. Как раз то, что мне нравилось. Мои друзья столпились в кучу, с интересом готовясь наблюдать за тем, как я буду действовать. Заметив меня, она захихикала, заговорщически прошептав что-то рядом стоящей девушке, пока я приближался к ним. Я взял её за руку и потянул за собой, уводя от подруги. Я знал, что если захочу, то она будет моей сегодняшней ночью. Проблема была лишь в том, что я был не совсем уверен, действительно ли желал этого. Мы вышли на танцпол, начиная двигаться под музыку интимно близко друг к другу. Я чувствовал, как её внушительных размеров грудь трется об меня, и я обхватил девушку руками, притягивая к себе, ладонью спускаясь ниже на ягодицы. Я видел через её плечо, как мои парни восхищенно посмеиваются над тем, как легко мне удалось взять её в оборот. Никто из них не мог вот так просто подцепить девчонку так, как я. Весь последний год они буквально умоляли меня рассказать им, как я делаю это и в чем мой секрет. Но вся суть была в том, что секрета не существовало. Я откровенно, без всякого стеснения лапал её, замечая, что мои друзья жестами призывают ускорить процесс, и я задрал её юбку, показывая им то, что они так хотели увидеть. Её обнаженная задница была у всех на виду сейчас, и мои парни дружно закивали, выказывая своё одобрение. Я продолжал исследовать руками её тело, но все ещё смотрел на друзей, подмигнув им перед тем, как забрался пальцами под её стринги. Я отвернулся от них сразу же, как только те стали грубыми жестами демонстрировать то, как бы мы с этой девушкой трахались. Один друг изображал рукой меня, а другой – её. Клянусь, я едва ли не взорвался со смеху от всего этого. Мои друзья – это компания долбанных дебилов! Мои ладони все ещё скользили по её телу, я непроизвольно повернул нас в танце в другую сторону. Продолжая целовать её, я раздумывал про себя о том, в каком месте будет лучше всего отыметь её, но именно в этот момент возможное решение буквально ускользнуло из-под моего контроля. Гораздо более заманчивая перспектива находилась сейчас прямо перед моими глазами, так же двигаясь в танце с другой девушкой, и, серьёзно, я никогда не думал, что смогу когда-либо с таким недовольством отнестись к тому, что кто-то целует и прикасается к другому человеку. Я смотрел, как он обжимается с ней, сминает в ладонях чужую грудь. Он страстно целовал её, пока они танцевали грязно, развратно, слишком близко друг к другу. Клянусь, если бы я не был так раздражен всем этим, то точно бы счел этого парня за своего потенциального конкурента. Похоже, он был моей родственной душой в этом - он так же любил хороший секс, и, судя по его уверенному виду, тоже мог заполучить ту, кого только пожелает. Прошло всего несколько секунд перед тем, как наши взгляды встретились. И это был настолько интенсивный, гипнотизирующий зрительный контакт, что я сразу понял – он хочет меня так же сильно, как и я его. Он казался мне самым красивым человеком, что я когда-либо видел, и, без всяких сомнений, он был ещё более привлекательным вблизи. К слову, я предпочел бы видеть на нем меньше одежды, но думаю, что это не проблема. Мы оба продолжали дразнить друг друга, танцуя, целуя своих девушек, но оба знали, что дело уже совсем не в них. Я видел, насколько голоден он был до моего тела. Так же, как и я до его. Его выразительные глаза говорили мне все без слов – они были наполнены голой страстью, прожигали меня, смотрели в упор. Я поцеловал свою девушку ещё раз и сразу отстранился, прошептав ей на ухо быстрое извинение. Я коротко взглянул на своих парней, большинство из которых казались обескураженными моим внезапным поведением. И только Бэ не был удивлен – он заметил, кто привлек меня. Продвигаясь на выход из клуба, я продолжал оглядываться на него через плечо, прекрасно зная, что теперь он следит за каждым моим движением. А затем я остановился в дверях и посмотрел на него так, чтобы он наверняка понял, что я хочу его. Я вышел на улицу, облокотился о стену и стал ждать. Я знал, что он придет – я четко видел это желание в его глазах. Плюс, я никогда не получал отказов, и, собственно, не собирался заработать его в этот раз. Мне не нужно было даже поворачиваться, чтобы понять, что он здесь. Я просто почувствовал это. Как только он подошел ближе, я посмотрел на него, наши взгляды снова встретились, и тогда я понял, что это действительно произойдет. Я отклеился от стены и пошел вперед, слыша, как он моментально заторопился следом. Ничего не нужно было объяснять, говорить – я не раз уже оказывался в такой ситуации и знал, что с парнями не стоит предварительно целоваться или обсуждать то, что будет. С парнями это реально просто трах. Мы молча шли, в конечном итоге оказавшись в его отеле – он жил недалеко. Я стоял на шаг позади за его спиной, пока он пытался открыть номер, и внутренне восхищался этой сочной задницей. Зайдя за ним в комнату, я остановился возле двери, глядя на то, как он быстро включил настенные светильники и кинул ключ на прикроватную тумбочку. А затем он обернулся. Какое-то время мы просто смотрели друг на друга, оценивали друг друга, словно нам предстоял бой на кулаках, а не секс. Странно, но я никогда прежде не чувствовал подобного напряжения, будто весь воздух в номере был наэлектризован. Мы оба были переполнены этой энергией, готовые в любой момент выплеснуть её. Серьёзно, я не помню, что хотел когда-либо кого-то другого так сильно за всю свою жизнь. И, хочу заметить, через меня прошло много людей. Я имею в виду, очень много людей. Это ощущение статического напряжения длилось почти вечность прежде, чем мы, наконец, словно по команде накинулись друг на друга. Наши губы встретились в неистовом, отчаянном желании, и меня буквально унесло от этого поцелуя. Мы быстро и скомкано срывали с друг друга одежду, избавлялись от ремней, сгорая от необходимости почувствовать чужое обнаженное тело. Не думаю, что я был когда-то так голоден до того, чтобы увидеть кого-то голым. Возможно, все дело было в том, что мне уже удалось увидеть какую-то часть его тела на пляже, и сейчас мне нужны были абсолютно все чертовы подробности. И поверьте, я не был разочарован. Я опрокинул его на спину на кровать, первую минуту просто рассматривая его, оценивая то, что было до этого срыто под одеждой. Этот парень невероятно горяч. Я прошелся взглядом от его головы до самых пят и не нашел ни одного изъяна на всем его теле. Оно было хорошо, пропорционально сложено, а его член...Скажем так, я просто хотел, чтобы он полностью оказался в моем рту. Вернувшись взглядом к его лицу, я увидел, что он выжидающе смотрит на меня. - Ты такой красивый...Я хотел отыметь тебя с той самой минуты, как только увидел, - сказал я, будучи полностью искренним с ним. Он нервно сглотнул, когда я приблизился – я аккуратно, неторопливо опускался к нему, пока не оказался в нескольких сантиметрах от его лица, придавливая своим телом. Мне было интересно, как его бледная кожа будет ощущаться на моей собственной, и это оказалось даже лучше, чем я мог представить. Его руки легли на мою спину, и меня будто ударило током, как только он дотронулся. Я наклонился ещё ниже, целуя жадно и глубоко, прижимаясь своими бедрами к его, и то чувство, когда наши члены соприкасались, терлись друг об друга возбуждало до неимоверного предела. Я схватил его руки и закрепил их над его же головой, ибо хотел полную свободу в том, что собирался сделать с ним. Я желал видеть его уязвимым и непорочным, таким, каким он был сегодня на пляже в моих глазах до того, как я узнал о других его способностях в клубе. И в этот момент он действительно выглядел тем самым невинным парнем, которого я заметил тогда. Он реагировал на каждое мое движение так, будто никто до этого ещё не прикасался к нему – он был полностью в моей власти, позволял мне вести, и я не ожидал такого поведения с его стороны после того, что было баре. Но, определенно, это нравилось мне. Я жаждал попробовать его на вкус, поглотить каждый дюйм его тела. Губами я спускался ниже по его груди, не в силах сдержать себя от того, чтобы не прикусывать зубами кожу. Обводя языком один из его сосков, я захватывал его в рот, сильно оттягивая зубами до тех пор, пока не чувствовал, как он затвердевал в моем рту. Я ощутимо ущипнул пальцами чувствительную горошину, и он вскрикнул от легкой боли. Он поднял руки, чтобы дотронуться до меня, но я снова пригвоздил их обратно за голову – я хотел получить полное преимущество и контроль над ним, пока он абсолютно беззащитно лежал здесь подо мной. Поглаживая рукой его тело, я спускался ладонью все ниже, следуя за вычерченной дорожкой языком. И чем ближе я опускался к его промежности, тем отчетливее я слышал и видел, как его дыхание сбивалось, а грудь то и дело вздымалась от глубоких вздохов. Я знал, что он умирает от желания почувствовать свой член в моем рту, но так просто - это не в моем стиле. Я хотел раздразнить его до предела, заставить умолять сделать это. Столько людей умоляли меня. Умоляли дотронуться до них, отсосать им, облизать их, трахнуть их. И никто из них не остался разочарованным – я прекрасно знал, что просто изумителен в постели. Продолжая дразнить его, я решил первым делом уделить внимание его яйцам, и он снова вскрикнул лишь от моего прикосновения. А когда я полностью опустился к его паху, с его губ начали срываться громкие стоны один за другим. Я почти чувствовал его ладонь на своем затылке – он пытался оттолкнуть, остановить меня, пока я спускался все ниже. Я жадно вылизывал его яйца, по очереди захватывая их в рот, пытаясь бороться с желанием сразу же отсосать, ибо я все ещё хотел, чтобы он умолял. Я хотел, чтобы он запомнил это все как лучший трах в своей жизни, и, будьте уверены, так и будет! Наконец, я взял его член в свой рот, одним движением насаживаясь почти до основания. Я уверен, что услышал, как он буквально захныкал, чувствуя от этого неимоверную гордость за самого себя от того, что могу вызывать у него такую реакцию. Я усиленно, в быстром темпе сосал его член, обводя головку языком для того, чтобы почувствовать его вкус, одновременно удерживая необходимое напряжение. К слову, я любил делать минет, любил точно так же, как и все, связанное с сексом. Да я, черт возьми, неподражаем в этом. Я знал, что могу заставить любого кончить за несколько секунд, если захочу, но не сейчас и не с ним. По крайней мере, не в данный момент. Я насаживался на его член все глубже и глубже, и, клянусь, его дыхание сбилось окончательно, его стоны все больше стали походить на скулеж, и тогда я понял, что он на грани. Чувствуя, как его член уперся в заднюю стенку моего горла, я сосредоточился на том, чтобы дышать через нос – считайте, что я в этом эксперт. Каждому парню нравился глубокий минет, я знаю, мне тоже – это сдавливающее чувство вокруг твоего члена, это изумительное давление. Нет ничего лучше, чем ощущение собственного члена глубоко в чужом горле. Нет ничего визуально лучше, чем картина человека, погруженного лицом в твою промежность. Это то, что каждый должен испытать на себе, и, кстати говоря, многие были мне благодарны за такой опыт. Понимая, что вот-вот доведу его до предела, я отстранился, возвращаясь обратно по этому восхитительному телу к его вкусным губам. Я умирал от желания поцеловать их. Это парень целовался просто охренительно – казалось, что наши губы идеально подходили друг другу. Я целовался с некоторыми людьми и мог сказать по факту, что поцелуи – это не то, что выходит естественно у каждого. Все летело к хренам, если кто-то неумело делал это или вытворял невероятно глупые вещи своим языком. Но не он. Его поцелуи были идеальными, как, впрочем, и все остальное в нем. Клянусь, этот парень сам по себе слишком идеальный. Слишком хорош, чтобы быть правдой. Невесомо касаясь его кожи, я спускался пальцами вдоль его торса, возбужденного члена и потяжелевших яиц, останавливаясь между ягодицами. Он выглядел то ли занервничавшим, то ли ещё более возбужденным. Я быстро нашел его стянутый вход, невесомо обводя его, лишь дразнящее надавливая подушечкой пальца. И как только я, наконец, слегка толкнулся внутрь, его будто подбросило на месте. Я мог даже сказать, что он собирался силой сдвинуть ноги обратно, чтобы остановить меня. Я должен был, черт возьми, догадаться – если что-то кажется тебе слишком прекрасным, чтобы быть правдой, значит, не все так просто. Я одернул руку, тут же оборвав поцелуй. Отодвинувшись на безопасное расстояние, я сел сверху, собираясь оставаться в таком положении до тех пор, пока я более или менее контролирую ситуацию. - Ты девственник? – спросил я вопреки тому, что внутренне уже вовсю обдумывал ответ на этот немного специфичный для меня самого вопрос. Я, блять, поверить не могу. Его молчание и застывшее выражение лица говорили все за себя. Какого хрена все зашло так далеко, а я даже и не понял, в чем дело? Черт! - Я не сплю с девственниками, - честно сказал я. Я уже выучил этот тяжелый урок. Девственники слишком прилипчивые, надоедливые - они не видят вещи такими, какие они есть на самом деле. Я имею в виду, это же просто секс – элементарно и понятно. Мне не нужны отношения, не нужен парень. Хотя, тут я должен внести ремарку – я спал с чужими парнями, и это было охренительно. Я хочу сказать лишь то, что я, в принципе, не из тех, кто хочет привязываться. Мне не нужны парни или девушки для отношений, и, если быть откровенным, раз отымев кого-то, я уже больше никогда не возвращался в ту же постель снова. Девственники имеют тенденцию полагать, что их первый партнер – закономерная любовь всей их жизни. Они хотят отношений и потому становятся чересчур навязчивыми до тех пор, пока не приходится разбивать им сердце, говоря "это не любовь всей твоей жизни, это был просто секс, просто веселая ночь на один раз". Я не ненавидел делать это, поэтому придерживался правила держаться от девственников подальше. Дико, но даже несмотря на то, что я прекрасно понимал, что мне нужно немедленно валить отсюда, я не мог сдвинуться с места. Мысли в моей голове путались и буквально орали о том, что все это большая ошибка, что это крайне плохая идея, но мое тело говорило об обратном. Я смотрел, как он обдумывает мои слова, и в его взгляде, обращенном на меня, я мог прочесть решимость. Он не был просто наивным девственником над которым я имел преимущество. Он знал правила. Скорее всего, он уже был с кем-то в постели, просто не с другим парнем. - Да?...Ну а я не сплю с парнями, но...как видишь, мы оба здесь, – наконец сказал он, и, должен признать, я уважал его за этот ответ. Я действительно был впечатлен его реакцией. Он продолжал смотреть мне в глаза, а сам я пытался решить, что должен сейчас предпринять. Часть меня все ещё орала «ты собираешься сделать ужасную ошибку», но другой, гораздо большей части меня было абсолютно на это наплевать. Ибо я хотел его так сильно, что готов был с радостью разобраться со всем, что произойдет уже после того, как я отымею его. По крайнее мере, тогда я смогу сказать, что сделал это. Я так отчаянно хотел просто трахнуть его. Пока я молча сидел на одном месте, он сделал выбор за нас обоих – притянул меня за шею, заставляя лечь сверху. И я даже не сопротивлялся его напору, снова вовлекаясь в поцелуй так, будто этого разговора не было. Когда я вновь спустился рукой вниз по его телу, я уже знал, чего ожидать, поэтому старался быть более сдержанным и аккуратным. Так же сильно, как я хотел до беспамятства оттрахать его, я прекрасно знал, что должен быть более тактичным, более внимательным раз это его первый раз. Я четко понимал, что в такой ситуации терпение имеет значительный вес. Смочив пальцы в собственной слюне, я снова обводил подушечками его вход, давая ему возможность привыкнуть к тому, каково это, когда к тебе прикасаются в том месте. Я целовал и продолжал целовать его, тем самым пытаясь заставить расслабиться, когда он чуть дернулся, почувствовав, как я мягко скользнул внутрь. Я медленно растягивал его, пока он, наконец, не начал подстраиваться к новым для него ощущениям. Затем я протолкнул палец глубже, не разрывая поцелуя, показывая, что теперь он может привыкать уже к этому так долго, как ему нужно. Честно говоря, я был удивлен собственной внимательностью, ибо обычно я не беспокоился о чувствах других людей. Но, опять же, не с ним. Я не мог объяснить этого. К слову, я не был уверен, что и захотел бы. По мере того, как он постепенно открывался мне, я добавил ещё один палец. Его тело уже не было так напряжено, но я чувствовал, что он все ещё не наслаждается в полной мере тем, что происходит. Но он будет. Я толкнулся глубже, чуть сгибая пальцы – я знал, что делаю и что ищу. - О, господи, - тут же простонал он, и я понял, что нашел то, что искал. Его поведение сразу изменилось после этого: всем телом он стал поддаваться, отвечать на мои движения, стараясь уже самолично насаживаться на мои пальцы. Его поцелуи становились все более глубокими, неистовыми, будто он был до отчаяния жаден получить то, что я могу ему дать. И, поверьте мне, я собирался дать ему все, что у меня есть. Я резко отстранился, чувствуя, что на этом достаточно, но на его лице неожиданно отразилась паника. Наверняка решил, что я сейчас кину его, встану и уйду или сделаю что-то подобное. Опустившись к нему, я поцеловал его, тем самым заставляя снова расслабиться, ибо я вовсе и не собирался уходить куда-либо. Отстранившись, я развел его ноги шире, устраиваясь между ними. Неотрывно наблюдая за его реакцией, я мог видеть, как он испугался, но я не хотел, чтобы он боялся. Я быстро огляделся по сторонам, ища что-нибудь, что могло бы заменить смазку, ибо понимал, что его первый раз может оказаться слишком болезненным при использовании одной лишь моей слюны. Заметив лосьон от загара, я вылил немного жидкости себе на ладонь. Он озадачено смотрел на то, как я размазываю её по своему члену, но когда я смазал лосьоном его ягодицы и вход, он понял, что к чему. Как только все было готово, я развел его ноги максимально широко в стороны и поднял колени чуть вверх – так мне было легче войти в него. Я ещё раз толкнулся внутрь пальцем, убеждаясь, что он достаточно растянут и открыт для того, чтобы избежать лишней боли. Он выглядел оторопевшим, когда я приставил член к его входу – он действительно не знал, чего ожидать. Я понимал, что не смотря ни на что, ему будет больно, но он должен расслабиться и тогда все будет хорошо. Я так хотел немедленно засадить в него, но знал, что не должен делать это резко. Поэтому я лишь дразнил, обводя головкой растянутую дырочку, слегка надавливая. Он все ещё выглядел неуверенным, но чем дольше я подготавливал его, тем более открытым и вовлеченным в процесс он становился. Я аккуратно толкнулся внутрь, и на его лице разом отразились шок и боль – это было тем, на что мне было тяжело смотреть. Одни только его глаза говорили мне слишком много. Я знал, что он должен перетерпеть это, поэтому продолжил так же аккуратно и медленно входить в него, сантиметр за сантиметром. Но он лишь громче шипел от неприятных ощущений. Я чувствовал себя чертовски ужасно – это была ещё одна причина, по которой я отказывался спать с девственниками. Как можно объяснить им, что эта боль моментально сойдет на нет и станет гораздо лучше, если просто расслабиться? А сейчас лучше не становилось - он все ещё был слишком напряжен и узок, и мне на полном серьезе стоило как-то заставить его расслабиться, иначе все это, как бы я не хотел продолжения, закончится. Я отпустил его ноги, перемещая ладони на его грудь. Он ощущался так охренительно хорошо, мне просто необходимо отыметь его. Это должно случиться. - Расслабься, - настойчиво попросил я, и он быстро кивнув в ответ. Но я понимал, что это легче сказать, чем сделать. Через некоторое время мне удалось начать понемногу вбиваться в него - мои слова реально сработали. По мере того, как я мягко двигался, я старался входить глубже с каждым толчком. Он такой чертовски узкий, и должно пройти ещё немного времени перед тем, как он полностью откроется мне. И постепенно так и случилось. Чем шире он открывался, тем быстрее и глубже я двигался, пока не почувствовал, как полностью внутри. Он начал стонать, боль постепенно утихала, и тогда я понял, что время нежных прелюдий закончилось. Я подстраивался под собственный темп, вбиваясь с большей силой и амплитудой. Я входил и выходил из него так легко сейчас, трудно поверить, каким напряженным он был всего пару минут назад. Теперь я мог наслаждаться этим, наслаждаться им и, поверьте, я уже получал кайф. Я знал, что он будет хорош, и он полностью оправдывал себя. Господь просто одарил его самой восхитительной для траха задницей. Он протяжно постанывал в мой рот, и я хотел, чтобы он стонал ещё громче. Я начал двигаться ритмичнее, быстрее внутри него, и его стоны ожидаемо становились все более сбивчивыми, непостоянными. Эти звуки, срывающиеся с его губ, были лучшим, что я когда-либо слышал во время секса. Я отстранился, чтобы иметь возможность наблюдать за ним. Закинув его ноги себе на плечи, я начал буквально вколачивался в его задницу, толкаясь грубо, безжалостно. Он пытался сохранить зрительный контакт, но ощущения поглотили его с головой, и в тот момент, когда я прошелся головкой по простате, он простонал особенно громко в чистом удовольствии, его глаза закатились прежде, чем полностью закрыться. Я неотрывно смотрел на него, пока он продолжал хныкать, сгорая от чувств, что я дарил ему. Я знал, что он будет изумительным! Он облизнул свои губы, пытаясь отдышаться – его стоны вырывались теперь через раз. Он удивил меня, снова притянув к себе, вовлекая в безумный, отчаянно желанный поцелуй, и я понимал, что он не продержится долго. Я поменял угол проникновения, начиная отрывисто вбиваться в ту самую точку. Его руки опустились ниже между нами – он в быстром темпе надрачивал себе, и я намеренно надавливал на его простату, толкаясь глубоко, позволяя ему получать полное удовлетворение и удовольствие от своего члена прежде, чем я резко вышел и так же резко толкнулся обратно. Моё собственное дыханием сбилось, и это был первый раз, когда я осознал, что собственные стоны вырываются из моей груди в унисон с ним. Боже, для девственника у него уж слишком хорошая выдержка! - Ох, черт, черт...Блять! – протяжно выкрикивал он. Все его тело задрожало подо мной. Я чуть приподнялся на локтях, чтобы иметь возможность видеть, как он кончает. Я продолжал двигать внутри, пока наблюдал за ним, пока следил за каждым его движением, дыханием, звуком, что исходил от него. Не думаю, что я когда-либо замечал прежде, насколько опьяняющим это может быть. Это действительно было невероятно – видеть, что я делаю с ним. То есть, я всегда знал, что хорош, но, черт возьми, это все было слишком умопомрачительным даже для меня. Тот момент, когда он кончил, был тем, что я никогда не смогу забыть. В выражении его лица перемешались чувства высокого блаженства, полного облегчения и абсолютного, дикого удовольствия. Все в одном. Стенки его задницы сокращались, сжимали мой член изнутри и, поверьте, это оказало должный эффект. Я требовательно уткнулся своими губами в его и поцеловал так, как никогда не целовал никого до этого: грубо, страстно, с напором. Я и сам был удивлен этому. Все ещё бешено вбиваясь в него, я не мог контролировать собственных почти животных рычаний, что поднимались откуда-то изнутри моей грудной клетки. Разорвав поцелуй, я зарылся лицом куда-то ему в шею, всего этого стало слишком много по ощущениям, и я больно укусил его, пытаясь сдержать накатывающий оргазм. Но я не мог, и в следующий момент оказался уже за чертой. - Черт...Святой боже, бля-ять, - простонал я, толкнувшись в него в последний раз. Я все ещё был внутри него, чувствовал, как все моё тело содрогается от накрывающих меня одной за другой волн невероятного удовольствия. Ничего не могло быть настолько потрясающим. Ничего. Я полностью отпустился себя, моя сперма буквальным взрывом вырвалась из моего члена, и только в тот момент, когда я кончал в него, я понял, что не надел презерватив. Я никогда и ни с кем не спал без презерватива. Ладно, одна бывшая не в счет, но здесь, с этим парнем, как я мог быть настолько ослеплен, чтобы забыть про это? Я целовал его какое-то время, пока ощущал собственную теплую сперму, скользящую внутри него, и только затем я полностью вышел и лег рядом. Я был вымотан, но не настолько, чтобы отказаться от второго раунда. Один только взгляд на него возбуждал меня снова, но это был его первый раз – не думаю, чтобы он выдержал ещё. Должен признать, я бы солгал, если бы сказал, что не думал о том, чтобы встать и уйти в тот же момент. Но эти мысли главным образом возникли от надоедливого ощущения где-то внизу живота, которое настоятельно подсказывало мне, что я не должен находиться сейчас здесь, рядом с ним. То же надоедливое чувство говорило мне, что я должен был уйти в ту самую минуту, когда узнал, что он девственник. И то же чувство орало мне, что я уже пересек эту линию, что уже слишком поздно и что моя судьба отныне и к сожалению уже решена. Но, вопреки всему этому, я повернулся к нему, подтянул ближе к себе и ещё раз прошептал, насколько красивым он был. Я знал, что никуда не уйду. И я не хотел быть сейчас где-то ещё в принципе. Я оставался на ночь со своими пассиями и раньше – это ничего не значит, весь смысл от случившегося оставался тем же. Или, по крайней мере, это было тем, в чем я продолжал убеждать себя. Осознание следующей ошибки настигло меня утром. Я проснулся от движений рядом с собой, и, очевидно, это не было чем-то необычным. Но, по факту, я почувствовал некое удовлетворение, когда вспомнил, кто именно находился сейчас на другой стороне постели. Я должен был тут же озвучить все свои отработанные отговорки и извинения и сбежать, как делал это обычно. Но вместо этого я посмотрел на него, позволил своим инстинктам взять над собой верх, и прежде, чем я успел осознать это – я уже снова целовал его. И я продолжал целовать его ещё достаточно долго, не желая, чтобы это заканчивалось. Звуки кипевшей и продолжающей закономерно существовать жизни за окном наконец-то привели меня в чувства. Я должен валить отсюда. Сейчас же! - Слушай, мне надо идти, пока кто-то не пустил отряд на мои поиски, - я даже и не понял, что слова сами сорвались с языка. Эта причина была именно той, по которой я должен был ещё ночью уйти отсюда. Черт, я настолько жалок с этими правдоподобными объяснениями. - Да, конечно, - просто сказал он, но я четко услышал в его голосе нотки слабого разочарования и подавленности, что сразу же заставило меня почувствовать себя странно. Будто я не хотел, чтобы он расстраивался. И все это делало ситуацию ещё более ненормальной для меня, ибо я никогда не давал себе права даже колебаться. Я быстро поцеловал его в сглаживающем происходящее жесте, а затем встал с кровати. Я оделся так же быстро, как и разделся, когда пришел сюда. Не то, чтобы я так и рвался уйти от него подальше, я имею в виду, он все ещё чертовски привлекателен – я просто хотел поскорее скрыться от этой ситуации, в которую сам же и затянул себя. Я направился к двери, замечая, что он идет следом. А потом, по абсолютно странным и непонятным для меня причинам, вместо того, чтобы уйти, я не смог остановить себя от того, чтобы притянуть его к себе, заключая в объятья, вовлекая в поцелуй. «Это в последний раз» - сам себе сказал я в оправдание собственным действиям. Затем, я, наконец, сделал хоть что-то правильно и вышел за дверь. Я не оборачивался, не имея намерений снова увидеть его. Но по мере того, как я шел по длинному коридору, я поймал себя на том, что, вместо того, чтобы начать мысленно представлять свою следующую пассию, я воспроизводил в памяти прошедшую ночь. То, как я прикасался к нему, чувствовал его, пробовал на вкус, трахал. Я пытался заблокировать все воспоминания о нем. О его светлых волосах, о его бледной вкусной коже, его невероятных в поцелуе губах и его глазах. Господи, его глаза настолько гипнотизирующие, очаровывающие, что я не уверен, что смогу хоть когда-либо забыть их, даже если попытаюсь! Черт, я в полном дерьме. Я, блять, знал, что это будет ошибкой, я должен был следовать правилу - никогда не спать с девственниками. Тем не менее, у меня уже были девственники, но ни один из них не повлиял на меня так, как он. Мне нужно вернуться к своим друзьям, вернуться к реальности и выкинуть его из своей башки. Я знаю, что мне нужно. Мне нужно отыметь кого-то!