fairness, follow me!

«Ярость и гнев овладели мною с ног до головы. Это было последней каплей. Всю свою жизнь я была доброй и милой девочкой, но эта выходка заставила меня перейти все рамки. Я не контролировала себя. Словно… в меня вселился демон! Я подошла к Шерил из-за угла её дома. Она спокойно сидела на лавочке и читала какой-то модный журнал, при этом напевая весёлую мелодию. Вдохнув побольше воздуха, я вытащила кинжал из футляра и медленно начала подходить к рыжеволосой. Увидев меня, она завизжала от страха и крикнула, что совершила ошибку и что больше так не будет, но я не слышала её. Мой разум был затуманен. Я приставила острие к горлу девушки и тихо проговорила ей в ухо: — Ты заплатишь за все пролитые из-за тебя слёзы, Шерил Блоссом». Два месяца назад. Справедливость. Все с детства знают значение этого слова. У каждого человека есть представление о справедливости. Но не каждый придерживается честности и верности. Это… как правила, которые нужно было выучить в начальной школе. Вроде «курить — это плохо». Все же это знают, верно? Но не все придерживаются этого правила. Утро понедельника шестого марта. Этот день изменил в моей школе многое и многих. Хотя вроде бы ничего не изменилось. Лишь все перессорились и подрались. Но именно этот день изменил во мне всё. Абсолютно всё. — Бетти, вставай! Тебе в школу! — крикнула моя мама с кухни на первом этаже. Каждый завтрак, обед и ужин в нашей семье — это праздник. Мы должны быть всегда с натянутой счастливой улыбкой и весело проводить время, общаясь с семьёй. А также никаких опозданий. Это входит в кодекс нашей семьи. Да, у нас есть кодекс, представляете? А также герб и кредо семьи. Для горожан это дико, но для нас нет. По крайней мере, не для мамы. Я спустилась вниз по лестнице и вошла прямиком на кухню. За столом, сделанным из берёзы, уже сидели папа с газетой и Полли. Они с внимательностью рассмотрели на мне все детали: запутанные волосы, круги под глазами и растёгнутая на половину пижамная рубашка. Во мне проснулась чувство стыда. Я быстро сгоняла в ванную и привела одежду, волосы и лицо в порядок. Как-никак, живу в семье аристократов, надо выглядеть прилично. Мама поставила на стол три кофе и улыбнулась мне. На кухне пахло лавандой и персиками. Впрочем, как и всегда. Всё это благодаря маме Купер. Это она настояла на том, чтобы все комнаты в доме были в пастельных тонах. И это она всегда ставит в наши с Полли комнаты новые букеты ромашек и васильков. Все быстро съели тосты с клубничным джемом и, одевшись, по очереди вышли из дома. Мама пожелала нам с сестрой хорошего дня и уехала вместе с папой на машине. Попрощавшись с Полли, я направилась в школу. Тёплый ветерок играл с моими волосами, что ещё больше заставляло меня нервничать, так как они постоянно падали мне на лицо. Сцепив зубы, я убрала волосы за уши и поплелась дальше, прямой наводкой в школу. Пройдя несколько метров, я наткнулась плечом на Кевина Келлера, моего лучшего друга. Он с такой, как и прежде, весёлой нахальной улыбкой обнял меня и по пути в школу рассказывал смешные истории из его жизни. Несмотря на его вечный оптимизм, он ужасно раним. Над ним никогда нельзя прикалываться, иначе не поздоровится никому. У Кевина просто идеальная внешность: красивые шатенистые волосы, прямой нос и широкая добрая улыбка. Он самый лучший друг, которого только можно пожелать. С таким темпом мы в два счёта дошли до моего самого любимого здания. Зайдя внутрь, я сразу же почувствовала неловкость и стыд. Я здесь никто. И зовут меня никак. И вот почему… Около своего шкафчика стояла стройная и фигуристая девушка с шелковистыми рыжими волосами и до ужаса ярко-красной помадой. Шерил Блоссом. Увидев, что я приближаюсь к своему шкафчику, в надежде, что сегодня он откроется с первого раза, она позвала своих друзей и нагло показала на меня пальцем. Ключ от шкафчика прилип (в прямом смысле этого слова) к замку и сколько бы раз я не пыталась его открыть, ключ застрял, хоть ты тресни. Шерил звонко засмеялась, а Чак Клейтон, её парень, ещё громче закричал на весь коридор: «Лууузеер!» Я закатила глаза, как можно сильнее. Ненависть. Злость. Я хотела убить рыжую стерву. Но тщательно старалась скрыть злость в себе и притвориться, что мне наплевать. Медленно подошла к всеобщей любимице. — Дорогая Шерил, рада тебя видеть. Хочу дать тебе совет: то, что ты используешь вишнёвые жвачки не означает, что они скроют плохой запах изо рта. —  Я поморгала ресницами и с довольной улыбкой зашла в класс биологии. Шерил наиграно приложила ладонь ко рту и, поморщившись, фыркнула, толкнув ногой чей-то шкафчик. Лучшая подруга Шерил, Вероника Лодж, зацепила меня своим плечом и печально ахнула, приложив руку к сердцу. Она подошла к рыжеволосой и, обняв подругу, показала мне язык. Что ж, и так каждый божий день. Не удивительно. У неё уже шутки повторяются. Где у Шерил оригинальность? Я быстро села за свою парту и, достав учебник, помахала Кевину, чтобы он сел рядом. Но Кевин был заинтересован в более весёлых вещах: общении в чате с каким-то парнем. В класс зашли Чак и Арчи. По пути к своей парте, они подмигивали некоторым девочкам, от чего те вздрагивали и готовы были повеситься на месте. А я оказалась избранная: мне Чак не подмигнул, а показал средний палец. Я лишь улыбнулась на его милый жест. Арч пожал плечами и забрал Клейтона от моей парты. К нам в класс зашла биологичка, Сиерра Маккой, она же директор школы, и она же мама нашей звёздочки, Джози, у которой есть собственный кружок по вокалу. Каждую среду она выбирает своих жертв и заставляет их растягивать голосовые связки до такой степени, что не то что дар речи потеряешь, в обморок упадёшь. — У меня проблемы с министерством наук. — пробормотала она, — Открыли учебники на 79 странице и списали весь параграф. Нет времени ничего вам объяснить. Директор по массировала виски и, улыбнувшись, продолжила: — Джози! Милая, ты можешь мне помочь? Разберём параграф дома. Ах, да. Дети! На следующем уроке контрольный опрос!  Она уселась на стул и выпрямила осанку. Достав компьютер, Джози села рядом с мамой и, тихо хихикнув, чмокнула её в щеку. Конечно, биология мне никогда не давалась, но мама учила меня, что нужно слушаться старших. Поэтому, заткнув рот, я молча стала изучать параграф от «А» до «Я». Шерил, сидевшая позади меня, шепнула что-то Чаку. Тот хохотнул и показал рыжей «класс». — Бетти, не могла бы поделится учебником? — спросил она. — Интересно как? У нас парты на одного человека. То есть, я должна отдать тебе свой учебник и писать параграф от руля, да? — Какая ты догадливая! — Игриво пропела Шерил. — Извини, но нет. Мне самой надо. — Ах, так?! Ну ладно. — Сглотнув, Блоссом встала и, подойдя к столу, задала вопрос учительница вопрос. — Миссис Маккой, возможно это смешно, но Купер нагло отобрала у меня учебник. — Шерил, это действительно смешно! Сядь на место. — Директор махнула рукой на её парту, мол «Иди отседова!» Шер быстро взглянула на Чака и тут же промолвила: — А-а… Бетти назвала вас дрянью! — Крикнула она и прошлась вдоль класса крутой походкой до своей парты. Что?! Какого чёрта?! Причём здесь я? Вот козёл… Миссис Маккой подошла ко мне вплотную, и у меня пересохло в горле. — Мисс Купер, какое право вы имеете обзывать директора школы, м-м? — она сцепив зубы, больно впилась ногтем мне в грудь, — Вы первая выскочка в этом классе! Семь лет я терпела ваши речи о правах на свободу животных и запрете браконьерства. Вы должны быть более толерантны. Поэтому последует наказание. Из-за вас весь класс будет писать контрольную работу по двум параграфам. Слово в слово! Медленная интонация придала драматизма обстановке, а также я заметила краем глаза, как ликуют Шерил и Джози. Мысленно послала их и сжала кулаки. Все яростно загудели и какой-то парень кинул в меня карандаш. Я грустно вздохнула и опустив голову, промолвила тихое: «Извините». Как так? На самом же деле, это неправильно! Какая к чёрту толерантность, если я и слова не вымолвила?! Несправедливо. Огромный ком встал в горле и без особых объяснений, я выбежала из класса. Завернув за угол, я опустилась на колени и закрыла ладонями лицо. Слёзы покатились сами собой. Я, всхлыпывая, обдумывала произошедшее. Я же никого не обижала и не дразнила. Прилично учусь, отношусь ко всем с добротой и заботой. А что мне взамен? Оскорбления?! Месть. Они заслуживают мести. Я услышала медленные шаги и кто-то подёргал меня за руку. Я повернулась и тут же поняла, что в безопасности. Это не Маккой. И не Шерил и Чак. Это всего лишь Джагхед Джонс. Парниша-чудак. Но, зная его, как знаю его я, он очень хороший друг. Его черные локоны смешно спадали ему на лицо из-под шапки в виде короны и прикрывали его бездонные голубые глаза. Брюнет растянул губы в улыбке и протянул мне руку. — Ты не заслуживаешь этого, — тихо вымолвил он. — Но тем не менее, это случается. День за днём, Джагхед! Я не позволю так ко мне относиться. Я сделаю всё возможное, чтобы восстановить справедливость в этой жалкой школе. Ты со мной? — Я начинаю тебя бояться, Бетти… Но… Если это анонимно, то… да. Я радостно улыбнулась и стерев с лица иссякшие капельки слёз, обняла друга. Мне больше не было одиноко. Я знала, что что бы ни случилось со мной, мои близкие будут рядом. Странно только, где Кевин… Хотя у него же тайная переписка, я понимаю его. Но теперь моё кредо будет другим. Больше никто не обидит меня. Даю слово.