Сероволктябрь

- Ревность – нехорошее чувство. - уверенно заявил Серёжа, толкая входную дверь детдома и выходя из здания вместе с Олегом. - Ревнуют только неуверенные в себе люди. - С чего ты это взял? – удивленно спросил Волков, наклонив голову к плечу. - Я это в одной книге прочитал. – произнёс Разумовский, направляясь к старым качелям, стоявшим во дворе. – А книги пишут умные люди, значит этому можно верить. - Наверное, ты прав, - задумчиво начал Олег, но был прерван подбежавшим к ним соседом по комнате, имя которого Серёжа не мог вспомнить. - Волков, погнали играть! – воскликнул мальчик, бросив Олегу мяч, и рукой показал на ждущих неподалеку остальных ребят. - Давай! – радостно отозвался Волков, после чего развернулся к Разумовскому, который прожигал взглядом невовремя появившегося мальчика, отчего тот поежился и отошёл к другим. – Я поиграю немного, ладно? - Ладно… - ответил Серёжа, чувствуя, как в груди что-то неприятно сжимается. Почему-то Сергею было неприятно видеть, как Олег играет с другими. В глубине души Серёжа понимал, что он, а не кто-то другой, близкий друг Волкова, и Олег не тот тип людей, который меняет друзей каждый день, нет, если он и дружил, то на всю жизнь. Но всё равно иногда Разумовскому приходилось давить в себе желание подойти к каждому, кто отнимал его время, которое можно было бы провести с Олегом, и пригрозить так, что они больше бы никогда не подходили к Волкову, но его останавливало понимание того, что Олег расстроился бы, если бы внезапно все стали его игнорировать. Вздохнув, Серёжа сел на качели и ногами оттолкнулся от земли, краем глаза следя за игрой мальчишек. ***** Олег угрюмо посмотрел на Кольку из параллели, и тот, заметив взгляд Волкова, наконец соизволил отвлечься от разглядывания Серёжи, который что-то усердно рисовал в своём альбоме, и спешно отвернулся с недовольным выражением лица. Волкову решительно не нравилось то, какими глазами Коля смотрел на Разумовского. За годы их с Сергеем дружбы Олег научился быстро распознавать по выражениям лица ребят их замыслы и угрожающе махать кулаком, прежде чем те успеют подстроить какую-то пакость Серёже. Олег привык, что другие дети либо нейтрально относились к Серёже, либо любили подшутить над ним. Но действий Кольки Волков не понимал. Он не пытался подкрасться к Разумовскому, чтобы незаметно дернуть его за волосы, а просто подолгу рассматривал его шевелюру. Он не предпринимал попыток выхватить альбом у Сергея, вместо этого рассматривая его рисунки каждый раз, как проходил мимо. Он даже однажды помог Серёже поднять карандаш, упавший со стола, а не проигнорировал, как все остальные, хотя Волков уже потянулся за ним! Олегу хотелось отвести Колю куда-нибудь в угол и приказать держаться подальше от Сергея, но недавно сказанные слова Разумовского о ревности останавливали его. Вдруг Сергей обидится, узнает об этом? Или, что ещё хуже, разочаруется в нём, Олеге? Волков не мог позволить такому случится, поэтому лишь исподлобья следил за движениями Кольки, показывая взглядом своё недовольство, но не предпринимая ничего больше. ***** Сергей уже успел пожалеть о том, что прочитал ту книгу. И кто вообще тянул его за язык? Если бы он тогда не упомянул в разговоре с Олегом прочитанное в книге, то сейчас бы не приходилось давить в себе это ужасное чувство, потому что Серёжа считал, что это не красиво – не быть верным своему слову. Поэтому всё, что мог делать Разумовский, это смотреть, как Волкова в очередной раз утаскивают куда-то его друзья, и недовольно топать ногой, когда Олег не мог этого увидеть. Серёжа терпел это так долго, как только мог, но последней каплей стал случай, когда Волкова увели у Разумовского прямо из-под носа. В тот день Сергей и Олег сидели в школьной библиотеке, и Серёжа помогал Олегу разобрать новую тему по математике, но их своеобразное занятие было прервано вбежавшим в помещение другом Волкова, который, взволнованно размахивая руками, крикнул, что Олег срочно должен идти с ним, иначе они проиграют матч другому классу. Встревоженная библиотекарша недовольно заворчала на ворвавшегося мальчугана и стала его ругать. Разумовский, не желая слушать эти разбирательства, быстро смёл все вещи в свой портфель, схватил Волкова за руку и, не давая ему опомниться, потянул его к выходу. Когда они были уже на приличном расстоянии от библиотеки, Серёжа развернулся к Олегу лицом, заставляя его остановиться, и упёр руки в бока. - Серёжа, может не стоило внезапно исчезать? – неуверенно произнёс Волков, настороженно разглядывая Разумовского. – Никита же будет меня искать. - К чёрту этого Никиту! – Сергей не смог удержать себя от грубого слова. – Так больше не может продолжаться! - О чём ты? – нахмурился Олег. - Я о том, что ты в последнее время всё чаще и чаще бегаешь к своим дружкам, из-за чего меньше проводишь времени со мной! – Серёжа, разозлившись, топнул ногой. - И что в этом такого? И вообще, по-моему, ты ревнуешь, а ведь ты говорил мне, что это плохо, так было написано в той… - Олег угрожающе двинулся на Сергея, неспособный сдержать все скопившиеся эмоции. - …дурацкой книге! – хором закончили оба и удивленно уставились друг на друга. - Колька из параллели всё время на тебя смотрит, и это меня раздражает. – опустив голову, произнёс Олег. - Наверное, книги не всегда бывают правы. – сцепив руки в замок перед собой, сказал Серёжа, после чего вытянул руку вперёд, протягивая Волкову мизинец. – Мир? - Мир! – улыбнулся Олег, соединяя мизинец Серёжи со своим.