Почему ты не обнимешь меня?

– И что, он прям так и сказал ей? – задаёт вопрос Дженни и прикрывает ладошкой рот, дабы скрыть улыбку, которая с каждым мгновением становится всё шире. – Ага, это было так мило, – сладким голосочком отвечает Лиса, и обе девушки пищат. Сидевшая рядом с подругами Чеён лишь устало закатывает глаза и, взяв в руку чёрную ручку, начинает рисовать на полях тетради. Уж всяко лучше, чем слушать болтовню Манобан и Ким о фильме, который Пак даже не смотрела. – Эй, – Лиса толкает Розэ локтем и отрывает подругу от рисования, – Что это? – она кивает в сторону тетради, а глаза Чеён с каждой секундой расширяются. – Разве это не тело Тэхёна? Розэ отрицательно качает головой и мысленно даёт себе подзатыльник за то, что задумалась и нарисовала того, мысли о котором засоряют её голову на протяжении нескольких последних дней. – Да ладно тебе! – Лиса берёт тетрадь в свои руки и внимательно изучает незаконченный рисунок, а после показывает разворот Ким: – Джен, ну это же похоже на тело Тэхёна, да? Та внимательно смотрит на лист, где чёрной ручкой неаккуратно нанесен набросок тела человека без головы, затем переводит взгляд на Пак, чьи щёки с каждой секундой приобретают слегка пунцовый оттенок. Не сложно догадаться, что это нарисованное тело принадлежит Тэхёну, у которого внизу живота была точно такая же татуировка, которую и изобразила глупая Чеён. Одна её часть была доступна общественности, а вторая – скрыта широкими боксёрскими шортами от посторонних глаз. – Если честно, то… – только начинает говорить Дженни, как вмиг замолкает и удивлённо смотрит на влетевшего в аудиторию Юнги. Тот подходит к ней и, ничего не объясняя, берёт за руку, таща сопротивляющуюся и ничего не понимающую девушку к выходу. Все одногруппники Дженни провожают её с Юнги взглядом, на ходу придумывая небылицы, а Чеён и Лиса шокировано смотрят друг на друга, пытаясь понять, что за ерунда сейчас произошла. – Может, остановимся уже? – Дженни начинает потихоньку тормозить, ибо поспевать за Мином, который был слишком быстрым и взвинченным, она устала. – Хорошо, – Дженни не ожидала положительного ответа со стороны Юнги, а он даже был рад тому, что она опешила от его действий. Взяв ситуацию в свои руки, Мин толкнул Ким к бетонной стене, близко приблизившись к её лицу. – А теперь, сладкая, объясняй. – Объяснять что? – полушёпотом спрашивает девушка, попавшая в столь неловкое положение с другом. – Почему какие-то недоумки провожают тебя домой? – сквозь зубы произносит Юнги, шкрябая руками по жёлтой стене. Он зол, конкретно. – Я не понимаю тебя, – Дженни пугается ухмылки на лице Мина и вжимается в стену, когда парень сокращает расстояние между их лицами. Она чувствует неприятные ощущения в спине, но напор свой, правда, не сбавляет. Всё ещё надеется, что эта никчёмная стенка спасёт её. – Не прикидывайся глупой овечкой, сладкая, – Шуга проводит тыльной стороной ладони по лицу Ким, а та вся содрогается под ним. Ей неприятно, а ему плевать. – Тебя на выходных видели в кафе в компании с двумя парнями, которые потом подвозили домой. Меня отшила, в друзьях оставила, чтобы с двумя сразу зажигать? А ты не промах, Дженни Ким! – ядовито улыбается Мин и заводит свою руку за девичью спину, обвивая её талию и одним рывком притягивая к себе. – Смотри, ситуация, как в клубе, повторяется. – Ю-юнги… п-пусти, – Ким помещает свои ладошки на мужскую грудь, надеясь, что это хоть как-то повлияет на Мина и он отпустит её, но, видимо, любое сопротивление Дженни сильнее разжигает огонёк внутри парня. – А если я не хочу? – Юнги сжимает руку на девичьей талии, отчего та ойкает. – Мне правда не нравится, что ты проводишь свои выходные с двумя какими-то неудачникам. Сладкая, ну чем я хуже? – парень размещает свободную руку на попе Ким, за что получает пощёчину. Он делает несколько шагов назад, прикрывая ладонью красную отметину на лице, а Дженни шокировано смотрит на него, едва сдерживаясь, чтобы не заплакать перед ним от обиды. Что она сделала не так, чтобы заслужить подобные неуважительные слова и поведение в своей адрес? Особенно от некогда близкого друга в его лице. – Не смей больше говорить со мной в таком тоне и прикасаться ко мне, Шуга, – собрав всю волю в кулак, произносит Джен. – Даже друзья из нас не получились, – добавляет с обидой прежде, чем несётся к входным дверям в институт. Юнги рычит, несколько раз подряд бьёт по шершавой стене, его рука начинает покрываться ссадинами и в некоторых местах появляются капельки крови, но ему настолько плевать на это. Физические увечья ничто по сравнению с тем, что сейчас он испытывает в душе. – Я же правда хотел по-хорошему, – тихо произносит парень, облокачиваясь головой об стену и закрывая глаза. Он облажался. Опять. Дженни забегает в институт и сразу же идёт в сторону туалета. Ей срочно надо выпустить бушующие эмоции на волю. Правда, солёные дорожки начинают появляться гораздо раньше, чем девушка оказывается в пункте назначения. Пара, наверное, уже началась, но Ким это сейчас мало волнует. Ей также плевать на грязный пол, на который она приземляется своей пятой точкой. Девушка прижимает коленки ближе к себе и начинает плакать. Навзрыд. Она впивается зубами в руку, пытаясь хоть как-то заглушить громкие рыдания. Ситуация, произошедшая недавно, выбила Джен из колеи. Что вообще происходит? Как он вообще может сперва признаваться ей в своей симпатии, а после таким жалким образом оскорбляет её и грязно лапает без согласия? Разве так поступает человек, который влюблён? Слишком много вопросов крутятся на языке, в голове, слишком много места Юнги занимает в мыслях Дженни, слишком резко её спокойная жизнь превратилась в чёрти-что из-за него. Ким понимает, что теперь в её отношениях с Мином трещина. Огромная. Есть ли шанс избавиться от неё? Конечно, шанс ведь есть всегда. Другой вопрос – захочет ли кто-нибудь из двух, теперь уже бывших, друзей воспользоваться им?

***

Мелодичный звонок оповещает об окончании пары. Розэ и Лиса сразу же подрываются с места, спешно кидают лекционные тетради и ручки в сумки и пулей вылетают из аудитории. Подруги начали ходить по университету, разыскивая Дженни, которая так и не вернулась после того, как её куда-то утащил Юнги. – Вдруг случилось что-то? – взволнованно спрашивает Чеён, настороженно глядя по сторонам. – А это мы сейчас и узнаем, – отвечает Лалиса и идёт к Шуге, завидев того в поле зрения. – Эй, Юнги! – Чего? – грубо спрашивает парень, кинув мимолётный взгляд на приближающуюся к нему Манобан. – Где Дженни? – уже не так громко задаёт вопрос Лиса, как только оказывается рядом с парнем. – А мне откуда это знать? Может быть, уже развлекается с каким-нибудь очередным идиотом, – парень горько усмехается и спешит покинуть общество Лалисы. Он не в настроении разговаривать с кем-то, а уж если разговор касается Дженни, то и подавно. – Да что этот придурок себе позволяет?! – бубнит под нос Манобан, провожая фигуру Мина взглядом. – Ну что он сказал? – неожиданно подошедшая Пак пугает Лису, отчего та подпрыгивает на месте и кладёт руку на сердце. Чеён извиняется и неловко улыбается, замечая позу подруги. – Сказал, что не знает, – Манобан не стала передавать всю услышанную информацию, посчитав, что так будет лучше. – Как это не знает? Он же сам её увёл! – начинает возмущаться Пак. – Боже, как же он меня раздражает! – Эй, Чеён, – Лиса берёт Розэ за руку, из-за чего та прекращает свою тираду и замолкает. – Смотри, там Дженни! Пак медленно поворачивает голову в ту сторону, куда показывает Лиса, и замечает Дженни, выходящую из туалета. Её вид, мягко говоря, не очень. Как бы Ким не старалась, но избавиться от опухших глаз и помятого чёрного платья не удалось. – Дженни! – кричит Розэ, быстро подбегая к подруге. – Что произошло? – С чего ты взяла, что что-то произошло? – Ким немного щурит глаза. – А вы чего это такие взволнованные? – Мы тебя потеряли, волновались, – отвечает только что подбежавшая Лиса. – Что тебе сделал Юнги? Почему на пару не вернулась? Решила теперь получать туалетное образование? – У нас просто произошло недопонимание, но мы его решили. А потом мне стало немного не по себе… Голова закружилась… Вот и… – Дженни пожимает плечами и говорит первое, что приходит в голову. Сейчас не лучшее время и место для откровений. – Проехали, пошлите уже! – Джен подходит к Чеён, забирая у неё свою сумку. – Я ужасно устала находиться в этих стенах, – проныла Ким и уставилась на подруг, которые не понимали ровным счётом ничего, как и не верили её каждому сказанному слову. – Ладно, раз вы хотите здесь ночевать, то пожалуйста, а я пошла домой, – девушка разворачивается и медленными шагами отходит от подруг. Она улыбается, когда Розэ и Лиса догоняют её и хватают под руки. Теперь они держат путь домой вместе, разговаривая обо всём на свете и смеясь с дурацких шуток Манобан. Чеён и Лиса стараются больше не затрагивать случившееся, потому что понимают, что правда их сегодня не ожидает. Дженни же полностью наслаждается прекрасной компанией подруг, освобождая голову от думок о конфликте с Юнги. Ради этого ведь и нужны друзья, да?

***

– С кем переписываешься? – спрашивает у сестры Тэхён, облокотившись о дверной косяк и попивая яблочный сок. – С подругой, – отвечает Джису, продолжая лежать на диване, и начинает дрыгать ногами в воздухе, когда телефон оповещает о новом сообщении. Тэхён жмурится. – Как зовут? – Какая разница? Если хочешь подкатить к ней, то у тебя нет шансов, – сестра смотрит на брата вверх тормашками. – У неё парень есть. – Даже и в мыслях не было! Просто интересно знать, как зовут друзей сестры, – спокойно отвечает Тэ, присаживаясь на краешек дивана. Джису от слов брата чуть ли не ударяется головой о деревянный пол, покрытый лаком, но вовремя берёт себя в руки и без последствий принимает сидячее положение. – Ты серьёзно? – А что такого? – Тэхён вскидывает брови и вновь подносит горлышко картонной коробки из-под сока ко рту. – Мне правда это важно. Джису расплывается в довольной улыбке, до сих пор не веря в происходящее. Подумать только, Тэхён наконец-то начал интересоваться её жалкой жизнью! Она поддаётся вперёд и кидается к нему на шею, крепче сжимая в своих объятиях. Солжёт, если скажет, что не нуждалась в этом. – Блять, – ругается брат и отстраняет от себя сестру, смотря на жёлтое пятно, которое теперь красуется на белоснежной обивке дивана. – Джису, ну сок же был открыт! Сестра виновато улыбается, извиняясь, и бежит на кухню за тряпкой. Устранить недоразумение, конечно же, не получается, но ни для кого это и не является проблемой.

***

Придя домой, переодевшись и перекусив, Лиса решает, что ей нужен отдых, потому плюхается на кровать, сразу же открывая инстаграм. – Зачем выкладывать фотку, где твоё лицо выглядит так нелепо? – комментирует вслух, когда видит в ленте фотографию одногруппницы. – О боже, он такой горячий! – восклицает при виде полуобнажённой фотографии американского актёра Криса Пайна. – Срочно сохранить! – А почему меня обрезала?! – возмущается, когда замечает публикацию ещё одной своей одногруппницы. Она приближает фотографию, залитую в профиль Кайлы, и действительно убеждается в том, что Бэ – отстойный редактор фоток, раз даже не смогла нормально обрезать Лису, рука которой всё ещё была на изображении. – Вот же…! Расстроенная и злая одновременно Лалиса заходит в раздел «Интересное». Ничего нового: всё те же фотографии еды, природы и личные селки. Внимание девушки привлекает снимок, на котором изображён мужской торс. Манобан мигом нажимает на кадр и открывает рот от восхищения. – Ничего себе, какое тело! Ещё и практически две тысячи лайков, – удивляется Лиса. Ей о таком количестве сердечек только мечтать и мечтать. Она переходит в профиль, надеясь взглянуть на обладателя столь шикарных кубиков, но найти селку среди тысячи публикаций оказывается не так просто. Когда всё же поиски Лисы оборачиваются успехом, её глаза в ужасе распахиваются. Это Чимин. Владелец этого аккаунта – Чимин. – Чёрт! Лалиса резко подрывается с места и, кинув телефон на кровать, начинает ходить из угла в угол. Как так вообще получилось, что именно его фотография высветилась у Манобан? Как вообще снимок торса парня, у которого она просила сигареты и с которым они разок пообедали, посмел появиться в её интересных? Не слишком ли много совпадений? Девушка возвращается к кровати, вновь берёт телефон в руки и хныкает, когда на дисплее появляется фотография Чимина. Она ложится на живот, продолжая сверлить экран взглядом. – Красивый. А Пак, кстати, даже не изменился, учитывая то, что этот снимок он опубликовал около года назад. Разве что из жгучего брюнета превратился в блондина. Чертовски горячего блондина. Лиса не знает, чем руководствуется, когда нажимает на кнопку «Подписаться», в ту же секунду закрывая глаза и проклиная себя за это. – Ну вот, теперь он подумает, что я сталкерша. Хотя, если так подумать, мы знакомые, а знакомые же могут подписываться друг на друга в социальных сетях, – вслух размышляет Манобан, продолжая изучать аккаунт Пака. Её взгляд привлекает снимок, где, помимо Чимина, изображён ещё и Тэхён. – И ты тоже тут? Любопытство – вещь серьёзная, мучительная, нескрываемая. Лиса кликает на отметку на кадре, надеясь покопаться в грязных вещичках Кима, но всем её мечтам не суждено исполниться – у Тэхёна закрытый профиль. – Дурацкий боксёришка! – хмыкает Манобан, переходя в раздел уведомления. Её сердце отбивает бешеные удары, а лицо озаряет улыбка. Чимин подписался на неё в ответ.

***

Чеён присаживается на диван, аккуратно ставя горячую кружку с только что налитым какао на маленький журнальный столик, и поджимает под себя ножки, плотнее кутаясь в махровый фиолетовый плед. Девушка берёт пульт и, включив телевизор, тянется к кружке, максимально контролируя свои движения, ведь чуть что – и кремовая обивка, на которой она расположила свою тушку, окажется запятнанной. Розэ лениво переключает каналы, делая небольшие глотки горячего напитка. Смотреть нечего, абсолютно: по любимому детскому каналу показывают какой-то неизвестный для неё мультфильм, а музыкальные каналы так и вовсе проигрывают никакущие клипы и песни. Сетуя на то, что в эфире нет ничего нормального, продолжает щёлкать каналы. Когда доходит до спортивного – перещёлкивает, правда, возвращается на него обратно спустя считанные секунды. Там как раз показывают бокс, за которым Розэ, на удивления, заворожённо наблюдает. Всё происходит почти так же, как и тогда в клубе, разве что экипировка для боксёров другая, ну и приёмы менее жестоки. Розэ сразу же выбирает себе любимчика в свободных синих шортах, который находился в правой части ринга. – Смешные, – слегка улыбается Пак, но через несколько минут в ужасе прикрывает рот ладошкой. – Не смей трогать его! – кричит девушка, когда противник наносит её фавориту удар передней рукой, именуемый джебом, как будто бы кто-то может услышать. – Кошмар, он же так и убить может! Боксёр в синих шортах шатается, но быстро приходит в себя и ненавистно смотрит на противника, который выглядит старше его лет так на пять. Хорошо сложенный парень подходит ближе к «красному», отводит назад ударное плечо, затем резко раскручивает весь корпус, а рука, согнутая в локте, выносится в голову оппонента. Юнец внутренне ликует от того, что ему удалось уложить на лопатки противника, и раскрывается после удара, полностью забывая о защите от контрвыпада. А зря, ведь «красный» быстро приходит в себя после удара и, резко вскочив на ноги, подбегает к «синему», начиная наносить серию быстрых ударов и отправляя тем самым противника в безоговорочный нокаут. – Какая невиданная жестокость, – Чеён не отводит взгляд от экрана. – За что он так с ним? – всхлипывает, когда оператор крупным планом показывает лицо девичьего фаворита, которое полностью испачкано в крови. – Бедняжечка. Розэ ставит чашку на столик, а сама утыкается лицом в коленки, продолжая всё также плакать из-за бедного парня, который сознательно ввязался в это дело и пострадал от рук какого-то безжалостного монстра. Она отказывается принимать прилюдное избиение друг друга ради денег за вид спорта. Разве стоят эти пачки зелёных загубленного здоровья? Изуродованного лица? Да даже испорченной психики, в конце концов? – Пошло оно. Девушка, вытерев солёные дорожки рукавом потрёпанной олимпийки, тянется к портфелю, который валялся рядом с диваном. Достаёт из него лекционные тетради, всё ещё продолжая всхлипывать, когда взгляд падает на тетрадь по экономике. Она неспеша листает её, пока не находит свои утренние каракули и, беря в руку чёрную ручку, начинает рисовать голову этому придурку. – Неужели ты тоже такой же безжалостный монстр, Тэхён?

***

Юноша даёт указания новой сиделке брата, а та его внимательно слушает, боясь упустить даже крошечную деталь. Когда работодатель заканчивает свою речь, выжидая вопросов от женщины, она переводит свой взгляд на инвалида, всё также сидевшего около окна и любовавшегося пейзажем. – Из-за чего он в коляске? – сиделка говорит вполголоса, дабы вопрос не долетел до ушей Соно. Но он долетает, из-за чего тот лишь прикрывает веки и плотно их сжимает, пытаясь погасить нарастающую злость и раздражение в душе. – Долгая история, – спокойно отвечает младший хозяин сие жилого помещения, а после смотрит на наручные часы. – Упс, мне пора. – Когда вы вернётесь? – спрашивает женщина в коридоре, сочтившая правильным проводить парня. – Когда разберусь со всеми делами, – произносит молодой человек, зашнуровывая чёрные кеды, после чего выпрямляется и смотрит в упор на сиделку. – Я, кажется, вас нанял, чтобы вы приглядывали не за мной, а за моим братом, пока меня не будет, – из его уст вырывается эта колкая фраза, но женщина спокойно реагирует на неё. Она привыкла к такому отношению к себе. Всю жизнь с ней обращаются подобным образом. – Хорошего полёта, – последнее, что произносит сиделка, прежде чем удалиться и вернуться к Соно. Юноша же покидает порог дома, несколько раз при этом покрутив ключом в дверной скважине и, бросив мимолётный взгляд на него, спешит к такси, поджидавшему около ворот. – Готовься, Тэхён, – шипит парень, злобно ухмыляясь. – Скоро всё координально изменится.