Воспитание

Он взял трубку, тут же отдернув ее от уха, – с того конца громыхнуло. Господин долго кричал, а он молча слушал. В такие моменты ему нельзя было говорить, тем более – перебивать. - Где ты? – неожиданно спокойно спросил Господин. - На кухне. - Иди в комнату. Голос Господина был тверд, непреклонен, полон власти. Он поднялся и тенью скользнул в коридор. Закрыл за собой дверь, зайдя в комнату. - Пришел. Смиренный тон. По-другому было нельзя. Иначе было опасно. - Разденься. Короткий вдох. Он медленно опустил руку с телефоном. Подцепил футболку, стянув через голову. Зажав трубку между ухом и плечом, расстегнул ремень, скинул джинсы, белье. - Все. Одно слово вместе с выдохом. Господин усмехнулся, вытащив из пачки сигарету. - Подойди к зеркалу. Тихий шорох передался через километры мобильной связи. - Что ты там видишь? - Себя. - Тебе нравится? - Да. - Встань на колени. Он плавно опустился на ковер, глядя в глаза своему отражению. Так он всегда стоял перед Господином. И даже несмотря на то, что Господина не было рядом, он знал, кому принадлежит это тело. - Ты можешь взять его. Возьми. - Да. Каждое слово шепотом. Каждое слово на выдохе. Щелкнула зажигалка. Господин затянулся, слегка сощурившись, прислонившись плечом к стене курилки. Кивнул проходящему мимо коллеге. - Двигай рукой. Медленно. Он завороженно смотрел в зеркало, исполняя приказ. Из груди вырвался тихий стон. Наконец-то. - Поговори со мной. Он закрыл глаза, продолжая не спеша водить сомкнутой ладонью по члену. - О чем? - О чем хочешь. Как дела в универе? Что нового? Господин снова затянулся, стряхнув пепел в мусорку. - Алена… Она вышла замуж… - Надо же. Давно? - Месяц назад. Кажется, она… ох… кажется, она беременна. Не говорит. - Даже так. Что еще интересного? - Антошу в армию забрали. - Давно пора. Какие войска хоть? - ВВС. Голос на мгновение сорвался тихим стоном. Господин выбросил окурок, прислонившись спиной к стене. - Не смей ускорять темп. Ты был у Жени? - В начале недели. Он пишет диплом. Просил помочь. Слова вырвались изо рта рваными обрывками. Медленный ритм выматывал, мучил. Не открывая глаз, он раскачивался в такт движению руки, стараясь не потерять нить разговора. - Твои игрушки далеко? - Нет. - Доставай. Рядом с курилкой остановились работники. Не заходя внутрь, достали сигареты, разговаривая о чем-то своем. Господин понизил голос, наблюдая за ними, слыша в динамике скрип открываемой дверцы шкафа, шуршание пакета. - Достал. - Ты знаешь, что делать. - Да. Он держал в руках длинный прозрачный дилдо и баночку лубриканта. Медленно опустился обратно на колени, наблюдая за собой в отражении зеркала. С чпокнувшим звуком открыл крышку. - Давай сразу. - Но… - Что? В голосе Господина появились опасные нотки. Он вздохнул, опустив пальцы в прохладный гель. - Ничего. - Вот и молодец. В следующий раз не будешь устраивать мне истерики на чужих глазах. Он посмотрел на свою руку, пальцами медленно растирая смазку в ладони. Обхватил ею дилдо, проводя рукой по всей длине стеклянной поверхности. Коснулся пальцем тугого кольца мышц, надавил, проникая внутрь. - Поторопись. Снова щелкнула зажигалка. Он приставил головку к анусу и медленно опустился, наблюдая в зеркало, как скрывается длинный продолговатый предмет внутри его тела. Из груди вырвался стон. Господин выдохнул дым и, запрокинув голову, уперся затылком в стену за спиной. - Ты можешь лечь, как тебе будет удобнее. Он опустился грудью на колени, скользнув рукой между ног. Обхватил пальцами прохладный круг. - Медленно, помни. Это твое наказание за сегодняшнее неподобающее поведение. - Да. - Не кончишь, пока не разрешу. - Да. Господин закрыл глаза и, выбросив сигарету, сунул руку в карман. Тихие стоны набирали децибелы. Но Господин даже не думал уменьшать громкость динамика. Это было прекрасно. Словно музыка для души и тела. - Положи телефон рядом. Поставь на громкую. Резкий стук. Кажется, телефон просто бросили на пол. Господин усмехнулся. Ткнув на кнопку громкой связи, он взял член в освободившуюся руку, раздвинув ноги шире. Это было невыносимо. Сладкая пытка. Наказание. Он не знал, сколько сможет продержаться. - Пожалуйста… - Нет. Он слышал по голосу, что Господин улыбается. Господину нравилось мучить его, слышать стоны, представлять раскрасневшееся лицо и поддернутые мутной дымкой глаза. Господина ждала работа, но… к черту работу. - Пожалуйста… - Нет. Это становилось слишком тяжело. Слишком трудно. Тело дрожало с ног до головы. Вместе со стонами из груди вырывались всхлипы. Работать, кажется, никто не хотел - Господин слышал голоса коллег у входа. Мужчины смеялись какой-то шутке. Господин прислушивался к ним, стараясь немного отвлечься. Черт бы побрал этот бизнес. - Прошу… - Хорошо. Можно. Но ты не кончишь без разрешения. - Да. Вздох облегчения. Слабого. Но все же. Он ускорил темп, другой рукой сжав член у основания. Он был почти на пределе. Ему много было и не надо, после такого большого промежутка времени. Господин молчал. Он закусил губу, почти до крови. Боль немного отрезвляла. - Не кусай губы. Господин улыбался. Господин знал, безошибочно, каждое движение. Словно сам был рядом. - Я… не могу… - Терпи. - Я… - В следующий раз будешь думать, прежде чем говорить. - Да. Время тянулось бесконечно медленно, сливаясь в одно мгновение обостренного чувства. Его выдержки оставалось катастрофически мало, она грозила сорваться каждую секунду. - Господи, ну пожалуйста, прошу! Господин ждал именно этого. Нотки отчаяния в голосе. Мольбы. - Давай, родной. Можно. Убрав телефон от уха, Господин прижал его к груди, спасаясь от крика, раздавшегося с того конца. Резко выдохнул. Чертова работа. В трубке слышалось тяжелое дыхание. - Мне нужно работать. - Я люблю тебя. Тихий шепот снова вызвал улыбку. - Знаю. Я скоро приеду, потерпи еще немного. А сейчас ты приведешь себя в порядок и извинишься перед человеком, на глазах которого имел глупость устроить истерику. Ты понял меня? - Да. Понял. - Поешь и займешься учебой. А то больно занесло тебя с этим новым увлечением. - Хорошо. - Вот и отлично. Господин вышел из курилки, пожав руку одному из коллег. Он слышал хлопок ладони о ладонь. - Скажи еще раз. Голос Господина внезапно обрел привычные мягкие нотки. - Я люблю тебя. - Я отключаюсь. - Пока. Господин убрал телефон в карман. Чертова Америка. Чертова работа. Чертово расстояние между ним и мальчишкой, который ждал его уже четыре месяца. Господин запрещал ему касаться себя. Только с разрешения. Господин вздохнул и улыбнулся, заходя в здание бизнес центра. Всего неделя. Через неделю он вернется домой. А пока что… Пока что Господину срочно требовалось в уборную. Черт.