Метро.
«Остановившись на пороге, я посмотрела на оставленные вещи предыдущей мертвой мирны, на скомканную постель, на плюшевого мишку на кровати. Неужели после меня тоже останется только этот дурацкий мишка? Да брось, Эра. У тебя даже мишки нет! После тебя останется пустота…»
Этот день в метро, такой же как и все. Но единственное отличие — это парень. Его к сюда привёл отряд Эда. Он сказал, что нашёл этого парня на окраине города, ещё не известно ранен он, или нет. Хочется верить что нет. Меньше медикаментов уйдёт на этого парня. Мне сказали что его зовут Марк. Честно сказать, он мне противен. Но нужно сходить к Кайле и спросить как он. Кайла это наш медик, по крайней мере до катастрофы она училась на медика. Катастрофа разрушила многие жизни и планы на будущие. В первые дни после катастрофы нас было около ста сорока человек, а сейчас, число прибывающих здесь ели как доходит до сорока. Здесь я увидела разницу между жить и выживать и сейчас мы выживаем как можем. Припасов и медикаментов не хватает на всех, но я делаю всё что в моих силах. Я почти дошла до нашего медика. Зайдя в палату я увидела этого самого Марка. Я знала всё про его прошлое, отчасти из-за того что он сам мне это рассказал. Он достаточно милый. Красивые растрёпанные русые волосы. Но сейчас не об этом. — Привет Кайла- радостно сказала я — Здравствуйте Эра, вы давно ко мне не заходили, что-то случилось? — Слава богу, ничего не произошло, кроме этого недоразумения- я указала на парня — Ах, вы пришли на счёт него, как я сразу не догадалась. С ним всё лучше чем могло бы быть, сильный ушиб руки и пару гематом, без синяков не обойтись- заключила Кайла — Когда он наберёт силы, отправьте его ко мне в офис, там я решу что с ним делать.А сейчас пусть отдыхает пока может. Я думала что с ним всё будет гораздо хуже. Но, хорошо что обошлось. Сегодня у меня ещё много дел в метро. А с Марком я потом разберусь.«Дело в том, что жизнь на самом деле ужасна. И стоит однажды произойти чему-то действительно большому... Все изменится. Дальнейший мир станет пустым. Пустота будет ползти изо всех щелей, лезть на плечи, сдавливать горло, жить в тебе каждую секунду. И этого уже не исправить. Ничем. Никогда. Даже если однажды обнаружишь самого себя — тем самым большим событием, меняющим уже чужие жизни. Ты то понимаешь, что это от безысходности. Ты это понимаешь, ты отчаянно притворяешься повседневным зайчиком, но жизнь отныне и до конца остается ужасной.»
