Желтый бьякуган

Неджи и его команда покидали кабинет Цунаде совершенно без спешки. Молодому Хьюга нужно было отдать несколько просьб правительнице Конохи под конец, которые та с радостью согласилась исполнить. Просьбы не были очень сложно выполнимыми или еще что-то. Нет, но все они были во власти Хокаге. Самой важной просьбой было не отправлять его команду на миссии определённое время. Затем он попросил Цунаде, устроить ему как-то встречу с советниками без их охраны. То, что они не попадутся так просто, предельно понятно. И последняя, лежала в том, что Цунаде припишет Неджи, как внештатного сотрудника в госпиталь. Зачем ему было это нужно, не очень понятно, но молодой джонин чувствовал, что именно так и нужно. Когда команда Неджи вышла на улицу, он глубоко вдохнул и выдохнул. Призыв Цунаде спрятался за его белое кимоно и совершенно не показывался. Другой был в руках у Гая, и сейчас тоже прятался от посторонних глаз. — Гай-сенсей, — обратился он к густобровому джонину по привычке. — Мне нужно чтобы вы положили слизня где-то в лесу, куда никто не ходит. А также наблюдали за ее безопасностью. — Конечно, Неджи. — ответил тот и поднял свой палец вверх. — Я сделаю все в лучшем виде. — Превосходно. — протянул Хьюга. В его плане было подчинить, как можно больше Хьюг за сегодняшний день, и начать ему нужно с самой верхушки, а именно с Хиаши и его советников. Как только они будут в его руке, нужно будет заняться боевиками клана и так по спадающей. Как только он подчинит их всех нужно будет заняться другими кланами. — Ли, Тен Тен. — проговорил Неджи, смотря на своих сокомандников. — Вы пока можете быть свободны. Гай-сенсей, на вас вторая копия Кацуи. — Конечно. — проговорил Ли и куда-то быстро запрыгнул. Тен Тен же еще некоторое время постояла, словно ожидая, что Хьюга что-то скажет. Но тот только развернулся и быстро направился в сторону своего клана. Гай тоже отчалил по заданию своего ученика, а также лидера и господина. Он должен исполнить такое плевое задание, как можно лучше, ведь Сила Юности сильна в нем. Территория клана Хьюга не была очень большой. Все здания размещались там очень компактно и очень часто имели два или даже три этажа с квартирами. Клановые территории ограждались довольно высоким забором, который был создан на заказ. Было только три входа на территорию. Эти входы называли вратами и всегда имели почетный караул, который состоял из нескольких чунинов и одного джонина. На входе, чунины быстро просветили Неджи своими бьякуганами и не заметив чего-либо опасного пропустили его внутрь. Стоило ему только преодолеть врата, как ему открылись очень чистые, почти что пустые улочки. Большинство детей все еще были в детсадах, подготовительных классах начальной школы или в одной из двадцати Академий Конохи. Иногда ему встречались редкие взрослые шиноби, которые не были на миссиях. В отличии от большой части деревни, Хьюги всегда были очень спокойными и довольно тихими людьми, пусть и со своими гигантскими тараканами в голове. Дом Хиаши находился в центре всего клана. К нему подводило три главные дороги, что вели прямо к вратам. Это было довольно большое, двухэтажное здание с несколькими додзе, а также двумя личными горячими источниками. В общем, глава клана совершенно не живет бедно. Отнюдь. Охрана их нескольких джонинов и чунинов Хьюга снова остановили Неджи, но так как он был им хорошо известен, то никаких претензий к нему и быть не могло. У него лично тоже не было никаких претензий к ней. Когда-то они пытались повысить свое чувство важности методом победы во время довольно жестоких спаррингов, но им не долго это удавалось. Неджи тренировался, преодолевал свой порог и в конце-конце выбил всю дурь из каждого, кто его немного задевал. Потом ему это стоило несколько минут боли от печати, но удовольствие от избиения этих людей перебывало все другие чувства. — Хиаши-сама у себя? — спросил он у Кодзимы, одного из чунинов Хьюга. — Да. — ответил тот и несколько скривился. Неджи хорошо понимал, что тот из Главной Ветви, а он из побочной. Но ничего, очень скоро все изменится. — Благодарю. — проговорил ему Неджи. Благодарность ничего не стоила ему, да и не сложно было это сделать. Внутри дом Хиаши был сделан в традиционных тонах Хьюга, а именно в светло-белых и голубых. По углам стояли икебаны, за которыми присматривает Котомари-сан. Она является матерью Хинаты и Ханаби. Ранг у нее не очень высокий, всего лишь чунин. Деревянный пол был полностью бесшумный, позволяя подобраться к кому-то без особого скрипа. У двери в кабинет Хиаши, Неджи замер. Он мысленно решался на это, так как это была самая большая ступень в его достижении цели. Подчинение Хиаши Хьюга позволяло уже легко манипулировать кланом в довольно больших объёмах. Постучав Неджи медленно вошел. Дверь закрылась и ему предстал довольно статный шиноби. Хиаши сидел на своем кресле и что-то писал в каких-то документах. Неджи не очень догадывался, что это были за документы, но хорошо понимал, что ему было бы совершенно не интересно их увидеть. Неджи не желает себе бумажной власти. Пусть эту работу исполняет за него кто-то другой. — Неджи-кун, — проговорил Хиаши поднимая свою голову. — Ты уже вернулся с задания. — констатировал он факт. — Конечно, Хиаши-сама. — проговорил он, успокаивая свое сердце. Совершенно не к ряду, он вспомнил, то что именно этот человек виновен в смерти его отца… Злость подступала к Неджи, но он оставался холодным. Нельзя, давать эмоциям затулять мышления в такие ответственные моменты. — Как прошла она? — спросил Хиаши, внимательно смотря в глаза Неджи. — Она прошла довольно неплохо. — ответил Неджи, успокаиваясь. Сейчас ему нужно, как можно быстрей все сделать и использовать желтый бьякуган. Пока Хиаши не готов к этому, нужно работать… Бьякуган почти мгновенно активировался. Неджи продолжал смотреть в глаза Хиаши. Тот рывком поднялся уже вытаскивая кунай, но замер под взглядом желтого бьякугана своего племянника. После этого глава клана дезактивировал свои глаза и сел обратно на место. — Кацуя, чакра. — протянул тихо Неджи. — Хай. — ответил слизень уже знакомым женским голосом. Спустя несколько секунд чакрорезерв Неджи был снова полон. Он выдохнул и прикрыл глаза. Сделать это было очень сложно, так, как если бы Хиаши сумел среагировать, то все могло бы усложниться. Конечно, это не спасло бы главу клана от подчинения, но все же оттянуло бы этот момент. Неджи уселся на кресло, не спрашивая разрешения у Хиаши. Тот был совершенно не против этого. Молодой Хьюга вытер пот, который появился у него на виске и заглянул в документы. Там был договор о какой-то встрече. Кивнул головой, Неджи откинулся на спинку стула. Пока он не может много времени тратить на расспросы Хиаши. Сейчас он только отдаст ему несколько приказов, которые должны помочь поддержать жизнеспособность клана. — В общем, — начал говорить Неджи. — Продолжай делать все то, что делал. Клан никогда не должен чувствовать нужду. — Конечно. — проговорил Хиаши. — Благодарю вам, Неджи-сама. Неджи было очень приятно это услышать, так как это сказал сам глава клана, довольно влиятельная личность на политической арене не только Конохи, но и всего мира. Получив его в свою «колоду», в которой также есть Цунаде, можно начать проворачивать даже более сложные дела. Но это еще не конец. Молодой джонин поднялся и активировал свой бьякуган. Его седлающие цели находились в разных комнатах, что позволяло подчинить каждую по очереди. Никого кроме семьи Хиаши в доме не было. Даже горничных. Новый, неофициальный глава клана Хьюга покинул кабинет Хиаши и первым делом направился в сторону небольшого тренировочного додзе. По информации, которую он получил со своих глаз, сейчас там должна тренироваться Ханаби. Хорошо было известно, что у этой девушки есть желание занять место главы клана в отличии от ее ненамного старшей сестры. И дабы сильней обезопасить себя Неджи решил выбрать ее второй. А все из-за того, что советников нигде вокруг не было. Додзе было не очень большим. Простые деревянные стены, деревянные макивары, набитые сеном, а также довольно большое количество оружия вокруг. Войдя внутрь, Неджи замер. Ханаби в это время как раз заканчивала тренировку Тридцати Двух Касаний. Это довольно опасная техника, в особенности для человека на котором ее используют. Выжить после нее могут только сильные шиноби. С разорванными чакроканалами и тенкетсу долго прожить не реально, особенно если не получить квалифицированную помощь вовремя. — Неджи, — поздоровалась Ханаби, поправляя свое тренировочное кимоно. — Ты уже вернулся со своего задания. — Да. — ответил ей парень и с легкой улыбкой окинул ее своим взглядом. Ханаби была очень симпатичной куноичи, и была очень похожей на Хиаши, в отличии от Хинаты. Вторая была похожа больше всего на свою мать. — Зачем ты здесь? — поинтересовалась она с безразличием. Для нее Неджи был одним из членов Побочной Ветви клана, которая никогда не станет свободной. Если бы он не был ее двоюродным братом, то она бы даже не стала с ним говорить. — Хиаши-сама попросил меня потренировать тебя сегодня. — сказал Неджи, скидывая с себя свою обувь. — Ну если отец этого хочет, то я не против. — проговорила девушка и активировала свой бьякуган. Неджи тоже активировал свой бьякуган, и сразу же поймал взгляд Ханаби. Не успела она ничего сказать, как почувствовала на себе всю мощь подарка Древнего. Неджи с большим удовольствием подметил, как в глазах Ханаби отразился желтый свет. — Кацуя, чакра. — сказал он, как только почувствовал слабость. Слизень Цунаде почти мгновенно заполнил его чакрорезерв, восстанавливая силы для дальнейшего их использования. После восстановления Неджи проговорил. — Просто отлично. — Ханаби, — проговорил он, подойдя к куноичи поближе. — Пошли со мной. — Что я буду должна делать, Неджи-сама? — спросила девушка с легким непониманием. — Не очень многое. — ответил ей он, а потом с улыбкой добавил. — Ты должна меня подстраховать. — Конечно. — проговорила Ханаби, а потом спросила. — Но как мне это сделать? Как я должна подстраховать вас? — Я отдам тебе сигнал. — кивнул Неджи, обуваясь в свою обувь. Ему не очень нравилось ходить обутым по дому, но так как такие здесь были правила он должен был им подчиняться. Когда этот дом будет принадлежать ему полностью, то он установит свои правила и законы. — Хорошо. — проговорила Ханаби, поправляя свои волосы и обуваясь в свою обувь. Следующим, кого собирался навестить Неджи была Хината. Она сейчас была в своей комнате и чем-то занималась. Молодой джонин не очень сильно догадывался чем она занимается, так как сильно этим не интересовался. Но зная, что она довольно большая фанатка Наруто Узумаки, наверняка она снова мечтает о нем. Неджи всегда это казалось не очень правильным решением проблемы. Пока Наруто не настолько силен, чтобы он мог пойти против воли целого клана. Хиаши уже некоторое время раздумывал над тем, что выдать Хинату, за какого-то шиноби из другого клана для укрепления союзных договоров. Джонину это тоже нравилось, и сейчас он собирался оставить Хинату для себя. Не зачем она другим… А также, он чувствовал неудовлетворение от того, что Узумаки победил у него во время Экзамена на Чунина, из-за силы, которая даже не принадлежит ему… Девятихвостый дал ему эту силу для победы… Неджи сжал руки в кулак. На этом фронте он точно победит… Хината будет принадлежать ему. Комната Хинаты находилась в другом конце коридора, и имела на себе несколько детских рисунков. Выдохнув, Неджи замер. Ханаби стояла у него за плечом и просто чего-то выжидала. Ей было тоже интересно увидеть, как будет реагировать Хината после подчинения ее господином. Куноичи знала, что это будет самым правильным решением для Хинаты. Дверь начала медленно открываться. Похоже, что Хината догадалась, что к ней есть гости. Девушка была одета в короткие шортики, а также маечку, которая была довольно обтягивающей. Она с удивлением посмотрела на двоих своих родных людей. — Ханаби? Неджи? — спросила она с легким удивлением. — Вам что-то нужно? — Пропустишь? — спросил Неджи с легкой улыбкой. — Конечно. — ответила Хината улыбаясь в ответ. Она отодвинулась в сторону, позволяя Неджи и Ханаби пройти внутрь. На несколько секунд девушка отвернулась, дабы прикрыть дверь. В этот момент Неджи активировал свой Бьякуган. Хината Хьюга совершенно не ожидала, что в ее глаза будет смотреть холодные, желтые глаза. Девушка даже не успела предпринять что-то, как ее разум был полностью трансформирован в новый. Ее личность полностью заменилась, с изменением центрального приоритета. Таким приоритетом стал Неджи, ее брат. — Восстанавливай чакру, Кацуя. — проговорил Неджи ослабшим тоном. Это было для него действительно очень странно. Пусть он и не чувствовал такую слабость уже очень давно, но все равно не был полностью готов для таких трат за один день. Неджи сел на кровать Хинаты и начал внимательно осматривать ее внутренности. Внутренности комнаты. Так как он был сфокусирован все это время на том, чтобы побыстрей использовать Желтый Бьякуган на Хинате, что даже не обратил внимание на то, что было в этой комнате. Если так подумать, то он еще ни разу не был здесь… На стенах висели фотографии Наруто, на полках были его тетрадки и многое чего другого. Даже тона вокруг были оранжевого цвета. И это бесило Неджи еще сильней. Скривившись он посмотрел на Хинату, которая смотрела на него обожающим взглядом. От такого он почувствовал, как в его душе поселилась теплота. Вот его первая победа над Наруто… Девушка, которая была влюблена в этого шиноби, теперь полностью верна другому. — Хех. — Неджи хмыкнул, а затем сказала. — Хината, убери свою комнату. Я не хочу, чтобы в ней была эта грязь. Он поднялся и сбросил на пол изображение с Наруто. Стеклянная рамка разбилась на несколько десятков частиц. — Хорошо, Неджи-сама. — проговорила Хината. — Я сделаю это для вас. — Молодец. — проговорил ей парень и потрепал по ее длинным темно-фиолетовым волосам, а затем обратился к другой. — Ханаби, надеюсь, что ты поможешь ей. — Конечно. — ответила та довольно. — Я уже давно говорила, чтобы Хината выбросила этот мусор из головы. Неджи довольно кивнул на это и обнял обеих. Он не постеснялся сжать попку каждой девушки. Ухмылка появилась на его лице, и он забрался рукой в шортики Хинаты, сжимая ее голую задницу. От этого, девушка начала дышать несколько более часто. Ханаби заметила это и полностью приподняла свою майку, показывая красивую грудь. Джонин только хмыкнул на это и поцеловал ее темно-бордовый сосок. Но после этого он остановился. Пока еще не стоит забирать награду. Она будет намного слаще, несколько позже, когда намного больше разумных шиноби увидят его Желтый Бьякуган. Отстранившись, Неджи поправил свою одежду и покинул комнату Хинаты. — Хината, я буду у него первой. — проговорила Ханаби, когда Неджи вышел. — Даже не пытайся. — Это мы еще посмотрим. — ответила Хината своей сестре. — Не говори гоп… Но главное не это… Главное, чтобы какая-то другая коза не утащила эту возможность у нас. — Это точно. — проговорила Ханаби. — Как только он будет готов, то мы сразу же возьмем наше и тем самым заполучим самые лучшие места в новом мире. — Ты думаешь, что он собирается это сделать? — спросила Хината и села на свою кровать, откидываясь на спину. Ханаби не стала долго ожидать и тоже легла на кровать. Она взяла одну руку своей сестры и положила себе на ту грудь, которая поцеловал Неджи. Хината подняла свою голову и улыбнулась сестре. Другой рукой она схватила вторую грудь и медленно свела их вместе. Затем она поднялась всем телом и сразу схватила своим ротиком сразу два соска и несколько потянула. Неджи этого всего не видел. Сейчас он держал свой путь вперед к следующей сигнатуре, что он заметил. Она находилась около горячего источника в саду с икебанами. Как можно было догадаться там должна была бы быть Котомари. И он не ошибся. Она была одета в простое кимоно, которое полностью прикрывало всю ее красоту. Пусть она уже и не была такой молодой, как Хината и Ханаби, но имела свою красоту… Более взрослую, как и Цунаде и Шизуне. — Неджи-кун, — поздоровалась она первой. — Что привело тебя ко мне? Неджи прикрыл на мгновение свои глаза, вспоминая все свои моменты с этой женщиной. Его мать погибла, еще раньше, чем отец, на одной из миссий. Котомару заменила ему мать, но все равно не приделала ему столько внимания, как это делали другие матери. Неджи понимал почему… Он все еще был приемным, а не родным сыном. И никто не собирался относится к нему также, как это делали родители. — Котомару-сан, — проговорил он тихо, а затем поднял вой взгляд. Бьякуган в одно мгновение появился. — Подчинись. Чакра в одно мгновение испарилась, оставляя чуть больше чем было до этого. Все такие его источник продолжал расти под таким давлением. Мама Хинаты и Ханаби смотрела на него своими спокойными глазами. Неджи почувствовал опустошение. — Кацуя, восстанавливай мою чакру. Его резерв начал быстро заполняться, и уже спустя мгновение был полон. Он поднял свои глаза на голубое небо и выдохнул. Солнце все еще светило так сильно, что могло бы прожечь даже бумагу. — Котомару, — обратился Неджи к женщине. — Ты знала, что Хиаши виновен в смерти моего отца? — Конечно. — кивнула женщина грустновато. — Ведь это именно я надоумила на это. — Но почему? — спросил несколько удивленно он. Злости у него уже не было… Выгорела, как только он узнал, что Хиаши «убил» его отца. — Хизаши претендовал на пост главы клана. — проговорила Котомару. — Я этого не хотела. Ведь, тогда я бы тоже потеряла свое место. — Понятно. — проговорил Неджи и тяжеловато выдохнул. Ему хотелось подойти и влепить этой женщине пощечину. Молодому джонину пришлось сильно напрячь свою волю, а также убедить в том, что нет никакого смысла наказывать того, кто и так подчинен ему. Это было бы откровенно глупо. — Простите меня, Неджи-сама. — сказала Котомару и поклонилась. Сделала она этот жест настолько сексуально, что молодой Джонин был готов разложить ее здесь же. Но, Неджи, словно какой-то отшельник снова удержался в своих штанах. — Ничего уже не поделать. — проговорил он в ответ. Активировав свой бьякуган, он посмотрел на то, что сигнатуры Хинаты и Ханаби почти что слились. Это было интересно. Он взмахом руки позвал женщину за собой и направился в сторону комнаты Хинаты. Котомару следовала за ним по пятам. Когда они вошли в додзе, то заметили Нацу, которая куда-то спешила. Нацу была местной служанкой, а также няней Ханаби. Она была одним из тех немногих людей, кто был вхож в дом главы клана Хьюга. — Котомару-сама, — проговорила она взволновано. — Я обнаружила… — Я знаю о чем ты. — ответила женщина. Неджи активировал свой бьякуган и внимательно посмотрел в глаза. Нацу ничего не смогла даже и сделать. Желтый свет залил ее сознание, утягивая его куда-то перетряхивая и изменяя. Спустя несколько мгновений она выпрямилась и чуть выставила свою грудь вперед. Кацуя почти сразу восстановила чакру в резерве Хьюги. — Неджи-сама, — проговорила она. — Извините, что я на вас сразу не обратила внимание. — Без проблем. — ответил молодой джонин. — За мной. Спустя некоторое время быстро хода, они подошли к дверям, что ведут в комнату Хинаты. Сквозь них можно было расслышать только легкие стоны. — Как же так… — протянула Нацу. — Как они могут это делать без вас, Неджи-сама. Он только хмыкнул, и медленно открыл дверь. Ему открылась прекрасная в своей красоте картинка. Полуголая Хината, вовсю развлекалась с полностью голой Ханаби. Та вовсю стонала от удовольствия. Черные волосы были спутаны, на лице румянец. Соски задорно торчали во все стороны. — Ой! — вскрикнула Хината заметив, кто вошел в ее комнату. Ханаби тоже увидела и упала на кровать, попытавшись прикрыть свою киску с которой текли соки. — Как так! — вскрикнула Нацу. — Я уже давно это предполагала. Вы. Неджи совершенно не хотел слушать эти крики и поднял руку, заставляя замолчать горничную. — Простите нас, Неджи-сама. — проговорили Хината и Ханаби, почти что хором. Они упали на пол на колени, при этом почти-что, ударив лбами о пол. — Все нормально. — проговорил им парень. Он действительно не видел ничего такого в том, что они решили развлечься между собой. — Все нормально до тех, пор пока вы не изменяете мне с другими парнями. За это вы лишитесь всего. — Благодарим. — проговорили обе Хьюги и радостно улыбнулись. Сестринская любовь она такая. — Можете продолжать. — сказал Неджи, а потом улыбнулся. — Я даже желаю, чтобы Котомару присоединилась к вам. — Мама? — спросила Хината вопросительно. — Я буду только рада, Неджи-сама. — проговорила женщина и начала медленно развязывать свое кимоно подходя к девочкам. — Нацу, — обратился Неджи к горничной. — Опусти занавески. Я не хочу, чтобы кто-то это увидел. — Хай. — ответила горничная.