Твои глаза не знают зла

      Джувия приподнялась с подушки и потерла глаза, сгоняя с век слепящую дрёму. В спальне стоял полумрак: солнце только-только выглядывало из-за горизонта, первыми лучами освятив кусочек неба, словно прокладывая себе путь по небесной глади, предварительно разгоняя перед собой мрак.       Грей не спал. Джу проснулась как раз от того, что кто-то тяжело опустился поблизости. Фуллбастер сидел к ней спиной, устало облокотившись локтями о колени, так, что кисти свисли плетьми.       В прочем, не совсем. В одной руке Грей что-то держал.       – Милый? Который час?       Грей ответил не сразу. Вероятно, не думал, что случайно разбудит жену.       – Половина пятого, милая. Поспи ещё.       Голос его звучал бесстрастно, чуть хрипло спросонья. Когда раздался шорох простыней, он обернулся через плечо: девушка подсела ближе, вглядываясь ему в лицо. Грей встретил её обеспокоенный взгляд и натянуто улыбнулся.       – Ну чего ты? Ложись, я же попросил.       – Что-нибудь случилось? Куда ты вставал?       – Давно хотел подтвердить или опровергнуть одну свою догадку, – ответил он после недолгой паузы, вновь понурив голову.       Джувия непонимающе изогнула бровь и откинула одеяло, предоставив теням в комнате опуститься на её бархатные ноги. Она села на колени близ мужа, требовательно тряхнув всклокоченными синими волосами:       – Эй, что случилось? Меня нервирует, когда ты так делаешь!       – Как – так? – рассеяно спросил он. Чувствовалось, что мысли его находятся далеко.       Девушку это разозлило ещё больше, и она чуть повысила голос, стараясь при этом не переусердствовать, чтобы не разбудить сына, спящего в соседней комнате:       – Да вот так! Ты игнорируешь мои вопросы, а ведь я беспокоюсь. Можешь ты нормально сказать, что произошло, а не обмозговывать все свои проблемы в одиночестве, как делал раньше? Я думала, что как моей, так и твоей «самостоятельности» пришёл конец с тех пор, как мы поженились. Разве не так?       – Пожалуй, так. Просто мне не особенно хотелось тебя расстраивать. Но, раз ты так настаиваешь… – не без доли раздражения добавил он, и показал ей то, что держал в руке.       Девушка не сразу поняла, что это – столь непривычна была эта вещь в её доме. Но вскоре, сглотнув вмиг загустевшую слюну, Джувия пригляделась и охнула, ничего не понимая.       – Пачка сигарет? Грей, откуда она у тебя? Т-ты ведь не начал снова, правда? Нацу говорил, что ты бросил вскоре после того, как… н-ну…       – Да, после нашей с тобой первой встречи и битвы с твоей старой гильдией, – подтвердил он, но не стал задерживаться на этом воспоминании. Сейчас ему было не до сентиментальностей. – Сигареты не мои. Я вытащил их из-под подушки Севера. Давно подозревал, что он что-то скрывает, частенько стирает рукава и горловины футболок. Я-то знаю, зачем: там чаще всего и остаётся запах этой пакости.       Джу с трудом сглотнула подкативший к горлу ком: Грей предупреждал её пару недель назад, что Север связался с подозрительной компанией, и начинает вести себя странно, но девушка отмахнулась от мужа со смехом, сказав, что тот стал настоящим параноиком с тех пор, как ему исполнилось четырнадцать. Как оказалось, отец в нужную минуту оказался более проницательным, чем мать.       Она утёрла выступившие слёзы. Понимала, что курение – ещё не такая страшная беда, но беспокойство вперемешку со стыдом перед мужем сделали своё дело. Грей, похоже, понял её чувства и успокаивающе приобнял за плечи, прижав к груди. Джу громко всхлипнула, попытавшись выдавить просьбу простить её.       – Да что ты такое говоришь? Твоей вины тут нет.       – Но я не заметила, что Север ведёт себя странно…       – Вернее, не хотела замечать, – ласково поправил он, – и это нормально. Какой матери захочется обращать внимание на то, как постепенно наглеет ребёнок, дольше задерживается на прогулках? Он лишь пару раз упоминал, что у него новые друзья из какой-то соседней гильдии, но я заметил, что его речь превращается больше в цитирование чьих-то напыщенных фраз. – Он вздохнул, пожав плечами. – А что ты хотела? Ему четырнадцать. В этом возрасте за детьми глаз да глаз.       Миссис Фуллбастер крепче прижалась к мужу. Материнское сердце обливалось кровью. Хотелось пойти и поговорить с Севером, но будить было жалко.       Однако…       Внезапно Джувия подняла глаза на мужа, встревоженно спросив:       – Погоди, как тебе удалось вытащить сигареты у него из-под подушки и не разбудить при этом?       – Ах да, самого интересного я тебе не сказал.       – В смысле?..       – Севера дома нет.       Джувия вытаращила глаза, выскочив из его объятий.       – Что?!       – Успокойся. Обуви тоже нет, я проверил. Он сам ушёл. Очевидно, шатается где-то со своей новой компанией.       – И т-ты думаешь, это должно меня успокоить?!       Джувия схватилась за голову и едва не рванулась к телефону, но Грей настойчиво взял её за руку и вновь усадил рядом с собой. Она вытаращилась на него, даже не потрудившись вытереть градом катящиеся по щекам слёзы. Грей стиснул зубы: вот за это Север получит сполна.       – Почему ты меня держишь?! Отпусти, я ему позвоню…       – Не делай глупостей. Не возьмёт всё равно трубку, а скорее всего ещё и разозлится и не вернётся домой под утро, а останется у одного из своих новых дружков.       – Но надо же что-нибудь сделать! Откуда ты знаешь, вдруг он и так не собирается возвращаться?..       – Сомневаюсь, что это его первая ночная вылазка, – просто пожал плечами он. – Север вернётся. Ему, похоже, не впервой возвращаться до наших будильников и как ни в чём не бывало дожидаться в комнате завтрака.       Джувия неуверенно покачала головой, не желая признать, что сын может так откровенно врать ей… но суровый взгляд Грея образумил её. Она набросилась ему на шею. В ухо Фуллбастера ударило горячее вздрагивающее дыхание. Он погладил её по голове:       – Ну-ну, не плачь…       – Н-но ведь мы т-такая хорошая семья, р-р-разве может С-Север ис… испортиться?..       – Как раз в хороших семьях часто происходит что-то подобное. Но, послушай меня. Всё хорошо, ты слышишь? Ничего страшного с ним пока не произошло. Он связался не с той компанией, причём недавно. Просто всё нужно делать вовремя, ты согласна со мной? Я с ним поговорю.       – П… П-поговоришь?..       – Да. По-мужски.       Девушка всхлипнула, глянув на него, и увидела в глазах Грея ту самую непоколебимую решимость, от которой ей не раз становилось спокойнее на душе. Всем своим видом Фуллбастер дал понять, что не оставит сына в покое, пока своего не добьётся, и вернёт в семью покой.       Она рвано выдохнула, прилегла ему на грудь и прикрыла глаза, ощутив вдруг, как сильно разболелась от слёз голова. В следующую секунду Грей почувствовал лёгкое прикосновение нежных губ к своей шее. По спине побежали мурашки.       – Как же я люблю тебя.       – И я тебя, солнце. – Грею как никогда захотелось приблизить утро, чтобы только положить конец её переживаниям. Он нежно опустил её на подушки. Она не стала сопротивляться. – Спи. Ещё слишком рано. Я тоже прилягу с тобой.       – И… как думаешь поступить?       – Вот что, – Грей залез под одеяло и брезгливо швырнул пачку сигарет на прикроватную тумбочку, прежде чем обнять жену. – Сегодня выходной. Север знает, что раньше девяти мы не встанем. К этому времени он должен прийти. Я попрошу тебя часов в восемь пойти прогуляться, скажем, в магазин с Люси. Помнится, вы давно хотели вместе сходить за покупками. Мы с Севером поговорим наедине.       – Только будь с ним помягче, – не сдержалась она через пару минут, когда Фуллбастер уже начал засыпать.       Грей уклончиво кивнул.

***

      Час назад Джувия, нервно чмокнув мужа в щеку, покинула дом. Через полчаса после этого притаившийся в своей спальне Грей услышал, как тихонько скрипнула входная дверь. Грей не стал торопить Севера: дал ему достаточно времени, чтобы он успел вернуть обувь на место и без помех прошмыгнуть к себе в комнату.       Минут десять спустя Грей, как был, в семейках, неторопливо прошёл на кухню.       Старший Фуллбастер отложил опустевшую тарелку каши в сторону и скучающе поддержал голову рукой. Он как раз принялся за кофе, когда вошёл сын, его маленькая, отбившаяся от рук копия.       – М-м-м… – промычал мальчик, сладко потягиваясь. – Доброе утро, пап.       – Доброе, – ответил он, вновь приложившись к кружке, и едва сдержал улыбку: волосы Севера были всклокочены, пижамные штаны болтались на бёдрах. Каков актёр, настоящий талант!       – А где мама?       – Ушла в магазин, пока ты спал.       – Чего так рано?       Грей пожал плечами.       Север не притронулся к каше. Полез в холодильник за колбасой и сыром, сделал себе пару бутербродов и налил чаю. Юноша плюхнулся на стул напротив отца и принялся за еду.       Прошла минута или две, прежде чем Север заметил, как стало тихо на кухне, и в недоумении посмотрел на отца, что неспешно прихлёбывал кофе и не сводил с сына глаз. Он вскинул брови и спросил, сделав чудовищный глоток:       – Что-то случилось?       – Да нет, это я так. Как спалось?       – Н-нормально, – он отставил кружку и как бы небрежно спросил, на секунду вильнув взглядом в сторону: – А что?       – Выглядишь уставшим. Не выспался?       Север взял с тарелки второй бутерброд и вонзил в него зубы, уставившись в тарелку.       – Да вроде выспался.       Грей улыбнулся. Север это заметил и медленно, как в тумане, отложил надкусанный бутерброд на тарелку. Встал с места, прихватив её и кружку с собой, и направился к двери. Фуллбастер успел увидеть, как побледнело лицо сына.       – Куда потащил еду? Мы едим на кухне, – дружелюбно сказал он.       – Я у компьютера доем.       Юноша сделал шаг за порог.       – Стоять.       Север вскрикнул от неожиданности и метнулся обратно в кухню, выронив тарелку с едой. Во все стороны полетели брызги, кружка разбилась вдребезги. Брюнет нервно глядел на закрывшуюся саму по себе дверь, замочная скважина которой обросла толстой коркой льда. Правая нога его дрожала: если бы он не отскочил вовремя, ей бы крепко досталось.       Север ошарашено повернулся к невозмутимому отцу, что отложил свою опустевшую чашку в сторону, с лёгкой улыбкой глядя на него.       – Что ты делаешь?! Я чуть в штаны не наложил!       – Я сказал, что мы едим на кухне.       – И что? – Север с вызовом скрестил руки на груди, дерзко глядя ему прямо в глаза. – Мне специальное разрешение нужно, чтобы доесть в своей комнате?       – Да. В письменной форме, если я так скажу.       Парень громко фыркнул и отшвырнул от себя осколок кружки.       – Что на тебя нашло? Убери свой лёд с две…ри…       Уверенность на молодом лице младшего Фуллбастера погасла, а руки, мгновение назад покоящиеся на груди, опустились. Грей перестал улыбаться. С тяжким вздохом сдержанного, но достаточно разъярённого зверя, он поднялся со стула, сразу же возвысившись над сыном на целую голову. Сеть вен, обвивающая его внушительные мускулы, вздулась, губы сжались. Север отступил на шаг, растерянно глядя на мужественную фигуру отца. Раньше вся его сила внушала ему спокойствие и гордость за папу, а сейчас – тошнотворный страх.       Грей наклонил голову, оценивающе оглядев сына с ног до головы, и презрительно хмыкнул. Он знал, что Север бросил тренировки (сделал себе «отпуск») две недели назад, и они несколько сказались на его телосложении. Оно не казалось уже таким крепким и гибким, как раньше. И как он допустил такой большой перерыв от занятий?..       Фуллбастер вытащил руку из-за спины и швырнул в сына изрядно потрёпанную пачку сигарет. Тот вздрогнул, но поймал её. Кажется, при виде своего сокровища, которое должно было покоиться под подушкой, мальчика замутило.       – Какой-то ты нервный, – спокойно сказал Грей. – Ну что же, закури, если тебя это успокаивает.       – Чт… Откуда ты…       – Откуда узнал? Да ты ни прятать, ни врать не умеешь. Всё, что тебе под силу – мать до слёз доводить. Меня ты до слёз не доведёшь таким поведением. Разве что до бешенства. И вот тогда пеняй на себя.       Мгновение прошло в молчании. Затем Грей продолжил:       – Где шлялся ночью?       – Нигде, – буркнул Север, сохраняя остатки достоинства. Неплохая попытка, если учесть, что губы его посерели.       – Нигде? Ну что ты. Спал, значит, как младенец?       – С друзьями я был!       – Где?       – В Караган…       – Ещё одно дерзкое слово, – зашипел Фуллбастер, криво улыбнувшись, – и обещаю, я покажу тебе, как воспитывают нехороших деток.       Север прикусил губу. Не сделай он этого, изо рта его вырвались бы ни то ругательства, ни то всхлип. И это разозлило Фуллбастера ещё больше. Подросток таращился на него, выставив ногу вперёд, словно пятясь от опасного зверя, и прижимал к груди сигареты, не зная, куда ещё деть руки. Более отвратительной картины Грею видеть ещё не приходилось.       И всё-таки… Он видел своего сына. Настоящего, таким, каким он был. Его и Джувии гены переплетались в чертах лица Севера. Сильный, умный, жадный до впечатлений… И непонятно было, зачем понадобилось мальчику прятать свою настоящую личность, которая некогда являлась поводом для гордости родителей, за маской отвратного хулигана.       Грей вздохнул и тяжело опустился на стул, так что тот скрипнул под его весом. Именно, он разглядел маску. Север вёл себя так вызывающе нарочно. Он поднял на сына глаза и тихо спросил, чуть смягчившись в лице:       – Ну и к чему весь этот спектакль?       Удивлённый переменой настроения отца, он выпрямился. Чуть помявшись, ответил, старательно избегая взгляда старшего Фуллбастера:       – Спектакль?.. Я не…       – Лучше присядь. – Дождавшись, пока выполнят его просьбу, Грей продолжил: – Я вижу, что ты ведёшь себя неестественно. Будешь спорить? А мне вот кажется, что ты сам пытаешься привыкнуть к себе такому.       Север наградил его быстрым взглядом и вновь отвёл глаза. Грей кивнул. Этого было достаточно.       – Так значит, я прав. Любопытно… Мы можем просто поговорить об этом? Расскажи, что произошло.       – Мама правда плакала?       – Что? – брюнет удивлённо вскинул брови.       – Ты сказал, что я умею только мать до слёз доводить, – тихо напомнил Север. Слышно было, что эту фразу выдавить ему стоило немалых трудов. Но, тем не менее, на этот раз взгляда он не отвёл. Уши его покраснели. – Мама плакала из-за… ну.. Из-за меня?       Фуллбастер улыбнулся.       – Разве я сказал что-то забавное?       – Да нет. Просто теперь я узнаю своего сына.       Лицо Севера покраснело ещё больше. Неясно было, какие чувства доминируют в нём сейчас. Радость от сказанных им слов или разъедающее внутренности чувство вины.       – Ну ладно… Да. Мама плакала сегодня ночью, когда я показал ей найденные сигареты и сказал, что тебя нет дома. Хорошо, что тебе, по крайней мере, стыдно. Итак, что всё-таки произошло? Пару недель назад ты связался с… кем?       – Подружился с ребятами из соседней гильдии.       – Что за гильдия? Поблизости я ни о каких не слышал.       – Это незаконная гильдия, – неохотно ответил он. – Незарегистрированная.       Грей присвистнул.       – Теперь поня-я-ятно. Группа нелегальных магов, творящих беспредел направо и налево. Таким, между прочим, мы частенько надираем задницу.       – Я знаю. Познакомился как раз на задании. Мне было велено разобраться с одним негодяем, который безобразничает на ферме заказчика, еду ворует, посадки топчет… Мелкое такое дело. И вот, одного из них я застал врасплох, он с помощью магии поджигал стог сена. Я попытался его остановить, но перестарался. В общем… От стога не осталось ничего, кроме горсти льда.       Грей не удержал смешка. Север сконфуженно улыбнулся:       – Эй, только не смейся!       – А я говорил тебе больше тренироваться, между прочим. Кхм… Ладно, не важно. Дальше-то как всё закрутилось?       – Заказчик выгнал меня с фермы вместе с хулиганом, потому что я всё испортил, – признался он. – Мы и разговорились. Его звали Кирито. Он хлопнул меня по плечу и сказал, что мы одного поля ягода. Я был так зол на фермера в эту минуту, что поверил ему, и согласился, что этот крикливый чурбан и не заслуживает другого отношения. Кирито захотел узнать меня получше, а заодно познакомить со своей компанией. Отвёл меня в их гильдию, представил. Меня приняли неплохо поначалу, и я даже обрадовался. Все как один покрывали матом не заплатившего мне фермера. У них, конечно, были свои причины его ненавидеть, но мне было всё равно. Они как будто поддерживали меня. Но потом Кирито предложил мне сигарету, и я отказался. Вот тогда на меня стали смотреть косо, кто-то заикнулся, что мне не место в их компании… и я взял сигарету.       – Вот как…       Север кивнул. Поглядел на пачку сигарет, которую всё ещё держал в руке, и усмехнулся.       – Знаешь, меня чуть не вырвало, когда я попробовал. Да и сейчас от них только тошнит, – он швырнул пачку на пол, в гущу пролитого чая. Грей довольно отметил, что содержимое наверняка намокло и больше для курения непригодно.       – Почему после проваленного задания ты не вернулся в Хвост Феи? У нас бы тебя поддержали настоящие друзья.       – Как же! Люк только на смех бы поднял!       – Он ведь сын Нацу, – рассмеялся Грей. – Я думал, вы лучшие друзья. Только с ними можно вдоволь насмеяться над своей оплошностью.       Но Грею казалось, что Север и так это понимал. Здесь дело явно в другом. Старший Фуллбастер незаметно прикрыл рот рукой, пытаясь скрыть ухмылку, и как бы невзначай спросил:       – А Мэри была в тот день в гильдии?       Север сложил руки на груди и нахмурился. Лицо его между тем горело, а он того не замечал. Как же Грей был иногда рад тому, что Север унаследовал это от Джувии.       – Возможно. Мне-то что?       – Она симпатичная, не находишь?       – Ещё бы… Погоди, какое отношение это имеет к делу?!       Грей расхохотался. Сын, казалось, был готов залезть под стол от стыда. Пару раз ему и Джувии приходилось видеть, как Север неловко мнётся за разговором с миловидной девочкой. Мэри нравилась многим мальчикам. Будучи дочерью Миры, ни в чём не уступала по красоте и дружелюбии матери. Даже Люк часто поглядывал на неё с неподдельной заинтересованностью, но с Севером Мэри проводила больше времени, чем с кем-либо ещё.       – Могу ошибаться, но… Может, ты не хотел в тот день говорить ей, что провалил миссию?       – Не знаю, – упрямо бросил он, но в конце концов сдался, не в силах больше выдерживать взгляд отца. – Ну ладно, да, может быть… В общем, я остался с Кирито и компанией. Пытался влиться в его окружение, быть своим. А когда собирался прийти домой пораньше или отказаться от сигареты вновь, надо мной насмехались.       – Ясно, – Грей чувствовал огромное облегчение. Всё оказалось так просто и предсказуемо. – Но ведь ты понимаешь сейчас, что такие друзья тебе не нужны?       – Да, – он ответил на глубоком выдохе. Казалось, признание облегчило душу и ему. Он был рад, что кто-то одобрил его намеренье расстаться с неприятными личностями. – Всё начало заходить слишком далеко.       – В смысле? Ты про ночные вылазки?       – Не только. Они… Сегодня ночью Кирито сказал, что мастер их гильдии готов принять меня в свои ряды. И что пора стереть знак Хвоста Феи, а на его место поставить их логотип.       – ЧТО?!       Фуллбастер так опешил, что Север вжался в стул. Брюнет вскочил и обрушил руки на кухонный стол, так что тарелка и чашка из-под кофе подпрыгнули.       – Эти ублюдки хотели переманить тебя в свою гильдию?!       – Д-да, но…       – И ты ничего не сказал нам с матерью?!       – Но я…       – И что ты собирался сделать? Молча принять их сторону?!       – Нет! – вскричал Север. – Ни за что! Я сказал, что не стану!       – И что они ответили? – чуть понизил голос Грей, настороженно прищурившись.       Север неохотно поднялся с места и поднял пижамную майку. Левый бок почти полностью был лиловый от синяков.       – Мы ввязались в драку, – пробурчал он. – Я убедился, что они трусы, потому что не били в лицо – не хотели, чтобы кто-то вообще заметил их удары. Чтобы никто не докапывался, кто меня побил, и чтобы у меня отпала надобность всё объяснять. Но мне-то всё равно, – юноша не смог подавить улыбку и встретил взгляд отца гордо. – Для их лиц «красок» я не пожалел.       Подозрение на лице отца сменил восторг, и Север широко улыбнулся. В этот миг он был счастлив, и тысячекратно обругал себя за глупое поведение. Даже устыдился своего похудевшего за две недели от курения и отсутствия тренировок тело. Перед отцом ему в таком виде стоять не хотелось.       Фуллбастер это понял, но подбодрил сына, протянув ему руку. Север пожал её, смущенно выйдя из-за стола и перешагнув осколки фарфора.       – Я не мог расстаться с любимой гильдией из-за всей этой глупости. Мы ведь все одна большая семья, правда?       – Да. Ты молодец.       – Пока нет. Я наделал столько глупостей…       – Не важно, ты это признал и готов исправиться.       Север кивнул.       – И я не заставлю больше маму плакать. А тебя – стыдиться меня.       – Надеюсь, – Грей по-отечески хлопнул его по спине и подмигнул. – Ну что, завтра тренировка?       – Разумеется.       Фуллбастер просиял. Вернее, оба Фуллбастера просияли.       Но вдруг их отвлёк всхлип, донёсшийся из-за запертой двери кухни.       Мальчики переглянулись и одновременно прыснули. Грей развёл руками в стороны, крикнув через плечо:       – Джувия, я, кажется, отправил тебя в магазин.       Взмахом руки Грей убрал лёд с двери, и Джу, не дождавшись приглашения, сама ворвалась на кухню, с объятиями налетев на них.       – Какие вы у меня дружные! – пискнула она.       – Мама, в самом деле, – смутился Север.       Девушка с трудом заставила себя отстраниться. Грей взял её за руку, и она благодарно улыбнулась ему.       Через какое-то время Север признался, что страшно устал. Дал матери перевязать себе бок, отмахнулся от вопросов, больно ли ему, и отправился спать. Грей пошутил, что спрячет на всякий случай его ботинки, но тот с улыбкой лишь закатил глаза, покидая кухню.       – Ты стояла за дверью всё это время? – осведомился Фуллбастер, помогая Джувии навести порядок.       – Да… Я очень переживала. Но ты молодец. Сделал всё, как надо.       Она повернулась к нему и неловко опустила взгляд на его губы, словно спрашивая разрешения, можно ли к ним прикоснуться. Фуллбастер пустил смешок и сам притянул её к себе. Нежно перебирая волосы, Грей ощутил исходящий от неё жар. Ну точно: лицо девушки густо залила краска.       – Честно говоря, я немного испугалась, когда ты начал на него кричать… Боялась, что ты поднимешь на него руку.       – Разве я бы смог? По нему сразу видно, что он лишь притворяется плохим.       – Как это?       – У него твои глаза, – пояснил Фуллбастер. – Твои глаза не знают зла.