Унесенные пеплом

«Только дурак нуждается в порядке — гений господствует над Хаосом»!

      Путь до Пяти Крепостей, находившихся почти на самом краю востока Эссоса, занял почти недели и сделав в самом начале небольшую посадку в одном из портовых городов, Неопалимый, получив от Вариса не только последние сведения насчет этой загадочной местности, но и необычный лук, дальность выстрела из которого значительно превышала потенциал такой же характеристики обычного лука, поспешил отправиться на восток, прихватив с собой самых рьяных помощников — Бронна Черноводного и Подрика Пейна. «Азора Ахая» больше не существовало, а это значило, что данную функцию им придется взять на себя, объединив усилия. И заранее распределив между собой врагов, которых следовало уничтожить в ближайшее время, оседлав через пару дней дракона, эта тройка вылетела в сторону Пяти Твердынь, представляющих из себя пять крепостей, сплавленных из огромных черных плит при помощи драконьего пламени, которые остались ещё со времен существования Великой империи И-Ти для защиты государства от нападения Льва Ночи.       На должности правителя Семи Королевств Неопалимый себя уже показал, отправив в небытие свыше трех миллионов человек андальской породы, теперь ему пришло время показать себя великим «полководцем». Вот только в этот раз в составе его скромной армии находилось всего лишь двое смельчаков, и не особо, впрочем, возражая против такого расклада дел, (драконы все равно на своей спине больше пяти человек не потянут), вылетев из города, где остановились накануне, не откладывая дело в долгий ящик, отправились в назначенную местность, не особо надеясь на возвращение.       Великий Иной тоже не сидел на месте, сложа руки, и окончательно подчинив себе оставшуюся часть Вестероса, за исключением самых крайних точек континента, и подземных ущелий, где до сих пор могли прятаться люди, пережидая смутные времена, принялся морозить море, дабы сделать последнюю переброску своего десанта на Эссос и добраться до Неопалимого, но уже со стороны востока. Закалив кровью Серсеи тот самый «светозарный» меч, (Бронну не составило особого труда убить бывшую королевишну павшей столицы), Черноводный был почти готов сразиться с Великим Иным, и слабо себе пока представляя, как именно ему придется это сделать, пообещав справиться с этим заданием на все сто процентов, он не видел необходимости отказываться от своих слов. В конце концов, самому Рамси и вовсе надо было преодолеть практически неуязвимого «Призрака», тогда как с предводителем Ходоков уже было и так все более менее понятно.       Обогнув территории, принадлежащие дотракийцами, эти трое чуть позже потерялись в густом тумане, обволакивающем окружающее пространство, и окончательно сбившись с курса то ли под влиянием оказываемой на них магии, то ли по причине усталости драконов, прилично срезав путь, они чуть не отправились на Край Теней, где их длительное путешествие могло бы «благополучно» завершится, если бы не показавшиеся вдали склоны горных хребтов, о чьей зловещей репутации асшайцы слагали целые легенды.       — Как бы нам и теперь не сбиться с курса, — недовольно процедил Бронн Черноводный, успев порядочно вымотаться за время путешествия по бесконечным просторам Эссоса.       — Ну, великие лорды-командующие Ночного Дозора знали, например, когда за Стену к одичалым бегали, — иронично подхватил Неопалимый, находясь за «рулем» огнедышащего транспорта. — А тут совсем другие Стены…       — Главное, чтобы и здесь не получилось, как с Ночным Дозором.       — Поживём — увидим, — отрезал Рамси, не желая больше поддерживать на эту разговор. — Доживём — узнаем. Выживем — учтём.       И чтобы у Черноводного опять не возникло желание поговорить на темы, связанные с Вестеросом, он, намекнув ему на карту, попросил выяснить их нынешнее местонахождение. Взявшись за исполнение этой просьбы, Бронн вытащил из-за пазухи злосчастную карту, и устроившись на драконе так, чтобы не упасть с него в какой-то вулкан, перехватив испытующий взгляд Подрика, попытался сконцентрироваться на линиях и точках нарисованного Эссоса.       «Два пальца левее Алголя…» вспомнились ему наставительные слова Сэма Тарли, буквально на руках объяснявшего им месторасположение Пяти Твердынь на карте известного на тот момент мира, и слабо себе пока представляя, где именно они могли сейчас находится, Бронн, сверяя маршрут, быстро подключил к своей работе и безмолвствовавшего Пейна, который ориентируясь на рисунки вечерних небесных созвездий, мог бы быстро установить координаты их нынешнего местонахождения.       — Алголь — это там, — даже не взглянув на небо, отмахнулся Подрик, показывая какие-то знаки Неопалимому. — Туда надо идти.       — А пальцы как ставить? Вертикально или горизонтально? — уточнил Черноводный, покосившись на свою ладонь, словно вообще видел её впервые.       — Даже если вертикально, у Тарли они наверняка толще будут, — возразил Пейн, не зная даже, как и прокомментировать данную ситуацию. Послушавшись совета оруженосца, Бронн таки вытянул вперед свою ладонь, однако как он ни старался ставить свою ладонь, чтобы добиться заявленного результата, так и не обнаружив никакого Алголя за туманной завесой полумрака, он давал указания Рамси, ориентируясь по большей части на собственную интуицию. То бишь они летели почти наугад, что впрочем не помешало им прибыть в точно указанное место, больше не сбившись с наметившегося пути по причине тумана, который к тому времени и вовсе начал рассеиваться.

***

      — Вестеросцы, сегодня наш последний день! — обратился Рамси к своим «воинам», став напротив невысокого и припорошенного снегом склона. — И уже вечером мы все умрем…       «Хотя кого я обманываю?! — скептически подумал он, решив придержать эту мысль пока при себе. — Я уверен, что мы все уже через полчаса превратимся в вихтов»       — Поэтому я предлагаю вам следующее: кто хочет, пусть уходит прямо сейчас, а я останусь здесь. Хотя интуиция мне подсказывает, что вы все свалите уже через пару минут, как только Великий Иной даст о себе знать, появившись на горизонте, — холодный ветер задувал его речь, но Подрик с Бронном прекрасно понимали, о чем говорит Неопалимый, успевший принять ради разнообразия немного алкоголя. — А теперь я хочу убедиться, что вы готовы отдать свои жизни за наше дело, если ситуация окончательно выйдет из-под контроля, — в последний раз обратился он к своим воинам, которые и так были готовы сейчас пойти на что угодно, лишь бы поскорее закончилась эта битва и они разошлись «по домам». Погода портилась, воздух становился все холоднее и холоднее. Великий Иной приближался и к его встрече надо было как следует подготовиться.       — Не беспокойтесь, ваше величество, как только Великий Иной даст о себе знать, — похвастался Бронн, размахивая в воздухе светозарным мечом, — я быстро его зачалю.       — Ты как-то странно выражаешься, Черноводный, — осадил наемника Рамси, не переставая удивляться степени его энтузиазма.       — Как только Король Ночи появится на горизонте, я мигом на него насяду, — пообещал мужчина, ещё пока даже не догадываясь, с каким стихийным бедствием ему придется разбираться, пустив в ход собственную силу и сообразительность.       — Насядешь? — удивился Неопалимый, поправляя на своих руках перчатки.       — Не стоит воспринимать мои слова слишком буквально, — отмахнулся Бронн, пожалев, что сам накануне не оделся потеплее.       — То есть ты хочешь сказать, что Великий Иной почти в твоих руках?       — Да я его практически оседлал! — выдал на эмоциях Черноводный, дабы присутствующие не усомнились в его боевых способностях, хотя в отличие от остальных наемников он никогда и не рвал свою задницу за жизнь человечества, да и вообще, от большей половины представителей «хомо сапиенс» его воротило.       — Тогда у тебя не остается выбора, — отчеканил Рамси, пробуя на меткость свой лук. — Эта спецоперация — наш последний шанс победить Белых Ходоков, и если мы провалим даже эту миссию, следующие две стрелы мне придется пустить лично в ваши спины, а последнюю — себе в голову.       После чего убедившись, что все идет вроде бы по плану, он тут же предложил своей скромной компании ещё немного накатить по сто грамм, чтобы к моменту, когда Великий Иной и вправду даст о себе знать, они были в состоянии его встретить, как положено. Тириона с ним не было, но дело его жило.       — Итак, наш план… Напоминаю, — подмигнул он Бронну, решив по-быстрому ввести его в экскурс дальнейших действий их «спецназа». — Когда я делаю вот так, — вытянув вперед руку, пролепетал Неопалимый, глядя куда-то в горизонт, — ты бежишь с мечом на Великого Иного. И то если он действительно сюда заявиться пешком… Когда я делаю вот так, — скрестив на груди кулаки, добавил бастард, — ты просто стоишь на месте и никуда не идешь.       — Да что такое? Что за паника? — вспылил Бронн, ни на секунду не забывая о своих обязанностях. — Я все помню, ваше величество.       — Ты главное, седло на себе не рви в холостую. Делай, как получается.       Молча кивнув, Черноводный отошел немного в сторону и заняв оборонительную позицию возле Подрика, опять уставился на линию горизонта. Здесь, на открытой местности дуло со всех сторон, но продолжая героически терпеть столь ненавистный для них, как для южан, холодный климат, эти двое даже не думали вступать в спор с Неопалимым, будучи в курсе его обещания выстрелить им в спину из лука, ежели те осмелятся покинуть поле боя, так и не дождавшись возвращения Великого Иного.       — А не лучше ли нам сместиться на юг, чтобы не так сильно дуло? — поинтересовался Бронн, почувствовав, что ещё немного, и у него точно отвалятся уши от такого дикого холода, но Рамси и слышать ничего не хотел о заявленной инициативе отступления.       — Нет, мы будем стоять здесь до последнего, — кивнул он, заметив на восточной стороне горизонта какое-то движение. — Как говорится, «ввязался в бой — иди»!       И только стоило ему заткнуться, направив свое внимание на равнину, как из расступившегося тумана к ним вышел сам Король Ночи, расположившись от их скромной компании на некотором отдалении со всем своим войском вихтов, количество которого тянулось аж до самого моря.       В этот раз он был не верхом на «Призраке», а просто стоял рядом с ним, и будучи в курсе, что рано или поздно армия Неопалимого падет, Король Ночи, рассматривая издали своих новых врагов, просто оттягивал время, стремясь вдоволь наиграться с пойманной добычей, прежде чем та, получив первый удар от его воинов, окончательно, утратив право на существование в прежнем человеческом облике. Его ледяное полупрозрачное тело, наряженное в темные одежды, как будто освещалось изнутри, а зеленовато-голубое лицо и маленькие рожки на голове в виде заиндевевшей короны и вовсе придавали Королю Ночи сходство с некой мифической сущностью.       — Я Рамси Бурерожденный и Неопалимый, из дома Болтонов и крови Первых Людей, а также первый от этого имени Король Севера, и хранитель Семи Королевств и всего Вестероса, Разрушитель Мозгов и Отец Драконов, — поприветствовал его Неопалимый, не упустив возможности лишний раз порисоваться перед сущностью неземного плана, умудрившись как-то без запинки выговорить свой собственный титул.       Притихнув, Подрик и Бронн следили за развитием ситуации, которая вряд ли после такого представления могла закончиться для них на позитивной ноте, вот только остановить Рамси, фактически упивавшегося собственным величием и азартом, остановить уже было невозможно. Король Ночи, впрочем, оказался тоже не дураком, и едва Неопалимый, покончив с речью, собирался подать сигнал Бронну о начале наступления, Великий Иной, намереваясь окончательно повергнуть в шок безумцев, не веривших, что сегодня вечером им возможно придется расстаться с собственными жизнями, покрепче сжав копье, выдал следующее:       — Я требую, чтобы твои люди подчинились мне, — его голос напоминал скрежет ногтей по стеклу, от которого у слабонервного человека уже б давным-давно закровоточили уши, и только одному Неопалимому было все нипочем, — и тогда. ВОЗМОЖНО мои Иные пощадят вас…       Другими словами это означало, что даже если они вздумают сдаться, гарантии, что их оставят потом в живых, дать никто и не мог, и не очень-то поверив «добрым» обещаниям Великого Иного, Рамси, сузив ноздри, вновь посмотрел на него как на своего заклятого врага. Ещё никто и никогда не позволял себе разговаривать с ним таким надменным тоном, и переставая поражаться наглости Великого Иного ставить ему какие-то условия, когда тому, в первую очередь, надо было позаботиться о самом себе, сделав шаг вперед, тут же обратился к нему со следующей своей речью, от пафоса которой захватило дух даже у самого циничного Бронна Черноводного:       — Мне пох, что ты там покуривал, прежде чем принял решение захватить Вестерос, мне пох, кто ты и пох на твою крутизну. Я не больной на всю голову Станнис, преклоняющийся перед своей красной шлюхой и не Матерь Драконов с больным ЧСВ, пытающейся в свое время вырваться из родного кхаласара, дабы покорить Вестерос. Я никогда никого не боялся и ни перед кем не пресмыкался. Я неоднократно убегал от охраны, которую ко мне приставляла родня, чтобы меня не убили свои же соратники. Я неоднократно ходил по лезвию бритвы, получая кайф от жизни, и я плевал на миллионы, которые правят миром. У меня СВОй мир и СВОИ правила. Тебе, Dead Morose, осталось жить столько, сколько я захочу. Я обещал народу Вестероса уничтожить тебя и я сделаю это. Я устрою тебе новогодний фейерверк. Ты умрешь вместе со своей армией тупорылых Ходоков. Я башку твою привезу на Север, все равно она тебе нашей сегодняшней стычки уже больше не понадобиться, а кишки твои вскрою и размотаю на кроне чардрева в виде гирлянды. Я жизнь свою положу, но не ты и не твои Иные жить на этой земле не будут! Я сотру тебя с лица земли, щенка! Тебя уже неоднократно уговаривали остановиться, но ты не остановился, и пошел дальше. Я накажу тебя за это.       Его монолог растянулся на несколько минут, не в состоянии больше сдерживать свой гнев, Великий Иной, пожирая Неопалимого своими взглядом, едва сдерживался, чтобы не уничтожить его самого и его соратников, закидав их копьями, подготовленных для драконов. Речь Рамси привела его в неописуемую ярость и продолжая внешне оставаться спокойным, дрогнувшим голосом он произнес вдруг что-то уж очень туманное:       — Безумен ты, бастард. Зачем угрожаешь тому, кто и так знает твою судьбу наперед       — Ну, звиняйте за наш слог земной, — улыбнулся он, продолжая ломать комедию перед Великим Иным, — не для ваших инопланетных глазок, сириусианская интеллигенция, но как есть, — и как будто вспомнив, для чего они здесь, и что им предстояло ещё сделать, тут же добавил от себя, ни капли не сомневаясь в собственной адекватности: — а для вернувшихся с Сириуса сообщаем… Вы находитесь на хуторе Пять Твердынь…       «Какой, бл*дь, Сириус? — Подумал Бронн, удивляясь резкой перемене настроения начальства. — Неопалимый видать по дороге сюда успел здорово навернуться о щит головою, — такую ахинею несет»       Разозлившись на красноречивого бастарда, Король Ночи решил немного повоздействовать на него магией и отняв у Неопалимого последние остатки разума, просто ждал, когда тот выговориться, чтобы потом не спеша убить его в присутствии своих Ходоков.       — А не «поддатый» ли он? — выразил свое сожаление Подрик, вспомнив, что в момент снятия пробы со спиртного, Рамси уже тогда был немного не в себе, а теперь его кажется и вовсе понесло не в ту степь.       — Значит мне тоже не показалась его «жеваная» речь с длинными паузами? — цинично усмехнулся Бронн, наблюдая за дерзкой манерой поведения Неопалимого.       — Да ты прислушайся, как он с Великим Иным разговаривает! Язык-то не шевелится… Ну, точно пьяненький наш великий полководец. Видать, совсем сдали нервы, в таком позорной битве принимать участие.       — Запьешь тут, с такими «воинами», — хмыкнул Бронн, проверяя на прочность свой светозарный меч.       Он и сам был, мягко говоря, в шоке от умения Неопалимого держать удар, когда сама ситуация складывалась против него, а шансов на победу не оставалось, и в то же время чувствуя, что Король Ночи тоже не так прост, каким казался поначалу, просто ждал, когда кто-то из них объявит наконец войну, поставив точку на бесконечных переговорах. Дослушав до конца не совсем вменяемую речь Неопалимого, Великий Иной вдруг начертил копьем прямую линию на снегу и вновь подняв свой взгляд на тройку смельчаков, неожиданно обратился к ним с новой инициативой:       — Есть ли среди вас те, кто не воспринимает меня, как своего будущего правителя? Выйдите за эту черту и скажите мне об этом прямо, и вам ничего не будет.       Результат превзошел все ожидания и даже не став ждать, когда всласть наговорившись, Король Ночи поставит крест на своей болтовне, Рамси перешагнул нарисованную линию, вдохновив остальных своих соратников поступить точно так же. Затрясшись от ярости, Великий Иной уже хотел было уничтожить их на месте, но все же сдержав данное накануне слово, направил копье не на них, а на одного из драконов, который почувствовав, что его хозяин находиться в опасности, и ему надобно как-то прийти на помощь, уже хотел было направить свое пламя на голову взбеленившегося «Деда Мороза», но тут же взвыв от пробившего его туловище копья, Домерикон устремился вверх, и лишившись после второго попадания в него метательного снаряда половины крыла, полетел на запад, поджигая на своем пути остатки леса. Второго дракона очень скоро постигла та же участь, и проводив каждого из них взглядом аж до самого горизонта, Рамси приказал Черноводному приготовить свой светозарный меч.       — Ты готов? — обратился к нему Неопалимый, вопросительно уставившись на наемника.       — Конечно, ваше величество, — кивнул тот, выставляя вперед свою ногу и прицеливаясь в Великого Иного, с интересом наблюдавшего за действием этих безумных и неугомонных самоубийц.       — Тогда вперед! — Подал ему команду Рамси, надеясь на положительный результат, и подняв над головой свой светозарный меч, Черноводный, сорвавшись с места, побежал… Правда в обратную сторону, взяв курс на западные земли Эссоса.       — Ты куда помчался? — окликнул его Рамси, не переставая поражаться сообразительности наемника, который, как ему показалось, хотел сбежать с поля боя, прихватив с собой ещё и светозарный меч.       — Да что такое? — вскипел Бронн, поворачиваясь обратно. — Уже и разогнаться нельзя…       Показав ему на Великого Иного, который как будто зная заранее, что все их рывки так и закончатся грандиозным провалом, даже не торопился хвататься за очередное по счету копье, Рамси попросил наемника вернуться обратно, однако поскользнувшись во время на какой-то замороженной луже, Бронн, выронив из рук свой светозарный меч, (не иначе, как дало о себе знать влияние магии), тут же зарылся головою в сугроб, не в состоянии оттуда выбраться. Покрутив пальцем у виска, Неопалимый был взбешен данным происшествием, и заметив на застывшем словно маска лице Короля Ночи некое подобие ухмылки, чего ранее там не наблюдалось, Рамси поклялся его уничтожить, чего бы ему ни стоила данная выходка. В общем, свои способности перед Королем Ночи они уже успели показать и перейдя в следующий раунд со счетом два ноль в пользу Иных, (с учетом количество убитых драконов), тройка оставшихся игроков стала ждать чудес от «Деда Мороза», потеряв всякую надежду на счастливый финал. И предчувствия новоявленных воителей не обманули.       Стоило им немного прийти в себя после очередного поражения, как их взору предстал «Призрак-2», которого тут же оседлал Великий Иной, приказав машине двигаться к стене ближайшей крепости. Щелкая огромной челюстью, тот без промедления направился к одной из крепостей и прокусив стену своими клыками, остальное добил, пустив в ход остальные части своего огромного тела. Появление из ниоткуда этого бешеного «лютоволка» лишь ухудшило их безнадежное положение, и рискуя погибнуть от разлетающихся по сторонам искр и камней, Рамси, приготовив стрелы, достал свой лук. Когда с последней крепостью наконец было покончено, махина, обратив свой лик на Неопалимого, без лишних сожалений пошагала в его сторону, надеясь по-скорому разобраться с ним и забыть обо всем, как о страшном кошмарном сне. Каких-то пару минут планетарного времени отделяли Эссос и весь мир от тотальной катастрофы, но Рамси на это было ровным счетом наплевать, сохраняя по отношению к ситуации определенную долю пофигизма. Затаив дыхание, Иные вместе с Подриком следили за разворачивающимися на их глазах событиями, не спеша пока вмешиваться.       «Хватит играть в детские игры, — подумал Неопалимый, потуже натягивая тетиву, — если хочешь сделать что-то хорошо, сделай это сам»       Опьяненный собственными победами, «Призрак-2» утратил былую бдительность, и приняв Рамси за адекватного человека, которому должны были присущи обычные человеческие эмоции, включая страх, без всяких затей приблизил к нему свою морду. Это и стало его ошибкой. Роковой ошибкой. Потому что как только «лютоволк» попробовал раскрыть свою пасть и окончательно поглотить этого психа, поставив точку на его нелепом существовании, Рамси, прицелившись в него из лука, выстрелил ему в глаз, и заставив машину теперь по-настоящему усомниться в собственной неуязвимости, заправив оружие новой стрелой, с мыслью: «Сдохни уже, тварь. Просто сдохни», прицелился в второй её глаз, намереваясь быстрее покончить со всем этим делом.       Лишившись обоих глаз, машина, не в состоянии понять, что происходит, ещё некоторое просто дергала по сторонам своей головой, пытаясь сбросить с себя Великого Иного, и когда Неопалимый, машинально потянувшись за третьей стрелой, сорвал с помощью выстрела резьбу на каком-то болте её тела, оставшись без лапы, «Призрак» свалился в Иссохшую Бездну, подняв вверх огромную тучу мергелевой пыли. Успев соскочить с развалившейся на части машины, Король Ночи упал в один из ближайших сугробов, и не став ждать, пока Бронн, придя в себя, завершит собственную миссию, Подрик, отшвырнув шит, подобрал с земли брошенный меч, и в два счета оказавшись рядом с врагом, без тени сомнений вонзил его в сердце Великому Иному. В жилах Короля Ночи мгновенно закипела ледяная кровь, а из раскрытого рта и вовсе повалил какой-то странный дым. Очень скоро глаза его лопнули и вытекли, как у поверженного «Призрака», а тело, вспыхнув огнем, и вовсе обратилось в пепел. Та же участь постигла и созданных им Белых Ходоков, включая привязанных к ним вихтов. И когда вся эта катавасия наконец закончилось, Рамси, вспомнив об убитых драконах, быстро понял, что обратно им придется добираться пешком, но не спеша пока падать духом, он, предупредив окружающих о постигшей их утрате, приказал готовиться к путешествию, как есть.