Он всегда был против нас

      Как думаете, что больше всего хочется видеть Бьякурану утром? Правильно. Это его любимый Тсунаеши. Но долго лежать в постели он не мог. Савадо Ичиро сам себя на свидание не сводит, а Тсунаеши должен был проспать, как минимум ещё до самого вечера.       Молодому человеку совершенно не хотелось хоть куда-то идти. Но это было частью их плана и ему надо было начинать понемногу привыкать. Решив окончательно взбодриться, парень решил принять холодный душ.       Вернулся он уже более бодрым и полным энергии. Внимание Джессо привлекла картина, где дорогой сердцу человек сейчас спал сладким сном. Тсунаёши выглядел мило. Подойдя ближе, накрыл одеялом шатена, а уже после стоял возле шкафа доставая одежду. Он решил, что сильно наряжаться не будет. Поэтому он надел простые белые брюки, чёрную майку, а поверх неё белую кофту.       Выходил Бьякуран из комнаты тихо, чтобы не разбудить Тсуну. И уже на первом этаже Джессо обувался в привычные белые кеды, и через несколько минут вышел из дома.       А в комнате на втором этаже, Савада Тсунаёши открыл свои карие глаза, посмотрел на небо через окно, перевернулся на другой бок и продолжил спать.

✧･ﾟ: *✧･ﾟ: *

      Смотреть, как твой Никчёмный ученик собирается на свидание было… весело. Реборн спокойно пил свой кофе и наблюдал, как блондин бегает по комнате в поисках каких-то нужных ему вещей.       — Может мне лучше отправиться с Вами, Джудайме? — спросил у своего босса Гокудера.       — Нет, не надо. — решил успокоить своего Хранителя. — Гокудера-кун, скажи, могу ли я тебя попросить об одном одолжением?       — Что угодно, Джудайме. Я исполню любой Ваш приказ!       — Ты сможешь пока я буду занят поискать моего брата? Он из тех людей которые не могут долго сидеть в четырёх стенах, поэтому он должен где-то быть.       — Поискать Вашего брата? Вы заботитесь о нём даже после того, что он Вам сделал? — спросил его Хаято.       — Ну… да, — улыбнулся Савада. — как не крути, но он все-таки мой брат.       Молчавший все это время Реборн, услышав, что речь зашла о Тсуне, стал параллельно слушать разговор своего ученика со своим Хранителем. Сам мужчина уже несколько часов размышлял куда мог уйти младший Савада. Реборн конечно мог прочесать весь город, но… Так было бы не интересно, поэтому сидел и обрабатывал всю информацию о шатене, что он узнал. Итак, он мог уйти к друзьям. Это первая мысль, но тут начинаются первые не состыковки. У Савады Тсунаёши нет друзей. Он — одиночка.       «Так, и к кому же он мог уйти в таком случае? По словам Ичиро, друзей у него нету. Только одни вопросы и нет ответов». — Реборн уставился на свою кружку с кофе, словно она знала все ответы.       — …ибо, Гокудера-кун!       Поняв, что он все же прослушал некоторую часть разговора, сказал:       — Гокудера, ты пойдёшь со мной искать Тсуну, пока Никчёмный Ичиро будет занят своим свиданием. — усмехнулся итальянец, смотря на выражение лица Хранителя Урагана.       — Конечно, я исполню люб… Что значит, Десятый идёт на свидание? Кто посмел? — крикнул Хранитель Урагана при этом держать в руках динамит.       Только блондин хотел возразить, как в комнату вошла Нана.       — Ичи-кун, к тебе там какой-то молодой человек пришёл. — сказала она с улыбкой на лице. — Весь в таком белом, странный, но очень красивый.       — Это же Бьякуран! Ладно, мам, Реборн, Гокудера-кун, я пошёл.       — Бьякуран? Мы же уже вроде как слышали это имя, — после чего Нана повернулась к Аркобалено. — А ты не помнишь, Реборн-кун?       — Бьякуран? Да, помню. Тсунаёши как-то упоминал. — откинулся на спинку своего кресла мужчина.       — Ну ладно, я тогда пойду на кухню. — после чего она удалилась.       А всё это время, Дымовая Бомба стоял и не мог понять, про кого они говорили. Он понял только одно, и это то, что его драгоценный босс пошёл на свидание с… парнем?! Серьёзно?!       — Реборн-сан, это правда, что Десятый пошел на свидание с… парнем? — пепельноволосый покосился на лучшего киллера.       — Ну, да. Тебя это настолько шокирует?       — Это новость… Ну… Да. А как тогда Десятый будет заводить Наследников?       — Без понятия. Это уже не в моей юрисдикции, — после чего встал со своего любимого кресла и пошёл к выходу из комнаты. — Ты идёшь? Нам ещё Тсуну поискать надо.       Немного все же опомнившись, Хаято вышел вслед за мужчиной. Догнал он его только у выхода из дома.

✧･ﾟ: *✧･ﾟ: *

      Они обошли приличное количество мест в поисках Тсунаеши. Спрашивали у прохожих, видели ли они по их описанию подростка, но те лишь отрицательно матали головой. Сейчас их целью остался лишь парк, где по словам Ичиро его брат должен был проводить большую часть времени. Идя до назначенного места назначения, Гокудера решил задать вопрос, который его очень волновал:       — Реборн-сан, а для чего Вы ищите младшего брата Джудайме? Насколько мне известно, Вы должны обучать Наследника, а на его брата Вы и внимания обращать не должны.— уточнил Дымовая бомба.       — Ты прав. Он не такой как Ичиро, у него в отличие от него довольно жесткий характер, хотя могу и ошибаться. Ведь как-никак он будущий Внешний Советник. А вот об остальном знать тебе не нужно.

✧･ﾟ: *✧･ﾟ: *

      Вернулись они под вечер ни с чем. Заходя в дом увидели блондина, что уже собирался выходить из дому.       — Р-реборн?! Гокудера-кун?! Вы уже вернулись?       — Как видишь. — сказал брюнет, обходя своего ученика. — Неужели твое недосвидание уже закончилось?       — Да я только пришёл. Я спрашивал у мамы, возвращались вы или нет. Она сказала нет. Вот… я и решил тоже пойти поискать Тсуну.       — Не тратьте Вашу энергию, Десятый. Да и к тому же уже поздно.       — Ясно. — грустно улыбнувшись, пошёл в гостиную.

✧･ﾟ: *✧･ﾟ: *

      Бьякуран вернулся вернулся домой весь уставший. Он и не предполагал, что с «будущим» боссом будет так сложно. Он такой болтливый, что его хотелось прикончить на месте, чтобы заткнулся. Поэтому во время «свидания» он раза три-четыре передёргивал себя чтобы не совершить задуманное. А ещё надо было делать вид, что ему очень интересно.       Джессо надеялся лишь на одно, чтобы его драгоценный Тсунаёши ещё спал. Бьякуран, не услышав никаких признаков жизни, понял, что Савада еще спит.       И правда. Как только светловолосый зашёл в комнату, он облегченно вздыхает. Кареглазый подросток… все еще спал.       «Я удивлён, что несмотря на то, что у него нету «тёплой» подушки он до сих пор спит. — подумал Джессо, подходя к лежащему шатену. — Хм, странно. Судя по времени, действие снотворного, которое я ему дал, чтобы он отдохнул должно было закончиться.»       Решив не будить это чудо природы, Бьякуран, так же тихо вышел как и зашёл. Он хотел сделать что-нибудь приятное для Тсуны. Проблема была лишь в одном, что он не знал, что можно сделать.       И тут его осенило.

✧･ﾟ: *✧･ﾟ: *

      Открыв глаза, Савада увидел лишь пустое место, где должен был быть Бьякуран. Приподнявшись, шатен посмотрел в окно, где был уже вечер.       — Это же сколько я тогда проспал? — спросил сам у себя парень. — И, где Бьякуран?       Уже спускаясь по лестнице вниз он услышал… музыку? Да, это была музыка. Еле слышимая, но всё же она. Заглянув в гостиную, Тсунаёши удивился. Джессо стоял к нему спиной и смотрел в окно. Видимо не услышал из-за музыки как Тсуна подошел.       Сама гостиная немного преобразилась, свет был приглушен оставляя почти полумрак и в некоторых местах горели свечи, стол был заставлен блюдами, которыми кареглазый был уверен, Джессо заказал в каком-нибудь ресторане.       Тсунаеши улыбнулся, теперь ясно, почему он при выходе из комнаты услышал музыку.       — Бьякуран… а это, что такое?       — Как что? Просто захотел тебе устроить небольшое свидание, да и просто порадовать тебя. — улыбнулся невинной улыбкой светловолосый и протянул руку.       — Хм, ладно. — положив свою руку в руку Бьякурана. — Только, не оплошай.       — Обижаешь, Тсунаеши-кун.

✧･ﾟ: *✧･ﾟ: *

Ночь — это прекрасное время, чтобы подумать. В это время суток, кто-то идёт на работу, кто-то уходит чтобы развеяться, а кто-то вообще решил поспать. Наши же герои хотели провести эту ночь вместе.

✧･ﾟ: *✧･ﾟ: *

      Нависнув над Савадой, Джессо еле ощутимо коснулся его губ, а руками начал неспеша поглаживать бока, живот, и затягивая его в новый поцелуй, но в этот раз более страстный, развязный. Когда в легких стало не хватать воздуха, отстранившись, наблюдал такую картину: волосы цвета молочного шоколада разметались по подушке, глаза застелила пелена, а на бледных щечках появился алый румянец. Как прекрасно. И это принадлежит только ему.       Одним ловким движением, сняв с себя рубашку, и откинув ее в сторону, Бьякуран продолжил снова и снова затягивать в новые поцелуи Тсунаёши, покусывая его пухлые губы, на что тот томно вздыхал на все его действия, прикосновения, иногда постанывая в поцелуй — как прекрасно слышать это. С губ перешел на шею, покрывая её поцелуями и алыми засосами, далее переходя на грудь, покрывал все дорожками из поцелуев, от груди до резинки штанов, и стягивая их вместе с трусами.       Когда они оба остались без одежды, Бьякуран медленно притянул Тсуну за бедра, медленно и осторожно входя в уже разработанный анус, на всю длину, срывая с пухлых губ стон легкой боли, на глазах которых выступили слезы, катящиеся по щекам, светловолосый собрал губами, вслушиваясь в его каждый вдох и выдох, иногда нежно касаясь его губ.       Снова толкнувшись в нем и попав по нужной точке, Бьякуран услышал новый стон, но в этот раз, стон был не от боли, а от наслаждения, продолжая двигаться, принося своему партнеру как можно больше удовольствия, приближаясь все ближе и ближе к пику.       Стоны с губ шатена стали срывались все громче и громче, которые Джессо слушал как музыку, ускоряя темп все быстрее. После бешеного ритма, он с хриплым стоном изливается во внутрь, ложась возле Савады, который изливается себе на живот.       — Люблю тебя, Тсунаёши-кун, — с хрипотцой в голове произнес он, стискивая его в объятиях.       — Я тоже люблю, Бьякуран, — сказал он, проваливаясь в сон. — «это было… так приятно.»