Глава 7 Весняна из рода Рюриковичей
22 октября 2017 г., 02:47
Когда я проснулся, на часах было полседьмого утра. Мне даже не нужно было открывать глаза, чтобы убедиться, я знал, кровать пуста. Что могло выгнать Селену из постели в такую рань?
«Последнее время, она ведет себя более чем странно даже для себя!» — сам про себя ворчал я, вставая с кровати и торопливо одеваясь, планируя, отправится на поиски жены.
Я нашел ее в уютном салоне выполненном в изысканных, нежно-розовых тонах. Она сидела на софе, подобрав под себя ноги и внимательно глядела в выбеленное долгим пребыванием в подземелье лицо герцогини.
Так вот, что подняло ее в такую рань? Любопытство. Наверняка, тысячи вопросов к Лилит не давали Селене спать всю ночь, и едва забрезжил рассвет, она тут же помчалась утолять свою неиссякаемую жажду.
Судя по тому, с каким вниманием Селена смотрела на праматерь, то я видимо, успешно пропустил приличное количество вопросов, которые моя жена наверняка уже выплеснула на недавно проснувшуюся Лилит.
— Родилась я в Великом Новгороде в семье Святозара, двоюродного дядьки Рюрика, за тридцать лет до восхождения моей семьи на престол. Звали меня от рождения Весняна, потому что явилась я в этот мир в самом начале весны. Род наш был знатным и богатым, но численность его была катастрофически мала: болезни, тяжелые условия жизни и нестерпимый холод не щадили никого. Многие едва доживали до тридцати, а те, кому удавалось дожить до пятидесяти — считались долгожителями и были в особом почете! Поэтому замуж выходили рано, и едва мне исполнилось пятнадцать, как меня сосватали будущему королю Британии Вильгельму I — победившему в войне и завоевавшего трон. В шестнадцать, меня отправили в далекое королевство бриттов, где я отреклась от язычества и приняла христианскую веру. При крещении мне дали имя Лилит, что означает: королева. Принятие новой веры и имени — было мне не по душе, но мой удел был таков, и я не вправе была оспорить решение своего отца или что-либо изменить. Так я оказалась в чужой, холодной стране, лишенная семьи, имени и веры.
Селена слушала как завороженная, представляя, что пришлось перенести герцогине в столь юном возрасте.
— Но мне повезло, — лицо Лилит, на котором лежала тень мрачных воспоминаний, будто озарилось светом. — Вильгельм оказался добрым, любящим и чутким. Он видел, какую боль мне доставляли разлука с близкими и чуждые обычаи моей новой родины. Мой король всеми способами пытался отвлечь меня от тоски по родному дому, и почти всегда ему это удавалось. Несколько раз я просила позволения отправиться в Нижний Новгород, но Вильгельм считал путешествие опасным, а риск неоправданным. С тех пор, я ни разу не была на своей родной земле. Не знаю, что стало с моей семьей и как скоро умерли родители, братья и сестры. Иногда, с огромным опозданием, вести доходили до нас, но они были коротки и неточны. Так, я узнала, что мой троюродный брат Рюрик, взошел на престол и стал первым князем Рюриковичем — основателем царского рода. Больше я не получала вестей с родных земель. Думаю, мой род угас, лет через сто после моего отъезда в Британию. — грустно закончила Лилит, печально взглянув на нетерпеливо ерзающую Селену, которая даже не замечала, что я вошел и довольно долго наблюдаю за ними. Едва герцогиня смолкла, как мою жену, буквально, прорвало:
— О, нет! Твой род вовсе не угас! Он разрастался как корни многовекового дуба, став основой для сотен ветвей родов. Почти тысячу лет Рюриковичи правили Русью и лишь в середине четырнадцатого столетия прекратил свое существование! Невероятно, правда? Самая могущественная династия, дольше всех сидевшая на престоле! Если хочешь, мы можем пересмотреть архивы и поискать твоих потомков. Есть предположение, что род Романовых берет свое начало от потомков Рюрика. Правда после революции в тысяча девятьсот семнадцатом году, всю царскую семью расстреляли, но некоторым ее представителям удалось бежать из России. Их потомки до сих пор живут в Европе.
— Все это очень занимательно. — Мягко улыбнулась Лилит, внимательно выслушав жаркую тираду Селены. — Но то, что было мне дорого, кануло в небытие больше тысячи лет назад. Не думаю, что спустя такой огромный промежуток времени, стоит искать нити прошлой жизни. Может быть, когда-нибудь позже… Сейчас у меня и так много дел. Нужно столько всего наверстать и понять. Ты ведь мне поможешь с этим, правда?
— О, конечно! — радостно воскликнула Селена, засияв как ребенок, получивший огромную конфету. — С чего бы ты хотела начать? Одежда, правила поведения и этикета, бытовые приборы или может, ты хочешь увидеть современную Англию? Хочешь, я прокачу тебя на машине? Тебе понравится, обещаю!
— Думаю, стоит начать с простых мелочей и пока не покидать стен дома.— ответил я за Лилит, тем самым обнаруживая свое присутствие. — Здесь и так найдется уйма предметов, о которых она ничего не знает.
Селена резко повернула голову в мою сторону, явно не ожидая такого бестактного вмешательства.
— Вечно эти Вольтури суют нос не в свои дела! — закатывая глаза, проворчала она, но в мгновение её лицо осветила ослепительная улыбка. — Доброе утро, дорогой. — протягивая мне тонкую, хрупкую кисть, мурлыкнула она.
Я взял ее руку в свою и, склонившись, коснулся губами кончиков пальцев.
— Ты сегодня рано встала. Позволь спросить, что в столь ранний час выгнало тебя из постели, бессонница или любопытство?
— Зачем задавать вопрос, на который сам прекрасно знаешь ответ? — скривив кислую мину, вопросом на вопрос ответила Селена. — Как я могу спать, когда у меня столько вопросов?
— Логично, — кивнул я, садясь рядом с женой на софу.
Селена расслаблено откинулась назад, облокотившись на мое плечо и, удовлетворенно вздохнула. Непреодолимое желание схватить ее в охапку и унести в нашу спальню, захлестнуло меня. После того, как она снова подпустила меня к своему телу, меня бесконечно мучила жажда близости и я с трудом мог бороться с этой напастью. Я хотел ее все время, независимо от обстоятельств и времени суток: сонную, смеющуюся, задумчивую или в агонии гнева. Она всегда воспламеняла во мне пожар страсти. И даже такой простой, доверительный жест с ее стороны, вызвал во мне бурю страстей. К счастью, никто кроме меня этого не заметил, и чтобы в дальнейшем не привлечь внимания к моему состоянию, я сжал кулаки и, стиснув зубы, стал считать минуты до того момента, когда мы останемся одни, а так как на улице было раннее утро, ждать мне придется еще очень и очень долго. Можно было бы подкараулить Селену в одном из коридоров и, затащив, в первую попавшуюся открытую дверь, заняться с ней любовью. Но учитывая ее интерес к Лилит, она еще не скоро покинет стены этого салона.
К счастью, менее чем через час, меня спас Вильгельм, который так же проснувшись утром, не нашел рядом жены и отправился на ее поиски. Их встреча, несла в себе столько интима, что мне показалось наше с Селеной присутствие лишним. Сообразив, что возможно, Вильгельму и Лилит стоит побыть вдвоем какое-то время, чтобы осознать и насладиться тем подарком, что подарила им Селена, мне в голову пришла отличная мысль: позже стоит обсудить ее с женой. Надеюсь, она меня поддержит.
***
— Думаю, нам стоит уехать в Италию.— сказал я, часом позже сидя в кабинете Селены, которая с упоением что-то писала. Я лениво наблюдал за ней, с довольной физиономией сытого кота, потому что мне все-таки удалось выловить Селену в одной из пустынных галерей и, затащив, в первую попавшуюся открытую дверь, таки получить то, что с таким протестом требовало мое тело. — Что? — Подняв на меня изумленный взгляд, спросила она. — Зачем? Ты хочешь, чтобы я предстала перед старейшинами? — Нет, это случится только тогда, когда ты сама этого пожелаешь. — поспешил успокоить ее я. — Просто, я думаю, что Вильгельму и Лилит сейчас необходимо побыть вдвоем. — Но Лилит надеется на мою помощь! — возмутилась Селена. — Я нужна ей! — Поверь, сейчас это для нее далеко не самое главное. Они слишком долго не виделись и имеют право побыть в обществе друг друга какое-то время. Как и мы с тобой. Как считаешь? — гипнотизируя ее взглядом кобры, спросил я. Я знал, что Селена не устоит перед этим хищным, гипнотическим взглядом и обязательно согласится. Должна согласиться. — Да, наверное, ты прав. — согласно кивнула она, слегка нахмурив брови. — Что не так? — осторожно спросил я. Селена отложила ручку в сторону и сосредоточенно посмотрела на меня. — Не пойми меня неправильно, но я не хочу ехать в Вольтерру. — Я и не собирался везти тебя туда. У меня есть квартира во Флоренции, и виллы в Тоскане, Сорренто и Молизе. Если тебя не устроит ни один из этих вариантов, мы можем снять номер в отеле в любой части Италии. — Неважно, — отмахнулась она, — на твое усмотрение. — Хорошо. — кивнул я. — Тогда, Тоскана. Я найму горничную, чтобы тебе не приходилось заниматься домашними делами. Селена бросила на меня свой острый взгляд. — Я сама могу об этом позаботится. — Тебе незачем это делать, для этого есть специально обученные люди. — Как знаешь… — равнодушно пожала плечами она, устремив взгляд на страницы и что-то быстро застрочив. Может быть, еще несколько недель назад я бы удивился подобному поведению, но сейчас, привыкнув к моментальным перепадам, уже не зацикливался на этом.***
Через несколько дней мы улетели в Италию, и обосновались в просторной пятикомнатной квартире в стиле барокко. По роскоши она мало чем уступала поместью Хелсинг, поэтому пришлась Селене очень по душе. Больше всего ее впечатлил овальный холл, отделанный черным мрамором и ореховым деревом, с роскошной хрустальной люстрой на высоком расписном потолке; тяжелыми, бархатными портьерами на панорамных окнах, за которыми с балкона открывался потрясающий вид на город. И статуи. В нишах между дверными проемами, стояли великолепные гипсовые статуи Ники Самофракийской — древнегреческой богини победы. В общей сложности их было шесть, и в отличие от Луврского оригинала, у этих головы были на месте. Я терпеливо ждал, когда Селена вдоволь налюбуется изваяниями и живописью, сам сгорая от нетерпения, показать ей нашу спальню, которая впечатлила бы ее ничуть не меньше изысканного холла. Краем глаза наблюдая за ней, я думал о том, как огородить ее от Аро, Кая и всего клана Вольтури в целом, ведь узнай они о нашем приезде — покоя нам не видать. Я не намеревался скрывать наше присутствие в Италии, но и распространяться не собирался. Поэтому о том, что я вернулся на тосканские просторы, да еще и не один, никто не знал. Но, несмотря на это, наш покой продолжался слишком короткий срок. Всего через два дня, чисто «случайно», на одной из площадей я встретил Аро. Разумеется, случайностей подобного рода не бывает и старейшина появился там намеренно, давая мне тем самым понять, что знает о том, что я здесь, и напоминает мне, о моей принадлежности клану и долгу перед ним. Наверняка, ему донесли на меня ищейки, которые как сторожевые псы неустанно прочесывают Вольтерру и близлежащие города и окрестности, в поисках непрошеных гостей или злостных нарушителей. Мне ничего не оставалось, как собрать волю в кулак и, глубоко запрятав желание возвращаться, я направился прямиком в самое сердце правосудия и коварных вампирских интриг. Мое появление наделало много шума. Конечно же новость о том, что я выжил после укуса оборотня быстро просочилась в общественность и вознесла меня едва ли не до уровня святых. О том, что мое спасение всецело заслуга Селены, знали лишь единицы. Думаю, что даже Аро не был в курсе причин моего чудесного исцеления. Разумеется, он поспешит восполнить это непростительное упущение. Едва я переступил порог зала, как старейшина тут же подскочил и, протягивая тонкую кисть, направился ко мне. — Ах, Алек, какая приятная неожиданность! — восторженно лепетал Аро, хотя взгляд его вовсе не вязался с эмоциями звучащими в голосе: он был холоден как лед и в нем сквозило явное недоверие и настороженность. — Я было подумал, что ты покинул наши ряды и уже никогда не вернешься! — Ни к чему подобные мысли. Я всего лишь был на больничном. — пошутил я, пытаясь снять напряжение повисшее в воздухе. — И как твое здоровье? — с любопытством спросил Аро. — После такого мало кому удается выжить. — Мне повезло. — уклончиво ответил я. — Отдых пошел мне на пользу, и я посчитал, что пора вернуться в клан. Старейшина терпеливо ждал, когда я соизволю протянуть ему руку. Больше не видя смысла медлить, я вложил свою руку в его выбеленную кисть. Вмиг, его лицо приобрело сосредоточенный вид. Думаю, Аро вряд ли понравится то, что он увидит в моей голове: удивительное исцеление кровью Селены, а воскрешение давно умершей Лилит, не иначе как чудом не назовешь! Опасным чудом… Судя по тому, сколько времени Аро держал мою руку, то скорее всего, он перевернул все воспоминания в моей голове и, наверняка, влез даже туда, куда вовсе не следует. — Фантастика! — воскликнул он, выпуская мою кисть. — Сколько удивительных вещей я увидел! Даже не знаю, какой вопрос задать первым. Всплеснул руками старейшина, делая несколько шагов в сторону. — Хотя, пожалуй, знаю. — кивнул Аро, впив пытливый взгляд в меня. — То, что вы сделали с Лилит — невероятное чудо! Но я видел в твоих мыслях сомнения. Скажи, для них есть веские причины? — Уверяю тебя, что нет. Она не опасна. — Почему, ты так уверен в этом? — бросив на меня острый взгляд исподлобья, спросил Аро. — Лилит уравновешенна и сдержанна. Её не мучает нестерпимая жажда и она без труда может находиться среди людей. Могу с уверенностью сказать: она быстро адаптируется и не несет в себе скрытой угрозы. — После стольких лет безмолвия… — постукивая указательным пальцем по подбородку, задумчиво пробормотал Аро. — Я вообще не могу взять в толк, как вы смогли провернуть это мероприятие! Сколько лет живу, но никогда не встречал ничего подобного! — Таковы правила загробного мира: выполни сделку и получи то, зачем пришел. — терпеливо ответил я. — Селена выполнила то, что от нее хотели, взамен, Хель отдала то, что было обещано: свободу и душу Лилит. — Да-да, я понял. — торопливо кивнул Аро. — Сомнительного рода сделка, не находишь? — Более чем. — сухо ответил я. — Но это был ее выбор и ее решение. — Как она? — сахарно протянул старейшина. — Почему она не с тобой? — Она слаба и еще не готова к твоим расспросам. — процедил я, настороженно озираясь на других вампиров. Я знал, что не все члены клана одобряли войну Селены и ту жестокость, с которой она велась. Нет, они не жалели оборотней. Они просто боялись, что в один момент правда о том, кто покрывает эту резню вскроется и возмездие оборотней обрушится на Вольтури со всей яростью, на которую они только способны. Несмотря на то, что старейшины были не против истребления волчьей расы, в клане зрели недовольства. — Жаль… Хотелось бы побеседовать с ней.— урчал Аро, вышагивая вперед-назад. — Интересно, после того, как проклятие снято, ее мысли по-прежнему будут закрыты? — Я думаю, это никак не повлияло на ее уникальность. — самодовольно фыркнул я, огорчая алчного коллекционера. — Какая досада! — обреченно вздохнул Аро. — Если бы это было так, то после того, как ты получишь доступ к ее мыслям, она бы перестала быть тебе интересной. — прошипел я, понимая, что начинаю заводиться. — Как бесполезная, ненужная игрушка! — Алек, — вмешался Кай, — не горячись. Я угрюмо посмотрел на Кайуса, который уже потеряв ко мне интерес, разглядывал двух рядом стоящих вампиров, которые о чем-то громко переговаривались. Я чувствовал как со всех сторон меня жгли злобные взгляды некогда благоговевших передо мной вампиров. Но если сказать по правде, мне было плевать. Меня абсолютно не тревожило то, что некогда союзники и приятели, так открыто демонстрируют свою неприязнь. Видимо они решили, что я давно изгнан из клана. Глупые. Скорее Аро перебьет их всех, чем позволит мне уйти. Не то, чтобы осознание этого факта возвышало меня или развязывало мне руки. Нет. Просто я знал, что мне так просто не уйти, даже если я очень этого захочу. Я равнодушно посмотрел на Сильвестра, который на протяжении двух веков, буквально, боготворил меня за мой дар, неуязвимость и скверный характер. Сейчас он стоял в десяти шагах от меня скаля зубы и сверкая злорадством в глазах. За что он так? Зависть? Страх? Хотя да, мне же плевать. Я снова заскользил взглядом по враждебным лицам, пока не наткнулся на родные черты. Джейн. Она смотрела на меня с радостью и трудно скрываемым облегчением. Я едва заметно улыбнулся ей. Губы сестры дрогнули, и я заметил, как в уголках ее рубиновых глаз сверкнули слезы, которые она поторопилась смахнуть рукой. После разговора с Аро, стоит поговорить с Джейн, и возможно, с Деметрием, которого почему-то не было видно. Но я не успел поддаться тревоге, ибо мое внимание настоятельно потребовал Марк, который с нетерпением ждал, когда наш разговор с Аро будет окончен. — Надеюсь, что завтра снова увижу тебя в Вольтере. — с надеждой сказал Аро часом позже, лично провожая меня к выходу. — Если ты того пожелаешь.— равнодушно ответил я. — Да, прошу тебя, приходи. — закивал старейшина. Он снова взял мою руку в свои ладони, как бы подводя итог нашего сегодняшнего разговора. — Я вижу, она нездорова. — увидев тревогу и нетерпение в моих мыслях, сказал Аро. — Все, что ей пришлось пережить, сказалось на ее психическом здоровье. Не так ли? — С психикой у нее все в полном порядке. И странностей, не больше чем у любого из нас. — Да, конечно, ты прав. — примирительно закивал Аро. — Ступай к ней. Передай мое почтение и жажду встречи. — Непременно. — сухо сказал я, осторожно освобождая руку из цепких пальцев старейшины. — До встречи. — До скорой, встречи… — эхом отозвался Аро, растворяясь в темноте длинного коридора. Мгновенье, и я остался один. Несколько секунд меня окружала тишина. — Алек! — раздался требовательный голос сестры за моей спиной. Я обернулся. В дверном проеме стояла Джейн. Её хрупкое тело нервно подрагивало, из чего я сделал вывод: она боялась, что эта встреча может никогда не состояться. Она знала в каком состоянии я был и насколько слаб. Возможно, она даже считала улучшения временными, и рано или поздно, волчий яд меня отравит. В один шаг я покрыл расстояние между нами и заключил в объятия сестру. — Джейн… — прошептал я, зарываясь лицом в ее белокурые волосы. Ответом мне послужил безудержный всхлип — она плакала. — Все хорошо! — поцеловав ее в лоб, прошептал я. — Я здесь и больше не пропаду! — Но ты все равно уйдешь к ней! — обиженно всхлипнула сестра. — Да, уйду… — кивнул я. — Я должен быть с ней! Она нуждается во мне! Селена больше не та, кем была раньше и смертный мир чужд для нее. Она тает на глазах, и боюсь, ее время уже на исходе. Ты ведь понимаешь? — сбивчиво заговорил я. — Понимаю… — Джейн слабо кивнула. — Спасибо… — прошептал я, снова целуя сестру. — Иди! — отстраняясь от меня и вытирая слезы, пробормотала Джейн. Голос ее был хриплым и надтреснутым. — Оберегай свое сокровище от смертного мира столько, сколько тебе потребуется. Я молча кивнул и, не медля ни секунды, развернулся и покинул стены древнего замка.
