***
Кабинет с огромными окнами вид которых завораживал. Золотые поля края которых скрылись за горизонтом. Чистый небосклон и огромный золотой диск уходящий вниз и окрашивающий небо в самые разные оттенки, которые идеально сочетались. За столом сидело несколько человек. Старенький и морщинистый мужчина и розоволосый паренёк. Оба выглядели серьезно. — - Послезавтра начнется суд. Нужного нам свидетеля взяли под охрану… Вот чёрт… На вряд ли наш адвокат сможет защитить Лаксуса. Да и с прокурором не повезло… — говорил старик хрипловатым голосом. Откинувшись на спинку кресла, дед тяжело вздохнул. — Думаю, у меня есть план дедуль. — усмехнулся Саламандр и после устроившись поудобнее, он начал говорить свой план, который понравился Макарову и тот одобрил его. Услышав похвалу, он лишь широко улыбнулся и поднявшись, сказал. — Спасём мы этого оболтуса. А теперь с твоего позволения, я пойду.***
Саламандр медленными шагами и даже в развалочку шел вдоль коридора, размышляя о своем. Парень был углублен в свои мысли, которые вертелись у нескольких людей. По началу Нацу думал о Лаксусе и о том, что его будут судить. Драгнил был уверен в своем плане, ведь от природы являлся хитрым и остроумным. Да и каждый его план работал на "ура", поэтому он и был так уверен в нем. Далее он начал думать о блондинке. Ведь теперь она будет находиться здесь, под его крылом. Нацу будет наблюдать за ней, разговаривать и нежиться в её объятиях, ведь Мира сказала, что теперь он помыкает ею. Конечно тот не будет относиться к ней как с животным, точнее… Может быть как с кошечкой? Все время он будет уделять ей, заботясь о блондинке. Ведь наконец-то его грёзы забылись. Как долго он этого ждал, ещё с тех дней, как увидел ее по ТВ, как она светилась от счастья когда ей вручали награду самого лучшего юриста элитного университета города. Как только он подошёл к двери комнаты в которую должны были заселить его Люси, парень замер, начиная вслушиваться в странные звуки, которые его насторожили: — Отпустите меня! — голосок был взволнованным и немного дрожал. Прошу! Я не хочу… — далее было слышно мычание, кто-то закрыл ей рот.