Гарри Поттер и Сундук

— Фух! — Гермиона захлопнула огромную книгу и принялась разминать затекшую шею. — Драко, а как отправить сову, если не знаешь ни места, ни адресата? — На конверте пишешь адрес и говоришь сове лететь в почтовое отделение, — Малфой с энтузиазмом принялся просвещать подругу в тонкости пользования совиной почтой. Было очевидно, что подготовка к предстоящим экзаменам сидела у него уже поперек горла. — Там ее отправят куда нужно. Все совы знают местонахождение почтовых отделений Англии. Ну, разумеется, если ты купила ее в магазине, а не сама вырастила. А что? — Хочу выписать Ежедневный пророк, — Гермиона неодобрительно покачала головой, глядя на Гарри, лежащего лицом на развороте справочника трав. — И самой полезно, и родителям, наверняка, будет интересно посмотреть, как выглядит газета у магов. Как думаешь… — Газета! — возопил неожиданно очнувшийся гриффиндорец. — Газета! — повторил он, будто была вероятность, что с первого раза друзья не услышали, и, с грохотом уронив стул, рванул к выходу из комнаты. — Стоять! — гаркнула отличница Равенкло, быстро сориентировавшись. Прилетевшее в спину беглеца парализующее заклятие придало убедительности команде. Гарри, рухнув, загремел значительно громче, чем стул несколько секунд назад. Гермиона даже слегка испугалась, но отступать было поздно. — Расскажи, что значат твои вопли и куда ты рванул? — Он не расскажет. — Куда он денется! — девочка хищно нависла над поверженным львенком. — Никуда не денется, но и не расскажет, — Драко откровенно веселился. — Ты ж его парализовала. — Черт…

***

— Вот! — горячо воскликнул Гарри, тыча старой газетой друзьям в лицо. — Вот же! Я все никак не мог вспомнить что-то такое, связанное с Хагридом и тайной. — Тише! — зашипела Гермиона, оглядываясь. В библиотеке было непривычно много народа, но никому не было дела до того, о чем там шушукаются первокурсники. К экзаменам готовилась вся школа. — Ты правда думаешь, что Хагрид забрал из сейфа то, что спрятано сейчас в запретном коридоре? — слизеринец с сомнением рассматривал фотографию возле короткой заметки о взломе сейфа в Гринготтсе. — А что там ещё могло быть по-твоему? Идем, спросим самого Хагрида, — судя по горящим азартом глазам, Гермиона не собиралась упускать возможность докопаться до истины. — Уже поздно, — Малфой предпринял жалкую попытку не допустить второй за вечер допрос с пристрастием. — Ничего, как раз успеем вернуться до темноты.

***

Следуя за целеустремленной подругой, Драко не прекращая бубнил, что они зря теряют время, и даже если леснику хоть что-нибудь известно, то им он точно не сообщит. Гарри же, наоборот, был рад вдвойне. Во-первых, он избавился от постоянно царапающей сознание мысли, которая тут же ускользала, как только он пытался на ней сконцентрироваться. А во-вторых, он был счастлив прекратить подготовку к экзаменам. Гермиона последние недели деспотично гоняла друзей по пройденному материалу, заставляя повторять все с самых азов — даже те предметы, по которым экзамен не был предусмотрен. Сбежать от нее оказалось себе дороже. Один раз они с Драко ушли в самоволку и провели вечер на квиддичном поле, гоняя по траве наколдованный мяч. На следующий день им пришлось выслушать длинную и очень эмоциональную речь: Гермиона для всех и план составила, и карточки для лучшего запоминания сделала, и дополнительную литературу подобрала, а они… они ее не ценят, они были бы рады, если бы ее не было в их компании, они не заботятся о своем будущем и вообще — просто свиньи! Гарри было очень стыдно. Умом он понимал, что стыдиться ему нечего — они и так лучшие ученики на своих факультетах, — но ничего поделать с собой не мог. Гермиона и правда переживала за всех и, произнося свою речь, чуть не плакала. Судя по тому, что и Драко больше не предпринимал попыток к бегству — его тоже проняло. — Добрый день, Хагрид! — звонкий голос подруги заставил Гарри вынырнуть из воспоминаний и обратить внимание на лесника, который обнаружился у свежевскопанных грядок, протянувшихся вдоль хижины. — О, привет! А чего вы так поздно гуляете? — добродушный полувеликан достал из кармана свой огромный платок в горошек и безуспешно попытался оттереть руки от земли. — Хагрид, помнишь мы заезжали с тобой в банковский сейф. Ты тогда ещё говорил, что это по делам Хогвартса? — Гарри подумалось, что нахмуренные брови — не очень хороший знак, но лучше самому спросить, чем предоставить это Гермионе, которой в тактичности уступал разве что только Сундук. И то не факт. — Ну… — А что было в том свертке? — Так это…ну…, а зачем вам? — Очень интересно, чем таким маленьким маги дорожат настолько, что хранят в сейфе! — гриффиндорец вложил максимум искренности во вранье, придуманное на ходу. — Мы же среди маглов росли и многое не знаем. — Да? — Хагрид с сомнением посмотрел на Малфоя, который рассматривал хлипенький забор с таким увлечением, будто это было самое необычное, что он видел когда-либо. — Хагрид, мы ведь никому не выдали тебя, когда ты забыл запереть дверь в запретный коридор. А ведь, по большому счету, мы прикрывали твою преступную халатность, — Гермиона взяла дело в свои девичьи руки, повергая в шок всех троих представителей сильного пола, находящихся на полянке. И только во взгляде Драко, вмиг забывшего об увлекательной изгороди, мелькнуло уважение. —Э-э-э… — Гарри был полностью солидарен с полувеликаном, но заявление подруги лишило его дара даже такой речи. Это же почти шантаж! — Я — лучшая ученица первого курса факультета Равенкло, молодая и красивая ведьма, у которой вся жизнь впереди, могла погибнуть в страшных муках, разорванная на части тремя чудовищными пастями, — Голос Гермионы дрожал и, казалось, что она вот-вот заплачет. — Бедные родители, им пришлось бы хоронить меня в закрытом гробу… — Но ничего такого не произошло ж… — Хагрид выглядел, как щенок, которого только что больно ущипнули за нос. Гермиона всхлипнула. — О, ну ладно-ладно. В сейфе хранился философский камень. Но, поверьте, вас это совершенно никак не касается. — Понятно… Ну, мы пойдем, — девочка моментально успокоилась. — Пока, Хагрид, — Гарри помнил, что вежливость очень важна.

***

— Не смотрите на меня так. Мне стыдно, но я не видела другой возможности узнать правду. — Интересно, зачем Хогвартсу философский камень? — Малфой ни на секунду не поверил в раскаяние подруги. — Драко, а правда, что с его помощью можно превращать любой металл в золото? — Да, еще из него делают эликсир бессмертия. Правда, никто не знает, где сейчас обитает единственный маг, который смог создать философский камень. — Хм… — Гермиона остановилась, нахмурив брови. — Выходит, что у магов мотивы такие же, как и у обычных людей: деньги, власть и вечная жизнь. Правда, маглы последнего пытаются достичь с помощью науки. — Может, Хогвартсу он не нужен, и его решили просто спрятать тут, подозревая, что за ним идет охота. — Вы серьезно верите, что профессор Снейп и Макгонагалл взломали сейф в Гринготтсе, а сейчас пытаются похитить камень из-под носа директора? — Драко попробовал призвать друзей к здравомыслию. — Или уже похитили… — Пошли проверим Пушка? — призыв слизеринца не был услышан. — Нет. Завтра экзамен — это куда важнее чьей-то вечной жизни или богатства. Идем спать. Гарри не был уверен, что выспаться важнее, чем спасти философский камень, но даже гриффиндорской отваги было недостаточно, чтобы идти в ночи в гости к трехголовому чудищу.