Крякомантия

— Я вот все не пойму, какого… — запнулся паладин, увидев краснеющий глаз утки, который «сверлил» дыру у него во лбу, — почему мы идем за этой прекрасной уткой ночью на кладбище? — Кря! — По ходу, он тебя обозвал, — хохотнул вор. — Кря! — И меня тоже, — тихо добавил после. Утка уверенным шагом следовала по заросшей лесной тропинке к старому кладбищу в глубине леса. — Что мы вообще тут забыли? — все сыпал вопросами паладин. — Насколько я понял из плана нашего утиного маньяка, он собирается брать штурмом крепость твоих собратьев, — усмехнулся вор, следуя за некро-уткой. — Что?! — Кря! — Понял, молчу, — надулся паладин. Конечно, ему не хотелось биться с братьями по оружию, но если вспомнить, что эти сволочи его чмырили из-за брекетов, то… самое время им отомстить! Утка вела их все дальше. — Кря-кря! — По ходу, нам нужно остаться тут. — Вор уселся под деревцем, паладин расположился рядом, тиская свою бедную карту. Вскоре они задремали, а утка продолжила свои коварства. Кто ж мог предположить, что пернатая тварь не потеряла своих магических способностей? Утка громко крякала, пытаясь сплести заклятье. Дико махала крыльями. Творила задницей тверк. В общем, «шаманские» танцы привели к желаемому результату. Из древних могил стали подниматься мертвые. И первое, что они собирались сделать, так это увидеть своего хозяина. Что и сделали. Но вместо пафосного некроманта на них взирала красноглазая утка. — Чо? — изумленно спросил лич. Мхатовская пауза, после которой кладбище разразилось ржачем. — Кря! Мертвые тут же заткнулись. — Что оно сказало? Есть переводчик? — осведомился лич. — Я! — Робкая рука вытянулась из-под надгробной плиты. — Я когда-то был друидом… — Что оно сказало? — Идемте на крепость паладинов. — А нафига? — удивился лич, как и другие мертвые. — Просто, — робко произнес мертвый друид. — Кря! — Ну, идем, что еще делать. — Лич уже перестал удивляться и направился следом за весело подпрыгивающей уткой, как и другие мертвые. Когда армия проходила мимо двух сопартийцев, вор неожиданно проснулся и толкнул паладина. Оба немного обалдели от наплыва нежити, но все же присоединились к маршу Смерти. Они свято верили, что утка сказала мертвым их не трогать.