Все хорошо

Прошла последняя перемена платья невесты. По договоренности с родственниками муж с женой не собирались оставаться в риаде дяди Али, а предполагали вернуться вместе с Хадижей, Зейном и Хейфой в дом Жади. Но последние часы внесли дополнительные изменения в планы – сид Али попросил Зейна и его жену только проводить Саида и Жади и тут же вернуться назад. Зейн прекрасно понимал причину, как и то, что Саид с Жади не должны об этом ничего знать. Хейфа была полностью согласна с мужем. Подговорить Хадижу оставить родителей наедине не представляло никакого труда. Поэтому за полчаса до полуночи веселая процессия проводила новобрачных к дому Жади, и оставив супругов, вернулась в риад сида Али, пополнившись еще и Айшой. В доме, ожидавшем супругов, было приготовлено все, начиная от брачного ложа, до столиков в каждом уголке дома, сервированных изысканными блюдами, сладостями, фруктами и напитками. Оставшись наедине с мужем, Жади вдруг растеряла всю живость общения, не покидавшую ее весь праздник. Женщина прекрасно понимала, чего ожидает супруг в первую брачную ночь… пусть даже для них это далеко не первая ночь вместе, но она не хотела загонять только что установившиеся доверительные отношения с Садом в старые сети притворства и вынужденной покорности… Как быть? Сказать об этом? Обидится и прав будет – он ради нее и дочери готов на все, а в ответ не получит желаемого… Подчиниться правилам? Тогда пропадет то доверие, что родилось у нее за последнее время… Сослаться на недомогание? Это верный путь к возрождению стены холода и отстраненности со стороны Саида – он больше никогда не поверит ей… Сейчас поведение Жади было совершенно ей не свойственно. Женщина не решалась сделать ни единого движения и даже поднять взгляд на своего мужа не осмеливалась. Поэтому она и не видела с каким выражением лица рассматривает ее Саид. Мужчина читал ее душу как раскрытую книгу и это доставляло ему удовольствие, никогда не испытываемое ранее. Легкая усмешка коснулась его губ. Если бы сейчас Жади попыталась его очаровывать, то верить ей он бы уже не смог. Смущение же жены напротив позволяло ему занять господствующее положение. Она подчинится любому его желанию, подавив все свои эмоции? Прекрасно – он не будет желать того, что может быть ей неприятно. Жена боится обидеть его своим отказом? Великолепно – ей не придется этого делать, в результате она будет ему признательна. Жади согласилась на брак лишь ради дочери? Пусть так и останется – ее сердце сейчас свободно, она его законная жена, у него есть время и возможности позволить ей захотеть стать его женщиной. Саид Рашид решительными шагами подошел к жене и, властно притянув ее к себе, крепко обнял, но произнес совершенно неожиданное для Жади: «Ну вот и все – мы справились. Теперь я имею право не отходить от вас с Хадижей даже на минуту. Про Саида Шарифа я узнал очень много – парень действительно достоин выбора нашей дочери. Его семья тоже полностью одобряет этот выбор. Поэтому думаю, соблюдая все традиции, примерно через неделю помолвка нашей принцессы может быть объявлена. Ты довольна результатами нашей работы?» Ответом было моментально вскинутое лицо с изумленным взглядом, внимательно его изучающим… Женщина пыталась разглядеть какой-нибудь скрытый смысл сказанного в лице отца своей дочери, но видела лишь ласковое внимание и заботу «ну, у нас получилось, Жади?»… В результате она с такой силой обхватила его руками за талию и мгновенно с благодарностью уткнулась лицом ему в грудь, что Саиду ничего не пришлось пояснять словами. «Вот и хорошо.» - раздалось шелестом над головой женщины. Мгновения замерли. Два тела были так тесно прижаты друг к другу, что даже дышать становилось трудно, но ни один из них не желал разжимать руки. Сейчас в их сердцах рождалось безграничное доверие – не ожидать ничего больше, чем будет предложено, принять как высочайший дар, то что будет добровольно отдано, ответить безграничной преданностью на преданность, стать друг для друга островком покоя в пыле-песчаной буре жизни… Наконец Саид почувствовал, что может говорить дальше, может даже подшутить над своей женой, поэтому он ласково отстранил ее от себя, все еще не выпуская из рук и, открыто улыбаясь, произнес: «Ты обещала танцевать для меня каждый день, когда я к тебе приду. Я здесь. Ты для меня станцуешь сегодня?» «Станцую, Саид. Тебе понравится!» - Жади поняла, что муж ожидает именно танец и ничего более. Теперь она его понимала и была ему очень признательна за то, что он смог распознать несказанное, а может быть даже и не до конца продуманное. Женщина готова была перехватить инициативу в этой игре, чтобы сделать для мужа хоть что-то приятное. Однако Саид не желал уступать господствующего положения – сейчас он властелин и это ему нравилось… Поэтому муж предложил сначала спокойно поужинать – ведь во время праздника им так и не удалось толком поесть. Жена моментально бросилась организовывать стол, благо Айша в основном уже все приготовила, но горячий чай – это уже забота Жади. Почему двадцать лет назад он так не смог? От едва скользнувшего сожаления мужчина отмахнулся, как от тени прошлого перед ярким светом будущего. За поздним ужином, который норовил завершиться ранним завтраком, супруги непринужденно разговаривали обо всем, начиная от самых важных вопросов, касающихся любимой дочери, плавно переходя к обсуждению бизнеса. Саид и Жади с легкостью, которой никогда ранее не было, делились своими планами на будущее – что было для обоих особенно важно, им было интересно слушать друг друга. Оказалось, что Саид очень красочно умеет описывать комичные ситуации раз от разу возникающие в ходе, казалось бы, очень серьезных переговоров – Жади через полчаса вынуждена была щеки руками придерживать, так как просто уже не могла безудержно хохотать... Почему никогда раньше так не было? Может потому что сама интересовалась делами мужа не искренне, от души, а лишь дежурными фразами, следуя обычаям? А Саиду очень интересен был рассказ о проекте «Гарем» - только теперь не он старался разузнать что-либо, а Жади хотелось объяснить почему родился такой проект. Ей казалось, что теперь Саид понимал, какие ощущения она испытывала, не имея собственного дома, каким хотела его видеть, что в конце концов именно здесь в Фесе в этом их старом доме она наконец смогла найти защиту от внешнего мира… Сейчас в груди Саида действительно растекалось тепло уюта их прежнего жилища. Слушая жену, он осознавал, что сегодня в его жизни, жизни его любимой женщины и их ненаглядной принцессы, наконец появился дом, где ИМ ХОРОШО ВМЕСТЕ. А танец мужу Жади все же подарила… Она не рискнула танцевать в спальне, поэтому попросила подождать ее немного в холле, который освещался лишь свечами и пламенем костровых чаш, отбрасывающими причудливые блики среди розовых лепестков в воде бассейна. Тем загадочнее смотрелась фигурка женщины, завернувшаяся в черный платок, шитый серебром… Саид мгновенно узнал свой любимейший костюм для танцев – даже когда вуаль была откинута за плечи, волосы любимой женщины так и остались скрыты под расшитой кисеей, надежно скрепленной черненым серебряным оголовьем… Танец с саблей… Жади не часто им баловала своего мужа – всегда был какой-либо значимый повод… Да еще и в том самом черном костюме, когда женщина становилась таинственней ночи… Глаза восхищенного мужчины мерцали в неверном колебании света живого огня, рождая в глазах танцующей женщины удовлетворение обожанием супруга. Этот танец был только для него – это ее благодарность. Жади закончила танцевать лишь когда стало светать. Саид подхватил на руки остановившуюся женщину и перенес ее в спальню, тихо шепча: «Отдохни, любимая – это не последний твой танец.» Муж с женой поняли друг друга без дополнительных объяснений. Последнее, что помнила Жади засыпая – это мерно вздымающуюся грудь Саида, на которой доверчиво покоилась ее голова.