cinnamon misadventures

- Demon!AU, экзорцист!Риз, одержимый!Тим, продолжение первой части, ER, флафф - Сон, холодный и липкий, никак не отпускал из своих цепких когтей. Образы тех, кого убил Джек, окружили его, словно ряды бестелесных, белёсых теней. Тим кожей чувствовал их взгляд — кто-то смотрел с ужасом, кто с укоризной, с жалостью. Но ни один не проронил ни слова, призраки всегда молчали. Тим говорил, что не хотел этого, раз за разом оправдываясь, обещая, что всё обязательно исправит. Но они так и стояли, беззвучно на него воззревая. И, как всегда, рано или поздно, фигуры резко разворачивались куда-то в сторону, смотря мёртвыми глазами в одну точку, которая с каждой секундой становилась все чётче и больше, ярче. Пока все пространство не заливал яркий свет, вырывающий из сна в реальность. …над ухом кто-то низко нашёптывал монотонный мотив, Тим сонно проморгался, медленно просыпаясь. Едва слышный речитатив сменился звуком зевка. — Хей. — Риз упёрся подбородком в чужое плечо. Краем глаза мужчина приметил, как тот довольно улыбался. — Ты в порядке? Тим в ответ кивает, все ещё не в силах прощупать полотно реальности. — Уверен? — парень едва заметно касается губами виска, затем целует в щёку. Тело его горячее, не настоящей рукой Риз ведёт ниже, чтобы сплести пальцы. — В-вроде того. Он осматривается по сторонам — в поле зрения грязный подоконник, старые пожелтевшие от жира обои, валяющаяся в углу длинная спортивная сумка (в которой лежит походная аптечка и зачарованный обрез, для самых толстых и отвратных созданий). Воспоминания становятся чётче, словно старый снимок в проявочной комнате. Заброшенный ветхий сарай, во всеми богами позабытом месте на юге штата, семейка безумных реднеков, и очередной договор с адскими тварями. Тим до сих пор так до конца и не понял, как им удалось спастись. Порой казалось что наверху нечто упивалось их страданиями и неурядицами, все больше и больше подкручивая ползунок сложности, как в какой-то плохой игре. Проверяя, смогут ли они устоять, смогут ли выжить на этот раз. Мужчина поворачивается, неловко, все ещё словно в бреду. Старые пружины противно скрепят. -…Спасибо. Риз по-дурацки улыбается, придвигается ближе, забирается пальцами под футболку. — За что? — Проговаривает он низко. Так, что звук его голоса развеивает всякие остатки сна. На долю секунды Тим теряется вновь, не зная что лучше сказать, но судя по довольной ухмылке, Риз давным-давно привык к подобной реакции. Он беззастенчиво придвигается, кротко касаясь губ своими. И снова, довольно быстро поцелуй перерастает во что-то более смелое. Во рту — сильный привкус зубной пасты, будто тот съел целый тюбик, и Тим было хмурится, в недоумении. Но потом вспоминает, как вчера молодой священник вцепился зубами в полуразложившуюся голень отца семейства, отбиваясь. Ах да. Это все объясняет. Риз льнёт ближе, зарывается рукой в чужие волосы, пропуская сквозь пальцы длинные прядки. Раньше в такие моменты Тим то и дело мог ляпнуть глупость, вроде «ты точно этого хочешь» или «ты уверен», но сейчас он просто старается отвлечься от внезапного чувства вины. Ведь, наверное, это не справедливо, что после всего произошедшего его все ещё кто-то любит. — Хватит думать. — Раздраженно проговаривает Риз, шаря рукой в прикроватной тумбе. Он нетерпеливо впивается очередным поцелуем, то и дело слегка покусывая кожу губ, в голове резко становится пусто. Тим даже толком не понял, когда они успели окончательно раздеться. Слишком все происходящее было хорошо и правильно. Тим вздрогнул, когда чужие влажные, тёплые пальцы коснулись нежной кожи у паха, подбираясь ниже, дразня. Риз хитро прищурился, лукаво улыбнувшись, когда мужчина глухо простонал в ответ. Остатки терпения окончательно уступили разгоревшейся похоти, Тим резко перекатился на другой бок, нависая над ухмыляющимся парнем. Тот притянул его к себе, прошептав нетерпеливо «чего ждёшь?». Все будто в странной сонной дымке — становится слишком жарко, есть только обрывки приятных ощущений, мелькают, будто снимки в испорченной камере. Уже почти нет удушающей вины, и горечи, и боли от порезов и укусов чудовищ. Есть только ощущение тепла, снаружи и внутри. Разум проясняется, стоит Ризу громко простонать, когда мужчине наконец удаётся задеть нужную точку. Парень жадно прикусывает за шею, ключицу, подгоняя. И протяжно выдыхает, когда Тим медленно начинает входить. Ритм получается не правильным, рваным, а старая кровать вот-вот развалится, судя по протяжному скрипу. Когда через какое-то время с тихим стоном тело под ним обмякает, Тим ускоряется, кончает минутой позже. Остатки дневного света сонно просачиваются через занавески. На часах почти полдень, а они даже не встали. — Я что-то забыл… ах да, завтрак. — Раздосадовано говорит священник. — Кто последним кончил, тому и готовить. — Что? — Ммхм. — Риз зевает, и похлопывает мужчину по бедру. — Боже, ты просто ужасен, ты в курсе? — Завтрак, Тим. С коротким смешком мужчина встаёт с постели, Риз довольно тянется, но на периферии сознания маячит мысль, что тот о чём-то позабыл. Важном. Хлопает дверь ванной, а секундой позже раздаётся звук, будто Тим проглотил жабу живьём. Он быстро возвращается, нависает над изнеженным парнем. — Риз? — Мм? — Детка? — Да? — Свет моей жизни? — Пф-ф, что? — Скажи-ка, откуда в нашей ванной труп? Оу. Вот что он забыл.