История жестокой любви.

       Уже несколько дней Бэкхен не появлялся: ни в школе, ни дома. Дяде он сказал, что поживет пару дней у друга, а в школе, что проблемы в семье и некоторое время не будет ходить на занятия, но при этом выполнять всю домашнюю работу. Тем временем Исина и Ифаня он не видел около трёх дней. Он знал, что их привезли вместе с ним, поскольку видел как их садили в машину позади, но вот где они сейчас он не знал. Чанеля он тоже не видел все это время, что несказанно радовало его. Бэкхена поселили в комнате на втором этаже особняка, в который они приехали. Ему не позволяли покидать ее. Еду и прочие нужные вещи ему приносили горничные, ванная учитывалась в этой комнате. Чтобы ему не было скучно — на стене напротив кровати висел телевизор. Телефон и все остальные приборы, по которым он мог сообщить в полицию или кому-нибудь рассказать о произошедшем, у него забрали сразу после того, как он позвонил в школу и родственникам.        Распластавшись на кровати, Бэкхен уткнулся лицом в подушку и для виду включил телевизор, чтобы он издавал хоть какие-нибудь звуки на заднем плане, заполняя чувство одиночества. Время близилось к обеду, а это значило, что скоро ему принесут еду. Уже тогда, когда он приехал в этот дом, он спланировал план побега. Нужно было лишь подождать пока горничная начнет раскладывать еду и в этот момент Бэкхен сможет сбежать. В комнату постучали, после вошли. Прислуга менялась каждый день поэтому, что-то заподозрить они не могли. — Какого черта?! — Бэкхен был ошарашен появлением своего друга в этом месте. — Что ты здесь делаешь, черт побери? — Что, Бэкхен? — по выражению лица Кенсу можно было понять что, тот тоже не ожидал встреть друга. — Я, это… — омега мямлил стоя на пороге, он не знал как оправдать себя. Да и вообще, нужно ли это делать. — Так ты работаешь на этого подонка? — Бэкхен приблизился к другу затянул его в комнату и закрыл за собой дверь. — Господин Пак очень хороший, пожалуйста, не говори так о нем в моем присутствии, — Кенсу прошел в глубь комнаты и начал раскладывать еду. — Ну да, как же, хороший он. Не смеши меня Кенсу. Этот ублюдок хуже всех людей на свете. — Бэкхен был довольно удивлен таким поведением своего друга, хотя в школе он не разу говорил Бэкхену, какой Чанель крутой.        На слова омеги Кенсу решил не обращать внимание и продолжать свою работу. Бэкхен тоже не стал медлить и пока его друг отвернулся быстро открыл дверь и выбежал наружу. Он бежал по, не сильно длинному, коридору, после наконец увидел лестницу, которая была прямо напротив выхода из дома. Омега затормозил около спуска, но после того, как услышал крик своего друга, зовущего его, продолжил свой путь, но не успел он дойти и до середины, как входная дверь открылась и на входе стояли: Чанель, Ифань и Исин. Двое последних были в крови, а Чанель лишь смотрел на них и довольно улыбался. — Бэкхен! — Позвал омегу Кенсу, подбегая к лестнице. И все сразу обратили внимание на Бэкхена. — Решил сбежать? — Чанель посмотрел на омегу и направился к нему. — А ты что думал, что я просто останусь здесь и буду дожидаться, когда же ты придешь? — язвительно сказал Бэкхен, смотря альфе прямо в глаза, который становится все ближе и ближе к нему. — Ну не скажу, что я был удивлен. Это было ожидаемо от тебя. — Чанель стоял на ступень ниже омеги, но все равно был выше его. — И что? Мне плевать. Не получилось в этот раз, получится в следующий. И я клянусь тебе, что сбегу от сюда, ты ебанный ублюдок. — Бэкхен не стеснялся в словах и высказывался так, как думал на самом деле. — Ну раз так… Думаешь, я буду просто позволять тебе делать, что вздумается? — по Чанелю было видно, что он насмехается над омегой. — За каждую твою попытку сбежать, я буду тебя наказывать, — альфа коснулся щеки омеги и провел пальцами до его шеи. — Да? И как же? — хоть у Бэкхена и была некая капелька страха, но показывать этому полудурку ее он не собирался. — Узнаешь в следующую твою попытку сбежать, в этот раз я тебя прощаю, — альфа убрал свою руку от омеги, посмотрел на ребят мимолетным взглядом, что все ещё стояли у начала лестницы и лишь наблюдающие за всем этим. — Уведи его обратно в комнату, и скажи охране, чтоб глаз с него не спускали, — обратился он к Кенсу после чего начал поднимать выше. За его примером последовали и Исин с Ифанем. — Ифань! — позвал альфу Бэкхён, но тот даже и не посмотрел на него, а вот Исин, проходя рядом с омегой, посмотрел на него взглядом полным печали и просящие о прощение. Они не сказали Бэкхену ни одного словечка, молча ушли за Чанелем. Бэкхен всем сердцем не понимал, что происходит. И когда Кенсу уводил его в комнату совершенно не сопротивлялся, поскольку был полностью погружен в свои мысли.