Измены.

      Я взяла ручку из подлокотника и написала свой номер на предплечье Сергея, а затем выскочила из машины, двигаясь к дому. В голове вертелись миллионы мысли, о том, как же это неправильно. Что я натворила?! Как я могла?! Я достала из сумки обручальное кольцо, стоя на пороге квартиры, надела его на палец. Я зашла в квартиру, натыкаясь взглядом на сына, потирающего глазки. Снова стало очень стыдно, мой маленький мальчишка. Я предала и тебя тоже… — Андрюшенька, ты чего не спишь?.. — прошептала я, разуваясь и поднимая сыночка на руки. — Я здял тебя… — сказал он. — мозьно я с тобой и папой посплю, мне одному очень страшно… — Можно, конечно можно, маленький… — прошептала я, проходя в нашу спальню. Ложись с папой, а я пока переоденусь и в ванную схожу.       Через пару минут я легла рядом с сыном и мужем. Я осматривала черты лица Пети, понимая, что перестала чувствовать к нему вообще какую-либо симпатию, или любовь. Нам надо расстаться… но… не будет ли это слишком подло? Петя, он уже почти родственник, я не могу так… Я не хочу оставлять Андрея без папы, рушить семью, которую так долго строила… — Полин, почему ты не спишь? — я услышала над ухом голос мужа, что-то ёкнуло, снова стало стыдно, в который раз за сегодня?! — Не могу уснуть… — тихо сказала я, понимая, что, и вправду, пора спать…

***

      Я раскрыла глаза, снова понимая, что просыпаюсь в постели Сергея, проведя с ним очередную ночь. Я влюбилась в него и это страшно. Он говорит, что я должна уйти от мужа, он позаботится о нас с Андрюшей. — Серёженька… Я пошла… — целую его в нос, но он не даёт мне встать, удерживая за талию и сладко целуя. — Я люблю тебя… — он впервые признался в этом. Нет, секс не считается, люди не контролируют себя в эти моменты и произносят то, о чем потом жалеют, я прикрыла глаза от удовольствия. — Давай, отпускай меня, муж ждёт… — я встала с кровати, оглядываясь по сторонам и понимаю, что в этот раз мы у меня, а в дверном проёме стоит муж, вернувшийся с ночной смены и смотрит на меня. Смотрит на меня взглядом преданного, брошенного щенка. — Петя… — выдыхаю я. — Заберёшь сегодня Андрюшу… — я вижу, как его глаза наполняются слезами. Он делает несколько шагов назад и выкрикивает, что есть силы: — заберёшь и больше никогда не вернёшься! — он уходит из моей жизни, преданный и убитый. Я разорвала его сердце в клочья. Из моих глаз начинают катиться жгучие слёзы. Теперь я точно потеряла его, а ведь могла вовремя остановиться, могла всё предотвратить. Могла… Ненавижу себя, ненавижу! — Полин… — как сквозь вату, доносится до меня голос любовника. — Заткнись. — чеканю я, доставая из шкафа сумки и начиная складывать свои и сына, вещи. На середине дела меня охватывает истерика, я начинаю задыхаться, падаю на колени ударяюсь об пол. Сколько, сколько я скрывала наши отношения? Полтора года! Полтора! Ненавижу себя! Я хочу умереть…